Amour et dragons. Famille.

22 августа 1994 год. — Доброе утро всем! – Патриция бодро спустилась по лестнице, приветствуя сонных ребят, клюющих носами в тарелках. Утро в «Норе» началось рано из-за чемпионата мира по Квиддичу. Все младшие дети, а также Молли и Артур уже встали и завтракали, трое же старших сыновей еще спали. У них была возможность трансгрессировать, а не пользоваться порталом, а поэтому они могли поспать подольше, что в общем-то и делали. Патрицие же не спалось. Возможно, если бы они спали с Чарли вместе, то она позволила бы себе понежиться в постели рядом с любимым, но лежать одной в пустой комнате было невероятно скучно. Привычка вставать на работу в пять или шесть утра давала о себе знать. Поэтому девушка решила, лучше уж встать, пусть даже на часах четыре утра. — Ох, милая, я тебя тоже разбудила? – Молли обеспокоенно посмотрела на девушку, что налила себе чай и села за стол рядом с заспанными девочками. – Четыре утра ведь, а у тебя отпуск. Поспала бы... — Какой тут отпуск, мама́, - мягко рассмеялась девушка, забираясь на стул с ногами и обхватывая ладонями горячую кружку. – Сегодня столько дел предстоит, что я просто не могу спать. — Столько дел? – Оживилась сонная Джинни, всё еще заспанными глазами смотря на Патрицию.- Ты куда-то пойдёшь? — Да. Мы пойдём с мадам покупать вам всё к школе, потом надо заехать к одному знакомому, передать его заказ из Румынии, потом тренировка, всё же по приезду в заповедник мы с Чарли как раз нарвемся на сдачу нормативов. – Пока Патриция рассуждала, перед ней, стараниями Молли возникла тарелка с завтраком: салат из свежих овощей и яичница с беконом. - Потом надо написать мама́. Я обещала ей рассказать как мы добрались. В общем, много дел. — Нормативы? – отозвалась Гермиона, упорно пытаясь подавить зевок. – Я слышала, что нормативы сдают только перед устройством в заповедник. Разве нет? — Нет, каждые три месяца. Норматив по физической подготовке, магической и психологической. Последний я всегда сдаю на все сто. Был опыт. Основная проблема у меня с физическими нормативами. Всё-таки я куда слабее мужчин, - тут девушка заметно помрачнела. - А потому приходиться на трассе выкладываться в два, а то и в три раза сильнее. — А что там не делают для девушек облегченную программу? - Поинтересовался один из близнецов, но тут же получил толчок в бок от брата. - То есть... ну, можно было сделать полегче программу для всех. Общую. — Нет. Не делают. Там для всех общие нормативы. Работоспособность не зависит от пола, Жорж. - На французский манер произнесла девушка и серьезно посмотрела на парнишку, так и говоря взглядом быть осторожнее в своих словах. Пока семья завтракала, Артур рассказывал как же проходила вся организационная часть чемпионата. Звучало действительно потрясающе. Патриция, что никогда не была увлечена данным видом спорта и, к сожалению Чарли, не разделяла его интерес в этом направлении, тоже заинтересованно слушала. Ей даже на секунду захотелось вместе со всеми отправиться и посмотреть какой же там стадион, как организовали стоянки волшебников, но желание быстро пропало. Что поделать, не нравилось ей это, точнее она просто не видела в этом смысла: четырнадцать игроков гоняются по полю за парой мячей, разбивают носы, головы, ломают конечности... нет уж, спасибо, ей этого и на работе хватало. Те же метлы, толпа волшебников, тоже гоняются и ломают себе всё подряд. Единственное что – вместо шаров – драконы, но тут уж небольшая разница. — Что у тебя там, Джордж?! – Окрик миссис Уизли заставил Патрицию вздрогнуть и выронить вилку от неожиданности. Видимо, близнецы решили вынести из дома свои изобретения и толкнуть их кому-нибудь на чемпионате, но были слишком