Ты хуже сигарет

В кромешной, таящей в себе неизвестность тьме, сотни голосов сплетаются в один истошный вопль, нагоняя жути и норовя стереть в пыль остатки гордости и мужества. — Ничтожество! Сотканные из тумана руки тянутся к нему, желая разорвать на части. Они касались каждого миллиметра его молодого тела, царапая и вспарывая кожу острыми ногтями. — Ты ошибка! Голоса становятся всё громче, а руки держат крепче и тянут на себя, разрывая одежду в лохмотья. Не выдержав их натиска, парень поддаётся и падает на колени, раздирая их в кровь. Довольный хохот раздаётся отовсюду. Им нравится его покорность. — Разве тебе не стыдно?! Руки, связанные за спиной, натирает грубая верёвка, а перед глазами всё та же пугающая тьма. Тошнота подступает к горлу, а солёные слёзы уже щиплют лицо, скатываясь ручьями по щекам. Страх, словно змей, обвил грудь и сдавил её, наслаждаясь предсмертной агонией жертвы, а сердце рухнуло куда-то вниз. Гнетущая атмосфера и ощущение полного одиночества давят на него, заставляя задыхаться от истерики. Боясь сделать что-то, что могло бы ещё больше раззадорить голоса, он продолжает сидеть неподвижно. — Ты отвратителен! Последняя фраза отдаётся эхом в голове и неприятной пульсацией по всему телу. Резкая боль будто сдавила голову, а перед глазами картинка меняется ярким калейдоскопом, ослепляя, из-за чего парню проходится зажмуриться. Ощущение падения перехватывает дыхание. Когда всё закончилось, он неуверенно открывает глаза и видит перед глазами чёткую картину. — Мама, папа... Холодная зелёная трава шелестит под ногами, пока парень бежит навстречу родителям. С каждым новым шагом они отдаляются, не замечая чужих криков. Сейчас они с любовью смотрят друг на друга. Они счастливы и умиротворённы. — Не оставляйте меня! Громкий взрыв закладывает уши. Картинка перед глазами вновь поменялась, а на месте двух любящих людей парень видит два врезавшихся друг в друга автомобиля. Испуганные крики и мольбы о помощи сливаются с потрескиванием огня и сиреной скорой помощи в один непонятный шум. Повсюду кровь и ошмётки тел. Всё вокруг будто остановилось и потеряло прежние цвета. Тьма вновь лезет изо всех щелей и тянет парня с собою на дно. Единственное, что осталось у него на душе, — это боль. И ничего кроме неё... «...Бззззз», — требует к себе внимания раздражающий будильник. — Да что б его... Выключив надоедливое устройство, Чимин, кое-как встав с кровати, потянулся. Его уже третью неделю подряд мучает один и тот же кошмар, а в голове крутится не дающий покоя вопрос: когда же это всё закончится? Простыни смяты, на подушке остались слёзы, как напоминание о вновь пережитом страхе, а в пальцах сжата новая упаковка ментоловых "Мальборо" и чёрная зажигалка, в которой почти закончился газ. Достав одну сигарету, Пак еле её поджёг и затянулся. Ему давно бы уже пора бросить курить, но сколько бы он себя не одёргивал, руки каждый раз сами тянутся. Единственное, что сейчас он может бросить, так это зажигалку в мусорку, и то только ровно до тех пор, пока не купит новую. На часах пять утра. Если бы Чимин был писателем, то он обязательно расписал бы во всех красках, насколько прекрасно с утра за окном: как природа пробуждается, будто ото сна, как небо постепенно переходит из холодного синего оттенка в мягкий голубой, как птицы громко щебечут о чём-то своём, как из-за дождя прошлой ночью сейчас по карнизу капает оставшаяся на крыше вода, как холодный ветер срывает с деревьев пожелтевшую листву и уносит её куда-то с собой. Но Чимин не писатель, а погода за окном, мягко говоря, хреновая. Холодно, серо, грязно, а противные птицы выносят всем мозги с утра пораньше. Единственная радость этого утра — ментоловый привкус на языке после сигареты. Больше Чимину ничего для счастья и не нужно. Заставив свой организм позавтракать хотя бы чашкой крепкого кофе, Пак начал собираться: всё-таки дорога до нового универа из этой глуши займёт пару часов. Бегая с щёткой во рту и наполовину надетыми джинсами, Чимин искал ключи от машины, которые выкинул куда-то на днях по забывчивости. После десяти минут тщательного поиска, начиная под кроватью и заканчивая за холодильником, он отыскал чёртовы ключи, которые оказались на полке в ванной с медикаментами. Пора бы обратиться за помощью к врачу, а то совсем память начала подводить. Всё-таки решив не выпендриваться, Пак лишь накинул поверх какой-то первой попавшейся белой майки такую же первую попавшуюся кожанку. «Прекрасно», — сказал бы Пак, если бы не одно но — посмотрев в зеркало, парень обнаружил, что капилляры на его глазах полопались да и вообще весь его вид остановился на отметке "плохо". Но Чимин не был бы Чимином, если бы не забил на свою внешность огромный болт, дополнительно плюнув на неё с высокой колокольни. Взяв с тумбочки очки, подготовленные специально для таких "неожиданностей", и, надев их, он ещё раз глянул в зеркало. «И так сойдёт», — единственная фраза, пронёсшаяся в голове, когда Пак второпях выбегал из дома.

