Прочитать и уничтожить

У Рей, бесспорно, имелось некоторое количество личностных достоинств, но склонность к стратегическому мышлению к ним никак не относилась. Уже почти добежав до гаража, она резко остановилась, по инерции проехав босыми ступнями по скользкому паркету и чуть не разбив себе нос о некстати образовавшуюся на ее пути стену. Первое, что заставило девушку хоть немного усмирить танец собственных эмоций, это осознание факта, что водить автомобиль она не умеет, а, значит, ей стоит уделить внимание этому пункту и быстренько найти подходящее решение. Даже если она каким-то невероятным образом сумеет разобраться со сложным устройством этого металлического зверя, находившимся где-то примерно на расстоянии самой далекой звезды от числа вещей, доступных ее пониманию, преодоление военных кордонов на дороге станет новой непосильной задачкой. Хранители на дороге будут крайне заинтересованы видом через прозрачное лобовое стекло растрепанной белокурой девчонки в одной лишь пижаме, вовсе не являющейся признанной для легкой идентификации социального статуса формой одежды. Да, чертова пижама. Это второе. Она серьезно собралась отправиться на одно из самых жутких сражений в своей жизни в таком виде – будучи босой и толком не одетой? И… третье – где находится эта проклятая церковь? Решение нашлось мгновенно – Рей шмыгнула в приоткрытую дверь прачечной, расположенной все в той же служебной части дома, что и гараж, и неистово принялась обшаривать все попавшиеся ей на глаза коробки и корзины. Нужно отдать должное Роуз – марфой она была крайне прилежной и грязной одежды в помещении практически не обнаружилось, как, впрочем, и чистой, вероятнее всего, уже давным-давно отправленной в сушку. Таким образом, Рей удалось поживиться только чудом завалявшимся где-то в дальнем углу серым платьем марфы, судя по его отвратительному состоянию, давно списанным из эксплуатации и способным выполнять разве что функцию ветоши для влажной уборки. Выбирать не приходилось. И, не смотря на жуткое несоответствие размера – китаянка была на полторы головы ниже ростом, чем служанка, но намного шире в груди и других обхватах – маленькой богине все-таки пришлось принять этот скудный дар судьбы. В этих прохудившихся лохмотьях, висящих на хрупком теле, как на вешалке, босая и растрепанная Рей теперь выглядела если не Жанной Д’Арк, то точно средневековой ведьмой приговоренной к сожжению на костре. На костер пока рано, - попыталась подбодрить она себя и с удовольствием обнаружила, что сама не заметила, как в какой-то момент ее внутренний монолог - диалог из постоянной напряженной вражды и колючих подколов превратился во вполне себе приятную беседу с понимающим собеседником. В таком вот безумном виде, Рей ворвалась в гараж, бешено сверкая глазами и, украдкой, поглядывая на дверь за своей спиной, не догонит ли ее командор, и врезалась в бедолагу-водителя. Новенький, появившийся в их особняке относительно недавно был щуплым белобрысым мальчишкой, ровесником или даже младше самой служанки. Он отпрянул в сторону и округлившимися глазами вперился в явление перед собой, судорожно соображая, что за видение посетило его в полумраке гаража. Судя по тряпке и неизвестному тюбику в руках парня, занимался он полировкой и без того гладкой до зеркального блеска поверхности автомобиля. Служанка бы сжалилась над ним, если бы не была вынуждена дать себе хлесткую ментальную пощечину, напоминая, что в Галааде никому нельзя верить. Даже этот робкий юнец может быть очами. Очами, присланными в их дом, чтобы разоблачить командора, ее командора; ее любимую госпожу и бедняжку Роуз заодно. Злость придала девушке сил. - Ты знаешь, где находится церковь отца Сноука? – сухо спросила она. Парень нахмурился. Вероятнее всего, его первоначальный испуг уже успел смениться недоумением и праведным возмущением. Кто она такая? Что она себе позволяет? И, даже если опустить тот факт, что им