Подарите мне танец в честь дня рождения

      — Ох, мистер Пак, ну что ж это такое? — рыжеволосая служанка качает головой и принимается доставать одуванчики из серебряных волос юноши. Парень лишь донельзя звонко смеётся, бросает легкое «Извини, Гера» и сбегает из-под её рук, оставляя после себя тонкий шлейф яблок и лаванды. Он маленькой бурей мчится по коридорам, правда, увидев стражника у дверей выхода, выпрыгивает в окно и незаметно выходит к группе детей, совсем еще маленьких и откровенно заскучавших. Увидев Чимина, они радостно улыбаются и тащат его за руки к тени огромного дуба, по дороге упрашивая почитать им сказку про принцев, принцесс и что бы там обязательно были драконы. Он конечно же соглашается и взяв у одного из малышей книгу рассказывает им о храбрых рыцарях и нежных дамах, о женщинах-воинах и трусливых забияках, о приключениях и о всем том, что так просят поведать им ребята.       Когда начинает темнеть, дети, сонные и уставшие, разбегаются по домам, а сам юный герцог бежит обратно в небольшой замок, где проживает его семья. Светловолосый тихо пробирается в комнату и снимает завядшие бутоны с волос, откладывая их на стоящий рядом стол.       — Мистер Пак, — после короткого стука в комнату входит все та же служанка. Она легко поклоняется и нервно теребит рукав своей белой блузы. Копны медных волос расстилаются по плечам, а легкие веснушки, словно звезды, рассыпаны на её щеках, аккуратно подбираясь и к носу. Девушку точно сочли бы ведьмой, ведь в глазах колыхаются поля травы вместе с редкой пшеницей, если бы не Чимин вовремя заступившийся за неё в детстве, — Ваша матушка зовет Вас, — её голос плавно переливается, будто убаюкивает, и она откланявшись уходит.       Парень хмурится и направляется в гостиную, по дороге обдумывая, что герцогиня от него хочет. Не то что бы родственные узы были столь слабыми, но зачастую, семейству Пак вполне хватало общения во время приёмов пищи, чаепитий или прочтения различной поэзии.       Помещение, в которое заходит светловолосый является не самым большим в этом здании, но и уж точно не самым маленьким. Длинный и несомненно очень мягкий изумрудный диван стоит у стены, рядом с ним находятся пару такого же оттенка кресел и маленький темный столик. Так же у светло-зеленых стен стоят высокие книжные шкафы, полностью обставленные различной литературной классикой.       — Ты меня звала, матушка? — мягко произносит юноша. Женщина, только что взявшая в руки книгу оборачивается в пол оборота и тепло улыбается, свободной рукой делая легкий взмах в сторону кресел.       — Ты снова ходил к уличным беспризорникам, милый? — она лукаво щурит глаза, ждет пока сын сядет и тонкими пальцами подцепляет забытый светловолосым одуванчик. Он ощутимо потемнел и закрыл свои лепестки, медленно увядая, но все ещё выглядит маленьким лучиком солнца. Чимин в это же время неопределенно пожимает плачами, от чего уже пожилая дама тихо смеется, прикрыв рот ладошкой, — Ну ладно, — присев напротив и положив цветок на стол, произносит женщина, — Нам пришло письмо от короля, — она ласково улыбается, внимательно следя за каждым движением наследника. Тот округляет глаза, чуть приоткрывает рот в явном недоумении. Они где-то провинились? Иначе зачем вдруг понадобились правителям? Но по умиротворённому лицу матери, Чимин несколько расслабляется, хоть и остается немало удивленным, — На следующей неделе будет бал, и ты, мой мальчик, обязан присутствовать, — герцогиня говорит твердо и властно, так, что всем сразу становится понятно — перечить такому тону будет стоить себе дороже, но взгляд остается ласковым и даже излишне нежным, словно перед ней сидит совсем маленький ребенок, а не юноша, коему в скором времени исполнится восемнадцать.       Младший Пак же, до сих пор невероятно озадаченный, смотрит на свою матушку нечитаемым взглядом, словно пытаясь выявить лжет ли та или говорит правду. Когда смысл слов доходит до мыслей светловолосого, он цепляется руками за подлокотники кресла и слегка привскакивает.       — Oh maman, — восклицает юный герцог, от избытка чувств переходя на французский. Данный язык он учил с младенчества, как и подобает наследнику аристократической семьи, потому такое бывало не редкостью в этом доме, — Это же чудесно, — он подскакивает с места и походит к креслу, на котором сидит его собеседница и протягивает той руку. Женщина тихо смеется и взяв младшего за кисть, поднимается с мягкого сиденья и направляется к комоду.       — Пак Чимин, только не забывай, чему учил тебя сеньор Бекстер, — она шуточно пригрозила указательным пальцем и взяла лежащий на комоде конверт.       Эдуард Бекстер — учитель этикета у младшего герцога — один из самых квалифицированных преподавателей их страны, впрочем, и самих дорогих, но стоимость чего-либо семейство Пак отнюдь не волновало.       Длинные пальцы скользят по рельефной бумаге, доставая исписанное размашистым почерком приглашение. Чернила едва отливают зеленоватым, а легкий запах лаванды оповещает, что письмо пришло совсем недавно. Женщина передает лист своему сыну и ласково улыбается, прося его прочитать.       — Уважаемая чета Пак, — начинает произносить парень, — Мы приглашаем вас и вашего сына на бал, в честь празднования совершеннолетия принца Ким Тэхена, — Чимин резко поднимает голову и смотрит на герцогиню, — Это правда, матушка? — выглядит он совершенно обескуражено, на что та лишь проводит тыльной стороной ладони по щеке светловолосого и добродушно улыбается.       — Праздник будет в эту субботу, осталось совсем немного, родной, — она отстраняется, нежно смотря на сына, — Твой отец не поедет, у него появились неотложные дела в соседнем королевстве, поэтому ты, должен будешь представлять нашу семью, а сейчас, — её взгляд становится чуть строже, она легким движением руки отбирает письмо у своего ребенка и складывает его обратно конверт, — А сейчас, пойдем ужинать, — женщина снова берет его под локоть и направляется в сторону кухни.       Ближайшие несколько дней у младшего герцога не выдается и свободного часа, чтобы отдохнуть или сбегать к соседским малышам и прочитать им сказку, но он отнюдь не унывает, пытаясь найти определенные плюсы в вечных примерках и подготовках к первому выходу в свет. На балах прежде он бывал, но в те самые моменты за их семью отвечал его отец, беседуя с вышестоящими должностями. В этот же раз, юноше нужно было заучить всех и вся, чтобы не опозорить честь своей семьи, что он и делает в перерывах между разговорами с матушкой и выборами костюма.       — Неужели уже пятница, Гера, — Чимин прикрывает глаза и ложится на кровать, расправив руки в разные стороны. Он делает шумный вдох и смотрит на служанку, чье полное имя Гертруда.       — Именно так, господин, — она легко кланяется и смотрит на светловолосого, тот в свою очередь закатывает глаза и с легким смешком, приподнимается на локтях.       — Чимин, Гера, — он мягко улыбается, словно перед ним стоит вовсе не прислуга, а маленькая сестрёнка, которой у юноши отродясь не было, — Моё имя Чимин, на крайний случай мистер Пак, — он качает головой и подходит к зеркалу.       — Как скажите, господин Пак, — в голосе звучит тихий смех, будь это кто-то другой из семьи герцогов, её бы тут же приказали отпороть, но перед этим юношей она могла позволить себе такую маленькую вольность, — Я уверена, что Вы справитесь, — рыжеволосая смотрит на отражение, в то место, где находятся глаза парня и задорно подмигивает.       Юноша устало кивает и вновь ложится на кровать, она мягкая, словно огромная куча перьев, поэтому вскоре Чимин засыпает, а Гера откланявшись уходит.       Утро субботы проходит впопыхах. Сначала короткий завтрак, поход в душ, после — беседа с учителем этики и повтор всех присутствующих на скором мероприятии. Последние детали костюма и вот, юный герцог стоит рядом с каретой и подает руку своей матери.       — Матушка, а что будет если я не справлюсь? — парень смотрит в окно, словно его совсем не волнует заданный женщине вопрос, но в голосе слышится еле различимая дрожь и герцогиня нежно кладет свою ладонь на сжатый кулак сына.       — Все будет хорошо, милый, — она успокаивающе сжимает пальцы и отстраняется, но даже этого хватает, чтобы светловолосый почувствовал себя лучше. Он выпрямляется и переводит взгляд на мать.       — Я справлюсь, — он кивает и непонятно, пытается заверить герцогиню или себя.       Замок высокий и до чертиков изящный, что хочется смотреть весь вечер не отводя взгляда. Верхушками длинных колонн, здание будто бы упирается в небо и прорезает дырки в облаках.       