беспечны и неосторожны, раз пара конфет всё же попалась матери на глаза. Пока женщина упорно манящими чарами забирала конфеты из всевозможных потайных карманов, молодая девушка лишь покачала головой, грустно улыбнувшись девочкам, что тоже оторопели от такого крика. Завтрак закончился на плачевной ноте. Фред и Джордж очень разозлились на мать. Когда настало время отбытия, они не подошли к женщине, чтобы прощаться. Однако Патриция решила всё же немного сгладить ситуацию. Обнимая мальчиков на прощание, она сунула каждому в карман по мешочку с их же конфетами, шепнув на прощание: «Не умеете вы прятать». Мальчишки глупо заулыбались и покраснели, то ли от полученных поцелуев, то ли от того, что поняли, что девушка сделала им небольшое одолжение, втайне от матери подбросив им по мешочку конфет. Хотя на мать они были всё равно обижены. Поэтому, закинув сумки на плечи, развернулись и пошли в сторону холма, даже не посмотрев на женщину. — Повеселитесь там! – Миссис Уизли обеспокоенно посмотрела на сыновей и тяжело вздохнула. — Всё в порядке, дайте им время остыть. – Француженка положила руку на плечо женщине. Молли что-то пробормотала про стирку и скрылась в доме, явно расстроенная случившимся. Патриция же осталась стоять во дворе, наблюдая за удаляющимися фигурами, пока они вовсе не пропали из виду. Солнце медленно выходило из-за горизонта, забрезжил рассвет. Патриция села на крыльцо дома и, сняв ботинки, опустила ноги во влажную от росы траву. Было так хорошо и спокойно, что даже как-то не верилось. Наконец, в их с Чарли жизни наступила белая полоса, мирные денечки, так сказать. Полгода назад они сыграли свадьбу. Она получилась намного пышней и ярче, чем они задумывали, но от того только более прекрасной. Им подарили много полезных для их нового дома вещей, и даже ее родная мать посетила торжество, а ведь до этого они толком и не общались из-за того, что Патриция отказалась от своей семьи, от своего рода. Казалось бы, что в этом такого? Ушла и ушла из семьи, простецы только и успевают, что сходиться да расходиться и по пять раз в месяц. Но у волшебников это было немного сложнее, а особенно у больших родов, в котором состояла девушка по крови. У больших семей есть своя, особая родовая магия, которая передается от родителей к детям, от детей к внукам и так далее. С каждым разом она только крепнет, от чего волшебники в таких семьях всегда являлись хорошими колдунами. Так же это и была причина тому, почему маги не хотели смешивать кровь с не магами. Ведь тогда один из родителей не обладает родовой магией и все его потомки будут значительнее слабее своих праотцов. Именно поэтому решение отказа от семьи далось девушке намного сложнее, чем оно кажется на первый взгляд. Семьи-то она лишилась давно, когда поняла, что нужна лишь как выгодная партия для союза с дружественной семьей. Она лишилась отца и брата, когда поняла, что они оба ее ни во что не ставят, она лишилась матери, когда поняла, что та не сможет встать на ее сторону. Но, несмотря на это, с ней всегда оставалась магия ее предков, передающаяся по крови, а день, когда Патриция во всеуслышание объявила об отказе от своего рода, магия семьи исчезла в ее крови. Однако, слишком долго ей горевать не пришлось по поводу потери части магической силы. Свадьба с Чарли – вступление в новую семью, а значит новый магический род принял ее в свои ряды. И пусть Уизли не были настолько же сильны магически как Клермон-Тоннер, Девушка чувствовала, как ее магия стала значительно сильнее. Хотя, она сама это связывала скорее с тем, что наконец в ее душе наступил мир и порядок. — Flipendo. – Патриция направила палочку на подбирающегося к ее босым ногам гнома. Того оглушило и отбросило