***

— Девчата! Вы уже слышали, что к нам перевёлся новый студент?! Две заспанные девушки мирно сидели на ступеньках главного здания вуза, обсуждая будущую лекцию у ненавистного препода, когда к ним подбежал русоволосый парень с красной банданой, лучезарно улыбаясь. — Тэ, а тебе не всё равно? На других переведённых ты так не реагировал, — ответила одна из девушек, нарочито начав поправлять волосы. — Слушай, во-первых, про него ходит очень много слухов. Кто-то говорит, что он красавчик, кто-то — что он очень богат. А ещё я слышал, что его выгнали из прошлого универа из-за драки с сыном ректора. А, во-вторых, меня назначили его проводником на этот день, чтобы показать и рассказать, что здесь да как. А ещё меня освободили от занятий. Разве это не замечательно? — взбудораженный Тэхён даже уронил сумку одной из девушек, пока рассказывал. — Ой, Чжу, прости. Я подниму. Вручив девушке её сумку, Ким с важным видом поскакал в сторону главных ворот и парковки. Девушки посмотрели на него, но не стали ничего говорить вслед. Все уже давно привыкли к чудаковатости этого парня. И они явно не исключение. — Сомневаюсь, что Тэхён подходит на роль, как он сказал, "проводника", — сказала вторая девушка, собирая свои вещи, чтобы пройти в корпус. — Почему это? — Он либо испугает переведённого своими выходками, либо выбесит.

***

Радостный парень вприпрыжку спешит к своему новому будущему другу, по пути здороваясь со своими знакомыми, вертя головой из стороны в сторону. Единственная причина, по которой с новеньким попросили помочь именно Тэхёна, заключалась в том, что у него была феноменальная память на лица и имена и не нужно было бы таскаться с ним. Но ему, конечно же, не сказали, что на него спихнули, по сути, самую грязную работёнку. — Мать твою, Тэхён, какого чёрта ты творишь? Не заметив перед собой брюнета, Ким случайно задел его плечом. К слову, у того парня в руках был стаканчик с кофе. Но сейчас это не важно, ведь он уже как несколько секунд разлит на чужую одежду, причём явно недешёвую, а сам Тэхён неуклюже сидит на пятой точке и пытается понять, что случилось. — Ей-богу, Ким, ты меня уже заебал со своими выходками. Если ещё раз попадёшься мне на глаза, то ты труп. Понял? Брюнет высокомерно задрал нос к небу, ожидая, когда Тэхён начнёт ползать у него в ногах и вымаливать прощение, но последний уже успел куда-то убежать, кинув на прощание скомканное «прости». У Кима сейчас есть вещи гораздо важнее, нежели какие-то высокомерные выскочки. Правда, скорее всего, Тэхёну действительно придётся какое-то время прятаться от злого и заносчивого однокурсника. Добежав до парковки, парень с банданой остановился и, тяжело дыша после бега, начал внимательно оглядывать машины. С утра его предупредили, что переведённый приедет на машине, но саму марку не сказали. — Да где же его черти носят? — нетерпеливо пробубнил Ким, дёргая ногой, после пяти минут ожидания. Неожиданно для него и ещё нескольких людей на территорию университета въезжает спорткар, той марки, какие обычно показывают в кино. Честно говоря, у Тэхёна отвисла челюсть. Из машины медленно вышел парень в кожанке и чёрных джинсах. Собрав свои блондинистые волосы в небольшой хвост на затылке, он поправил тёмные очки и неспешно огляделся по сторонам, отдалённо напоминая своими повадками пантеру. Идеальная осанка и лёгкая улыбка дополняли образ хищника. — Вау... — протянул Тэхён и поспешил навстречу. — Приветствую в нашем учебном заведении! Меня зовут Ким Тэхён, и сегодня я буду твоим проводником в нашей обители знаний! — восторженно начал парень в бандане, используя вместо микрофона шариковую ручку, немного пугая Пака своим поведением и приковывая внимание близстоящих. — Представься, пожалуйста. — Эм, парень, думаю, ты меня с кем-то перепутал. Желая избежать лишнего внимания к своей персоне, Пак поспешил к главному зданию. — Нет, нет, нет и ещё раз нет, — схватив Чимина за руку, заважничал парень, больше играя на публику. — Ты переведённый студент. Меня отправили помочь тебе на первых порах. К тому же мы с одного курса. Ладно, пойдём быстрее знакомиться и адаптироваться. Взяв парня под руку, Тэхён повёл Пака в неизвестном направлении.

