Семейные шрамы.

      Утро также начиналось с будильника. Встать и собраться надо было быстро, чтобы успеть поесть, ведь отсюда до школы было очень далеко, а Густав прозрачно намекнул, что вызывать такси не намерен. Через полчаса Ди был готов, оставалось только привести в порядок волосы. Он хотел было взять с собой в ванную косметику, но вовремя вспомнил о том, что его рука этого не переживет. Когда подросток уже собирался спускаться вниз, из комнаты вылетел заспанный, растрепанный Хэви с рюкзаком.       — Ди, я проспал. Сделаешь мне хвостик?       — Окей. — для юноши, который был выше брата почти на пол головы, не составило труда завязать его волосы стоя. За завтраком Густав был на удивление спокоен — затишье перед бурей.       — После уроков, вы оба сразу же должны пойти домой. Я позвонил в школу и узнал, сколько у вас уроков. — Ди сокрушительно вздохнул, теперь учителя были в курсе ситуации и могли отчитать мальчиков за любую провинность, не боясь бомбы с блестками или биты, прилетающей в окно. Когда братья уже собирались уходить, у старшего неожиданно зазвонил телефон в кармане. Звонил Чес, но время было совсем не подходящее. Юноша попытался быстро выключить звук, но это его не спасло. — Это что такое? — поинтересовался мужчина, стоящий в дверях столовой. — Никаких телефонов в школе. — он протянул руку, ожидая гаджеты. Мальчики с тихим вздохом отдали телефоны, Ди хотел закатить глаза, но быстро передумал. Дорога до школы почти полностью прошла в тишине.       — Ди, может к дяде Чесу пойдем?..       — Времени нет. Если ты опоздаешь, мымра 100% деду позвонит. Хочешь, чтобы твоя рука атрофировалась?       — Нет… Но обратно к дедушке тоже не хочу.       — Блин, не ной. Ты вообще легко отделался. — страший взглянул на часы на каком-то здании. — Черт! Опаздываем, побежали. — братья еле успели в классы до звонка. Классный руководитель юноши взглянула на него с долей сожаления и начала урок. За день не произошло ничего особенного, кроме едких замечаний учителей по поводу одежды, но, когда Ди вышел из школы, радуясь, что учебный день закончился, он увидел Суслика, а через секунду разглядел и Хэви, которого тот готовился ударить. Быстро сообразив, что ждет мальчика, если он придет домой с разбитым лицом, он подбежал к ним, оттаскивая хулигана от брата. — Суслик, Суслик, слушай, давай договоримся… — однако парень на компромисс не пошел. Завязалась драка, в результате которой пострадал рукав пиджака. Суслику надоело, и он с гордым видом удалился к своей компании, а Ди осмотрел повреждения. Шов на плече разошелся незначительно, дырку легко было зашить, но скрыть ее наличие от глаз Густава будет невозможно. — Вот нахер ты к нему полез? — зашипел металлист, чувствуя, что удар в живот все же оставил синяк.       — Прости, Ди… Он первый начал! Сказал, что я выгляжу, как мажор.       — Ну так не реагировал бы. Что ты, как маленький.       — Прости.       — Ладно, пошли. В любом случае получим за опоздание. — по дороге старший пытался как-нибудь прикрыть и завязать дырку, но безуспешно. — Будет больно. — со вздохом сказал он.       — Слушай, Ди… спасибо, что заступился за меня.       — С тебя причитается. Я надеюсь, сегодня не было никаких тестов?       — Ну… вообще-то был…по английскому.       — Черт. И зачем я тогда своей жопой рисковал. Точно ведь завалил, и дед об этом узнает.       — Ну, а вдруг не узнает.       — Узнает, Хэви. — со злобным вздохом сказал подросток. — Ладно, вон наш дом. Попытаемся тихо пройти наверх. — Ди прикинул, где может быть Густав, и как им пройти в комнаты, не встретившись с ним, но весь его план провалился, когда мужчина возник прямо перед ними в прихожей. Его взгляд тут же остановился на несчастном пиджаке, он помрачнел, а стоявшая рядом Элеонора отвернулась, сочувственно взглянув на мальчиков.       — Что это такое, Ди? Ты что, дрался?!       — Мелкий нарвался на школьного хулигана, и я… — попытался оправдаться парень.       — Ты...вы издеваетесь надо мной! — заорал Густав. — Руку! — металлист молча закатал рукав, даже не возражая. Он стерпел около двадцати ударов, тихо всхлипывая и вздрагивая после каждого. — Дневники мне.       — У нас электронный журнал. Дневниками давно никто не пользуется. — тихо сказал Ди, с трудом сдерживая желание запихать эту линейку мужчине поглубже.       — Тогда скажи мне пароли. — подросток, желая, чтобы от него поскорее отстали, назвал адрес сайта и комбинации для себя и Хэви. — Через полчаса обед. Потрудись сделать что-нибудь с пиджаком. В моем доме не терпится неряшество. — братья поспешили наверх, проходя мимо Элеоноры, чуть не плачущей от жалости к детям. Ди заперся в своей комнате, не зная, куда себя деть от боли в руке. Он хотел перезвонить Чесу, но вспомнил, что его телефон отобрали и вряд ли вернут. Ситуация казалось безвыходной, к ней прибавлялась еще и дырка на пиджаке. В этот момент в дверь постучали, парень вздрогнул.       — Д-да? — нерешительно спросил он, подходя поближе.       — Ди, это бабушка. Открой, пожалуйста. — удивлению юноши не было предела, но у него не было причин не доверять Элеоноре, поэтому он отпер замок, впуская ее внутрь. Женщина замялась под тяжелым выжидающим взглядом внука. — Давай скорее пиджак, я зашью. — тихо сказала она, доставая из кармана платья иголку с ниткой, бинты и какой-то маленький сверток. — И проложи это к руке, тебе станет получше. — Ди удивленно посмотрел на Элеонору, но снял пиджак, протягивая ей, и взял из ее рук, как оказалось, лед и бинты. Женщина села на край кровати, находя разошедшийся шов и стягивая его ниткой.       — С чего вдруг? — все же поинтересовался металлист с грустной усмешкой.       — Прости. Мне никогда не удавалось оградить от него Себастьяна и вас вряд ли смогу. Если Густав узнает, что я помогаю вам, он рассердится еще больше.       — Он всегда был таким…мудаком?       — Не надо так о родном дедушке, Ди. Это грубо.       — Папу он тоже бил? — Элеонора кивнула, сжимая губы.       — Каждый божий день. Не удивительно, что он сбежал. — женщина закончила шить и отложила пиджак. — Прости, мне нужно идти. Густав может заметить, что меня нет. — она встала.       — Бабушка,       — Да?       — спасибо. — слабо улыбнувшись, пробубнил Ди. Элеонора улыбнулась и ласково погладила парня по голове, нежно перебирая пальцами мягкие прядки.       — Приложи лед брату. Я завернула его в фольгу, он еще какое-то время не растает. — женщина ушла, а подросток остался со своими мыслями.       — Так значит, ты сбежал… Неудивительно, что мы так мало слышали об этом чертовом месте. — в голове появилась тысяча мыслей о том, как Глэм смог пережить все это и стать вполне адекватным человеком, хоть и немного чудаковатым. Конечно, Себастьян иногда перегибал палку, но юноша не мог себе представить, чтобы тот ударил его или лишний раз повысил голос. На ум пришел логичный вопрос: куда, к кому сбежал Глэм? Ответ казался до невозможности простым — к Чесу, ведь по их словам, они знакомы с подросткового возраста. Из цепочки рассуждений металлиста вырвала громкая ругань где-то совсем недалеко. Поняв, что это Густав за что-то орет на Хэви, Ди решил подождать, пока незатыкаемый источник звука не свалит, ведь получить линейкой по руке лишний раз не хотелось, а мальчику могло достаться только сильнее. Наконец, подросток услышал, как мужчина спускается по лестнице, и вышел из комнаты. Младший сидел на полу в комнате и тихо плакал, держась за руку.       — Дедушка узнал, что я тройку получил за тест. — сквозь слезы выдавил металлист, услышав вошедшего, и разразился более громкими рыданиями.       — Я же говорил. — старший пару секунд постоял рядом. — Ну все, не плачь. — он сел рядом, прижимая голову Хэви к своей и обнимая его за плечи, покачиваясь из стороны в сторону. — Мама с папой скоро поправятся… наверное… И мы поедем домой. — подросток немного успокоился, но продолжал всхлипывать. — Очень больно?       — Угу.       — Дай сюда. — Ди неожиданно аккуратно взял руку брата и приложил к ней лед, а после перебинтовал. — Так лучше?       — Ага… Спасибо, Ди. — мальчик обнял юношу за шею, прижимаясь к нему.       — Ладно, умойся и пошли. У нас еще пол дня впереди. — Хэви последовал указаниям брата. До конца дня он боялся даже взглянуть на Густава, стараясь как можно скорее исчезнуть из его поля зрения. На удивление, послеобеденное время, как и вечер, не усугубили ситуацию на руках мальчиков. Возможно, на них повлиял страх, но оба делали незначительные, но все же успехи на занятиях, и Густав больше не применял свои методы воспитания. Перед сном Ди, как обычно, валялся на кровати. Жутко хотелось послушать любимую музыку, успокоиться, но телефон был у Густава, а ноутбук, куда-то мистическим образом пропал, пока братья были в школе, несмотря на то, что был надежно спрятан в потайном отделении рюкзака. В голову вернулись мысли о побеге отца. Эта навязчивая идея преследовала парня с момента разговора с бабушкой. Открытым оставался вопрос: как именно он это сделал? Ключи от парадной и задней дверей были у Густава, а на всех, без исключений, окнах стояли решетки, якобы от воров. Выбраться из дома незаметно, казалось невозможным, а сбежать по пути в школу без вещей, телефонов и нормальной одежды не улыбалось. Мысли парня о побеге прервал тихий звук открывающийся двери. Он перевел взгляд на нее и увидел Хэви. — Чего тебе? Какого хрена ты не спишь?       — Я не могу уснуть… Можно я с тобой лягу?       — Ну ложись. Но это первый и последний раз. — младший кивнул и залез под одеяло, рядом с братом, сворачиваясь клубочком. — А че уснуть то не можешь? Бабайку что ли боишься?       — Не-а, дедушку… У него глаза такие злые были, аж покраснели.       — Понятно. — усмехнулся старший, отчетливо представляя себе эту картину. — Ладно, спи давай. Я что-нибудь придумаю, чтобы он от нас отстал. — Хэви вскоре засопел, обнимая руку Ди, и его самого стало клонить в сон.

***

      Парень не понял, что именно его разбудило, за окном было темно, хоть глаз выколи. Проморгавшись со сна, он увидел темный силуэт женщины, сидящей рядом с мальчиком и перебирающей его волосы. Она заметила, что один из братьев проснулся, и обошла кровать, опускаясь рядом со ним.       — Прости, я тебя разбудила. — Элеонора ласково провела ладонью по голове юноши и погладила его по щеке. — Густав крепко спит, я решила заглянуть к вам. — подросток прильнул к ладони, неожиданно чувствуя заботу от почти незнакомого человека. Он никогда раньше не чувствовал в чужих прикосновениях такую нежность, несмотря на то, что Вики тоже иногда гладила его по голове и даже позволяла лежать у себя на коленях. Виктория заботилась о них по-своему, как и Глэм, а бабушка просто искренне любила своих внуков, которых никогда до этого не видела. — Ты похож на папу, Ди. Очень похож. — со слезами на глазах прошептала Элеонора, заправляя золотистую прядь за ухо. — Надеюсь, Себастьян и Виктория скоро поправятся и заберут вас отсюда. — женщина встала и медленно пошла к двери, оглянулась на прощание и вышла.

***