на несколько метров назад, в кусты. Новая палочка была длиннее на целый дюйм и легче, однако она невероятно удобно лежала в руке и слушалась свою хозяйку. Хотя и всё равно было немного непривычно чисто визуально. Ее предыдущая палочка была из светлого дерева и смотрелась куда изящней. Но, с другой стороны, характер Пат тоже изменился, так что и не удивительно, что и новая палочка выглядит иначе. Убрав палочку в карман сарафана, Патриция оперлась спиной о косяк входной двери и прикрыла глаза, наслаждаясь теплыми лучами солнца, что уже поднялось над горизонтом и заливало своим светом полянку на которой стоял дом. — Пат, Пат... Трици... Милая, просыпайся. Простынешь ведь. Девушка вздрогнула и приоткрыла глаза. Рядом с ней сидел на корточках Чарли и слегка тряс за плечо, весело улыбаясь ее сонному виду. Заметив, что девушка проснулась, веснушчатое лицо расплылось в широкой улыбке, а голубые глаза заиграли яркими шкодливыми огоньками. — Тебе удобно спать на крыльце? — Я уснула? – Девушка растерянно похлопала глазами садясь ровно и только тогда поняв на сколько сильно у нее затекли спина и шея. – Ох... — Судя по всему! – Чарли добродушно рассмеялся, повернув девушку к себе спиной и начиная разминать плечи и спину девушки легким массажем. – Ты чего спать здесь решила? — Да я просто задумалась, а потом солнышко, теплое такое... вот и уснула. Ой, не так сильно. — А я встал, смотрю, а тебя нигде нет. Мама сказала, что ты на улице гуляешь, я и прошел тебя искать. – Чарли закончил разминать затекшие мышцы девушки и сгреб ее в охапку, крепко обнимая и прижимая к себе. – Я уже испугался, что тебя съели садовые гномы. Но, видимо, они коснуться не смели такой красавицы как ты. — Да ладно тебе. - Девушка смущенно фыркнула, погладив ладони Чарли у себя на талии и откинувшись спиной назад, на грудь парня. – После похода с твоей матушкой по магазинам, съезжу к мистеру Агерхольду. По поводу его заказа. — Может, мне задержаться и поехать с тобой? – Голос Чарли еле заметно дрогнул. Он явно опасался отпускать свою возлюбленную одну к этому мистеру. – Всё-таки ты тут совершенно не причем и это я должен... — Прекрати. - Девушка поморщилась. - Мы уже обсуждали это. Ничего страшного не случится, если вместо тебя заказ передам я. Или ты мне не доверяешь? — Ну что за глупости, Трицци... — Вот и всё. Не возмущайся. Самое сложное - перевозку через границу - мы сделали. А остальное не так важно. Девушка повернулась к супругу и, проведя ладонью по его щеке, притянула к себе, нежно целуя в губы. Когда-то же им надо уделять время еще и друг другу. Ближе к обеду обе женщины проводили Билла, Чарли и Перси, а затем собравшись, отправились на Диагон Аллею. В покупках книг и ингредиентов для зельеварения не оказалось ничего интересного. А вот при покупке мантий... Патриции пришлось настойчиво попросить Молли принять от нее деньги на покупку парадной мантии младшему сыну. Когда Пат увидела первый вариант мантии, похожий на бабушкино платье, то поняла, что надо срочно спасать Рональда. Стоило ей только представить мальчика в ЭТОМ... убожестве, по другому Патриция не могла назвать эту мантию, как ей становилось дурно. Мало того, что у мальчика и так явные комплексы из-за своих старших братьев и знаменитого друга, так теперь еще и такая мантия. Нет уж. Патриция убедила Молли взять ее деньги и купить достойную мантию, не хуже чем у Гарри, цвета индиго. Но мадам приняла деньги только когда девушка заверила, что это будет ее рождественский подарок мальчику. Кажется, положение удалось спасти. Вернувшись в "Нору", девушка переоделась, взяла кое-какие вещи и вновь отправилась в Лондон по адресу, указанному на неком свертке с предметом, что они с Чарли