Любовь с надеждой

      — Клянусь всем, что у меня есть, — злится Юнги. — Ещё раз так сделаешь, получишь ложкой в глаз! Ты понял меня?! — Хосок нагло смеётся на угрозы парня и вновь тянется за кремом для торта, но омега успевает убрать миску подальше от доставучих рук. — Достань лучше мясо. И не мешай мне!       — Какой же ты всё-таки бука, — дуется Хосок и, вздохнув, идёт к духовке.       — Только прошу, не голыми руками, — напоминает Юнги, намазывая торт шоколадным кремом.       — Я по-твоему тупой что ли? — вздыхает Чон, возвращаясь за прихватками.       — Да, — честно говорит Мин.       Хосок строит недовольные рожицы спине омеги и всё же идёт доставать мясо, поймав на себе строгий взгляд.       — Ты не исправим, — вздыхает Юнги, когда слышит за спиной шипение альфы. — Снова обжёгся?       — Как я мог знать, что мясо такое горячее! — возмущается Хосок, взмахивая руками.       — Действительно, как так получилось, что мяско, которое ты только что достал из духовки, оказалось горячим?       — Вот и я не понимаю, — соглашается Чон, улыбаясь.       По квартире разносится дверной звонок, и Хосок быстренько бежит к двери, пока Юнги, тяжело вздохнув, подходит к мясу и нарезает его порционно.       — С Днём Рождения! — кричит вошедший в квартиру Джин, сразу же бросаясь Хосоку на шею. — Счастья тебе, здоровья, успехов в работе и личной жизни, — говорит омега, впихивая имениннику подарок.       — Спасибо, — радуется Чон, улыбаясь настолько широко, насколько это возможно. — Давайте раздевайтесь и проходите. Мы с Юнги почти всё доделали.       — С Юнги? — удивляется Намджун, снимая куртку с Джина.       — Ну да? — так же с непониманием отвечает Хосок. — Он согласился мне помочь, потому что я…       — Криворукое создание, которое может сравниться только с Джуном, — заканчивает фразу Юнги, выглянувший из кухни. — Мне нужна чья-то помощь.       — Бегу, — смеётся Хосок, направляясь в кухню.       — Ты тоже это видишь? — уточняет Намджун, пока Джин помогает ему разуться.       — Да, и я очень рад, — тепло улыбается омега. — А ты?       — Пока ещё не понял, — усмехается Джун, глядя в сторону кухни.       — Хосок! Свали от сюда! Живо! — доносится крик с кухни, и Джун уже подрывается к другу, когда его останавливают нежные руки.       — Иди посиди на диване, я всё решу, — тепло улыбается Джин, целуя своего калеку в кончик носа.       Джун жмурится, улыбаясь краешками губ, и, подхватив одну из рук на своих плечах, невесомо целует эстетичные костяшки. Джун тихо смеётся и, аккуратно вытащив свою ладонь из чужой хватки, убегает на кухню, а Джун, тяжело вздохнув, всё же следует совету своего всё ещё парня и, поднявшись, ковыляет на костылях к дивану.       — Что у вас тут происходит? — спрашивает вошедший на кухню Джин и замирает в дверном проёме.       — Хосок! — ругается Юнги, защищая торт, за которым тянется альфа. — Отойди от торта я сказал!       — Но дай я попробую, чуть-чуть, — ноет Чон, продолжая тянуться к заветной сладости.       — Я думал тут кого-то убивают, — усмехается Джин, привлекая внимание.       — То есть, ты тоже хочешь сказать, что я похож на маньяка? — вмиг обижается Хосок, забывая о торте.       — Маньяк тут скорее Юнги, — смеётся Джин.       — А знаешь что? — серьёзно говорит Чон. — Я полностью с тобой согласен. Вылитый маньяк. Ещё и меткий, — смеётся Хосок, потирая свой лоб.       — Да, я маньяк. А теперь отошёл от торта! — строго говорит Мин, залезает в холодильник и достаёт вторую миску с уже ванильным кремом.       — Ладно, ладно, — смеётся Чон, делая вид, что отходит подальше, и в следующую секунду подлетает к торту, смазывая приличное количество крема пальцем, направляя его сразу в рот и убегая. В спину ему летит полотенце и очередные ругательства Юнги.       Хосок вбегает в гостинную и встаёт за диван, смотря на кухню и на злого Мина. Чон давит наглую лыбу и довольно слизывает с пальцев шоколад. Юнги недовольно бубнит, поднимает полотенце и швыряет на стол. Он недобро коситься на Чона, который показывает ему язык и всё так же ярко улыбаться.       — Тебе что-нибудь нужно? — интересуется Хосок, обращаясь к Джуну.       — Нет, — холодно отвечает альфа и продолжает пристально наблюдать за Чоном, отчего тот ёжится.       Хосок криво улыбается Джуну и присаживается на противоположный от Кима край дивана. Чон хочет начать хоть какой-то диалог, но отрешённый вид альфы заставляет Хосока проглотить все слова и молча наблюдать за веселящимися на кухне омегами.       — Рот прикрой, — хрипло говорит Джун, а у Чона сердце в пятки уходит от тяжёлой ауры альфы.       Хосок снова криво улыбается, смотря на Намджуна, но улыбка сразу пропадает с лица, когда он видит ледяной взгляд напротив.       — Расскажи что-нибудь о себе, — говорит Джун, прожигающие смотря на Чона.       — Эммм, — тянет Хосок, не зная, что говорить. — Я Чон Хосок, сегодня мне исполняется двадцать девять лет…       — Ты нормальный? — спрашивает Джун и поправляет волосы. — Мы вроде знакомы.       — Я не знаю, что рассказывать о себе, — ноет Хосок. — Ты устраиваешь мне допрос. В моём же доме. Пугаешь меня своей аурой и этим строгим взглядом, — Чон пародирует лицо Джуна. — А я между прочим старше тебя. Это нечестно, — дуется альфа.       — Хочешь откровенно? — интересуется Джун, разворачиваясь к Хосоку всем телом.       — Хотелось бы, — соглашается Чон, пододвигаясь ближе.       — Мне не нравится, что ты общаешься с Юнги, — честно говорит Джун, без капли стеснения.       — Ревнуешь что ли? — усмехается Хосок.       — Он мне как брат, — отвечает альфа, смотря на парня перед собой, словно на самого тупого человека на земле.       — Да, я знаю, — соглашается Чон, не обращая внимания на парня рядом. — Вы с детства вместе, все дела. Но не думаешь ли ты, что чуть-чуть перегибаешь со своей опекой?       — Не думаю.       — Ладно, — тянет Хосок. — Что ты тогда от меня хочешь?       — Не знаю, — вздыхает Джун, откидываясь на спинку дивана. — Зачем тебе эта «дружба»? — альфа ставит в воздухе импровизированные кавычки. — В чём выгода?       — Ну, — тянет Хосок, размышляя. — У меня всего два друга, других знакомых нет. Есть семья конечно, но они в другом городе, и сам понимаешь, не буду же я вечно крутится вокруг папы в свои двадцать девять лет, — горько усмехается Чон. — Мне действительно нравится проводить время с ним, особенно когда он начинает открываться, совсем медленно, но это как будто…       — Личное достижение, — заканчивает Джун.       — Да.       — Понимаю тебя, — вздыхает Джун. — Ладно, пусть у тебя нет никаких намерений, это не означает, что ты мне понравился.       — Да в чём проблема? — вздыхает Хосок, скидывая руки.       — В том, что ты альфа, — сквозь зубы цедит Джун.       — И ты туда же, — психует Чон. — Все альфы маньяки со стажем. Но для справедливости хочу заметить, что ты, между прочим, тоже альфа.       — Дело тут не в том маньяк ты или нет, — ледяным голосом отвечает Джун. — Дело в том, что альфы имеют инстинкты.       — Да говорю же, мы просто друзья и…       — Цыц, — перебивает Джун. — Я знаю, что такое быть альфой, и понимаю, что это когда ты хочешь сломать, растоптать и уничтожить слабого. И не всегда слабый может ответить.       — Я…       — Я ещё не всё сказал, — Намджун смеряет Хосока холодным взглядом.       — А я хочу сказать, что не все альфы следуют инстинктам. Например, — Хосок щёлкает пальцами в воздухе. — Да ты например.       — У меня есть Джин и связь с ним, закреплённая меткой. А ты, как я вижу, свободен и всё ещё чувствуешь омег, как своих целей…       — Я не…       — И то, что ты рад тому, что он открывается тебе, говоря об этом, как о личном достижении, — Джун делает паузу, заглядывая в задумчивые глаза напротив. — Лишь подтверждает то, что у тебя инстинкты хлещут через край, — альфа замолкает и просто смотрит на вмиг притихшего Хосока. — А теперь задумайся, действительно ли он для тебя всего лишь друг?       