вообще не положено разговаривать, почему она опустила все допустимые для Галаада словесные ритуалы? - Святой день, блядь, - выплюнула девушка, криво усмехнулась и вскинула руку. Водитель попятился, ожидая удара, но глубоко заблуждался, предположив, что угрозу представляет хрупкая девичья кисть. Намного хуже те невидимые пальцы, что обвились вокруг его тощенькой шейки и с силой надавили, перекрывая кислород. Бедняга всплеснул руками в беспомощной попытке защититься и освободиться… только не от чего было освобождаться. - Я… я знаю, - прохрипел он, искренне недоумевая тому, откуда взялось это ощущение удушья. К лицу мальчишки прилила кровь. - Ты отвезешь меня туда, - потребовала Рей, чуть-чуть ослабляя хватку, - иначе я тебя убью. Осознание, что сила снова была с ней окрыляло. Но всю дорогу она была предельно напряжена – продолжая удерживать телепатический захват и одновременно следя за пейзажами за окном с заднего сидения, на случай, если негодяй вдруг вздумает завести ее не туда или попросту попытается сдать хранителям, несколько постов которых они преодолели без препятствий. При виде автомобиля командора Рена, мрачная слава которого пролегала далеко впереди него самого, охрана расступалась, благоразумно предпочитая не связываться. Маленькая богиня могла показаться уверенной и преисполненной силы и решимости, но у нее дрожали коленки, оголенные сбившейся в сторону юбкой. Заметив это досадное обстоятельство, Рей нахмурилась и пониже натянула коротковатую для ее роста юбку. Она может сжиматься от страха внутри, но никто не должен об этом знать. Даже этот мальчишка. Тем более пастор Сноук. Возле зловещего здания церкви автомобиль остановился с непривычной для Рей резкостью. Шины мазнули по рыхлому снегу, а двигатель дернулся предсмертной судорогой убитого животного и затих, оборванный на полуобороте. Мальчишка упустил педаль, потому что, вероятно, коленки у него тряслись не меньше, чем у самой служанки. - Спасибо, - зачем-то, сказала Рей и выпрыгнула наружу, босиком прямо на снег, из-за волнения не чувствуя холода. Стоило ей захлопнуть дверцу, парень суматошно завел мотор снова и рванул с места, спасаясь бегством подальше от своей жуткой попутчицы. Девушка не стала провожать его взглядом и позволила себе лишь одно короткое мгновение, чтобы скользнуть глазами по причудливой готической архитектуре собора. Без крестов он выглядел… подходящим жилищем для демона. Словно в тот самый момент, когда Галаад, с его странно-извращенными представлениями о вере, вышвырнул отсюда за ненадобностью прежнего бога, на его месте тут же поселился другой. Жестокий и алчущий. Свято место ведь пусто не бывает, верно? Сноук, кем бы он ни был, нацепивший на себя маску священника, запросто игравший цитатами из священных текстов, словно игральными картами, имел определенное чувство юмора, за которое ему стоило отдать должное. «Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные», - подумала Рей и невесело усмехнулась. Она беспрепятственно попала внутрь, удивившись только отсутствию хоть какой-то охраны. Впрочем, возможно, это, действительно было закономерно: для чего охрана тому, кто обладает силой, превышающей возможности любого смертного оружия? Она сама как-то раз невольно изменила траекторию направления пули. И все же Рей ошиблась – ее ждали. Пастор, в своих безупречно-белых одеждах, высокий и торжественный, как и прежде, шагнул на встречу своей гостье откуда-то из-за угла трансепта. На губах старика играла улыбка, которую, не зная его подноготной, с легкостью можно было бы принять за теплую и дружелюбную. - Итак покайтесь и обратитесь, чтобы загладились грехи ваши, - традиционно приветствовал он девушку очередной библейской цитатой, широко разводя руки в стороны, - добро пожаловать в мой дом, дитя. Что привело тебя? От внимания Рей не укрылось с каким пренебрежением и практически отеческим снисхождением холодные голубые глаза впитывали