должны были доставить. Мистер Агерхольд, к которому отправилась Патриция, жил на окраине Лондона в доме, который маглы обходили стороной. Но обходили они его не из-за чар, наложенных на дом, а из-за скверного характера хозяина. Это был старикашка лет за восемьдесят, худой, плешивенький, с вечно недовольным лицом, который находил любой повод, чтобы устроить скандал не только с волшебными соседями, но и с маглами. Поэтому, когда на пороге этого дома появилась хорошенькая девушка, многие соседи с удивлением высовывали носы из окон и из-за заборов, решив понаблюдать за представлением, что должно было вот-вот начаться. Глубоко вздохнув, Патриция несколько раз отчетливо ударила дверным молоточком по дереву двери. Сначала была тишина, но затем послышался окрик: «Кого, черт возьми, там принесло?! Убирайтесь!». Раздались шаги и дверь резко распахнулась. Хозяин дома так стремительно вылетел, что Патриция невольно отшатнулась, чуть не оступившись. — Кто такая? Чего надо? – Гаркнул старик, исподлобья смотря на девушку, что вцепилась в перила, чтобы не упасть — Я... Уизли, мистер Агерхольд. – Патриция встала ровно и оправила длинное синее платье до щиколоток. — Уизли? Не дури мне голову, девчонка! Уизли все рыжие! — Я – Патриция Уизли, жена Чарли. Помните, мы посылали вам приглашение на свадьбу? — А... жена... – Старик задумался, еще раз осматривая девушку с головы до ног. – Принесла? — Да, сэр. — Ну... хм. – Мужчина посмотрел по сторонам и, заметив любопытные взгляды, пропустил девушку в дом. В доме всё было заставлено и захламлено самыми мысленными и не мысленными предметами. Здесь была и старинная мебель из красного дерева, и чучела животных, и золотая посуда с гербами разной родовы. Патриция не успела толком ничего рассмотреть, как старик проковылял мимо, жестом призывая девушку пойти за ним. Они зашли в большую гостиную, но и та была тоже захломлена. Старик уселся в кресло, а Пат примостилась на краю дивана, на котором дремал огромный варан. Кажется, соседство девушки его соверешнно не беспокоило. — А где Чарльз? – Старик откашлился и утер рукавом рубашки нос, с удивлением рассматривая то, что осталось на рукаве. Патриция иногда встречала нечистоплотных мужчин, но почему-то именно сейчас она чувствовала, что из-за каждого движения и действия старика тошнота медленно подходит к ее горлу. Он был действительно отвратительным, словно маленький задохлик тролль. — Он отправился с семьей на чемпионат по квиддичу. – Патриция сдержанно улыбнулась, переводя взгляд в сторону и с любопытством рассматривая убранство гостинной. — А, ну да, ну да, он ведь раньше играл. Хороший мальчишка. Жаль только, что с семьёй не повезло. — О чем вы? – Патриция перевела взгляд с чучела грифона под потолком снова на старика. — У него прекрасная семья. — Ну да, прекрасная... только отец болван, который не смог за столько лет дослужиться до приличного чина, чтобы обеспечить семью и вернуть родовое гнездо. А мать? Свиноматка! Рожает и рожает! Бедны как церковные мыши, а она всё рожает! Тоже мне, Пруэт! Тьфу! Я удивлен, что среди их детей еще сквибов нет! Патриция почувствовала как тошнота подступающая к ее горлу связана не только с мерзкой обстановкой и мерзким поведением. Кажется, Чарли упоминал, что у старика отвратительный характер и просил, чтобы не произошло, держать себя в руках. Но как тут себя держать, когда он таким образом отзывается о ее семье. Неужели Чарли всё это терпел? И ради чего?! Ладно, она обещала Чарли, что будет держать себя в руках, обещала, что бы этот человек не сказал, она не будет встревать с ним в конфликт. Ради Чарли... — Сэр, ваш заказ... – Патриция быстро сменила тему, пока старик не наговорил еще чего лишнего. Она