Биолог из древнего Шумера Том 2

Столица Северной Империи — город Врелес — переживала не лучшие времена… Внешний город разрушен и в некогда казавшейся неприступной крепостной стене зияют проломы. Лишних жителей активно эвакуировали дальше на север в города, не охваченные угрозой Немертвого короля, захватившего уже три города, расположенных южнее.  Эвакуация — это целая войсковая операция, но от природы дисциплинированные северяне позволяли особенно на это не отвлекаться.  — Ваше Императорское Величество! — Замковый слуга отвлек юного императора от раздумий. — Говори… — Легионы с седьмого по двенадцатый уже в предместьях столицы. — Склонился в глубоком поклоне мужчина лет тридцати.  — Хорошо, пригласи ко мне военачальников и гостей… — Отдал распоряжение император и продолжил размышлять.  К ним подошли ещё шесть легионов… это значило, что всего их теперь двенадцать. Рассчитывать можно разве что ещё на пятнадцатый и семнадцатый легионы. Второй и третий легионы, прикрывающие столицу, уничтожены. Четвертый, пятый и шестой постигла та же учесть: Немертвый король уничтожил их, когда брал южные города… Легионы с двадцатого по двадцать седьмой отрезаны на юге, и будет большой удачей, если они ударят в спину мертвецам.  Четырнадцать легионов — много это или мало? Каждый легион должен иметь пять тысяч численного состава, то есть семьдесят тысяч воинов… это немало, но вот только гвардия Немёртвого Короля насчитывает минимум девяносто тысяч, не говоря уже про поднятые им кладбища и городское население, умерщвлённое и воскрешённые.  Если бы у него были все тридцать легионов… а ещё лучше было бы добрать десяток легионов из ветеранов. Несбыточные мечты. Несмотря на юный возраст, Актавий не был глупым мечтателем.  Реальность была такова, что у него было только семьдесят тысяч солдат: неуправляемые восемь южных легионов, три сидящих на востоке и охраняющих порты и не успевающие подоспеть союзники. Военная машина Северной Империи была тем и уникальна, что у нее всегда в строю было тридцать легионов, то есть всегда готовая к бою армия. Впрочем, даже готовая армия оказалась не готова к подобным потрясениям.  Размышления Актавия прервали: двери в тронный зал отворились, и плотной группой вошли командиры легионов, маршал и гости из соседней Империи.  Взаимные расшаркивания и приветствия не продлились долго… — Скажите мне, мэтр Маларак, где господин барон? — Уже второй день Император не видел барона Икара, что весьма расстраивало любознательного правителя.  — Понимаете…ваше Императорское величество, по моим предположениям, господин Икар сошёлся в битве с одним из вестников — четвертым или пятым по силе… это было сразу после обеда два дня назад, и с того времени новых вестей нет. — Старый магик явно не горел желанием отвечать. Напряжение в опустевшей столице можно было резать ножом, и Маларак, как никто другой, понимал, насколько бы им тут пригодился мэтр Икар.  Императора данные вести явно не обрадовали. Ситуация и так была поганой, а уж без барона, способного выжигать мертвецов тысячами — и вовсе становилась смертельной… — Мэтр Икар наверняка победил. — Уверенным голосом произнесла Илаида Агосто, сопровождающая учителя.  Император только покачал головой — уверенности у него в этом не было… — Победил. — Прогрохотала неизвестно откуда появившаяся огромная фигура. На ней был доспех будто из древесины с металлическими элементами, никаких сочленений видно не было, но при этом движения «деревянный» доспех явно не сковывал. «Шлем» отсутствовал, и было видно черноволосую голову с лёгкой бородкой и единственным видимым глазом. — Мэтр Икар?! — Общий вздох удивления прокатился по залу.  — Я, кто же ещё… колдун, владеющий силой разложения, как я понимаю, именуемый Бретом Кромдором Пятым Вестником, мертв. — Голос мага как-то странно резонировал от стен зала, создавая эхо.   — Вы имели в виду пленен, мэтр Икар? — Переспросил Маларак.  — Нет, он мертв, и мертв окончательно… Эта информация повергла окружающих в шок.  — Значит, их можно убить! — С некоторой радостью сказал Император.  — Убить их может только их… Владыка. — Пробубнил себе под нос Маларак.  — Мы рады видеть вас, мэтр Икар, и ещё больше мы рады видеть вас победителем! — Это произнес Люций — глава императорской гвардии.  