ее образ: стоящие дыбом волосы, рваное платье, босые ступни, вокруг которого на мозаичном полу уже образовались грязные лужи талого снега, занесенного с улицы. Ни дать, ни взять – грешница, пришедшая за раскаянием. - Здесь только вы и я, - холодно сказала служанка, медленно сокращая расстояние между ней и святым отцом, - давайте без вашего лицемерия. - Отчего же? – слегка обиделся Сноук, - мне действительно интересно, что привело тебя ко мне. И я искренне готов протянуть тебе руку помощи… - И очередную сделку? – Рей гордо вскинула голову и сверкнула глазами, наконец-то оказавшись достаточно близко, - что ж. Именно за этим я и пришла. Старик окончательно расплылся в улыбке, не смущаясь открыто демонстрировать свое торжество. Вероятно, в этот момент он был совершенно точно уверен в том, что выходка с унизительно-показательной церемонией окончательно сломала ее волю и все прошедшее время она ревела в подушку, жалея, что отказалась от всех предложенных им благ. Беспомощная девчонка, лишившаяся своей магической силы; поруганная ни кем иным, а любимым человеком. Да, теперь Рей прекрасно понимала, как все это выглядело: она гордо бросила Сноуку обратно в лицо предоставленный шанс стать женой командора, за что ее, словно нашкодившего котенка, ткнули лицом в отведенное ей место. В упущенный ей выбор. - Кайло сложный человек, но позаботится о тебе, как никто другой. Ты ему, действительно, приглянулась, - снисходительно начал пастор, особо выделив последнее слово, упиваясь тем, как одним только этим он легко обесценил все, что происходило между Рей и ее командором, - а Фазма… не стоит твоего сочувствия. Поверь, дитя, она не стала бы жертвовать собой ради тебя в похожей ситуации. Служанка чертыхнулась, опустила взгляд и посмотрела себе под ноги, стараясь обуздать клокочущий внутри гнев, чтобы не влепить этому наглецу пощечину или попросту… не взорвать этот оскверненный храм, вместе с поселившимся в его стенах паразитом. У нее другой план. Вернее нет никакого плана, конечно же, но пришла она за другим. - Хватит паясничать , - как могла вежливо попросила маленькая богиня, - ты знаешь, зачем я пришла. Я хочу, чтобы ты освободил Бена от условий вашей сделки… Сноук понимающе кивнул. Его пытливый взгляд девушки, вынужденной вытягивать шею и задирать голову, чтобы хоть немного быть с его ростом на равных и выглядеть внушительно, только забавлял. - Я дал ему жизнь, - напомнил он, слегка прищурившись, словно вычисляя что-то в уме, - нет сделки – нет жизни. Или… подожди… - внезапная догадка озарила его морщинистое лицо, - ты пыталась его убить и поняла, что это невозможно? Хочешь расплаты, мой маленький мстительный ангел? За все, что он сделал с тобой? За обманутые чувства и запятнанную чистоту? Ах. А ты… не так проста, как кажешься, - последнее, вероятно, должно было быть комплиментом, но прозвучало крайне оскорбительно. - Ты снова ошибся, - улыбнулась Рей и теперь уже была ее очередь ликовать, - думаешь, что отлично читаешь людей? Мне придется тебя огорчить, святой отец или кто ты там на самом деле, - она отступила, разминая ноги и, заодно, слегка затекшую шею, обошла высокую фигуру старика по кругу. Сейчас она чувствовала себя почти хозяйкой положения. Если, конечно, не брать во внимание то, что вся эта сцена скорее напоминала сумасбродные попытки маленького белого кролика заигрывать с удавом, в пасть которого он забрался. На его территории. В его норе. В его убежище. В его доме. - Ну? – нетерпеливо поторопил Сноук. - Я хочу, чтобы ты освободил его, но оставил в живых, - сказала девушка. - А что получу я? - Меня, - она снова остановилась перед святым отцом, но в этот раз не нашла в себе смелости взглянуть ему в лицо, потому что одно-единственное слово больно царапнуло горло и следующие она произнесла с трудом, совсем тихо, - мою душу. Мою жизнь. Я буду служить тебе вместо него… А дальше произошло то, чего Рей ожидала меньше всего