вынула из сумочки сверток и положила на чайный столик между ними. Старик, словно стервятник кинулся к свертку, разворачивая его. — Аа... да! Драконья кожа, печенка, селезенка, глаза и язык... и всё свежее. Как я и заказывал. – Старик с удовольствием перебирал контейнеры, при этом глаза его поблескивали алчным блеском. Он поднялся и ненадолго покинул комнату, унося свое «сокровище». Но через каких-то пару минут он вернулся и схватив Патрицию за руку, вложил в ладонь ей тяжелый кошель, наполненный золотыми галлеонами. – Вот, здесь с процентами за срочность. И передай ему спасибо за прошлый заказ... Всё же он лучший поставщик. Сейчас очень сложно легально достать такие вещи свежими, поэтому... Патриция почти не слушала старика, убирая золото в сумку и чувствуя новый приступ отвращения. Чарли не раз ей говорил, что у него есть «подработка», и она, по его разговорам с Томашом и Эмилем догадывалась, что работа связана с контрабандой, но впервые столкнувшись с этим лично, девушка испытала отвращение. Покидала дом старика Патриция со смешанными чувствами. Попрощавшись, она побрела по магловскому кварталу, чувствуя, как тошнота постепенно отступает. Среди драконологов – контрабанды были чем-то обычным. Но они немного отличались от злодеев, что убивали драконов. Всё дело в том, что если дракон по той или иной причине погиб и спасти его было нельзя – его тело «делят» на части и продают. Например, сердечную жилу обычно выкупают создатели палочек, официально и государство об этом знает, так же как и кожу или селезенку. Это официальные поставки и в этом нет ничего такого. Всё равно, что если забить корову и продавать ее шкуру, мясо, рога и кости. Но бывает такое, что драконов определенного вида нельзя «распродавать». Их предают земле или сжигают. Это связано с тем, что при приемке редких драконов, чаще всего заповедник подписывает договор о запрете вывоза этих особей или его частей за пределы заповедника из-за их необычных свойств. Так, например, когда заповедник принимал Русских многоголовых, он подписал запрет на вывоз этих драконов со своей территории, поскольку русские никому не позволяют вывозить этих редких созданий из своей страны и уж тем более использовать их для создания волшебных предметов. Поэтому, если случается так, что какая-то редкая особь умирает, группа, что его нашла, по-тихому делит некоторые его части и продает на черном рынке. Патриция предполагала, что дирекция заповедника знает об этом и позволяет своим работникам подзаработать, ведь, в таком случае, можно не поднимать людям зарплату. Это была несложная схема. Патриция никогда не касалась ее и не спрашивала друзей откуда у них столько «лишних» денег. Но теперь, когда ей самой пришлось участвовать... — Теперь понятно, откуда у Чарли были деньги на поездку и в Египет, и в Индию. – Пробормотала экс-француженка, заходя в переулок и трансгрессируя оттуда к «Норе». Патриция перенеслась на холм около дома Уизли и неспешно зашагала к «Норе», продолжая думать о произошедшем. Появлялось всё больше и больше вопросов. Как-то в голове не вязался у нее образ Чарли-контрабандиста. Уже у калитки девушка замерла, широко распахнув глаза и смотря вперед, но при этом в пустоту. «Деньги за дом... он сказал, что бывший хозяин подарил им не выплаченный остаток за дом, как подарок на свадьбу. Неужели...» — Патриция? Ты чего тут стоишь? – Молли, вышедшая из сада с пучком моркови в руке, удивленно посмотрела на девушку, что замерла приоткрыв калитку. — Я... задумалась, мама́. – Отозвалась Пат, растерянно заходя на участок. — Проходи скорее, скоро ужинать будем. Ох, жаль, что только вдвоем... – Женщина улыбнулась, нежно похлопав девушку по плечу и заходя в