Сложное проклятие

- Вот угораздило же попасть в такую задницу!- прохрипела босмерка, сопровождая каждое слово тяжелой отдышкой. Воздуха в легких категорически не хватало, и этому было несколько причин. Первая, и самая весомая в настоящий момент, пуская, сквозь сон, слюни и что-то бессвязно бормоча, бессовестно дрыхла на плечах у девушки. Лора, а именно так зовут нашу героиню, остановилась, чтобы перевести дыхание. -А с другой стороны, в жизни надо попробовать все,- возразила она сама себе, и двинулась дальше- вот довакином я быть пробовала, магом пробовала, убийцей пробовала, сейчас вот пробуюсь на роль лошади и повозки одновременно. Веселая жизнь, ничего не скажешь. Будет что внукам рассказать.- Девушка вновь остановилась, выплюнула попавшую в рот паутину и горестно посмотрела по сторонам. – Если конечно получится выплыть из этого болота. –Перехватив поудобнее свою ношу, эльфийка продолжила путь. Пробираясь сквозь раскуроченный лес и прокручивая в голове всю свою жизнь, она отчаянно пыталась понять, когда же все покатилось по пиз… кхм, по наклонной, да не просто покатилось, а прямиком в руки Шеогорату. Хотя иногда ей искренне казалось, что тому, что сейчас творится в её жизни, позавидовал бы даже правитель дрожащих островов. «И все из-за какой-то долбанной курицы!»- в который раз за день подумала Лора. *** Неделей ранее. Неудачная попытка выкрасть из музея двемеров гигантского центуриона закончилась тем, что Лора и Цицерон третий день скрывались от маркартской стражи в заброшенном доме. Молог Бал, наслышанный от своих собратьев даэдра о довакине и ее ненормальном соратнике, справедливо решил не связываться с неадекватными психами и отправился на поиски более вменяемых жертв, поэтому дом был в их полном распоряжении. Осмотрев все помещение на наличие потайных выходов и приняв печальную правду о их отсутствии, парочка несостоявшихся похитителей принялась ждать, пока улягутся волнения и стража немного поуспокоится. За первые сутки, пока слышащая контролировала ситуацию снаружи дома через щель между дверью и стеной, Цицерон, от скуки, успел слопать все оставшиеся запасы еды, за что этим же вечером, получил знатных звездюлей от голодной эльфийки. Ночь прошла под звуки урчания пустого желудка слышащей. Утро второго дня началось с охоты на, не понятно каким образом попавшего в подвал злокрыса. Устроенный в процессе погони шум привлек внимание проходивших мимо стражников, и, пока бравые охотники пытались уместиться в узком шкафу, объект охоты успел улизнуть в открытую стражниками дверь. Но, то ли репутация проклятого дома сыграла свою роль, либо стражам порядка было попросту в падлу ползать по заброшенному дому, но они, на счастье наших героев, осмотрев первую комнату, покинули дом. К концу второго дня голод стал настолько жутким, что слышащая начала подумывать податься в последователи к Намире, благо жертву долго искать не придется- вот она, сидит у соседней стены, пытается выковырять таракана из под комода. Ночью не спалось. На третий день Цицерон отрыл в залежах хлама кучу женской одежды. После короткого голосования, на которое шут не был допущен, было принято единогласное решение замаскироваться и покинуть город под видом путешественниц. Следующие четыре часа были убиты на попытку превратить хранителя Матери Ночи в благородную леди. Слышащая с мстительной улыбкой потуже затягивала корсет на своем спутнике, и с садистским удовольствием подбирала платье и шляпку. В завершение образа, она напихала платков шуту под платье в область груди, чутка подумала и запихала и себе парочку, чтоб наверняка. Матери Ночи решили перед выходом не молиться, чтобы не позориться лишний раз перед начальством. До торговой площади добрались без приключений, не считая шлепка по заднице, который Цицерону отвесил слишком смелый стражник, и попыток слышащей не дать шуту убить охреневшего вояку. Из таверны на площади шел умопомрачительной запах свежевыпеченного хлеба, усугубляя и так непростую ситуацию. Лора была уверенна, напади на них сейчас дракон, она бы съела его вместе с чешуей и костями. Придерживая друг друга и, пытаясь не упасть в голодный обморок, леди все-таки смогли, миновав отряд стражников, выбраться за стены города. И тут удача вновь ненадолго повернулась к ним лицом. Маркарт кишел стражниками, отправленными на поимку опасных преступников, но за стенами города было всего лишь пару солдат, да и те у самых ворот. Конюшня осталась без присмотра. Переглянувшись и собрав в кулак последние силы и длинные подолы платьев, беглецы что есть мочи бросились к стойлу, вскочили на первого коня, и дали дёру. Через пол часа бешеной скачки, когда крики, угрозы и проклятия позади стихли, выдохшийся под тяжестью двух туш, конь начал замедляться. Уже спокойным шагом он подвез измотанных голодом путников к одиноко стоящему дому. Десять минут ассасины темного братства мялись перед дверью, но вскоре вспомнили, что они все-таки бесстрашные и беспощадные убийцы, и вообще им закон не писан, вскрыли замок и вломились внутрь. Дом оказался пустым. Перевернутая вверх дном, покрытая толстым слоем пыли, мебель, намекала на то, что тут уже давно никто не живет. Ни намека на еду в доме ожидаемо не нашлось. Вывалившиеся из дома, отчаявшиеся герои, замерли на крыльце. В нескольких метрах от них сидела одна единственная курица. Охота на курицу оказалась более удачной чем на злокрыса. Через час, на маленьком участке сбоку от дома, над костром жарились сочные куски куриного мяса. Истекающий слюной Цицерон не переставал тянуть руки к еще не прожаренной курице, за что не переставал по этим рукам получать. Еще через пятнадцать минут оголодавшая парочка жадно отгрызала куски от слегка не прожаренного горячего мяса. Вскоре на участке остались только обглоданные дочиста куриные косточки и двое счастливых и уже почти не голодных героев, развалившихся на траве. В таком состоянии их и обнаружила неожиданно вернувшаяся хозяйка дома. *** -Да кто ж знал, что это была её единственная курица! Как вообще можно жить в развороченном доме, у черта на куличиках имея при себе из ценного только одну курицу!? Сумасшедшая старуха, вот только попадись мне!- сокрушалась слышащая. О том, как они с Цицероном улепетывали от сумасшедшей старухи, с горящими синим огнем глазами и кричащей что-то на непонятном языке им вслед, она старалась не вспоминать. -Ведьма!- прохрипела Лора. Тучи начинали расступаться, пропуская первые лучи солнца. Свалив мирно посапывающего шута на землю, эльфийка потянулась, разминая затекшую от тяжелой ноши спину. Ноша висела на ней уже без малог шестой час и приходить в себя видимо не собиралась. Пытаться привести Цицерона в чувство, было бесполезно. Не действовало ничего: ни пощечины, на которые слышащая не скупилась, ни холодная вода, вылитая на лицо, ни громкие крики и угрозы. Переведя дыхание, Лора вновь взвалила хранителя на плечи. До города оставалось совсем недалеко.