Чон сидит, опустив голову и сцепив руки. Джун откидывается на спинку дивана, продолжая наблюдать за сидящим рядом альфой. Напряжение разрушал только смех омег, доносящийся с кухни.       После продолжительных раздумий Хосок открывает рот, желая что-то сказать, но его прерывает дверной звонок.       — Пойду открою, — хрипит Чон и поднимается с дивана, направляясь в коридор.       Джун самодовольно ухмыляется, прикрывая глаза и блаженно потягивается, когда слышит громкие крики из коридора и в следующую секунду выбегающего от туда Хосока.       Следом за Чоном несётся Чимин, который через мгновенье оказывается на спине альфы, роняя его на пол. За омегой на Хосока валится появившийся в гостинной Сонун.       — С Днём Рожденья тебя! Поздравляем любя! С Днём Рожденья, С Днём Рожденья! С Днём Рожденья тебя! — в унисон поют (кричат) Хосоку два его друга, которые мило прыгают на его спине.       — Хелп ми, — хрипит Чон, пытаясь вылезти из-под двух неугомонных тушек. — Плиз.       — Ты не рад нас видеть? — невинно удивляется Пак, прыгая на Чоне, вызывая у того то ли всхлип, то ли хрип.       — Что тут? Это что? — удивлённо спрашивает выглядывающий с кухни Юнги. — Это нормально?       — Каждый год одно и то же! — ноет Хосок. — Слезьте с меня! Я ещё чуток пожить хочу!       Только что пришедшие друзья громко смеются и всё-таки слезают с ноющего альфы. Тот, почувствовав желанную свободу, садится на полу, потирая свою спину.       — Мне кажется, вы что-то мне сломали, — бубнит Чон, вызывая новый приступ смеха. — Ха-ха-ха, — передразнивает Хосок, поднимаясь с пола.       Альфа дуется и уходит от друзей в кухню, продолжая разминать спину.       — Ты в норме? — интересуется Мин, держа в руках коробку с ягодами.       — Нормально, — грустно отзывается Чон.       — Держи, — говорит Юнги, протягивая альфе голубику.       — Не хочу, — продолжает дуться Хосок.       Юнги тяжело вздыхает и протягивает руку ближе к альфе, касаясь синей ягодкой его губ.       — Давай, попробуй, — просит Мин, и удивлённо-поражённый Хосок подчиняется.       — Вкусно, — улыбается Хосок, чувствуя вкусную ягодку на языке.       Юнги улыбается и подходит к торту, туда же следует и Чон.       — Я помогу тебе, — тихо говорит альфа.       Хосоку почему-то сейчас очень некомфортно на кухне. Он бы хотел оказаться в гостинной, откуда сейчас доносится смех Джина и Чимина. Чон изредко поглядывает на рядом стоящего Юнги, который сосредоточенно создаёт на шоколадном холсте ягодные узоры.       — Не туда, — бубнит Мин, перекладывая только что положенную Хосоком ягодку на нужное место.       — Какая разница куда? — раздражённо замечает Чон. — Главное, чтоб вкусно было.       — Поешь, — обижается Юнги, отдавая коробочку с ягодами альфе. — Когда успокоишься, позовёшь.       Мин разворачивается и направляется к гостинной, когда его аккуратно ловят за край футболки.       — Прости, я…       — Что тебе Джун сказал? — строго интересуется Мин.       —Он не…       — Колись давай, — вздыхает омега, складывая руки на груди. — Я заметил, как после его высокоинтеллектуальных монологов, ты впал в транс. Так про что он на этот раз говорил? Про глобальное потепление? Бессмысленность бытия?       — Мы говорили про инстинкты, — опустив голову, признаётся альфа.       — И что?       — Он сказал, что я дружу с тобой только из-за инстинктов, — говорит Хосок, рассматривая свои тапочки с цветочками. — Прости.       — В этом есть что-то плохое? — спрашивает Юнги, получая в ответ полный удивления взгляд.       — Но… — тянет Чон. — Я же получается неискренен с тобой.       — Всё это бред, — усмехается Мин.       — Но… Я же, ты же, он…       — Ты его побольше слушай, — закатывает глаза омега. — Как будто он не руководствуется своими инстинктами. Это же нормально.       — Это не нормально. Я как будто какое-то животное, — не унимается Чон.       — Это не так, — вздыхает Мин, подходя к другу и усаживая его на ближайший стул. — Знаешь, что отличает нас — людей — от животных? — спрашивает омега, получая заинтересованный взгляд. — Мне папа в детстве рассказывал легенду. О предках. Знаешь её?       — Нет.       — Она очень долгая и нудная, но смысл в том, что первородные, научившиеся контролировать свои инстинкты, эволюционировали в нас, людей, — тихо говорит омега, облокотившись на барную стойку и заламывая свои тонкие пальцы. — Но те, кто решил идти на поводу лишь своих изначальных потребностей, переубивали друг друга. Инстинкты это не плохо. Я и сам не уверен, что общаюсь с тобой, только потому что ты веселый, — вздыхает Юнги. — Думаю, омега внутри меня рад, что рядом находится кто-то сильный. Понимаешь, к чему я клоню? — спрашивает Мин, поворачиваясь к альфе.       — Как всё сложно, — ноет Хосок, закрывая лицо ладонями. — Я даже никогда не задумывался над такими вещами!       — А ты с Джуном побольше говори, вообще в жизни разочаруешься, — усмехается Юнги. — А теперь этот несчастный торт, — вздыхает Мин, забрасывая в рот ягодку.       Хосок смотрит на то, как омега поедает голубику, а потом переключается на торт.       — Хочу торт с улыбочками, — задумчиво произносит Чон.       — Улыбочки? Серьёзно? — усмехается Юнги. — Двадцать девять лет человеку.       — И что? — обижено спрашивает Хосок, набирая в руки ягод, и подходит к торту. — Я вечно буду ребёнком.       — Странный ты, — усмехается Юнги, наблюдая как Хосок украшает торт. — Улыбочки значит…

***

      — Он до сих пор о тебе вспоминает, — подмечает Сонун, вальяжно развалившись на диване с Чимином и бокалом шампанского.       — Да ладно, — смеётся Чон. — Неужели учитель Кан вспоминает обо мне.       — Не поверишь, малышам говорит, что ты лучший ученик за все его годы преподавания, — смеётся Чимин, чуть ли не хрюкая.       — Замечательно, — возмущается Хосок, хлопая себя по колену. — То есть как в глаза говорить, так я бесталанный невежа — а как за спиной, так лучший ученик. Он явно что-то напутал.       — Почему ты выглядишь так униженно и оскорблённо? — притворно удивляется Сонун. — Как будто ты его хоть раз слушал.       — Нет, — честно признаётся Чон. — Но это не повод унижать меня пятнадцать лет, а потом утверждать, что я гений, — деловито говорит Хосок, делая акцент на последней фразе, и отбрасывает прядь волос со лба.       — Вообще-то он не говорил, что ты гений, — деловито отзывается Сонун. — Он всего лишь назвал тебя лучшим учеником.       — Услышать из его уст что-то такое, всё равно что получить признание моей гениальности, — смеётся Чон.       — Мальчики, не ссорьтесь, — мягко говорит Чимин, выставляя руки вперёд и привлекая внимание альф. — Мы же все знаем, что гений здесь я, — ухмыляется омега, гордо задрав миленький носик.       — Да, что ты говоришь, — смеётся Хосок и щекотит пятки омежки, которые он нагло разложил на коленях именинника.       Чимин громко хохочет и пытается спрятать ноги, но его хватают сильные руки сидящего позади альфы, которые собственнически залазят под футболку и начинают нежно щекотать мягкие бока парня.       — Стоп… Хватит… — весь извиваясь, сквозь смех и слёзы просит Чимин. — Сонун, ты гениальный танцор. Ты. Ты. Ты! Хватит, прошу.       — То-то же, — усмехается альфа, прекращая пытку.       — Эй, а я что? — наигранно обижается Хосок и снова тянется к пяткам омеги.       Чимин резко подпрыгивает на диване, уклоняясь от Хосока, и запрыгивает на колени своего альфы, прячась в кольце сильных рук. Сонун громко смеётся, прижимая к себе омежку и удерживая бокал с шампанским, который так и норовит разлиться на диван. Чимин нежится в крепких объятьях, уложив голову на родное плечо, и поглядывает на Хосока, дразня и показывая язык. Чон смеётся и делает большой глоток сока.       — Я до сих пор не могу поверить, что истинные могут ничего не чувствовать друг к другу, — тихо говорит Намджун, перебирая волосы Джина.       — А ты поверь, — грубо отзывается Сонун.       — Почему ты не можешь поверить? — спокойно интересуется Хосок, предварительно шикнув на Сонуна, чтобы тот не устраивал истерик.       — Я понимаю, что ты и Чимин относитесь друг к другу как братья, — размышляет Джун, — что тоже для меня странно. Но понять я это могу, — альфа делает глоток пива и продолжает. — Но какова вероятность того, что, если Сонун встретиться со своей омегой, не влюбится в него?       — Во первых, — шипит Сонун.       — Ты можешь не злиться по пустякам? — тяжело вздыхает Хосок, отчитывая друга.       — Я просто говорю, что: во первых, у меня уже есть МОЙ омега, и он прямо сейчас в моих руках, — Сонун кивает головой на Чимина и проводит большими руками по крохотной спине. — Во вторых, как ты выразился, «мой» омега — долбаёб, — альфа делает кавычки в воздухе. — Я бы век не видел того, кого я должен «полюбить».       — Не говори так, — расстроено говорит Джин. — Может он хороший, а ты ставишь на нём крест.       — Это больной человек, Джин, — усмехается Сонун. — При первой встрече, когда я просто подошёл поздороваться, он плеснул мне в лицо горячим кофе. Еле увернулся.       — То есть, — начинает Намджун, откашлявшись после продолжительного молчания. — У вас просто неудачные истинные?       Сонун громко воет, закинув голову.       — Нет, — всё так же спокойно отвечает Хосок. — Они просто любят друг друга, и для них неважно, истинные они или нет. И это нормально, так и должно быть, — поясняет альфа. — Просто многие не понимают, что должны любить друг друга, а не полагаться на инстинкты.       — И кто тебе это сказал? — усмехается Джун. — Не ты ли сам им следуешь?       — Сказали мне это мои родители, которые прожили в неистинном браке тридцать шесть лет, и, предвкушая твой следующий вопрос, нет, у них не было проблем со своими истинными, — объясняет Хосок. — Мой отец до сих пор общается со своим истинным, и они самые близкие друзья. А папа иногда нянчит внуков своего истинного, и они так же, как и отец, в очень хороших отношениях.       — И какова вероятность, что твои родители не изменяют друг другу со своими истинными? — спрашивает Джун.       Чимин до этого спокойно сидевший в руках Альфы, поворачивается к говорящим и зло смотрит на Намджуна, пока Хосок прибывает в немом шоке.       — Что ты сказал? — переспрашивает Чон.       — Почему ты так уверен, что они не изменяют со своими истинными? — повторяет Джун.       — Потому что, они любят друг друга. А когда ты любишь кого-то, то и изменять не хочется, — с любой на лице, но сжатыми кулаками объясняет Чон.       — Но… — начинает Джун, но его нагло перебивают.       — Заткнись уже, — выплёвывает Юнги, осуждающе смотря на друга.       — Да нет, пусть продолжит, мне уже интересно, что он дальше скажет, — усмехается Хосок, складывая руки на груди.       — Истинность — это высшие чувство.       — Истинность — это набор инстинктов, — прерывает Намджуна Хосок.       — Хочешь сказать, что наша с Джином связь — это всего лишь набор инстинктов? — возмущается Джун.       — По твоим выводам именно так и выходит, — ехидно усмехается Чон.       — Да что ты себе позволяешь — шипит Джун, вскакивая с дивана, удерживаясь на одной ноге, чтобы не травмировать больную.       — То же, что и ты, — Хосок так же вскакивает на ноги, подходя вплотную к альфе, смотря точно в глаза напротив. — В мире существует только два типа: люди и полные твари. Кому-то везёт, и им достаётся адекватный истинный, а кто-то, — Хосок делает паузу, потому что его локоть настойчиво сжимают маленькие ручки. — А кто-то встречает полных мудаков, — Хосок незаметно косится в сторону рядом стоящего Юнги, который продолжает крепко держаться за альфу.       — Ты знае… — удивляется Джун.       — Я знаю, что любовь не зависит от истинности, — Хосок не даёт закончить альфе. — Скажи, ты бы любил Джина меньше, если бы тебя не манил и не успокаивал его запах?       Хосок уверенно смотрит на парня. Теперь пришла его очередь доминировать над младшим. Джун заметно тушуется под уверенными феромонами альфы, но взгляд не отводит, только легко вздрагивает, слыша за спиной рингтон джинова телефона.       — Что-то случилось? — шепчет Джин, отвечая на звонок и продолжая придерживать своего альфу.       — Если бы он не был твоим истинным, ты бы смог променять его на кого-то другого? — продолжает Хосок, смягчив голос, постепенно переходя на шёпот. — Смог бы уйти от него, если бы оказалось, что вы не истинные?       — Нет, никогда, — шепчет Джун. — Я понял те...       — Боже! — вскрикивает Джин. — Дыши, мой мальчик, я еду к тебе! — паникует Джун. — Живо прекращайте всё. Джун! Минхо рожает! Живо к нему! — омега дёргает руку Джуна, пока тот непонимающе смотрит на парня перед собой.       — Что? — переспрашивает альфа, но омега уже собрали их вещи и впихнул в руки своего парня.       — Хосок-а, прости, нам нужно бежать, — тараторит Джин, обнимая ничего непонимающего альфу. — Ещё раз с днём рождения, — омега улыбается и разворачивается к альфе с кучей вещей в руках и костылём подмышкой. — Какого хрена ты всё ещё не одет! — психует Джин и выталкивает беднягу в коридор.       — Я, пожалуй, провожу их, — наконец отмирает Хосок и идёт к уходящим гостям.       — Прости за родителей, — уже в дверях говорит Намджун. — Но ты всё равно мне не нравишься.       Хосок усмехается хмурому лицу младшего и согласно кивает.       — Я и не рассчитывал на твою симпатию, — скрестив руки и обокотившись на дверной проём, отвечает Чон.       — Не слишком ли ты самоуверен? — усмехается Ким.       — Я...       — Джун! Где тебя носит! Там мой мальчик один! — психует Джин возле лифта.       — Бегу, — вздыхает Джун и направляется к омеге.       Хосок смотрит, как пара заходит в лифт, и, закрыв дверь, возвращается в гостинную. Чимин всё так же лежит на груди Сону, рассматривая Юнги, спокойно попивающего сок, откинувшегося на спинку дивана.       — Кто-нибудь понял, что это было? — интересуется Чон, присаживаясь рядом с Мином.       — Ну ты только что мерился своим эго с Намджуном, — посмеивается Чимин, фокусируя взгляд на друге.       — Нет, я про роды, — поясняет Чон.       — Минхо рожает. Это их сосед, — поясняет Юнги. — Его бросил альфа, узнав о беременности.       — Ничего, переживёт, — отвечает Пак. — Лучше совсем без альфы, чем с тем, кто может бросить беременного омегу.       — Ему шестнадцать, — добавляет Юнги, и Чимин давится воздухом.       — Шестнадцать? — удивляется Пак. — Куда его родители смотрели?       — Они алкаши, им плевать, — пожимает плечами Мин. — Поэтому Джин и приглядывает за пацанёнком.       — Я никогда не допустил бы, чтоб мой ребёнок забеременел так рано! — продолжает возмущаться Чимин. — Сначала университет и карьера, а потом уже всё остальное! Это же надо, шестнадцать лет!       — Никогда не говори «никогда», — усмехается Мин. — Кто знает, что будет дальше.       — Я точно знаю, что не допущу такого, — настаивает омега.       — Уверен в этом? — говорит Юнги и улыбается краешками губ.       — Я думал, ты постоянно молчишь, — замечает Сону, заставляя Мина напрячься. — А ты такой милашка.       — Не называй так людей, — строго произносит Хосок. — Человеку может это не понравится.       — Да нет, всё нормально, — тараторит Юнги.       — Эй, переставай давай, — закатывает глаза Сону. — Если тебе не приятно, можешь просто сказать. Так что?       — Ну, — тянет омега, опустив глаза. — Мне не очень нравится, когда меня так называют.       — Хорошо, — спокойно отзывается парень, получая удивлённый взгляд омеги. — Прости, что позволил себе такую грубость. Обещаю, что больше так делать не буду.       Юнги смотрит удивлённо, разглядывая спокойное лицо альфы, развалившегося на диване. Мин не привык. Так странно, когда с твоим мнением считаются. На работе или учёбе, узнав пол Юнги, все сразу забывают даже о банальных манерах и приличии, не говоря уже о мнении омеги, а тут...       — Видишь, ничего страшного, — тепло улыбается Чон. — Если тебя что-то не устраивает, просто ска…       Хосока перебивает рингтон телефона, он смотрит на дисплей и счастливо улыбается, мгновенно отвечая на звонок и выбегая из гостинной. Юнги провожает взглядом парня, когда чувствует лишний вес на своём плече, и испуганно поворачивается.       — Походу родители позвонили, — говорит Чимин, облокотившись на Юнги. — Тебе говорили, что ты очень красивый?       — Нет, — честно признаётся Мин.       — Как это так? — удивляется Пак. — Ты как модель! Прям вау! — восхищается Чимин, заставляя Мина покраснеть.       — Спасибо, — смущённо отвечает омега. -Я всегда мечтал стать моделью, но мне постоянно отказывали, — вздыхает Чимин. -Видетили я ростом не вышел и щёки у меня слишком пухлые, — дуется Пак, складывая руки на груди. -Ты у нас самый красивый, — говорит Сонун, посмеиваясь с поведения омеги. -Эй, не смейся с меня, — возмущается Пак, кидая в своего парня подушкой. -Можно поговорить с Джуном, — предлагает Юнги, привлекая к себе внимание. -У него модельное агентство, которое построено на отрицании стандартов красоты. -Серьёзно? — воодушевляется Пак. -Ага, — кивает Мин. -Я могу поговорить, если ты хо… -Спасибо, спасибо, спасибо, — радостно пищит Чимин, крепко обнимая Юнги за шею. Так резко и так сильно, что Мин пугается. -Эй, я дышать не могу, — хрипит Юнги. -Чимин, хватит убивать всех подряд, — наигранно ругается вернувшийся в гостиную Хосок. -Никого я не убиваю, — дуется Чимин и Юнги подмечает, что настроение этого омеги словно американские горки. -И кстати, где обещанный торт? -Сейчас будет, — смеётся Хосок, направляясь к кухне. -Лучше я принесу, — поднимается Мин с дивана. -А то будет, как с теми пельменями, — усмехается омега и скрывается на кухне. -Что с пельменями? — интересуется Сонун, пока Чимин ползёт к нему и снова усаживается сверху. -Да так, — отмахивается Хосок. -Небольшое происшествие. -Наверняка опять схватился голыми руками за горячее, — смеётся Пак, утыкаясь в шею альфы. -Не хочу признавать, но ты прав, — смеётся Хосок, вместе с друзьями. Их прерывает звонок телефона Сону. -Что за день такой, все всем названивают, — ворчит альфа, дотягиваясь до телефона, лежащего на столе. -Ало? -Только не говорите, что и вы уходите, — вздыхает Хосок, замечая как лицо Сонуна моментально приобретает серьёзный вид. -А что? — смеётся Чимин. -Оставим тебя наедине с милым мальчиком. Хватит тебе уже холостяком шастать. -И ты туда же, — возмущается Чона, кидая в омегу подушкой, пока Пак игриво поигрывает бровями. -Хорошо. Мы скоро будем, — вздыхает Сонун, отключая телефон. -Хосок, тут это, — тянет Сонун, почёсывая затылок и виновато смотря на друга. -Да понял я, какое то срочное дело от самого куратора, — посмеивается Чон. -Ты прости, — всё также виновато говорит альфа, поднимаясь с дивана. -Вали уже, я всё понял, — смеётся Хосок. -Передай привет куратору Кану. -Только не обижайся. Лады? — тепло улыбается Чимин, подходя к Чону и крепко его обнимая. -Ты же не обижаешься? -Как мне на вас обижаться? — улыбается Чон стискивая омегу в объятьях. -Ну всё. Дверь сами найдёте. -А ты как всегда, — смеётся Чимин, отстраняясь от друга и замечая Юнги с тортом в руках. -Тортиик, — жалобно тянет омега, разворачиваясь к Чону. -Ты просто обязан мне описать вкус этой прелести во всех красках. -Прощай мой вечер, — вздыхает Хосок, наблюдая за тем, как его друзья быстро собираются в коридоре и также быстро скрываются за закрывшейся дверью, кидая на последок очередные поздравления. Чон шумно выдыхает и падает на диван, откидывая голову и прикрывая глаза. -Ты расстроился? — спрашивает Юнги, присаживаясь рядом, продолжая держать в руках торт с зажжёнными свечками. -Тебе нужно желание загадать. Хосок приоткрывает глаза и смотрит на парня рядом с собой, затем на торт в его руках и наклонившись быстро задувает огонь, возвращаясь в лежачее положение с закрытыми глазами. -Эээ, так дела не делаются, — тихо возмущается Юнги, вновь зажигая свечи зажигалкой. -Ты должен загадать желание. -Ладно, — тяжело вздыхает Чон, усаживаясь на диване, потирая руки о джинсы и принимая торт. Он задумчиво разглядывает свечи, без одной эмоции на лице. Потом жмурится, что-то тихо бубня под нос, и задувает