дом. – Интересно, Артур накормил детей или опять решил поиграть с магловскими способами приготовления? Патриция пошла следом за миссис Уизли, заходя на кухню и садясь за стол, положив сумочку с деньгами на соседний стул. Она наблюдала за суетившейся свекровью и думала над словами, что сказал старик. И чем больше она думала над ними, тем сильнее появлялось отвращение к мистеру Агерхольду. Миссис Уизли была прелестной женщиной, что всё делала ради своей семьи. Как он мог так отзываться о ней? И причем тут ее девичья фамилия? — Мадам, а вы никогда не сомневались в мистере Уизли? — Сомневалась? – Молли поставила перед невесткой тарелку с тушеным картофелем и мясом. — Ну, он не особо стремится к повышению по карьерной лестнице, почти всё свободное время проводит изучая изобретения простецов... –Хм, ну, иногда мы ссоримся, потому что наши мнения не совпадают. – Женщина присела за стол, напротив девушки и задумчиво взяла кусочек ржаного хлеба. – И иногда любовь Артура ко всему магловскому действительно может раздражать, но это такие мелочи, в сравнении с тем счастьем, что он дарит мне и детям. А что, милая, у вас что-то не так с Чарли? — Нет-нет, что вы. – Патриция улыбнулась. – Просто видела сегодня в городе пару, которая выясняла отношения. Жена упрекала мужа в различных недомолвках и том, что он не может обеспечить нормально семью... и я подумала, а что если у нас с Чарли что-то подобное случится, сможем ли мы пережить это вместе? Как вы с Артуром... — Есть один маленький секрет, который я могу тебе рассказать. – Молли улыбнулась, взяв девушку за руку. – Не позволяй чужим словам встать у тебя перед глазами и исказить образ вашей семьи. Чужие люди ведь, никогда не видят полной картины произошедшего. Ее видишь только ты. А если ты будешь смотреть через призму чужих слов – то тоже увидишь всё в искаженном свете. Это и есть маленький секрет нашего с Артуром счастья. Мы видим друг друга без всего этого излишества, без ярлыков, которые на нас вешают другие люди, а потому мы верим друг другу и никогда не сомневаемся. Ужин прошел в легкой обстановке за беседами о семье и семейном счастье. Патриция, которая выросла в семье с совершенно другим укладом многих вещей просто не понимала, а потому с радостью слушала советы Молли, которая, в свою очередь, была рада поделиться своим опытом. После ужина обе женщины перебрались в зал. Молли села за вязание, а Патриция стала писать письмо матери. Из-за поездки в Лондон все ее планы на день сбились и теперь она пыталась наверстать упущенное. Они и не заметили, как засиделись за полночь, когда музыка в радиоприемнике резко оборвалась , и обеспокоенный диктор сообщил о произошедшем нападении и чемпионате по кваддичу.

***

— Чувствую, Патриция убьет мня. – Чарли вздохнул, покачав головой. Они только что вместе с семьей переместились на холм и направлялись в сторону дома. Ночью произошло нападение на маглов в палаточном лагере и он, вместе с другими взрослыми, вступил в схватку с несколькими из «Пожирателей смерти». Он не был ранен, хотя его неплохо потрепали и порвали одежду. — Почему убьет? – Джинни похлопала глазами, посмотрев на Чарли. — Ну, из-за беспокойства за меня. – Чарли неловко рассмеялся, почесав затылок. Не успели они спуститься с холма, как заметили двух женщин, спешащих к ним на встречу. Молли размахивала утренним «Пророком», еще издали крича: «Артур! Я так волновалась!». Обе женщины были бледные, с воспаленными из-за отсутствия сна глазами. Чарли бросил сумку на землю и побежал к Пат на встречу, подхватывая ее на руки и крепко обнимая, шепча успокоительные слова прежде, чем девушка успела открыть рот, чтобы хотя бы что-то сказать. — Всё хорошо, я цел и не вредим, Трицци, всё