Недолго зал пошумел одобрительно — всё же людей в нем хватало… — Что это на вас, Барон? — Указал на странный доспех Икара Император. ********** Икар — Одна из моих разработок. — Ответил я Императору.  Шесть часов я отдыхал в форте, ещё немного поспал и отправился во дворец.  Доспех был неоконченным экспериментом… Настоящий артефактный защитный комплекс, к тому же, ещё и живой. Например, если мне отрубят голову, он сможет поддерживать в ней жизнь и перенести ее в безопасное место.  Помимо доспеха я извлек все, что могло пригодиться.  Подготовил к развертыванию несколько тысяч разнообразных химер.  Несколько сотен артефактов и полезных зелий.  Десяток «одноразовых» мечей — тот комплекс пробития защит, что я на них наложил, к сожалению, необратимо портит клинок.  Ну и, конечно, несколько козырей, которыми я обзавелся за последние свои годы в славном Шумере.  — Мэтр Икар, к столице движется армия Немертвого Короля. В ней как минимум девяносто тысяч элиты и без счета иных трупов. У нас лишь семьдесят тысяч… — Явно рассчитывая на мою помощь, начал Император.  По данным, что я выпытал из Ромаса, у этого сбрендившего лича есть артефакт: корона. Не знаю, божественный ли он, но уж точно забрать его не помешает. Как, впрочем, и обзавестись ещё парочкой вестников. Сила Ромаса была ему привита: из него сделали  сильного колдуна, а это его пожирание — это Ме. Как было обеспечено его бессмертие? Не очень ясно, но, по всей видимости, его душа привязана к Владыке, а «тело» — лишь энергетическое образование, дарованное Ме. Что мне это давало? В перспективе — возможность создавать подобных Ромасу. Вряд ли я когда-нибудь этим воспользуюсь, всё же массовые жертвоприношения — это массовые жертвоприношения, но сама информация не плохая и не хорошая, лишь ее обладатель решает, как ее использовать. Ещё я выяснил, что Владыка не совсем человек, а, быть может, и вовсе не человек. Он превратил себя в подобие демона, пройдя специальный ритуал. А после того, как принес в жертву самому себе половину своей империи, он смог создать пускай и жалкое, но подобие на такульту архидемонов. — Разберемся, Ваше Императорское Величество. Есть один способ серьезно ослабить армию мертвых и принести пользу вашей империи… — Всё-таки ответил я Императору. — Продолжай. — Кивнул мне Император.  — Для этого понадобится один очень ценный ингредиент. Он у меня есть, но… — Император поднял ладонь прерывая меня.  — Ни слова больше, мэтр Икар. Император Севера способен заплатить за спасение своей империи. — Гордо приподнял голову юный император.  — Ингредиент носит название «Душа Света» и используется в одном из мощнейших заклинаний моей родины. Всю территорию Северной империи и часть близлежащих земель постигнет великое благо. Больные и раненные обретут исцеление, заплодоносят растения, погибнет всякая грязь и моровое поветрие и, что особо ценно для нас, вся нечисть будет мучатся лютой мигренью. — И на какой площади, мэтр Икар? — Спросил Маларак. Я с удивлением на него взглянул.  — Я же сказал, на всей территории империи и близлежащих землях. Старый маг аж подавился и закашлялся.  Император призадумался, но все же ответил: — Если все так, как вы говорите, барон… — Будто самого себя убедив в чем-то, властитель кивнул и сказал: — Да услышат меня светлые боги: ты не пожалеешь о своих жертвах, мэтр Икар. — От юного императора так и повеяло благородством.  Актавий явно не до конца понимал ценности «Души света» но, прикинув масштаб того, что ей можно сотворить, оценил.  — Не стоит думать, что это все, чем я смогу удивить врагов. Я целитель и флорист, и кому, как не мне бороться со смертью… ******** Тысячи воинов, облаченных в проржавленные доспехи, сотрясали землю своей поступью. Не стоит думать, что среди войска смерти были лишь скелеты. Отнюдь. Зомби и умертвия, призраки и костяные химеры, названия же некоторым тварям вообще не было… Немертвый Король был необычайно могучим некромантом. Тысячи лет назад он решил, что править он будет мертвыми. Безумец больше всего любовался смертью: её холодной красотой, её отстранённостью от всего суетного. И он решил принести покой всему миру… вечный… покой…