Перо падшего

      Дженнифер никогда ранее не задумывалась о том, что она, возможно, как-то неправильно прожила эту жизнь. Она не возвращалась мыслями к прошлому, вспоминая, как она сбегала вместе с Томом с пар, чтобы провести время вместе. Она не думала о том, что ей не следовало терпеть унижения от отца, а твёрдо ответить ему… До тех пор, пока не увидела дуло пистолета, направленное точно на неё. Сожаления о несовершенных и совершенных поступках тут же всплыли у неё в голове. Она украдкой глянула на Люцифера, что закрывал её своим крылом. «Дьявол пытается спасти меня от смерти? Какой абсурд…» Она не почувствовала, пока внутренности словно бы не тряхнуло, а какая-то неведомая сила не заставила сделать два шага назад. Что-то так стремительно пронзило тело насквозь, а воздух из лёгких выбило, как будто от сильного удара. И только позже, после минутного шока, она опустила взгляд и увидела это: алые капли, разбивающиеся об асфальт. Боль настигла медленно, как обычно волна лениво накрывает берег. Так и здесь: от места поражения пулей, противное вязкое ощущение прошлось по туловищу, а затем резкий, просто взрывной спазм. Джен зажала рану руками, но кровь почему-то не останавливалась, убегала сквозь пальцы. И Джен совершенно не знала, что ей с этим делать. «Боже! Боже! — кричала девушка у себя в голове, поскольку сил крикнуть в голос совершенно не было. — Я умираю! Умираю!» И единственный, кто мог бы ей помочь, был тот, кто, наоборот, хотел бы прикончить её собственными руками. Она растерянно взглянула на Люцифера, ощущая, как силы покидают её, а ноги уже не в силах стоять. Дьявол брезгливо отер рукавом щёку, оглядывая обезвреженного коллектора. И тогда девушка набрала воздуха, чтобы произнести последнее: — Люций?.. Она видела, как он рванулся к ней, но в этой гонке Сатана проиграл. Болезненный удар об асфальт от падения с высоты собственного роста окончательно добил Дженнифер. Её глаза закатились, а уже синюшные губы приоткрылись, выпуская еле слышный предсмертный стон. Самаэль присел рядом с ней и аккуратно перевернул девушку на спину. Он поморщился, видя, как кровавая лужа стремительно растёт вокруг её тела, как одежда уже пропиталась этим насыщенным цветом, и от запаха, что так упрямо бил по носу. Люди всегда казались ему такими несовершенными, хрупкими, бесполезными… Всего-лишь одна небольшая пуля — и всё. Так мало, чтобы отнять целую жизнь. Может, именно поэтому он и возненавидел этих смертных? За их короткий век? — Смертная, что мне делать? — слегка тряхнув её в своих руках, глухо спросил Люцифер. — Смертная?.. Дженнифер! Он коснулся пальцами её бледных и холодных щёк, убирая волосы от синих губ. Она ещё дышала, прерывисто почти не ощутимо, но дышала. Люцифер обернулся и увидел, как пришедший в себя коллектор пытается подняться на ноги. Бережно оставив девушку на земле, Самаэль стремительно подошёл к мужчине, схватил того за грудки и поднял над землёй. Тот трепыхался, словно пойманный малёк на рыбацкий крючок. — Ты скажешь мне, если хочешь жить, — взор Сатаны вновь вспыхнул ярко-алым заревом, показывая смертному весь ужас преисподней. — Где мне найти лекаря? Целителя? Кого угодно! — Гхм… Кх-х-х… — Говори внятно, ты, земной червь! Кто вообще дал тебе право отнимать чужую жизнь?! Кем ты себя возомнил? — Люцифер с силой ударил мужчину спиной о стену, даже не подозревая, насколько могут быть хрупкими кости. — Вы — жалкое подобие нас! Понятия не имею, о чём думал Отец, когда создавал таких мерзких созданий, как ты! А теперь она умрёт, и я не смогу исполнить её волю! И никогда не вернусь на Небо! Слышишь меня?! Какого чёрта ты молчишь?! Сатана отступил, отпуская