Лицо из чужого прошлого

-На колени, - коротко скомандовал патриарх. Под аккомпанемент оглушительного молчания безмолвной толпы на площади Савар опустился на одно колено. Сердце его колотилось как бешеное. Он знал, с самого рождения знал, что этот день однажды настанет, но никогда не думал, что это вызовет у него такое волнение. Перед ним возвышался, пронзая облака, многокилометровый шпиль Собора. А перед Собором стояли три огромные, пусть и намного ниже шпиля, статуи. Одна впереди, две - за ее спиной. Лица каждой из статуй скрывал каменный капюшон, но все равно, стоя здесь, Савар почти ощущал их взгляды. Статуя по правую руку от центральной была чуть выше нее, а та, что по левую - заметно ниже, и фигура ее была явно женской. Высший, Зеон и Лоара. И пусть Шестнадцатая не лжет и имена полубогов на самом деле звучат иначе, в истории Империи они навсегда останутся Зеоном и Лоарой. Руки каменной Лоары были скрещены на груди, а одна из рук Зеона была сжала в кулак. Пусть Роза говорит, что знала их лично, что половина того, что говорит о них Книга - полная и беспросветная чушь. Пусть. Эти трое, что немым, невидимым каменным взглядом смотрят на площадь перед собой, на каждого, кто стоит там, имеют к тем, кто был на Оке на самом деле двадцать тысячелетий назад, весьма слабое отношение. Они - не живые существа. Они - идея. Мечта, с помощью которой Эпсилон сплотил каледов. Патриарх был одет в такой же, как у статуй, тяжелый черный плащ, только капюшон был небрежно откинут за спину, являя миру бледно-желтые, почти белые глаза и изрытое многочисленными морщинами лицо главы Церкви. На шее у него висел массивный серебряный круг с символом, напоминающим восьмерку. Церковь называла ее символом Высшего. Роза Тайлер назвала его печатью Рассилона. Пусть так. Но для сотен тысяч, собравшихся сейчас здесь, и для триллионов по всей Империи он останется символом Высшего. Сам Савар был в традиционном черном облачении, украшенным затейливыми серебряными узорами. Все это было такой же идеей, такой же традицией. Никто, даже патриарх, не смеет приказывать что-либо Императору, тем более - приказать встать на колени. Но он пока еще только наследник трона. Последний раз в своей жизни он должен был подчиняться чужим приказам - чтобы встать на ноги тем, кто никогда и ни перед кем не преклонит колена. -Савар, сын Рэвона, потомок Эпсилона. - Твердый и отчетливый голос патриарха, резко контрастирующий с его старческой внешностью, в этой тишине пронесся над площадью особенно громко. - Настал твой час. Здесь, в Аркадии, в столице и сердце Империи Ока, на площади Троих, ты стоишь перед своим народом. Здесь, под взглядами Высшего, Зеона и Лоары, ты не посмеешь солгать, извернуться, или умолчать. Аркадия... Шестнадцатая долго удивлялась, когда узнала, как называется столица Ока. Она поведала Императору, что Аркадия - это название города на Галлифрее, планете Повелителей Времени, родном мире Высшего. Аркадия, по ее словам, была единственным городом на планете, который сумели захватить далеки. Интересно, знали этот факт те, кто основал столицу Ока? Вряд ли. Когда основали Аркадию, еще и культ Высшего толком не образовался. А знал об этом Эпсилон, когда приказал реконструировать город и поставить на его окраине Императорский Дворец?.. -Клянешься ли ты, - снова заговорил патриарх, - до конца своих дней верно служить своему народу и вести Империю Ока к величию, завещанному нам Высшим? -Клянусь, - ответил Савар. Может, это игра воображения, но ему в тот момент действительно показалось, что эту клятву он приносит не патриарху, не Церкви и каледам, собравшимся посмотреть на церемонию. Это "клянусь" было адресовано тем, чьи каменные взгляды будто пронзали его насквозь. Богам. Идее. И он сказал чистую правду. То величие, к которому он собирался привести свою Империю, мог представить разве что сам Высший. -Клянешься ли ты, - снова заговорил патриарх, и в его руках как по волшебству возник поблескивающий черный круг, - с этой минуты и до самой смерти целиком и полностью подчинить себя и все свои стремления благу Империи Ока? -Клянусь. - При виде этого обода сердце принца забилось еще быстрее. О его существовании он знал, знал, что однажды он будет принадлежать ему, но вживую его никогда не видел. -Клянешься ли ты, - голос старца стал громче, - достойно нести бремя Обсидиановой короны? -Клянусь. - Обсидиановая корона... Еще одна