значение не должно быть пустым

—слушай, чувак, а ты случаем жрать не хочешь? —чес ведет глэма не в очень понятном направлении, по сбитым дорогам - остаткам асфальта и камней. августовские вечера порою несправедливо холодные, но если быть честным - глэму после прогулок в третьем часу ночи в одной джинсовке да легкой кофте, уже ничего не страшно. чесу, кстати, тоже. —нет, я ел недавно. —глэм улыбается ему и совсем-совсем не отличает, кажется, тревожную пустоту в желудке от сытости —утром? —чес тактично не задает лишних вопросов, а может и не знает что и спросить. понимает как его другу тяжело, помнит сам, что такое липкий страх внутри. —я не голоден, правда. —а я бы сожрал чего нибудь. —чес буцает камушек и тот отбивается от бордюра - останавливается у глэма под ногами. по сути нет ничего плохого в том что бы играть в импровизированный футбол, без ворот и судьи, камнями на дороге, но порчу дорогих туфель отец никогда не прощал в детстве. отца рядом нет. и это заставляет глэма одновременно и тревожно сжиматься, и дышать полной грудью, повзволяя себе наконец, без последствий, насильно пнуть серый камень. —ты так долго думал, аж залип. —чес усмехается и смотрит в чужие глаза - а глэм же выглядит неловко смущенным. кажется не стоило этого упоминать.—надо перейти дорогу, там шаурмечная. самая пиздатая в городе, я тебе отвечаю. шаурма, это, конечно, еда богатых, поэтому я, как наш городской пророк, предвещаю - сейчас пророк будет есть беляш. глэм презрительно морщится когда видит уже уродливо выгоревшие, желто-красные стены, с белой надписью «шаурма» на верхнем краю, и чуть ниже - беляши, самса, чебуреки. когда его отец был в хорошем настроении, проезжая мимо подобных ларьков он всегда жаловался на то как же эти сомнительные заведения «для бомжей» портят вид городка. глэм всегда с ним соглашался. теперь глэм сам переходит дорогу направлению к заведению для бомжей с явной целью. —слушай, пророк, а ты случаем там чуть дальше не видишь, ты не отравишься после беляша-то? —о нет, ты сомневаешься в моих способностях? да и тем более я знаю мужика что тут работает, он нормальный. —чес облизывает губы и тянется за потертыми купюрами в кармане. —во. щас пророк будет жрать. ты точно ничего не будешь? —точно, точно. давай уже. — глэм останавливается в метре от чеса и в двух - от не шибко чистого окошка. перспектива травануться ему уж точно не нравилась. что так - что так прийдется проблеваться. остатками тревожных чувств или остатками неперевареной пищи, ему не важно и одинаково неприятно. но чес глупо улыбается и стучит по стеклу, мимолетно кусает губу и улыбается сильнее в предвкушении, посмотрев на деньги в руках и убедившись что ему хватает. и глэм смотрит на такого счастливого чеса, и возможно его не будет тошнить вовсе. —здравсте, а у вас есть пирожки с мясом? —чес подается вперед и почти заглядывает внутрь ларька, когда ему открывает бородатый мужичок. —нету малой, есть только с картошкой, будешь? —я не хочу с картошкой, — кажется, пророки ошибаются и в предсказании ближайшего будущего. —мне нужен беляш! —эй малой, нету беляшов, мы можем предложить только самсу. —какую самсу, я хочу беляш, бе-ля-ш, ты меня слышишь? чес всегда отличался предельной, порою неуместной, настойчивостью. —слушай, я же сказал, нету беляшей, я могу дать только пирожок с картошкой. чес лишь хмурится, понимает что ни беляша, ни карьеры ванги ему не видать, но поражения не принимает - ему только дай поспорить с кем-то, даже без смысла —чес, ты когда уже успокоишься, — глэм ни позориться рядом с ним не хочет, ни стоять дольше минуты рядом с данным заведением, если его можно уж так назвать. —я вот хочу что бы ты перестал... —что вы хотите молодой человек? беляшей нет, сразу говорю. — а дяденька продавец показательно начинает игнорировать чеса, перебивает глэма и обращается к нему. натянуто улыбается и наклоняет голову, будто заинтересованно слушает. глэм же только делает шаг назад и секундно кривится в отвращении, но спустя мгновенье расслабляет лицо, придает ему надменный вид - и тянется к галстуку на шее. неловко цепляется за край футболки когда его там не обнаруживает. в первый