коллектора, и тот тряпичной куклой свалился на землю. Сломанный позвоночник и болевой шок быстро убили его. Не осознав своего поступка сразу, Самаэль зачесал пальцами волосы назад, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Он устало возвёл глаза к небу, не в силах посмотреть в сторону, где уже, возможно, испустила последний вздох Дженнифер. И лишь маленькое птичье пёрышко медленно парило в свете фонаря, стремясь опуститься на сырую землю. Плавное и лёгкое, словно сказочный воздушный кораблик. Самаэль смотрел на него, пока то вдруг не зависло в воздухе, а позади не раздался хлопок чужих крыльев. — Здравствуй, Самаэль. — Азраэль… — не обернувшись, произнёс Люцифер. — Ты редко являешь себя при людях. — Здесь некого опасаться. Они мертвы. Дьявол резко развернулся и скользнул взглядом по телу Дженнифер, что лежала в паре метров от него в луже из собственной крови. Затем обернулся на не дышащего мужчину. Убил… Убил человека… Люцифер расправил крылья, и с них, как листья с деревьев, начали выпадать перья. Все те столетия, что он блуждал по земле, собирая их, разрушались в это мгновение. Каждый шаг, приближающий его к Серебряному Граду, теперь отбрасывал на тысячи шагов назад. Вся его светоносная сила, растущая с каждым пером, угасала на глазах. — Мне жаль, брат. Но ты знаешь правила, — отозвался неэмоциональный Азраэль, ангел смерти. — Я должен сопроводить их. Позволишь? Самаэль долго не отвечал, ощущая с каждой секундой, как легчают его крылья, но как растёт тяжёлое ощущение в грудной клетке. — Девушку не трогай, — вдруг отозвался Сатана, когда его брат извлёк светящийся комочек из грудной клетки коллектора. Его душу. — Прости? — Ты слышал. Люцифер приблизился к телу Дженнифер, и его босые ноги наступили в кровавую лужу. Он так и застыл над ней, всматриваясь в полуоткрытые стеклянные глаза. — Самаэль, правила гласят… — Клал я на твои правила! — рявкнул Сатана. — Она произнесла свою волю, а затем погибла. Я должен исполнить её во чтобы то ни стало. — Одно желание человека ничего не будет иметь супротив отнятой жизни, ты же знаешь, брат. — Тц, — Люцифер закатил глаза. — Бестолковая безделушка в руках Отца. У тебя совсем нет собственной воли, брат? Твердишь о своих правилах, как заведенный. Противно слушать. — У меня, по крайней мере, есть дом, куда я могу вернуться, а не слоняться, аки бездомный пёс. Самаэль в мгновение ока оказался перед Азраэлем, схватив того за шею. Ангел смерти даже не моргнул, спокойно отреагировав на выпад вспыльчивого старшего брата. — Следи за языком, иначе увидишь его в качестве памятного трофея на моей шее. — Как всегда: сплошные громкие словеса, но ничего более. Люцифер с силой оттолкнул от себя ангела. Сейчас он не мог сравниться с ним по силе: ни в физической, ни в светоносной. Дьявол вновь обернулся на Дженнифер. — Сделай исключение. Я возьму всю ответственность на себя. — Исключено. — Я отрекусь от крыльев. — Что? — Ты слышал, — Люцифер слегка встряхнул плечами, проводя рукой по волосам. — Мы договорились? — Не понимаю тебя, Самаэль, — Азраэль склонил голову набок, оглядывая своего брата удивленным взглядом. — Ты так возненавидел смертных, что был изгнан с Небес, а теперь готов пожертвовать единственным, что могло бы связать тебя с домом ради одной смертной? Мне кажется, при падении ты ударился челом, брат. Дьявол долго не отвечал, пока два скелета от бывших крыльев медленно, словно заржавевший механизм, не раскрылись за его спиной. Перья, что можно было пересчитать по пальцам, еле держались на каркасе. Несколько всё-таки сорвались. — Мне не нужны крылья, которые дал мне Отец, чтобы вернуться домой. — Будь по-твоему, Самаэль.