идея, еще один символ. Обсидиан - обыкновенный, заурядный материал, во Вселенной его навалом, даже на Оке есть несколько месторождений. Но Эпсилон, тогда еще генерал, приказал изготовить корону будущей Империи из обсидиана, добытого на Земле, после того, как разбил войска Альянса и захватил Солнечную систему. И корону из земного материала возложили на его голову на Марсе, у подножия Олимпа. Корона была трофеем, а коронация - символом превосходства, насмешкой над Землей и Марсом. Унижением, которое они после ухода флота каледов постарались забыть. -Клянешься ли ты, - в голосе старца зазвучали металлические нотки, - хранить верность клятвам, данным Эпсилоном народу каледов? Нет, подумал Савар. Клятва, данная первым Императором на той самой коронации на Марсе, была хороша и необходима тогда, для своего времени. Если бы он не предал далеков забвению, рано или поздно ему пришлось бы воевать со всей Вселенной, на что новорожденная Империя не была способна. Но теперь, спустя века и поколения, когда Империя Ока больше и развитее, чем отчаянный генерал мог себе вообразить, теперь, с обретением знаний Шестнадцатой... она просто устарела. Далеки должны были оставаться забытыми, пока память о них могла навредить каледам. Пока каледы были вынуждены считаться с чужим мнением. Но теперь настало время Вселенной снова вспомнить о своем самом страшном кошмаре. Савар поднял взгляд на скрытое под капюшоном лицо Высшего. Казалось, ему известно, что принц перед ним собирается солгать. Казалось, он смотрит на него с осуждением. И с разочарованием. Под этим взглядом Савар, несмотря на то, кем он здесь и сейчас являлся, ощутил себя крошечным и незначительным. На остальные две статуи он даже смотреть не стал. Сейчас он не был уверен и в том, что сумеет солгать под одним таким взглядом, а уж под тремя... Ты не можешь осуждать меня, думал принц. Ты был здесь задолго до того, как Эпсилон принес свою клятву. Ты, Повелитель Времени, который помогал далекам творить свою империю... помогал своим врагам творить свое будущее величие... Ты не собирался предавать их забвению. Напротив. Ты дал им знания, дал им свободу. А я... Я всего лишь продолжаю то, что начал ты. И чтобы иметь возможность делать это, мне нужна эта формальная, одномоментная ложь. У тебя нет права меня осуждать. -Клянусь, - произнес Савар, встретившись взглядом с патриархом. Толпа на площади затаила дыхание. Старец выдержал паузу, непроницаемым взглядом смотря на наследника престола Империи. А затем, медленно и торжественно, возложил на его голову Обсидиановую корону. В ту секунду, когда она коснулась головы Савара, его сердце заколотилось так, что, казалось, хочет выпрыгнуть из груди. Ничего особенного в ней не было. Ничего примечательного. На фоне корон древних правителей Ока, или древних земных королей и императоров, или королевской короны современного Пеладона, украшенной кристаллом трисиликата, она выглядела бледно и нелепо. Просто обсидиановый обод, спереди у которого, во лбу того, кто его носит, был искусно выточен визор далека, выступающий вперед. Большинство даже не знает, что это за похожая на яйцо штуковина торчит из имперской короны. Но это был символ. Это была власть. -Встань же, Савар Третий, - скомандовал патриарх. Савар медленно поднялся на ноги и выпрямился. - Да назовет тебя история достойным... - Лицо старца исказила улыбка. - Император Ока. Толпа на площади взорвалась. Толпа ликовала, приветствуя своего нового правителя. Савар III, потомок Эпсилона, верховный правитель, главнокомандующий вооруженных сил и Хранитель наследия Империи Ока все еще слегка неверящим взглядом окинул своих новых подданных. Они будто ощутили этот взгляд, и возликовали еще сильнее. Они радовались, честно и искренне. И никто из них даже не подозревал, какую бурю собирается обрушить их новый Император. ... -Ничего себе, - пробормотала Роза, глядя на экран. - Его Величество бы лично сел в истребитель и полетел выигрывать вам войну против Галактики Пять, чтобы просто заглянуть в этот зал и почитать эти файлы. Этот зал, в который пришлось красться в полусогнутом состоянии и вдобавок в полной темноте, был набит оборудованием, которого не постеснялся бы центральный зал Омеги под Императорским Дворцом. Если бы Розе случилось попасть сюда сразу после пробуждения от комы, до того, как она успела зарыться в секретные архивы Ока, она, наверное, смотрела бы сейчас на все это таким же бессмысленным и озадаченным взглядом, как Талира и Даймонд. -Так что это такое? - спросила королева. Она стояла рядом и беспокойно поглядывала то на экран терминала, то на сосредоточенное лицо Розы. - И для чего это все нужно? За все десять лет, что я пыталась это понять, мне удалось открыть только... -...