на свете. Старик вдруг согнулся почти пополам, чтобы оказаться с ней наравне и заглянуть в глаза, схватил ее за плечи длинными крючковатыми пальцами и с силой тряхнул. - Дура, идиотка, - зашептал он горячо, в совершенно несвойственной для него манере, с непривычной до того эмоциональностью, - ты не понимаешь о чем ты просишь и кому ты собираешься подарить свободу. Я верил, что ты умна, но ты ведешь себя как глупая безмозглая девчонка. Очнись. Как ты позволила ему так запудрить себе мозги? Мне жаль тебя. Боже… - из его уст это случайно вырвавшееся междометие звучало непривычно, странно и отчего-то жутко, - опомнись! Ты всех нас угробишь… Рей показалось или сейчас пастор смотрел на нее с искренним сочувствием? На глубине его морозно-голубых глаз притаилось что-то отдаленно напоминающее муки чувства вины. Перед кем? Перед ней, что ли? За все свои коварные предложения или унижение в виде церемонии? Служанка с трудом сдержала презрительное фырканье. Как он только что сказал? Глупая безмозглая девчонка? Так вот только эта самая глупая девчонка поверила бы разыгранному перед ней спектаклю. - Если я потеряла ценность, лишившись силы, - тут она лукавила, сочтя возвращение способностей своим главным козырем, который стоило попридержать в рукаве до конца игры, - мне все равно есть, что предложить. Сноук вдруг чертыхнулся, совсем по-человечески, разочарованно выпустил ее плечи и отступил назад, к апсиде. Падающий через витражные окна свет раскрасил его лицо, помогая Рей избежать заблуждения: теперь он снова казался… демоном. - Мой ребенок, - девушка сама не ожидала, что скажет это, - он был зачат… непорочно. Мои сестры верят, что он станет миссией, которая… - Достаточно, - вдруг оборвал служанку старик, сморщившись, как от боли, - я вижу, как далеко ты готова зайти. Хочешь сделку – получай. Только последствия ты будешь разгребать самостоятельно. Рей хмыкнула, наконец-то почувствовав себя победительницей. Она по-другому представляла себе этот момент, предполагая, что ей придется воспользоваться своей силой. И, конечно, в ее кошмарах все обстояло иначе, оставалось только порадоваться, что в реальности все обернулось более мирно, без эпической схватки и ее погибших подруг. Пока она думала об этом, пастор уже успел выудить откуда-то из недр своей белой рясы красивый старинный стилет и прочертил на своей ладони прямую линию. Маленькая богиня с готовностью приняла протянутое ей оружие и последовала его примеру, поморщившись от короткой, резкой вспышки боли. - Бен будет свободен, - произнесла она торжественным шепотом, - и жив. - А ты будешь служить мне, глупая богиня, - без особого восторга откликнулся Сноук, слегка наклонившись к девушке. Они скрепили сделку рукопожатием и ничего сверхъестественного не произошло. Стены не обрушились, искры из глаз Сноука не посыпались; никакого поднявшегося ветра или заполняющего помещения черного, инфернального дыма. Впрочем, кое-что все-таки случилось. В тот короткий момент, когда Рей еще не успела выдернуть свою руку, а пастор внимательно разглядывал ее лицо, словно пытаясь увидеть там черты того помутнения, что заставили ее продать душу за командора, в их общество вклинился некто третий. Облаченные в черные перчатки ладони обхватили голову старика и резким, методичным движением свернули ему шею. Лишенная прежнего величия нелепым сокрушенным каменным истуканом обрушилась на мозаичный пол, чуть не утянув за собой и растерявшуюся служанку. Если бы командор не удержал ее в своих руках. Натерпевшаяся страху богиня была так обрадована его появлению, что тут же бросилась мужчине на шею. Конечно, она не обратила внимания на некоторые мелочи, которые того все-таки заслуживали. Обнимая дрожащую от волнения девушку, Бен с кровожадно-ликующей улыбкой смотрел на распластавшегося на полу старика, с трудом удерживаясь от желания пнуть его тело носком ботинка. Рей наконец-то отстранилась, обхватила лицо