Биолог из древнего Шумера Том 2

Моё любование закатом прервало системное сообщение: Получен 142 уровень.  — Хм? Судя по всему, этого старика кто-то добил… Даже после Длани Шамаша он смог сбежать… Впрочем, кто-то его умертвил окончательно.  Лучше бы я отправился на курорт… Хотя знания местных магов вселяют надежду на скорейшее завершение эксперимента. А те книги, что я смог у них получить? По их мнению, бесполезный мусор, который я взял в довесок к знаниям, золоту и ингредиентам. Ну не рассказывать же им правду?  Лежание на склоне воронки мне надоело, и я, рывком перевернувшись, пополз, хватаясь единственной оставшейся левой рукой за оплавленную землю. Восстановить руку не составило бы никакого труда, если бы не Длань… Вообще, даже просто двигаться для меня должно быть невозможно. Но все же меня не назовешь обычным человеком, поэтому из-за усиленного системой и не только ей тела, я способен сейчас двигать рукой и даже немного извиваться телом.  Подобные неожиданные битвы с бессмертными противниками мне надоели… Нужно было ещё после Пожирателя использовать всё, на что способен, но… заигрался, почувствовал себя сильным, и вот результат. В Шумере, утратившем за два десятилетия всех толковых Архимагов, я, может, и был самой большой жабой, но здесь не Шумер. Если бы не пренебрежение со стороны бессмертного, равного мне по силам, колдуна, он смог бы меня уничтожить лишь за счёт опыта, ведь он-то явно сражался с архимагами побольше моего.   Моё самобичевание прервалось вместе с окончанием склона воронки. Дальше ползти было бы слишком неудобно — там-то никто землю не спекал до состояния гладкой поверхности. Привалившись к какому-то оплавленному камню я снова взглянул на небо: солнце уже зашло и показалась местная луна, внешне неотличимая от нашей. Ползти дальше невозможно, поэтому я вынул из инвентаря охранный артефакт, активируемый нажатием на специальный символ… Неизвестно, правда, откуда он у меня взялся… может, выдавали ещё во время войны? (Прим. беты:"Ну ды, ну ды, автор подложил царской волей…: 3 Автор: все здесь есть воля моя…) Копаться в памяти не было никакого желания, поэтому я прикрыл глаза, погружаясь во тьму сна. ********* Новое утро — новые заботы. Не знаю, сколько я точно проспал, но — о чудо! Я смог подняться на ноги! И, опираясь на посох, медленно ковылять туда, куда мне нужно…  М-да. До форта я так буду идти несколько часов, если не дней, но куда деваться?  Полчаса спустя я вышел на какую-то горную тропку. Казалось бы, отличное событие — идти по какой-никакой тропинке проще, чем по каменистому склону. Вот только на меня из-за крупного камня выпрыгнул крупных размеров хищник. Что-то среднее разом между львом, волком и медведем. Серая, как и окружающие камни, животинка решила полакомиться обессиленным архимагом…  И умерла от удара молнии. Вот камень в одном из перстней больше и не светится внутренним светом. Синий сапфир в кольце, превращенный в артефакт, теперь полностью обезманен. ******  Низам, как и многие, попал в стражи Бретонов из наемников. Обыденный заказ богатенького господина обернулся целой небольшой войной. Победоносной войной. Дальше им всем сделали предложение, от которого отказались, как сам Низам считал, только полные идиоты.  Платили на новой службе не меньше, однако при этом была и крыша над головой, и обмундирование, и хлеб насущный. Мечта, а не работа… За полтора года, что он провел на службе, ему ни разу не задержали жалование и не обманули с выплатой. Требовали с них тоже серьёзно, но Низам — старый пёс войны и поэтому понимал: их гоняют для того, чтобы, случись война, они не сдохли под ближайшим кустом. Тренировки были, конечно, непривычны, но что он, Низам, в этом понимает? Его дело маленькое — выполняй приказы и получай расчет.  Сегодня он со своим десятком заступил в караул на стену весьма, надо сказать, поганого форта, особенно по сравнению с крепостью Бретонов.  Стук в ворота стал большой неожиданностью. Какой-то калека в лохмотьях с палкой в руке подобрался к воротам незамеченным.  — Вы что, сукины дети! Почему никто не заметил раньше этого бродягу! — Подчинённые Низама сжались, получая начальственный нагоняй.  — Что тебе нужно, бродяга? — Спросил он.  — Я тебе не бродяга, Низам, открывай ворота. — Голос был на удивление знакомым. Низкий, словно у гнома, и какой-то объёмный — иных слов Низам подобрать не смог. — Командир? — спросил десятник и попытался подсветить себе факелом… Впрочем, безуспешно.  — Нет, его неупокоеный дух! Открывай, мать твою! — Настроение у командира было явно не очень, хотя, если учесть то, что он ушел на битву два дня назад… «Наверное, проголодался» — сделал сам для себя выводы Низам.  — Открыть ворота! — Скомандовал он.  Пара минут, и командир уже вошёл в крепость. Некогда богатая одежда теперь больше была похожа на обноски нищего, вместо правой руки — культя, волосы всклокочены и припорошены пылью, а единственный глаз как-то жутковато сверкает. — Что? — Спросил командир, обратив внимание на то, что Низам на него пялится.  — Кушать хотите, командир? — С участием спросил простодушный Низам.  Икар постоял в недоумении, сделал выводы о умственных способностях десятника и согласно кивнул. Низам расцвел улыбкой и повел командира в столовую. Многие знали о том, что Низам любит готовить и, по общему мнению, готовил он замечательно, так что и в этот раз для своего десятка готовил он сам.  Командира усадили и подали наваристую солдатскую похлёбку — настоящую пищу для воина. Не то, что готовят глупые кухарки — только мясо, крупа и специи! Командир поблагодарил и принялся за еду неспешно и вдумчиво, как, впрочем, и всегда. Низам же удалился: у него служба…  Чуть позже во двор выбежало большое начальство: здесь и сам Жак Бретон, и их сотник Вар, и главный после командира седоусый Бровор. Продолжающий есть командир, казалось, их и не заметил… Низам знал, что должен следить за своим десятком, но посмотреть, что будет дальше, было очень уж интересно.  ********* Солдатская похлёбка, как представил блюдо один из десятников, была адски перчёной кашей из мяса и крупы с пропорцией 1/1. Впрочем, как раз то, что надо после долгого пути. Не успел я ещё доесть, во двор уже выбежал Жак и другие.  Мой внешний вид их явно смутил.  — Господин Икар? — С непонятной интонацией спросил Жак.  — Что? — Из хлеба в крепости были только постные лепешки, которые солдаты пекли сами, хотя с такой кашей — самое оно.  — Что с вами? — Чуть ли не пальцем в меня тыкнул удивленный Жак. — Поскользнулся… Последствия битвы с тем стариком, конечно, что со мной ещё может быть! — Задавая глупые вопросы, не стоит рассчитывать на умные ответы.  — Вы победили? — С интересом спросил он присаживаясь напротив.  — Что-то мне подсказывает, если бы я проиграл, вы бы первыми об этом узнали от навестившего вас снова старика. Присутствующих передернуло.  — Мы можем чем-то помочь? — Спросил Бровор.  — Не стоит переживать, мне нужно только отдохнуть. — Каша закончилась.  — А как же рука, командир? — Спросил Вар.  — Новую выращу, как только восстановлюсь. Бровор в стороне как-то задумчиво хмыкнул.  — Так можно праздновать победу? — Не удивил Вар своей логикой. — Можно, пока что… *******  Илаида расхаживала по богато изукрашенным палатам, предоставленных Императором покоев.  — Успокойся, ученица… — Сидящий в кресле Маларак сам не был спокоен, но показывать это не спешил.  — Учитель, как можно? Вот уже два дня как отгремела битва, о которой мы ничего не знаем, и мэтра Икара до сих пор нет! — Илаида Агосто переживала небезпричинно: после битвы с Пожирателем Икар сразу смог совершить пространственное перемещение, но теперь уже два дня нет никаких вестей… — Возможно, он просто устал, Илаида, не стоит так переживать: Икар очень сильный магик, знающий магию иного мира… Да и ауры Кромдора больше не ощущается, а это значит, что он победил. — Попытался вновь успокоить ученицу Маларак.  — Но ведь и его ауру вы не ощущаете! А если он погиб? — Успокаиваться Илаида не желала.  — Ну и что с того… Он уничтожил двух колдунов, уже за это… — Задумчиво протянул было Маларак.  — Как вы можете, учитель! Он на нашей стороне сражался ради нашего блага! — В гневе магесса выглядела завораживающе.  — Он наёмник…и сражается ради собственной выгоды. Не стоит преувеличивать его моральные качества. — Покачал головой старый магик.  Вздернув голову, Илаида отвернулась и покинула учителя, так и не пожелав принять его мнение.  — Наивная девочка…