хорошо... — Мы так песпокоились, Шарли́. – Патриция говорила сбивчиво, меняя ударения и слегка коверкая слова от волнения. – Вы бы могли хоть как-то обозначить себя! — Прости, просто мы так устали, что сил не было. – Чарли поставил супругу на землю и взял ее лицо в свои ладони, запечатлев несколько поцелуев на щеках и кончике носа. – Всё хорошо, никто не ранен. Пара царапин, но это ерунда. Они на секунду замерли, смотря друг другу в глаза, а затем оба улыбнулись и крепко обняли друг друга. Пока мать расцеловывала близнецов, приговаривая какая же она была глупая, что ругалась на них, Патриция обняла по очереди всех младших, оставив на щеках каждого по несколько поцелуев. Даже Перси, с которым у девушки была молчаливая холодная война, был удостоен крепких объятий. Подняв с земли рюкзак, Чарли обнял одной рукой супругу за плечи и повел ее в дом, тихо, почти неслышно нашептывая что-то ей в висок, заставляя девушку лишь тяжело вздыхать, успокаиваясь. — Расскажите, что там было. – Молли тихо вздохнула, посмотрев на сыновей. Девочки и младшие мальчики пошли досыпать, Артур и Перси ушли в министерство. В зале остались только Патриция, Чарли, Билл и Молли. Патриция сидела на подлокотнике кресла, перебирая пальцами рыжие волосы Чарли, голова которого лежала у нее на груди. — Это было ужасно. – Билл покачал головой. - Началось всё среди ночи, когда все праздновали окончание игры. Они начали пытать маглов, подвесили их в воздух... Началась паника, давка. Все старались увести оттуда своих детей, мы бросились на помощь аврорату. — Почему ты не говорил мне о том, сколько мы выручим за тот «подарок» мистеру Агерхольду? – тихо прошептала француженка супругу на ухо, пока Билл рассказывал о произошедшем. – И скажи-ка, сколько подобных сумм ты от меня скрыл? — А разве это так важно, откуда эти деньги? – Пробормотал Чарли, пригретый теплом девичьего тела. – Это вполне легально... а то, что этот сумасброд дает намного больше денег, чем нужно – его желание, не мое. — Но взамен ты позволяешь поносить свою семью всеми этими мерзкими словами. Неужели тебе самому не противно? Я сидела слушала его и у меня волосы дыбом вставали. — А что ты предлагаешь? – Чарли недовольно приподнялся и посмотрел на супругу уставшим взглядом. – Без этих денег я бы не смог нас обеспечивать. Эти постоянные поездки, покупки мебели, украшений для дома, одежды... — Так дело в деньгах? Ты только из-за этого идешь на это? — Я устал жить в бедности, Трицц, и хочу иметь хоть немного галлеонов за душой. Девушка молча смотрела в голубые глаза. В голове невольно проскользнула мысль: А хорошо ли она знает Чарли? Парень мягко улыбнулся и поцеловал ее руки с обеих сторон. — Послушай, что мне бредни этого старика? Я знаю свою семью, знаю, что всё, что он говорит – бред сумасшедшего. Или неужели ты веришь каким-то его словам? — Нет, не верю. Но почему-то начинаю сомневаться в твоих. — Пат... - Чарли не успел ничего сказать, как девушка поднялась и быстрым шагом покинула зал, уходя на кухню, а там уже и на улицу. — Что случилось, милый? – Молли обеспокоенно переглянулась со старшим сыном и посмотрела на Чарли, который сел, запустив руки в волосы. — Ничего, ма, просто Патриции нужно немного свежего воздуха. Да и мне... тоже. Поднявшись, Чарли вышел на кухню, но на улицу не пошел, позволяя своей супруге остыть. Это была их первая ссора после свадьбы. Что-то как-то поездка в Англию у них не задалась самого начала. Неужели правду говорят, что первые пару лет брака самые тяжелые? Ему казалось, что все трудности они преодолели еще до брака, так в чем же теперь проблема? Что за новые испытания готовит им судьба? И когда же наступит белая и счастливая полоса в их жизни.