возлюбленного ладонями и тут же нахмурилась, встретившись с взглядом разноцветных глаз. Да, ей не показалось. Один по-прежнему оставался карим, но другой изменил свой цвет на серо-голубой. Почти как у поверженного демона. Эта параллель пустила по спине девушки россыпь неприятных мурашек. - Что… это? – пролепетала она. - Теперь я тебе меньше нравлюсь? – она ожидала чего угодно, но не насмешки в ответ и теперь мучительно соображала, пытаясь понять, как ей на это реагировать. Командор тем временем мягко отстранил ее от себя и огляделся, - надо убираться отсюда, - рассудил он, - этого ублюдка хоть все и ненавидели, но лучше нам не быть здесь, когда его найдут. Он брезгливо переступил через тело Сноука и решительной походкой направился к выходу, по пути отряхивая свое шерстяное пальто от невидимых пылинок. Словно даже убийство бывшего проповедника, о котором он говорил прежде с таким благоговением; одно лишь прикосновение к нему, заставило его чувствовать себя отвратительно грязным. - Стой! – крикнула Рей, так и оставшаяся на своем месте, замершая, как окаменевшая, та самая, так часто приходившая ей на ум жена Лотта, - что это значит? - Да, черт возьми! - Бен нехотя остановился и нахмурился, явно разозлившись от ее навязчивого желания услышать хоть какие-то объяснения, - что стряслось? - Твой глаз… - робко обронила девушка, неловко обнимая себя за плечи. От его холодности и странной реакции ей было, мягко сказать, не по себе. Ее разом окутали все те неприятные обстоятельства, на которые она прежде старалась не обращать внимания: холод обжигавший босые ступни на мозаичном полу; ужас содеянного, стыд… Она хотела убить Сноука сама, но… - Взял кое-что на память, - со странной улыбкой откликнулся мужчина и резко вздернул в воздух руку в жесте, который Рей не могла не узнать. Потому что она сама проделывала это множество раз, когда использовала способности к телекинезу. Невидимая сила перевернула мертвого старика лицом вверх, чтобы маленькая богиня могла увидеть опустевшую глазницу, зияющую жуткой чернотой свежего ожога. Служанка отпрянула в сторону и до крови прикусила губы. Второй, оставшийся на прежнем месте, глаз Сноука был по-прежнему открыт, и ей безумно захотелось опустить оставшееся целым веко, но она боялась приблизиться. Ей казалось, что пастор сейчас оживет и ухватит ее за руки цепкими пальцами, требуя ответа за то, что она натворила… А что она натворила? Как Рей не старалась, она не способна была ответить на этот вопрос, хотя он был не самым страшным среди всех, которые теперь плотной шеренгой выстроились перед ней. - Ну же, детка, - напомнил о себе Командор и лучше бы он этого не делал, потому что одно только это пренебрежительное обращение хлестнуло девушку, как пощечина, - этот кусок дерьма не заслуживает твоей жалости, - и вроде бы взгляд его теперь разных глаз был мягким, а протянутая рука в перчатке приглашала последовать за ним, но сказанное мужчиной после окончательно все испортило, - устроим праздник? Как на счет выпивки и хорошего траха? – смятение Рей не укрылось от его цепкого внимания и он легкомысленно передернул плечами, - не хочешь, развлекусь без тебя. - Бен… - тихо обронила служанка, собирая все ресурсы своего самообладания, чтобы не разреветься в голос уже во второй раз за один бесконечный день, - я не узнаю тебя… - Серьезно? – резко откликнулся он, - тебе не кажется, что для этого тебе достаточно было бы хотя бы знать меня. Этих слов хватило, чтобы с трудом выстроенная бедной маленькой богиней хрупкая башня из слоновой кости рухнула и рассыпалась в прах. Она все-таки не заплакала, нет. Лишь безвольно опустилась на ближайшую скамью и спрятала лицо в ладонях. Сквозь обнявшую ее милосердную темноту отдаленно, как из-под воды донеслось: - Когда тебе надоест здесь торчать, тебя будет ждать машина. Только, пожалуйста, любовь моя, не пугай больше водителя. Одного монстра в нашем доме вполне достаточно.