Дьявол

стеклянные небоскрёбы были мне противны даже больше, чем нищий обветшалый район, где я коротал холодные ночи. больше, чем собственное бренное существование. во рту чувствовался привкус нового препарата, который мне пришлось купить утром, чтобы найти в себе силы совершать самые банальные действия: есть и говорить. потому что было больно. боль, перманентная, непрекращающаяся, изматывающая. с наступлением зимы действительно становилось сложнее во всех аспектах. я ненавидел это время года сильнее остальных, ведь оно заставляло меня сходить с ума в вечных поисках того, что могло бы помочь ослабить симптомы извечной болезни. множество обеспокоенных лиц людей в медицинских халатах и непонятные мне ранее слова, что теперь означают персональный диагноз, всё это доводило до трясучки. я побывал в большем количестве госпиталей, чем брал штурмом вражеские базы. и если во множестве сражений и нескончаемых кровавых поединках, я чувствовал безоговорочную уверенность в победе, то сейчас я не был уверен ни в чём. — выглядишь не очень, привет. тупая боль в голове и тошнотворная тревога на секунду прекратились, вынуждая меня отреагировать на знакомый голос. наставник появился неожиданно. — спасибо, а вы как всегда. – совершенно не ощущая обиды из-за комментария о моём внешнем виде, я оглядел силуэт чуи-сана, чувствуя, что немного скучал за ним. – будете меня отчитывать? собеседник лишь усмехнулся, разводя руками. — ага, может мне ещё лишить тебя сладкого? я не твоя мамаша, акутагава. – он говорил это беззлобно, с присущим сарказмом, чуть посмеиваясь. внутри было спокойно от его тона. — ты хоть как, а? вспоминая всё недавно произошедшее было сложно сориентироваться, о чём конкретно меня спрашивали. ведь внимания заслуживал и пьяный дебош и погром в пыточной и... — чёрт, нормально, а вы, чуя-сан? рыжеволосый приподнял бровь и убрал лукавую ухмылку. я не умел читать людские эмоции, но казалось, что он всё равно не злился на меня, даже вспоминая весь мною учинённый беспредел. — жить буду, не парься. сильный. никогда не акцентировал внимания на своих проблемах, порой ограничиваясь лишь недовольным ворчанием. не было криков и громких колющих фраз, ведь один только проницательный взгляд мог заставить тебя почувствовать свою вину, если ты действительно напортачил. приятно слышать, что он в порядке. возможно, совсем скоро мы смогли бы заняться важными миссиями или хотя бы выбраться из разгромленного мною подвального помещения. впредь мне не хотелось падать в грязь лицом и изводить чужие нервы. вариант с тем, что наставник мог затаить на меня обиду, не возникал. не в его это стиле было. — рад, что вы... – начал вдруг я, но, услышав недовольный девичий крик, смиренно закрыл рот, вслушиваясь лишь в топот каблучков по мраморным полам. — оставь меня в покое! – визжала госпожа элис, ярким красно-жёлтым пятном приближаясь к нам, мирно стоящим посреди коридора. настолько привычной была подобная картина, что в голове она окрестилась утренней рутиной. чуя-сан кинул на меня полу-сочувственный взгляд одновременно притягивая к себе за руку, чтобы в следующее мгновение белокурый ураган не мог размазать нас по этому самому мрамору. притянул не на себя, а чуть в сторону, но я всё равно слегка стушевался, глупо благодаря. — не понял, а где... – иронично начал было наставник, поворачивая голову и вглядываясь туда, откуда прибежала девчонка. но в этот же момент из дали плохо освещённого пространства показалась ещё одна фигура, уже намного более крупных габаритов. она стремительно приближалась к нам, почти не уступая маленькой госпоже в темпе. но, завидев нас, силуэт моментально сбавил скорость, громко шаркая подошвой дорогих ботинок о не менее дорогой паркет. господин мори, до этого, вероятно, сохраняя обеспокоенное выражение лица, сейчас был явно недоволен нашим тут появлением. — во-первых, вы ничего не видели. – нарочито спокойным голосом предупредил босс, уже совсем медленно подходя ближе. мы внегласно поклонились, обменявшись быстрыми взглядами с чуей-саном, который по всей видимости пытался сдержать предательский смех. — акутагава-кун. мы хоть и состоим в крепчайшей дружбе с правительством, а следовательно и финансовой кафедрой, но не мог бы ты в следующий раз быть аккуратнее, чтобы мне не пришлось краснеть, объясняя, зачем мафии в срочном порядке нужно отремонтировать, казалось бы, вековую пыточную камеру. – на одном дыхании выдал мори-сан, всё ещё не до конца поравнявшись с нами. — представь как он краснеет... – почти одними губами (не то чтобы я смотрел на его губы) произнёс наставник, снимая шляпу и прикладывая её ко рту, дабы скрыть нежеланную улыбку, пока я заметно округлил глаза. одному только богу было известно, чем бы всё закончилось, скажи он это секундой позже, потому что фигура босса уже стояла непозволительно близко, чтобы продолжить ходить по мартовскому льду. — этого больше не повторится, мори-сан. мне жаль, что я доставил столько проблем организации и своему начальству. впредь буду аккуратнее. немая благодарность за то, что на меня не повесили баснословно дорогую сумму ремонта, так и осталась несказанной по понятным