***

      Уже знакомые ощущения заставляли время от времени приходить в себя. Порой резкий запах спирта ударял по носу, возбуждая сознание взрываться мелким фейерверком, но густая тьма всё равно была сильнее и вновь затягивала в бытие. Иногда перед взором мелькали незнакомые лица в медицинских масках, а бывало, что и смутно знакомые глаза смотрели с такой болью, что в гортани начинало першить. Она ощущала тугие бинты, стягивающие волосы на голове, слышала пищащий аппарат рядом с собой и чувствовала, как ей меняли иглу в катетере. С каждым днём Дженнифер возвращала крупицы своего сознания и понимала, что находится в больнице. Не понимала одного: почему по-прежнему жива. Последние события крутились в голове адским варевом, не позволяя собрать воедино пазл. Последнее, что приходило в голову — ссора с Томом, бар, побег от коллекторов… «Там… Там был ещё кто-то?.. Лю… Люц… “ — Люцифер! — её собственный голос оглушил, разрезал воздух, раздался эхом. Боль от резкого движения раздалась по всему телу, но особенно сильно отозвалась в голове глухим звоном. Джен, на секунду потерявшись в пространстве, вдруг ухватилась рукой за живот. Что-то ёкнуло внутри, а призрачное ощущение вызвало ложное ощущение в брюшной полости. — В меня не стреляли?.. Медсестра суетливо уложила ожившую пациентку обратно на кровать и поспешила позвать врача. Тот долго осматривал девушку, задавал различные вопросы, которые вводили Дженнифер в сильнейшее заблуждение. Ей казалось, что её вырвали из потока времени и сунули куда-то не туда, не в её место. Словно она жила с опозданием, а то, что уже случилось с ней, ещё не произошло. — А… Простите, а… Сколько я здесь уже? — Пять дней с того момента, как ваш молодой человек обнаружил вас. Что вы помните последнее, мисс Энистон? — Сложно сказать… Она неуверенно закусила нижнюю губу, вновь путаясь во воспоминаниях. Был ли Люцифер на самом деле? Что вообще произошло по-настоящему, а что — лишь игра воображения? Единственный, кто мог ответить ей на этот вопрос, был лишь Томас. — Мой… В смысле, тот парень… Томас, — Дженнифер устало подняла взгляд на врача. — Где он? Мне нужно с ним поговорить. — Я сообщу ему о том, что вы пришла в себя, мисс Энистон, — мужчина в белом халате поднялся с кресла. — Но вам нужен покой. У вас сильная травма головного мозга и многочисленные ушибы. Сейчас стресс для вас… — Это очень важно, прошу вас! — Хорошо… Ожидание было столь мучительным, что Дженнифер ничего не оставалось, как вновь и вновь погружаться в сон и видеть там до боли пугающий алый взор. Чёрные крылья, расправленные где-то под потолком в момент головокружительной страсти, когда острые когти входят в кожу, создавая контраст ощущений. Тихий, рычащий голос из темноты, зовущий за собой куда-то в неизвестное, но вполне очевидное. — Все дороги ведут в Ад, Дженнифер. Она подскочила на койке, вопреки всем своим травмам, и резкая боль в висках заставила всю комнату кружиться хлеще, чем на карусели. И она совершенно точно свалилась бы на пол, если бы не чужие руки на плечах. — Котёнок, ну ты чего? — Т-том? — всё ещё невидящим взглядом Джен смотрела куда-то в потолок, пытаясь отделаться от удушающего ощущения страха, но голос родного человека пролил свет на её темноту. — Том! — Тише-тише, я здесь. Всё хорошо, слышишь? — Что произошло, расскажи, прошу… — Дженни, это… — Говори! Она и сама удивилась отчаянию, что так резко и отчетливо прозвучало в голосе. Томас тяжко вздохнул, взъерошивая пепельные волосы. Парень несколько секунд ёрзал в кресле, словно пытаясь найти положение удобнее. Дженнифер, наконец, смогла спокойно разглядеть его фигуру. Том был таким же, как и был всегда: вроде, ничего необычного в нём не было, но глаза всё равно