день знакомства с чесом, глэм вел себя точно так же. чес помнит. —спасибо, я не голоден. —сухо отвечает себастьян, глэм. —пошли уже, чес, —и снова дергает за запястье. то как глэм почти что держит тебя за руку чувство неожиданно правильное и приятное. —да, тут уж нам ловить нечего. пиздуем. голодные. глэм отпускает запястье когда чес делает первый шаг прочь. —слушай так чего ты к этому беляшу то прицепился? —чес иногда делал странные вещи которые обычный мозг понять не мог. —купил бы пирожок с картошкой. —да мне просто поржать хотелось, правда не смешно получилось. —чес поворачивает голову в сторону глэма, и, дурак дурацкий, неловко спотыкается о свои же ноги. не падает так уже хорошо. глэм неловко прикрывает рот рукой потому что смеяться с того, как твой друг едва не падает, некультурно. но ради того как глэм смеется чес готов и упасть. —ты чего падаешь на ровном месте, а, чес? —засмотрелся на твою неземную красоту, глэм, подумал ну как так можно жить когда есть такие красавчики и решил покинуть этот мир путем запутывания в своих же ногах. — шутит чес и еще больше радуется когда глэм подхватывает и начинает смеяться вместе с ним, краснея. от смеха, правда. потому что в каждой шутке есть доля правды. —вау, новый способ суицида, пойду запишу тридцать вторым в моем списке. — глэм хватается за воздух и сгинается пополам потому что ему весело. чес смотрит на глэма и понимает что в каждой шутке есть доля шутки. —погоди у тебя реально есть такой список? —да, — смех защитная реакция, и глэм вдыхает больше воздуха в легкие, что бы продолжить, —вернее был - скажи спасибо папаше что прочел мой дневник и решил выпереть меня из дома. ох, глэм. щемящее чувство внутри, липнет и болит, и что то подсказывает, что то внутри так хочет прервать глэма, прижаться к нему и обнимать столько сколько нужно, сколько хочется, сцепить руки за спиной, простить, умолять не заводить новый блокнот, не писать тридцать вторым в списке, чес просто хлопает глэма дружески по плечу. —все хорошо будет, чувак, я тебе отвечаю. не нужно никаких блокнотов.

***

—и где это мы? —секретное место, чел. специально для тебя. — чес находит едва заметную тропинку в высокой сухой траве, за его одежду цепляются маленькие репяхи. —давай за мной. — он проходит меж кустов, и честно - место действительно выглядит секретным - со стороны широкой тропы щель в деревьях почти не видна. —осторожно не наебнись, тут склон крутой. —кидает чес перед тем как очень неудачно наступить на камень и проехаться, поднимая пыль. —вот я уже чуть не наебнулся, держу в курсе. —боже чес что за день у тебя, неудачный. — глэм глупо улыбается и проходит за ним, оглядываясь вокруг и делая первый шаг по склону, неловко расставив руки. ему удается спуститься спокойно. —ну и как тебе местяк? чес указывает на берег с на удивление чистым песком, на спокойную зеленую реку, на солнце, медленно падающее к горизонту. вокруг деревья и камыши, через них никак не пройти к этому месту. и сейчас это только _их_ маленький пляжик. —вау. —глэм завороженно смотрит на пейзаж и бесконечно благодарит в мыслях чеса - потому что тот каждую неделю находит и показывает еще кучу мест в городе и довольно наблюдает за отвисшей челюстью друга. —охуенно? —охуенно. —подтверждает глэм. —тут красиво. прям вау. откуда ты вообще знаешь столько мест? —конкретно это мне показала моя бывшая год назад - мы тут сидели пару раз. —чес скидывает свою джинсовку на песок и расстилает так, что бы поместились оба. —это кстати у ее бати нет беляшей. глэм стоит еще несколько секунд, перед тем как уместиться на небольшом участке ткани, касаясь плеча чеса своим. (глэм совсем незаметно, даже для себя, прижимается чуть чуть ближе.) —погоди, у тебя была девушка? —да, а что такого? —да ничего.