Why must we wait until tonight?

— Ну, привет, мой чемпион, — женщина переступила порог отельного номера и закрыла за собой дверь. Он сидел в кресле, лицом к окну и спиной ко входу. Обернулся. — Здравствуй, дорогая, — улыбаясь. В шутку называли друг друга так мило, что можно было подумать, что они давно вместе. Понятное дело, что ничего серьезного. — Я горжусь тобой! — она положила руки на его плечи и стала их разминать. — Спасибо, — улыбнулсяодними уголками губ. — Давай отметим? — Лар, три часа ночи, давай завтра уже, а то, как алкаши, ночью квасить — так себе затея. Да и я устал. — А тебе не все равно когда? Мужчина поднялся с кресла. Смотрел серьезно. Неужели не был рад ее приходу? — Ну… Накорми меня хотя бы, а то я сейчас тебя съем. — Ты же на диете. У меня нет капусты, — рассмеялся. Наконец увидела своего Костю, своего лучшего друга, всегда простого и веселого. Она нахмурилась и сделала обиженное лицо. Дурачилась. — Ладно-ладно, не дуйся. Сейчас всё будет. Ради тебя даже ночную доставку потревожу. — Какая честь. Константин взял в руки старый телефон и набрал номер: — Здравствуйте, девушка, можно заказать доставку в номер? Отлично, — немного отнес от лица устройство, чтобы на том конце не было слышно, — что ты будешь? — Эклеееер, — шепотом и с наслаждением, прикрыв глаза. — Эклер? — смеясь, переспросил. — Дааа. — Эклер, пожалуйста, — снова в трубку. — Два, — произнесла одними губами, показывая пальцами количество. — Два, пожалуйста, девушка. — Нет-нет, стой, три! Мужчина рассмеялся в голос: — Девушка, три эклера и чай с мятой. Да, спасибо. Доброй ночи. Певица стояла, скрепив руки за спиной в замочек, и по-детски хитро улыбалась. — Ну, ты и обжора, подруга. — Я может стресс сегодня пережила. А нервные клетки нужно восстанавливать. — Ну, нервные же, а не жировые, — легонько щипнул ее за бочок. — Костя, я сейчас обижусь. — Не надо, — тепло улыбнулся и прижал ее к себе так, что она уткнулась носом в его плечо. — Мне очень приятно, что ты пришла, правда. Спасибо. Обняла его в ответ. — Где ты остановилась? — Ой… Далековато…- подняла голову, чтобы его увидеть, но не отпускала. — Ну, ничего. Завтра вставать рано не нужно, так что я поем и поеду. Не волнуйся, все будет хорошо. — Все будет хорошо, если ты никуда не поедешь. Останешься тут сегодня. Выбралась из его объятий и недоумевающе посмотрела сначала на него, потом на единственную в номере кровать. Понял ее вопрос и рассмеялся. — Нет, в смысле не прямо тут, а в этом отеле. — Ааа. — улыбнулась. Засмущалась. Выдохнула. — Опять будешь бедную девушку беспокоить? — Ничего, это ее работа. Он набрал номер ресепшена, быстро договорился и повел за собой женщину. Ее номер оказался недалеко: тот же этаж, но в другом конце коридора. Их уже ждали. Открыли дверь, пожелали доброй ночи и испарились. Очень дружелюбно для такого времени. Певица прошла вглубь комнаты и осмотрелась. — Нда, Кость, кто бы сомневался, что ты для меня самый дорогой выберешь, — бубнела себе под нос, но было приятно, чего уж скрывать. — Я завтра же отдам тебе деньги. — Так, прекрати, слышишь? Успокойся, все хорошо. Это будет мой подарок. — Дороговато, друг мой, для благотворительности. — Для благотворительности никогда не дорого. Авось зачтется, — поднял глаза к потолку, — там… Оба рассмеялись. В дверь постучали. — Ты пока осмотрись, я сейчас. Женщина кивнула. Он пошел разбираться с тем, кто стучит, а она заметила выход на балкон и направилась к нему. Открыла стеклянную дверь и перешагнула порог. Отметила про себя, что сделано плохо: если под ноги не смотреть, то полетишь носом в пол с такими порогами. Оперлась на перила. Красиво. Темно. Романтично. Хочется есть. — Лариса, — услышала из номера, подошла ближе к дверям. — Да? Заметила его потерянный взгляд. Искал ее. — Я уж думал, что не найду тебя, — улыбался. — Да уж конечно, в таких хоромах и заблудиться можно. Кто это был? — Твой спаситель. Удивлённо подняла брови. Выглянула в проем. Увидела, что он несёт коробку. «Господи, неужели, я всё-таки сегодня не умру», — подумала про себя. -Едааа, — протянула руки. Он снова рассмеялся, приближаясь к балкону. Женщина немного отшагнула от проема. Да, она уже представляла, как сейчас откусит этот жирный, сладкий, калорийный эклер, как измажется в нем полностью по традиции, потому что съесть аккуратно, вытекающий из всех щелей крем, просто невозможно. Да, наверное это была самая грязная и самая извращённая ее фантазия за последнее время. Мечта. Так близко. Он ее. Полностью. Даже три. — Твою мать! — из сексуальных фантазий ее вырвал гневный крик друга. Она вернулась на землю и осознала увиденное: два из трёх самых вкусных, самых желанных, самых лучших и тех, которых завтра она ни за что себе не позволит (а сегодня и повод есть, вроде бы), эклера лежали на полу, а Костя держался за большой палец и скакал на одной ноге, тихо матерясь. — Руки бы поотрывать тому, кто это делал, — злой. Сморщила нос, представив, как ему больно.  — Держи, — протянул коробку. — Один выжил. Чай там стоит, на столе, — махнул головой в сторону комнаты.  — Да к черту этот чай, — вырвала из его рук пирожное.