***

— А это наш кафетерий! — радостно объясняет Тэхён, активно жестикулируя и поправляя сползающую бандану. — Я, конечно, не разбираюсь, но если тебе неудобно носить эту вещь, то лучше всё-таки снять, — отвечает немного раздражённый Пак, заходя в помещение следом за новым странным знакомым. — Господи, просто сними уже эту тряпку! Обиженный Ким лишь ещё раз поправил свой головной убор и громко фыркнул. — Ты просто ничего не понимаешь! — мгновенно забыв про обиды, Тэхён заискивающе спросил, сверкая глазками. — Кста-а-ати, как тебе у нас? Нравится? Внимательно посмотрев по сторонам, Пак заметил, что в месте, где успевают поесть сотни студентов за день, слишком уж чисто. Вспомнив весь путь от парковки до кафетерия, Чимин нашёл много значительных отличий от его прежнего университета: преподаватели на первый взгляд выглядят весёлыми людьми; его встретили и объяснили относительно нормально, что и где находится; студенты не смотрели на него, как на сумасшедшего и не кричали вслед, что его нужно сжечь (хотя в будущем всё может значительно измениться); само здание выглядит свежо, а внутри царили чистота и порядок. На все эти достоинства Пак лишь недовольно фыркнул, подумав про себя, что все и всё поначалу кажется хорошим и прекрасным, однако со временем стены этого университета ещё успеют показать свою гнилую сторону. — Да. Думаю, да. Присев за один из столиков, Пак начал осматривать помещение и здешних людей. По сути, одна из вещей не меняется никогда: люди, в большинстве своём, предпочитают шумную компанию, нежели гордое одиночество. Чуть правее от него самого и бесконечно болтающего Тэхёна сидела группа девушек, состоящая из шести человек. Одна из них очень долго и мечтательно смотрела на Кима, а другая, заметив внимательный взгляд Чимина, решила подмигнуть и улыбнуться. Закатив на это глаза и отвернувшись, Пак продолжил сканировать одного человека за другим. Левее, ближе к окну, сидели несколько парней, громко разговаривая и постоянно смеясь. На всех, кроме одного, были надеты толстовки с эмблемой университета. Кстати, об этом "одном". В отличие от остальных, он выглядел словно лебедь среди уток. Гордая осанка и высокомерие в глазах были видны за версту. Слишком очевидно, что он страдал чувством собственного величия. — Чимини, а ты, случаем, спортом не увлекаешься? Если да, то ты идеально впишешься в компашку наших спортсменок, — довольный своим неумелым подколом, Тэхён нервно захихикал. — Хэй, да кого ты там взглядом гипнотизируешь? — А? Что? Никого я не гипнотизирую. Слушай, а кто тот парень в белой рубашке? — Ох ты ж ёп, — заметив недовольный и немного злой взгляд карих глаз с другой стороны кафетерия, обращённый к ним, Ким поспешил спрятаться за спину Пака, а после уже шёпотом продолжил. — Пожалуйста, больше не смотри на Чонгука. Я на него сегодня кофе пролил и, кажется, он уже успел подыскать мне местечко на кладбище. Переведя взгляд со странного Тэхёна, Пак снова посмотрел в сторону парней и наткнулся на того самого Чонгука. Его недобрая усмешка и хитрые глаза говорили сами за себя: Паку здесь не рады. Но ничего страшного. Чимин и не с такими справлялся.