записи первой системы безопасности и записи твоей матери, королевы Джозефины, - закончила Роза. - Ты это уже говорила. - Всякий пиетет по отношению к правящей персоне Пеладона с нее уже давно слетел, где-то между серединой туннеля, где они случайно столкнулись и Роза чуть не вывихнула ногу, и входом в эту затейливую систему. - Причем, по-моему, дважды. -Трижды, - поправил молчавший до того калед откуда-то из-за спины. - Но вопроса это не снимает. Что это за оборудование, Роза? Что тебя тут так восхитило? Техника, подключенная к этому терминалу, словно бы прибыла из очень далекого будущего. Или очень далекого прошлого - это как посмотреть. В данный момент официальная наука признала путешествия во времени физически невозможными, а почти полмиллиона лет назад, в пятьдесят первом веке, были агенты времени, у которых универсальный временной манипулятор умещался на небольшом браслете. А когда наука этого периода еще поменяет свое мнение - вопрос. -Темпоральные сканеры разных частот, датчики временных искажений разной чувствительности, манипулятор элементарных вихревых потоков, - кратко перечислила Роза. - И это далеко не полный список. Оборудование, собранное здесь, предназначено для работы со временем. Вроде систем раннего обнаружения на границах систем, секторов и так далее, только эти системы работают в четвертом измерении. И, кажется, все они объединены в одну общую сеть, которая делает что-то... общее, - немного неуклюже закончила она. - Сейчас как раз попытаюсь понять, что именно. -Судя по тому, что рассказывали мне родители, они, скорее всего, отслеживают приближение ТАРДИС, - немного неуверенно проговорила Талира. - Мама говорила, что это место они создали, чтобы быть готовыми к ее возвращению. Даймонд, по дороге кратко введенный в курс дела, промолчал. Ему, кажется, было трудно принять идею, что Доктор, Темная Богиня из их священной Книги, действительно существует и более того, не так давно побывала на Пеладоне. Кроме того, он только что своими глазами видел записи Джозефины, где говорилось и о далеках, и о ТАРДИС, и о путешествиях во времени - такое легко собьет с толку неподготовленного. Он лишь молча оглядывал сияющие разноцветными индикаторами приборы, никак не вмешиваясь в работу. -Это-то да, - машинально кивнула землянка, торопливо стуча по клавишам. - Но система слишком сложна для простой слежки. Если я хоть что-то понимаю в темпоральной механике... хотя я мало что в ней понимаю, но в этом времени я где-то у верха списка самых понимающих... то эта сеть, вся эта система в целом... как-то воздействует на время. Вот только как... Слишком мало данных. Розе катастрофически не хватало информации, причем наверняка самой базовой и элементарной. Вот Доктору наверняка было бы достаточно просто взглянуть на всю эту конструкцию, чтобы понять: "О, да это же (труднопроизносимое название тайми-вайми технологии)! Предназначенное для (труднопроизносимое тайми-вайми действие)! Это гениально!" Роза выжала из баз данных Омеги и остальных, менее секретных архивов Ока все, что могла, касательно теории времени, но здесь этого было явно недостаточно. Да, ученые Ока, чьи работы проходили под грифами "секретно" и "совершенно секретно" не разделяли позиции современной науки по поводу, как это было озвучено, "невозможности искажений темпоральных полей". Они в общих чертах представляли себе временную воронку, но как-либо взаимодействовать с ней или хотя бы просто непосредственно наблюдать ее пока не научились. Судя по этому залу, королевская чета Пеладона располагала куда более обширными сведениями. Так, а это еще что? Копаясь в данных, Роза напоролась на пустую область посреди аккуратно дефрагментированных массивов данных. То, что было здесь, несомненно, было удалено - случайным образом такая область образоваться не могла. А раз она до сих пор пустует, значит, возможно, есть шанс что-то оттуда восстановить. Вдруг там найдется что-то, что прояснит назначение этого зала? -Смотрите-ка, - восхитилась Роза, наблюдая, как заданный алгоритм восстанавливает данные. Хотя говорить это было