Луна исчезнет в полночь

Разве бывает лучше утренней луны? Когда во всю цветёт и пахнет природа, птички звонко поют, людишки под окнами работают. «Это и есть счастье?» — думал Ким Тэхён, вставая с кровати. Если взглянуть под углом, то увидишь милого омежку, который не выспался как всегда. Растрёпанные волосы придавали сексуальность и неопрятность одновременно, что и позволяло увидеть живого омегу во всей его красе. Тэхён, потирая глаза, шёл в ванную комнату с мыслями о забытом сне. Парень часто забывал сны, расценивая, что не обязан их знать. Что же не хватает омеге больше всего? Что заставит биться его охладевшее сердце? Мрак потихоньку остывал, парень был уже не тем омегой, став золотым альфой этого царства. Пройдя по кафелю своими маленькими ножками, погрузился в облако наслаждения, как думал он. Тэхёна манили уют и тепло, как пар поднимался вверх, следуя за запахом его любимого шампуня. Ведь король хотел, чтобы с ним произошло тоже самое: следовать за тем, кого любишь. Но в его мире, на его земле всё иначе. С размышлениями покровитель Луны мог лежать бесконечно, но пост зовёт. Нужно следить за тем, как работают и бездельничают люди, кого вешать, а кого помиловать. — Господин, пора властвовать, — спокойно подойдя, проговорил слуга, на что Тэхён слегка вздрогнул. Мелкие мурашки пробежались по изнеженному телу. — Юн… Юнги, не смей больше так подкрадываться, — немного дрожащим голосом произнёс парень. — Что же вы так пугаетесь? Тэхён, поймите, вы — альфа, а омега умерла вместе с вашем отцом, — с ноткой раздражения промолвил Юнги. — Я помню, но сущность не обманешь, — Ким верил, что омега — это не проклятье, а его судьба. Что если так и есть? Проклятье не задело плод будущего мальчика, что он и был омегой. Тэхёну никак не давала покоя эта история. Всегда хотел узнать правду. — Прошу, — Мин преподнёс одежду, которую мог одеть только альфа. Она была вышита особыми нитями, которые давали вес любому материалу. Такая ноша омеге не под силу, но Тэхён справлялся, выбора просто не было. Но каждый вечер, сбрасывая с себя одежду, плакал в подушку горькими слезами. Ему хотелось забыться, раствориться в этом грёбаном мире… Выйдя из своего поместья, парень надвигался прямо в направлении главной площади, где, собственно, происходили все действия правосудия. Проезжая мимо, Тэхён заметил, как трудится его народ, по крайней мере, пытается. Ведь никто не хочет быть повешенным. Ким понимал, что отец поставил народ на ноги, дал ему силу, поэтому он заботится о них. Прибыв на главную площадь «Луны», царь надел маску кровожадного и рассудительного альфы. — Жители моих земель, у меня для вас есть важная новость, — Ким встал в удобную позу и принялся толковать. — Хочу сказать, что вскоре появится второй правитель моих земель, поэтому начинайте подготовку к торжеству. Мы не должны показаться ему изгоями. Вперёд за работу, — сказав его страшный сон, сел в карету, и его повезли обратно к себе. По дороге домой Ким задумался, сильно задумался, ведь он не видел, с кем его хотят связать. Что это за человек? Как Тэхён будет вести себя с омегой, если является по сути той же сущностью? Тайна раскроется? С глубокими мыслями Тэхён не заметил, как приехал к себе. Быстрым шагом влетел в дверь и немедля поднялся в свои покои. — За что всё это? Кто придумал этот идиотский мир?! — да, паника окутала нервного омегу, который носился по всей комнате. Ведь помолвку не отменить, что и есть подставой для правителя. Он знал, что его будущий супруг омега, но сущность может раскрыться в любой момент… Всполыхнули эмоции, которые почти разнесли к чёртовой матери комнату. Лекарство. Оно дало сбой? Всё кипело, казалось бы, ничего его не сможет остановить, но оперативно Юнги вколол Тэхёну успокоительное, что того и успокоило в считанные секунды. Юнги привык к этим выходкам, знал, что из-за жидкости ему становится так плохо, но заменить её не мог, просто не было замены. — Юн, я устал… — не двигаясь, он лежал на полу. Так жить больше нельзя. Может просто признаться? Нет, иначе станет хуже. Династия Ким будет свергнута и навеки запачкана. Только это останавливало Кима, ведь он не хочет упасть в глазах отца, который видит всё. — Господин, нужно быть сильным. Вас никто не раскроет, поэтому не стоит волноваться. Если узнает та омега, то мы просто повесим его, сказав, что самоубийство, — Юнги знал подход к царю, поэтому не составило труда его успокоить. Подойдя ближе, он нагнулся к нему и шепнул на ухо: — Медвежонок, никому не дай себя сломать, — после этого, быстро поднявшись, он скрылся за дверью. Это прозвище Юнги дал Тэхёну, когда ему было пять лет. Он любил его как родного сына, да и Тэхёну это нравилось. Он единственный, кто по-настоящему дарил любовь и тепло, а медвежонок согревал и согревает его холодное сердце.

