Меж двух назойливых огней

Парень провёл языком от основания до головки члена. Тот выдохнул, сильнее расслабляясь. Значит, скоро он будет готовым. Юноша взял член в рот, заглатывая до конца. Помедлив пару секунд, он вытащил его с причмокивающим звуком. И вновь насаживаясь ртом не до конца и помогая рукой, парень упивался тихими стонами другого. Под конец, он, как всегда, успел вытащить пенис, и тяжело дыша, слегка откинув голову назад, помог руками ему кончить. Тёплая липкая жидкость белой паутинкой оказалась на лице парня, обрамляя его нос, щеку и верхнюю губу. Второй тихо усмехнулся. Тихий звон бляшки ремня. Он встал, отряхивая колени, скрытые чёрными школьными брюками. В рюкзаке должны были быть салфетки. В полутьме помещения, трудно было хоть что-то разобрать, но силуэты видно отчётливо. Более крупный кое-как со скрипом приоткрыл прямоугольное окошечко подсобки, слегка приподнимаясь на носках, чтобы быть ближе к воздуху. Более мелкий уже закрывал свой рюкзак, который одиноко лежал в углу среди прочего инвентаря, приближаясь к первому. – Хочешь расскажу кое-что? – чирикнула спичка, на миг освещая его руки. Прикурив, он потряс её, тем самым затушив. Горький дым не полностью выходил из подсобки через окошко, поэтому, когда тот приблизился, он тихо закашлялся. – И что же? – отмахиваясь от дыма, и наконец-то откашлявшись, спросил он, поднимая заинтересованные глаза, с толикой страха. Неужели, он хочет разорвать эти хлипкие отношения? Да, собственно, и отношениями это не назовёшь. Но в минуты встреч, он привык представлять обратное. Как и в минуты с отчимом... Ужас. До чего он докатился? Хотя, нет. Довели. – Ты сосёшь лучше всех, – сказал он, коварно усмехаясь, при этом выдыхая дым. Сердце невольно упало, как и он сам в их первую встречу на колени. Благо, лица его не было видно в полной мере. Лёгкий румянец усилился, если бы тот увидел его минутную слабость. Комплиментов ему особо не делали. Особенно таких. Но, всё же, приятно. – Ты мне льстишь... – глупо улыбаясь, произнёс он. В ответ, тот лишь хмыкнул, вновь затягиваясь. "Как знаешь.". Так и говорили его действия. Он прислонился, возле курящего, о стену, скрестив руки на груди. – И где ты этому научился? – обычно, они оставались после "расплаты" на ещё какое-то время. Чаще всего в тишине. Но иногда, перебрасывались парочкой фраз. А смысл? Всё равно друг другу никто. Там, наверху, играют роли чужаков. А здесь... А здесь практически ничего не меняется. Лишь расплата за неприкосновенность одного места более слабого. – Была практика. Лишь с тобой. Сам сказал исправиться, после первого раза, – ответил тот, потирая шею. Всё же, она пребывала практически в одном положении какое-то время. Сигарета всё тлела. Время всё текло. Скоро должен был прозвенеть звонок. Первым, как всегда, выйдет курящий. А он сам лишь спустя какое-то время. Возможно, снова опоздает на урок. И им придётся вновь расстаться на месяц, до следующего раза. – Я помню – ты начинал с дрочки, – разрушив тишину, произнёс он. Тот слегка вжал голову в плечи, вспоминая те дни. Приходилось тогда встречаться раз в две недели. – А я помню, как ты мне предложил это, – поднимая голову, медленно произнёс тот, делая ударение на последнее слово. И перед тем как задать вопрос, кружащий в голове довольно долгое время, он прочистил горло. – А были ещё варианты? Ну, помимо меня. – Нет. Получилось решение спонтанным. Я тогда тебе просто хотел всыпать. – И почему предложил? – возле него уже было проще находиться – сигарета была уже затушена, а затем и выброшена в окошко. Значит, пора прощаться. – Из-за твоего взгляда, – искоса глянув на него, ответил он. Затем тот качнулся, и с помощью импульса оторвался от стены. Подхватывая старый рюкзак, одиноко валявшийся невдалеке, он направился к лестнице. – А что с ним было не так? – не шелохнувшись, выдохнул тот. Он остановился, успев поставить ногу лишь на первую ступеньку. – С самого первого дня в этой школе, ты смотришь на меня так, будто раздеваешь, – усмехнувшись, ответил тот. Он опустил голову ниже. Хоть его румянец всё равно было не видно. А стыд присутствовал. Но он был прав. Парень заинтересовался им, подолгу рассматривая его, пока тот, как ему тогда казалось, не видит его. Получается – он идеальный, и практически единственный вариант. Этой мыслью он усмехнулся. Дверь в подсобку громко хлопнула. Надо подождать минут пять, прежде чем выходить. Если их застукают вдвоём, то обоим не поздоровится. А ему ещё сильнее. Раз... Два... Три... Начал отсчитывать он, медленно садясь на пол, при этом сползая по бетонной стене. Всё-таки сегодня он опоздает.