не обязательно - и Даймонд, и Талира и без того выжидательно смотрели на терминал. - Я так и думала, что записи Джозефины как-то уж очень рано обрываются. Удаленные данные были продолжением тех самых записей. Роза наугад выбрала один из файлов и открыла. "Чем ближе работа к завершению, тем медленнее она идет. И тем больше я боюсь, что не успею вовремя. Пеладон говорит, мы сами виноваты: не надо было устраивать такую секретность, гораздо разумнее было бы действовать сообща с учеными Федерации. Может, и так. Но каждый лишний человек, осведомленный о нашей затее, увеличивает риск. И уж тем более, нельзя, чтобы об этом узнала широкая общественность. Тогда обрезать все нити уже точно не удастся". Дальше шла какая-то белиберда: беспорядочные буквы, цифры, символы. Файл был поврежден. Увы, но даже алгоритмы, применяемые контрразведкой Империи Ока, не всесильны. Роза открыла другой файл. Он с подобной же мешанины начинался, но дальше шел осмысленный текст. "...сомневаюсь, возможно ли вообще хотя бы теоретически то, что мы задумали. Стоит решить одну проблему, на ее место встает еще десять. Мне все чаще кажется, что Пеладон был прав с самого начала и какая-то помощь извне нам просто необходима. Но чего толку об этом думать, шанс уже упущен. И, наверное, все же не зря. Нельзя, чтобы кто-то..." "...но если бы каледы хотели скрыть то, что они связаны с далеками, они бы не стали так выпячивать все эти элементы, которые однозначно указывают на далеков. Когда Рэвон VIII появился там в своей черной короне с излучателем на поясе, а с его лба на меня посмотрел глаз далека, у меня чуть сердце не остановилось. Впрочем, пока это неважно. Проблемы нужно решать по мере важности. Я не могу отвлекаться на каледов, пока не закончу то, что начала. Далеки - детская забава по сравнению с тем, что может случится, если сюда явится..." "...жалеет, что у нас будет дочь, а не сын, хотя и старается этого не показывать. Это понятно, хоть и немного обидно - в истории Пеладона женщины еще ни разу не наследовали трон или титул. Хотя чисто формально никаких препятствий этому..." "...когда у меня есть Талира, я не остановлюсь. Пеладон говорит, что я совсем с ума сошла с этим проектом, что нельзя сутками напролет сидеть здесь и работать. Он просто не понимает. Он видел ее только раз, он не представляет, на что она способна. Если я не сумею или не успею, если моя дочь..." "Получилось. Все системы вышли на режим, сеть функционирует. Так, по крайней мере, говорит компьютер. Не представляю себе, как это можно проверить, но по расчетам все должно работать именно так. Ради этого мне пришлось пропустить первый день рождения Талиры, но все наконец-то получилось. Надеюсь, она этого не узнает, а если узнает - сможет меня простить. Это все ради нее. Только бы все оказалось правильно... потому что если ошибка есть, а я ее проморгала - когда она проявится, будет уже слишком поздно. ТАРДИС уже будет здесь, и она..." -Вот! - воскликнула Роза и победно посмотрела на Талиру и Даймонда. - Я так и знала, что эта система не только для пассивного наблюдения. Видите? -Вижу, что мама пропустила мой первый день рождения, - осторожно заметила королева. - И что она закончила... ну, она так думала... работу над этим местом. И... - под взглядом Розы она оглянулась на каледа в поисках поддержки. Тот лишь пожал плечами. - И все. -Если в системе есть ошибка, то ТАРДИС будет здесь, - указала на экран Роза. - А значит, что эта сеть, вся эта система вместе... каким-то образом, я пока не поняла, каким... не позволяет ТАРДИС здесь материализоваться. На планете, в галактике, во временном промежутке - не важно. Так или иначе, здесь. -Но она появилась, - заметил Даймонд. - Значит, все было зря? Годы работы, пропущенный день рождения дочери, - он усмехнулся, - и все безрезультатно? -Появилась, да. Спустя пятьдесят лет после первого визита и спустя десять после смерти Джо и Пеладона. - Роза закрыла записи и вернулась к техническим параметрам. - Нет, вряд ли тут все так просто. Теперь, когда я знаю, что эта штука должна делать, я наверняка сумею понять как. Дайте мне минуту. -Как скажешь, - развел руками калед. - Мы тут все равно... - Неожиданно он нахмурился и нажал на крошечный наушник у себя в ухе. И заговорил немного иным тоном. - Да. Да, в полной, она рядом со мной. У нее в покоях, где же еще. Что... а, вот ты о чем. - Он посмотрел на Талиру. - Делегаты