—глэм тяжело вздыхает,— круто наверное. мои родители подобрали мне будущую жену когда мне было 13 лет, а так то я мало с кем мог общаться, что бы найти даже друзей и подруг, не то что девушку. —сочувствую чувак. но щас то наверное твоей невестке прийдется искать нового жениха. —чес прикрывает глаза и тянется носом к солнцу, а глэм как то печально улыбается, вспоминая маргошу - светловолосую спокойную девочку, совсем не такую строгую как лидия. и с ней было правда интересно. с себастьяном они бы были хорошей семьей, и глэм вздыхает - будущее по кусочкам обламывается у него в руках и надо думать как жить дальше. —чес, кстати, ты не решил что там с консерваторией? —а что решать-то. я ради этого бюджетного места, знаешь сколько пахал, и мне бросить на пол-пути? ну уж нет. —расслабленно говорит он, —а ты как? —первый семестр оплачен, так что как минимум его проучусь. —глэм зарывается одной рукой в теплый песок, и это оказывается чертовски приятно, —надеюсь мой отец не прекратит платить, я не хочу отказываться от образования, не знаю как по другому. а для него репутация, кстати, очень важна - и вся моя семья училась там. если он перестанет платить то это будет выглядеть подозрительно, так что надеюсь на его эгоизм. —эх пацан. даже ответить нечего. — ответить нечего, можно только поменять положение, что бы было удобнее уместить свою голову на плече у глэма. а глэм и не против. —сядем за одну парту? —неожиданно выдает глэм. воровать чужие вопросы - не культурно. вообще то воровать — это к чесу. —только хотел у тебя спросить это. — за ребрами, чуть ниже, приятно дергается, но чес старательно игнорирует. —если нас учителя не рассадят как морковь на грядках - пожалуста. я только за. —тогда договорились. —тихо отвечает глэм и прикрывает глаза. чес невозможный. его хотелось благодарить, цепляться за него кончиками совсем ослабших пальцев, стараясь не потеряться, не утонуть. потому что чес тот человек за которым хотелось идти, бежать или ползти - неважно. хотелось быть рядом - потому что это мимолетное «рядом» - это теплые объятия в три часа ночи, потому что глаза глэма предательски намокли, когда чес ему показывал все новые и новые интересные места. это мимолетное «рядом» - когда глэм отдается на полную во время игры - потому что он чувствует, чувствует и так болит, и об эту боль он стирает медиатор, под восхищенный взгляд чеса ю. но ночью, засыпая на любых поверхностях, глэм чувствует себя абсолютно точно - без едких примесей - счастливо это мимолетное «рядом» - и чес засыпает рядом на кровати, пока глэм разглядывает его комнату и кидает взгляд на часы - у него есть еще 15 минут. это мимолетное «рядом» всегда отбивается эхом оглушающей благодарностью. потому что чес показал ему новый мир. показал какого это - хотеть жить, хотеть делать новый вдох, не чувствовать ссадин в легких - и чесу за такое пора ставить памятник. потому что привел его встречать закат на одинокий дикий пляж на реке, как в глупых фильмах, которых глэм наверное и не видел то, как в песнях, как в дешевой романтической книге. и глэм бесконечно благодарен - за возможность подставлять свое лицо под поцелуи солнца, слушать плеск реки и совсем-совсем не хотеть спрятаться. —пиздец, у меня шея затекла. — чес недовольно морщится, потому что как бы ему не нравилось сидеть вот так - его суставы явно против, поднимает голову с острого плеча и хрустит позвонками, а глэм поворачивается в его сторону, разминая уже свои руки. —ты твердый. —абсолютно неожиданно выдает чес. —вау. спасибо что не колючий. — тот поворачивается в его сторону и улыбается, так широко что будто бы неестественно но на деле - чес знает, - глэм сейчас самый счастливый человек в радиусе пятиста миллионов километров. —странные описания вообще-то твой конек, так что колючим ты уж сам себя назвал. —чес смеется и поднимается с джинсовки, отряхивая свой зад от все таки засыпавшегося на ткань песка, а потом и вовсе начинает стягивать с себя футболку, под непонимающий взгляд голубых глаз. тело, обычно спрятанное под одеждой, едва светлее шеи и рук, и глэм правда-правда не спускается взглядом по его груди и ниже - пока не натыкается на дорожку темных волос, спускающихся к шортам и резко не отворачивается, вовсе и не смотрел я на тебя, чес. —че пацан, засмущался? - чес усмехается и радуется что его голос не дрогнул в конце фразы - потому что увидеть как глэм приходится взглядом по твоему телу и резко отворачивается донельзя неправильно и приятно. «пиздец» думает чес, секундно кусая губу. а после , пытаясь скрыть