было трудно отвести. Немного неряшливая манера парня одеваться всегда раздражала девушку, но Томас отказывался что-либо с этим делать, ведь это «его стиль». — А ты сама… последним что помнишь? — вдруг неуверенно подал голос Томас. — Расскажи мне, что произошло после того, как ты мне изменил. — Хм, чёрт… — парень резко поник и еле слышно выругался. — Во всём я виноват, котёнок. Прости меня. — Том, я тебя об одном прошу: рассказать. — Ладно-ладно, — он поднялся с кресла и отошёл к окну, вставая спиной к ней. — После нашей ссоры я долго бродил по улице рядом с нашим домом. Думал, ты остынешь, и я вернусь, чтобы поговорить. Только не знаю, что меня остановило вернуться к тебе… В общем, я струсил и пошёл в бар, надрался там, как скотина, блять. После жил у брата, лежал тупо, как мешок с дерьмом, и в потолок смотрел. Энди говорил, что на меня смотреть было противно, и я ему верю. А потом… Вечером, через пару дней после нашей ссоры, мне позвонила Трикси. Орала мне в трубку, какой я ублюдок, что так поступил с тобой. Я сразу понял, что ты в том баре, что рядом с нашим домом. Что-то переклинило во мне, я разозлился и кинулся туда. Только, когда я пришёл тебя там не было, и Трикс забеспокоилась: сказала, ты покурить вышла, и так и не вернулась. Я пошёл искать…. И нашёл. Что-то вязкое повисло в воздухе, такое густое, отдающие металлическим запахом. Джен тут же положила руку на голову, ощущая под подушечками пальцев шершавую марлю. Прикрыв глаза, она услышала собственный крик, а затем — мелькнувшие лица коллекторов. — Тебя избили сильно… Эти сукины дети перешли черту! — Том резко развернулся, и Дженнифер увидела блестящие дорожки от слёз на его щеках. Он винил себя. — И я оставил тебя. Твою мать! Не знаю, сможешь ли ты меня простить, но я себя точно не смогу… — Ты не мог знать… — хрипло отозвалась девушка, сжимая в кулак простынь. — Не мог, Томми, понимаешь?.. — Почему ты плачешь, котёнок? — Я не знаю… — слёзы и правда неконтролируемым потоком стекали по её лицу, большими каплями оставаясь на одеяле. — А там… там был кто-то ещё? — О чём ты? Только ты и… много крови. — Том, подумай как следует! Может… М-может… Перья? — Что? Нет… — Томас растерянно осмотрелся, а потом присел на край кровати. — Мне было совершенно не до этого, я пытался понять: дышишь ты или нет! Дженни, чёрт возьми, какое мне дело было до такой херни, когда ты там… Его слова — пощёчина. «Дура…» Дженнифер подняла на него взгляд, и поняла причину своих слёз: просто она безумно благодарна, что у неё есть именно он — Томас. — Господи, прости меня! — девушка тут же подалась вперёд, притягивая парня к себе. — Прости… Я просто… Спасибо тебе, Томми. Он тут же привлёк её к себе, и она смогла спрятаться от всего на свете. И пока Томас укачивал её в своих объятиях, а она вдыхала родной запах, то смогла понять ещё кое-что. «Ты сдержал обещание, Люцифер.»

***

      Даже спустя несколько недель после возвращения домой и примирения с Томасом, Дженнифер никак не могла отделаться от ощущения, что за ней словно кто-то наблюдает. Почти каждый вечер, даже в сильные холода, она проводила на балконе, вглядываясь в тёмное небо. И сколько бы раз Том не ворчал о том, что девушка обязательно застудиться, она упрямо продолжала сидеть там и словно… словно чего-то, а, может, кого-то ждать. — Котёнок, поздно уже, пошли спать, — приоткрыв балконную дверь и тут же поежившись, недовольно позвал Томми. — Иду, — отозвалась девушка, медленно поднимаясь со своего места. И только испугавшийся Космос, который всегда составлял компанию хозяйке, вдруг заставил Дженнифер остановиться и обернуться. Чёрное перо, плавно опустившееся на перилла, заставило Джен спокойно выдохнуть. — Он и правда был здесь.