требуют встречи с вами, Ваше Величество. -Скажи им, - сказала Роза, не отрываясь от терминала, прежде чем королева успела открыть рот, - что к Талире никого не допустят, пока не минет угроза. Как последний живой член Совета, и как гарант договора с Оком - она очевидная цель. -Эм... - Посол вопросительно посмотрел на королеву. Та, бросив взгляд на Розу, кивнула. - Понял. Пока Даймонд ругался с кем-то невидимым на том конце линии, Роза напряженно изучала параметры системы. Все действительно стало яснее, когда открылось назначение всего этого. Это было недостающей частью головоломки, центральной частью, к которой крепятся все остальные. Да, они и без нее как-то связаны между собой, но в ее отсутствии выглядят как полная бессмыслица. А теперь... теперь все постепенно обретало смысл. Сеть, созданная Джозефиной, реагировала на временные искажения. Любое перемещение во времени есть искажение, рана в ткани времени, некий парадокс, пусть и минимальный. Искажения засекались, регистрировались, локализовались - и принудительно гасились. Несколько грубо, но действенно. Таким образом, любая машина времени, что попыталась бы прилететь сюда, отклонялась в сторону, либо в будущее, либо в прошлое. И так далее, до тех пор, пока не выйдет за пределы действия сети. Просто, казалось бы. Но было два нюанса. Первый - сеть действительно работала. Не могла не работать, она была собрана и настроена, насколько могла судить Роза, абсолютно правильно. И второй - сейчас она была отключена. Точнее, в некой разновидности режима ожидания. Значит... значит, система работала. Какое-то время. Потом что-то произошло, и она выключилась. Это позволило в итоге появиться здесь сначала Раптору, а потом и ТАРДИС. Что-то. Интересно... Землянка тоскливо посмотрела на тяжеленный лог-файл, записывающий активность системы, на ровные столбцы малопонятных данных в нем. -Талира! - Розу пронзила внезапная догадка. - Введи мне сюда дату падения Раптора. -А? Что? - Королева резко повернулась к ней, словно только что заметила ее существование. Лицо ее едва заметно порозовело, словно от смущения, но Роза отбросила этот факт как неважный. Даймонд все еще ожесточенно спорил с кем-то в другом конце зала. -Дату падения Раптора, - повторила Роза, указав на терминал. - Быстрее. Кажется, я начинаю понимать, в чем дело. По этой дате в логах нашлось несколько десятков записей. Хорошо бы еще точный час выяснить - от материализации на орбите до резкой остановки над цитаделью прошло всего-то несколько минут... но приходится обходиться тем, что есть. Так... "Вероятная активность, желтый режим"... "Активность в пределах погрешности, зеленый режим"... "зеленый"... "желтый"... Попался. -Красный режим, повышенная активность, - Роза улыбнулась. - И сразу же следом: "Перегрузка системы, переход в режим ожидания". Все. С этого момента - только рапорты о состоянии самой системы. Это и есть наша материализация. -Поясни, - спустя несколько секунд молчания попросила Талира. -Смотри, ТАРДИС - это машина времени, наиболее близкая к идеалу, то есть она минимально затрагивает ткани реальности. Она вроде птицы, лавирующей между потоками воздуха, или вроде ветра, просачивающегося сквозь щели в стене. Воздействие есть, но оно минимально. Твоя мама, проектируя эту систему, поставила себе целью не позволить сюда сесть именно ТАРДИС. И вдруг появляется наш Раптор. Ни о какой аккуратности, деликатности или близости к идеалу в нашем временном манипуляторе и речи не шло, он был предельно прост, груб и примитивен. По аналогии с птицей и потоками воздуха он - сверхзвуковой истребитель, ломающий все воздушные потоки. По аналогии с ветром и стеной - он таран, пробивающий стену насквозь. Система его не выдержала и отключилась - хотя, возможно, она-то и сожгла при этом наш манипулятор вместе с генераторами. И дальше уже ничего не мешало ТАРДИС спокойно сесть. -То есть, - неуверенно начала королева, - сейчас система не работает, и она может в любой момент тут появиться? -Может, но ждать ее у меня нет времени. - Секунду подумав, Роза вернулась к параметрам оборудования. - Система полностью исправна, только бездействует. Сейчас мы это исправим. -Эй, что ты делаешь? - спросила королева, увидев на экране быстро меняющиеся цифры. -Запускаю ее на реверс, - ответила Роза, торопливо стуча по клавишам. - Чтобы она усиливала временные искажения, а значит - притягивала к нам машины времени.