свечи, отставляя торт на рядом стоящий стол. -Загадал. Теперь доволен? — интересуется Хосок, вытаскивая свечки. -Предлагаю разделить торт на пополам и я тогда тебя отпущу. Можешь повеселиться. -Ты меня выгоняешь? — удивляется Мин. -Нет, нет. Просто, — Хосок обрывается на полу слове. -Просто хочу побыть один. -Мало ли, что ты хочешь, — громко возмущается Мин, откидываясь на спинку дивана. -Вообще-то это мой день рождения, — бубнит альфа, повторяя движения друга. -Давай веселиться, у тебя же день рождение! — говорит Юнги, взмахивая руками и поворачивая голову к собеседнику. -Я. — начитает Хосок и тут же замолкает. -Ты? — интересуется омега. -Я не справлял день рождение дома уже больше десяти лет, — объясняет Чон, смотря в потолок. — Как это, отмечать праздники без той оравы? — усмехается парень, задавая риторический вопрос. -А как вы отмечали праздники? — интересуется омега, поворачиваясь к другу, складывая ладошки вместе и подкладывая их под голову. -Ооо, — воодушевлённо тянет старший. -У нас отменяли уроки, если были масштабные праздники, как новый год например, — поясняет Чон. -Когда у кого-то день рождение был, репетиции не отменяли, но тебя все поздравляли в конце и все в группе ели торт, купленный кураторами, — улыбается Хосок, прикрывая глаза. -У нас была строгая диета, поэтому сладкое было сравнимо с алкоголем или даже наркотиками, — усмехается альфа, поворачивая голову к собеседнику. -Вы очень много трудились? — спрашивает Мин с интересом разглядывая друга. -Да. Мы работали действительно много, — соглашается Чон. -Но мне всегда нравилось. Знаешь, когда ты что-то любишь готов отдавать всего себя, — альфа усмехается. -Так и получилось. Я отдал всего себя танцем и сейчас у меня ничего нет кроме парочки друзей и хороших воспоминаний. -Не говори так, — хмурится Мин. -Это звучит грустно, — Хосок посмеивается со слов друга. -Я всё же продолжаю танцевать, но это немного не то. -Ты наверное очень круто танцуешь, — предполагает Мин. -Я вот просто бревно, в этом плане. -Не ставь на себе крест, — возмущается альфа, тыкая собеседника в плечо. -Любого человека можно научить танцевать Просто кому-то нужно больше времени, кому-то меньше. -Хочешь сказать, что научишь меня танцевать? — посмеивается Мин, прикрывая улыбку ладошкой. -А ты хочешь? -Не отказался бы. -Значит порешали, — Хосок хлопает в ладоши. -Теперь я твой тренер по танцам. -Самооборона, танцы, — перечисляет Юнги, загиная пальцы. -Чему дальше учить будешь? -Кто знает? — пожимает плечами Чон и залипает над смущённой улыбкой младшего. Ты странный, — заключает Хосок, после нескольких минут молчания, заставляя Юнги подвиснуть. -Это ты мне сказал? — удивляется Мин, указывая на себя, на что альфа согласно кивает. -Вообще-то это ты странный! — дуется омега, хмуря свой носик. -Да я про то, что ты так быстро меняешься, что я не успеваю понять тебя, — изрекает Хосок, ловя непонимающий взгляд. -Я в том плане, что ты можешь вести себя очень мило, прям как настоящая омежка, — начинает свой монолог альфа, продолжая разглядывать лицо на против. -Иногда ты ведёшь себя так, что я начинаю тебя побаиваться. Ходишь весь такой хмурый и крутой, буд-то ты одним словом убить можешь. Иногда ты превращаешься в такой беспокойный комок нервов. А иногда расслабляешься и ведёшь себя спокойно. Как сейчас. Хосок заканчивает свой монолог и выжидающе смотрит на парня перед собой. -Если что-то не нравится можешь катиться на все четыре стороны, — злиться Юнги и сильно хмурится. -Мне нравится, — спокойно отвечает Хосок и тыкает пальцем в образовавшиеся хмурые морщинки на лбу омежки. -Не сердись. Юнги перестаёт хмурится и удивлённо смотрит на парня перед собой. -Кхм. — кашляет Мин, после нескольких минут молчания. -Чем займёмся? Может есть что-то, что ты хотел бы сделать? -Сделать? — задумывается Хосок, переводя взгляд в потолок. -Я хочу новые кроссовки для танцев, мои в ужасном состоянии. -Тогда подъём. Мы ещё успеваем в ТЦ до закрытия, — говорит Юнги поднимаясь с дивана.