причинам. — вот и славно. – тон его заметно потеплел и испепеляющий аметистовый взгляд теперь выглядел просто кровожадно, как и положено главе преступной организации. — а где, собственно, элис-чан? наставник, кажется немного отойдя от внезапного приступа смеха, вновь надел шляпу и с готовностью заверил мори-сана, что девчонка бежала прямо по курсу, никуда не сворачивая, чем получил одобрительный кивок. — кстати, босс, а что во-вторых? – внезапное напоминание об изначальной фразе главы, выбило меня из колеи, позабывшему о том, что у этого разговора вообще было логическое начало, потому что в памяти по неволе крутился лишь бегущий господин мори. мужчина напряжённо выдохнул, поправляя белые перчатки. казалось, что он не желал говорить об этом вовсе. — хотел поинтересоваться местонахождением дазая. – внутри будто кипятком обожгло. — я звонил, чтобы в который раз узнать, какого дьявола его нет на рабочем месте, но он не брал трубку. дазай слишком расслабился, когда я снял его с должности твоего наставника, акутагава-кун. ранее я не замечал ни опозданий, ни наглых прогулов, а недавно он вообще сказал мне, что больше не представляет здесь ценности, раз даже ученика не смог удержать под своим надзором. – мори-сан продолжил говорить о куче несделанных отчётов и пропущенных собраниях. — он что, правда так и сказал? – неожиданно выпалил я, перебивая босса, следом чувствуя легкий удар локтем от рядом стоявшего наставника. секундная тишина резала слух и моё обожжённое нутро. — а? – выгнул брови глава организации, сбитый с толку бестактным вопросом. — мне нет смысла преукрашивать слова этого раздолбая, его отговорки звучали так по-детски, я бы до такого не додумался. но факт остаётся фактом, он уязвлён твоим переходом к чуе-куну. услышав это, я чуть не поперхнулся воздухом. семпай прямым текстом говорил мне о том, как Ему всё равно на саму ситуацию и досада заключалась лишь в том, что не удалось сделать из меня послушную собачёнку. «‎ он всегда отмазывал тебя передо мной, буквально вверяя, что в будущем ты станешь одним из сильнейших одарённых мафии »‎ – звучал приглушённый монолог главы, пока я не мог понять, нахожусь ли в нужной реальности и стоит ли верить в услышанное, чтобы после осознания не сойти с ума. «‎ за такое количество беспричинно убитых, ты бы уже давно был казнён, не смотря на твоё выгодное положение, крыло мафии не даёт права пачками кромсать мирных граждан. и только дазай, пьянствуя вместе с каким-то уважаемым человеком из верхушки, уговорил его закрыть глаза на твои происки »‎ я стоял как безмолвный истукан, только желая, чтобы всё сказанное оказалось ложью, ведь с каждой секундой, с каждым произнесённым словом, становилось только больнее. находиться на грани чего-то решающего становилось просто невыносимо, я был железно уверен, что ещё одна чёткая фраза окончательно перекроит мне всё восприятие мира. отдушины не было, чуя-сан не возражал и даже лицом не показывал, что не согласен с изречениями босса. — будто всё это время он только и пытался быть ответственным для тебя. внутренняя вспышка, будто рассветное небо после ночи в люпине, разрядом отдалась где-то в сознании, а затем в сердце. мне хотелось проломить огромное панорамное окно своей способностью и вышвырнуть себя на улицу. вся хандра моментом отпустила собственное тело. делая два неуверенных шага назад, встречаю на себе взгляд чуи-сана. он какое-то время просто смотрел на меня, а потом показал глазами на выход, будто одобряя мой порыв покинуть ненавистные коридоры. я тут же сорвался с места, даже не смотря на главу организации, молниеносно, словно противная девчонка босса, убегая прочь. цель была проста и понятна, почти как и всегда, найти, но только не обезвреживать. это являлось именно тем заданием, которое я задал себе сам и на котором можно было благородно подохнуть, как говорил чёртов дазай-сан. а я был в кое-то веке с ним согласен. — если нужна будет помощь, звони! родной голос наставника вселял чувство вины за то, что я буквально бросал его сейчас, чтобы найти человека, от которого меня за руку увели в безопасное место. холод промозглой улицы ударил по моим лёгким, но не заставил терять время на осточертелый кашель. я не был тепличным цветком и безопасная оранжерея надобности не представляла. я вырос в месте, где мор и кровь бессменно сопутствовали друг другу и это не казалось чем-то странным. я и есть та самая опасность, от которой меня пытались предостеречь люди, не знающие меня так досконально. бессердечный убийца, бегающий за гениальным дезертиром, что оставался для меня причиной напрягать лёгкие. абсурд и парадокс, но было до смешного плевать. — это его портрет мы видели на объявлении?! разносились одинокие возгласы прохожих, напуганных дневным появлением местной знаменитости. и, чувствуя их страх, отступал мой собственный. меня невозможно было переиначить под новые стандарты, внезапно подгоняя под более человечные методы обучения, ведь даже сейчас я бессовестно нарушал целый свод правил, внутренне поражаясь самому себе. просто потому, что человечные методы мне абсолютно не подходили. ведь всё это время Дьяволом был Я.