***

— Чонгук, собирай вещи, не заставляй их ждать Хосок просто не мог сидеть спокойно, ведь Чонгук не человек, а монстр, который сам же себе на шею посадил. Чонгук является наследником Солнца. Определённого названия не существует, но на Земле таких называют «мертвец». На планете чувствует себя 16-летним, так как у существ возраста с роду не бывает, они бессмертны. Образ у него очень соблазнительный: волосы цвета рубина, глаза чёрной ночи, высокий, проницательный. Запах — «мята». — Блять, — Чон был взбешён, что его выдают замуж. Как так? — Только посмей себя раскрыть! Никто не должен знать об этом, ты меня понял? — правитель очень волновался, тем самым забыл, как разговаривать с Чонгуком. — Ты! С каким тоном ты со мной разговариваешь? — чуть ли не крича. — Где мой парфюм? — резко перейдя на спокойный тон. Чон всегда быстро заводился, но также и остывал. Рубиновый парень собрал все вещи и ждал, когда же он наконец-то уедет с этих земель. Сидеть здесь 16 лет для божества невыносимо. Также было интересно, с кем он будет делить постель, свою стихию, свою жизнь. Надеяться, чтобы был не старик, который ничего не понимает в сексе, в анальном сексе, что и заводит наследника от одной только мысли. Подойдя к окну, видел лишь Солнце, которое так напоминало родной дом, где царит похоть. Странно, да? Солнце и похоть. Но это же Вселенная, которая принимает любые отличия и понятия о каком-либо явлении. — Хосок! Когда мне ехать? — повернулся к мужчине, облизав губы, и задал вопрос, на что получил ответ, который его заставил рассердиться. Омега покинул свои покои с нечеловеческой силой, хлопнув дверью. Он бы мог просто остаться и понежиться с «папочкой» в кровавом ручье, но предпочёл остаться наедине, что и вызвало недоумение у царя. Что случилось? Лишь этот вопрос стоял у того в голове. — Отец! Зачем ты меня отправил сюда!? Почему ты так со мной поступил!? Кто тот человек, с которым я должен быть? Ответь! — сын стоял на балконе замка и кричал, что есть мощи, чтобы отец его услышал. Отец не был рад появлению сына, потому что Чон отличается от всех «мертвецов» тем, что у него дакрифилия*. Поэтому он отправил «любимое» чадо к смертным. Чонгук не желал этого, но против отца не попрёшь. Пришлось согласиться с этой участью и наказанием, но с другой стороны и весело, ведь со смертными можно поиграть. В мире Солнца младший не мог позабавиться, всем было не до него. На Земле был альфой, безоговорочно самцом света, но в семье пришлось стать каким-то омегой… И сейчас Чонгук был опустошён…