волнение, пафосно оттягивает за край свои джинсы, ожидая что они круто хлопнут по его бедру, но этого не происходит, потому что это не домашние шорты на резинке. —ладно чувак, соблазнить тебя не вышло, не те штаны. но давай, стягивай свои шмотки быстрее и пошли. —что? —что слышал. — бросает чес и наблюдает за тем как глэм изнутри кусает щеку и едва краснеет - сжимает нервно своими пальцами джинсовку под собой. до боли очаровательное зрелище. —купаться будем. —продолжает тот намного тише, —вода теплая сейчас должна быть. —ты не брал плавки, какое купаться? —зато мы оба в трусах. —шутит чес и расстегивает молнию штанов - стягивает их неловко вниз, неосознанно втаптывая в песок. —давай, не стесняйся, жоп что ли не видел? —не видел. —бурчит под нос глэм и начинает стягивать с себя джинсовку, складывая рядом. купался он только пару раз в год, когда всей семьей ехали на юг - к чистому морю, заселяясь в дорогой отель с собственным выходом к пляжу и под стогим присмотром отца. 15 минут в воде, никаких плесканий с лидией - только спокойное плавание, и заходить не глубже чем по грудь. свод строгих правил, правил которые больше никогда не будут действовать, правил которые мешали и не давали дышать, которые сковывали грудь в цепи и которые не давали всплыть - вода заливалась в легкие - правил которые чес ломает одним своим присутствием, культурно отвернувшись от глэма, давая ему спокойно стянуть с себя футболку. и когда глэм, оставшись в одних штанах тихо подходит к чесу, тот оборачивается и широко улыбается, жмурясь на один глаз от солнца. —ну, давай, не будешь же в штанах купаться. —но и не в трусах же. —о нет, извини, не тот уровень у нас что бы письки друг другу показывать, так что давай ограничимся штанами. — чес делает шаг вперед, ступает по щиколодку в воду и всем своим видом старается не показывать какая де холодная неожиданно оказалась вода. —я трусы-то тебе кстати свои самые красивые, новые подогнал. так что давай, не стесняйся. тот факт что чес прошлой ночью буквально притащил всю свою одежду, вплоть до нового нижнего белья глэма одновременно смущает, и одновременно заставляет быть до жути благодарным, потому что чес сделает все что можно ради него. (и это совсем немного пугает) —я не стесняюсь, —снова бубнит под нос и стягивает широкие штаны со своих ног и, в отличии от своего друга, не втаптывает их в песок, а складывает, отряхивая, рядом с футболкой. —ну вот, красавчик же. давай, а-то стал как в землю вкопанный. — чес несмело сам делает шаг в холодную мутную воду, оборачивается, смотрит на тот как глэм разглядывает реку и выдает: —я туда не полезу. она зеленая. теперь уже чес бьет себя по лбу, цокает и хватает глэма за обе руки - тащит на себя, смотрит в широко раскрытие глаза, довольно улыбается и теряет равновесие, падает в холодную жижу, не опуская руки — тянет за собой звонко вскрикнувшего друга. —блядь чес! пошел нахуй, вода ледяная! — тот вскакивает, полностью мокрый и чудом не отхлебнувший водицы, —ты издеваешься? —абсолютно нет, —а чес так и остается сидеть жопой на песчаном дне, лыбясь то ли довольно, то ли сконфужено. —нормальная вода, че ты жалуешься-то. —нормальная!? да она! пиздец! «пиздец!» это то что проносится в голове у чеса, когда он с непонятным восхищением смотрит как глэм обнимает себя, как по его телу идет дрожь и как он же сука красивый. —не слышал что бы ты так много матерился раньше, —чес кусает губу и улыбается совсем-совсем нехорошо, потому что резко проводит рукой по воде, что бы забрызгать глэма —да блядь! я тебя ненавижу! — тот совсем уже визжит, быстро отходит назад - к берегу и вытирает лицо от воды. —ну ты издеваешься? —во первых ты себя не обманывай. а во вторых быстрее привыкнуть к воде чем согреться на солнце, тем более ты уже полностью промок. —ты правда издеваешься. —ага, конечно. вода постепенно становится и правда теплее, и это то ли от того что и правда привыкаешь, или от того что глэм вздыхает и несмело ступает в реку, а несколькими минутами позже широко улыбается, плавает вокруг и хвастается тем, какие камушки со дна он достал. и наверное, тепло вокруг от того - что глэм сейчас абсолютно счастлив.