Сам же бальный зал огромен настолько, что будь он поделен на маленькие комнаты, в них бы могла поселиться целая деревня. Хрустальная люстра висит под потолком, освещая все помещение нежным светом, высокие окна выглядят столь изысканно, что может показаться, что на самом деле это порталы куда-нибудь в другие места, более волшебные и магические, хотя, казалось бы, куда еще больше.       С губ младшего Пака срывается восхищенный вздох. Он словно забывает, как дышать на несколько секунд, потому что кажется будто бы прямо сейчас он попал в какую-то неизвестную детскую сказку, где он в главной роли. До этого и так прекрасный дворец выглядит до невозможности феерично и потрясающе, и Чимин неволей начинает сомневаться, правда ли это или очередной сон, который он забудет на следующий день. Но все выглядит слишком реально, поэтому юному герцогу приходится взять себя в руки и поздороваться с подошедшими знакомыми.       — Доброго вечера, граф Рамире, — юноша почтительно кивает мужчине, после — его спутнице, и обворожительно улыбается. Сейчас репутация семьи зависит только от него, поэтому оплошать нельзя ни в коем случае, — Прекрасно выглядите, графиня, — он берет ладошку женщины и оставляет на ней почти неощутимый поцелуй так, как полагает этикет.       — Не соблазняй мою жену, маленький негодник, — мужчина смеется и шутливо угрожает указательным пальцем. Уильям Рамире — человек чье положение находится куда ниже положения семьи Пак, но несмотря на это он ведет себя так добродушно не потому что хочет подлизаться к их власти и богатству, а потому что таков его характер, слишком уж добрый для его статуса.       Светловолосый издает тихий смешок и нервно поправляет белый пиджак. Выглядит он сегодня даже больше чем на сто процентов. Снежного цвета шелковая рубашка и такого же цвета брюки, словно бы причисляют Чимина к чему-то божественному, ангельскому даже, он как маленькая еще не до конца раскрытая, но уже вовсю цветущая фрезия, привлекает к себе внимание лишь блеском своих шоколадных глаз.       — И не собирался, — парень поднимает руки вверх, признавая свое маленькое поражение, — Как ваш отец? — интересуется он, позволяя себе втянуться в диалог и на время позабыть о своем волнении.       Звон колокола, означающий приход правящей семьи, звенит слишком уж неожиданно, поэтому младший Пак крупно вздрагивает и переводит расфокусированный взгляд на статную пару, стоящую на легком возвышении, рядом с тронами. Через пару мгновений он приходит в себя, незаметно качает головой и вновь смотрит вверх.       — Дорогие гости, -в зале стоит полная тишина, а потому кричать не приходится и довольно тихий голос короля может слышать каждый, — Как вы уже знаете, сегодня мы собрались по очень важному поводу, — он ненадолго замолкает, обводит всех взглядом, толком ни на ком не задерживаясь и продолжает говорить, — Свое совершеннолетие празднует мой единственный сын и наследник, Ким Тэхен, — Его Высочество делает шаг в сторону и рукой показывает в сторону прохода, куда через пару мгновений входит прекрасный юноша. Острые черты лица, приподнятый подбородок, темный костюм, подобранный точно по размеру, все словно кричит о его королевском происхождении. В зале раздаются громкие аплодисменты и томные вздохи девушек –одногодок. Что уж скрывать светловолосый сам задерживает дыхание на пару мгновений ни в силах ни вздохнуть, ни отвести взгляд.       Принц кивает и холодно осматривается вокруг, Его словно совершенно не волнует, что здесь происходит, и что все гости собрались здесь ради него. Он проходит к своему янтарному трону и встает между своими родителями.       — Я безмерно благодарен всем вам, что вы приняли приглашение и пришли сюда, — как только стихают аплодисменты, произносит наследник. Он тихо усмехается и улыбается столь естественно, что это выглядит достаточно искренним, чтобы все поверили, — Обещаю вам, этот вечер вы запомните надолго, — он берет бокал шампанского и делает маленький глоток, — Оркестр, прошу вас, — люди еще немного стоят и вскоре принимаются танцевать под медленную музыку, а Тэхен присаживается на свое место, что в этот день находится посередине, а не со стороны отца и холодно ухмыляется. Лицо сразу становится равнодушным, а взгляд безразлично скользит по гостям, начинающим вальсировать, сам он принимать участие в этом не желает, а потому просто наслаждается моментом.       — Милый, ты бы посмотрел кого-нибудь, да может и на танец пригласил? — женщина присаживается на соседний трон и смотрит на сына с малозаметной мольбой, — Юная графиня Изабелл кажется твоего возраста, да и пришла она сюда без партнера, — она незаметно кивает в сторону девушки стоящей у стены и переминающийся с ноги на ногу, и кладет ладонь на руку младшего Кима.       -Сынок, негоже в этот праздник одному сидеть, — отец говорит строго и возражений не терпит, хоть с первого взгляда слова могут показаться даже довольно мягкими. Темноволосый же лишь хмыкает и осматривается более сфокусированным взором. Танцевать он ни с кем сегодня не планировал, но раз того хочет король, то послушаться все же придется.       — Хорошо, отец, — юноша смотрит на девушку, на которую показывала мать и тут же отворачивается, та ему совершенно неинтересна. Скромна настолько, что боится взгляда поднять, несмотря на то, что Тэхен уверен знает, что тот на нее смотрит, — Танцевать так танцевать, -он предвкушающе улыбается и вскакивает с трона, направляясь в глубь зала.       Чимин стыдливо опускает глаза, понимая, что последние пару минут откровенно пялился на принца и прикусывает губу. Из головы никак не хочет уходить мысль о том, как абсолютно безупречен наследник престола, и это несколько пугает. Чтобы отвлечься юный герцог подходит к одиноко стоящей графине.       — Доброго вечера, Мисс Изабелл, — светловолосый легко улыбается и протягивает руку, — Позвольте пригласить столь прекрасную даму на танец? — он чуть склоняется, пряча вторую руку за спину.       — С удовольствием, Мистер Пак, — та чуть кивает, но в глазах едва заметное разочарование и потихоньку погибающая надежда на танец с принцем. Она вкладывает свою ладошку в ладонь собеседника, после взяв его под локоть, и они медленно направляются к центру, ожидая начала новой мелодии. Начинать вальсировать под эту музыку будет непросто, ведь в танец с различной сменой партнеров врываться не особо хочется.       Внезапно девушка вздрагивает и улыбается чуть более искренне. Чимин недоуменно вскидывает правую бровь, и пытается проследить за её взглядом.       — Доброго вечера, дорогие гости, — приятный голос раздается неожиданно близко, и парень прикладывает все усилия, чтобы не показать свою испуганность. Не думал он, что кто-то может быть настолько бесшумным и подойти так тихо. Хотя может все дело в том, что все мысли его заняты одним конкретным человеком, чье безупречное лицо он вряд ли сможет увидеть ближе чем на десяток метров. Слегка повернув голову в сторону подошедшего, он громко вздыхает и тут же склоняет голову.       — Доброго вечера, Ваше Высочество принц, — он еще пару секунд стоит в поклоне, после выпрямляется и пристально смотрит в лицо напротив, словно что-то очень тщательно высматривает, — Герцог Пак Чимин, — он говорит чуть тише, почти шепотом, не в силах пошевелиться или сделать вздох. Юный наследник очаровывает лишь своими невозможно золотистыми глазами и насмешливой ухмылкой, что сейчас кажется прелестней всего на свете.       Где-то сбоку с Тэхеном здоровается Изабелл, на что тот лишь слабо кивает и будто бы теряет к ней всякий интерес, сконцентрировав его лишь на парне в белом.       — Как вам бал? — интересуется Ким. Голос его столь мелодичный, что герцог тонет в нем также как в глазах, но быстро одергивает себя, отводя взгляд и заметно краснея.       — Просто прекрасно, Ваше Высочество, — тихо произносит графиня. Она смущенно заправляет прядь волос за ухо и видимо думает, что сейчас её пригласят на танец, ведь юноша перед ними чуть склоняется, протягивая руку, но видимо судьба складывается иначе.       — Позвольте пригласить Вас, герцог, — светловолосому кажется будто над ним смеются, ведь наверняка этому всему есть логическое объяснение. Ну не мог же этот безбожно очаровательный парень и вправду пригласить его, это просто невозможно. Но реальность такова и на данный момент чудесна.       — Д-да, конечно, — запинается Пак и тут же краснеет так сильно, что не заметить это просто невозможно. Он аккуратно высвобождает руку у растерянной девушки и протягивает ее собеседнику. Тот берет его крепко, но достаточно нежно и ведет к центру зала. Мелодия сменяется на другую ровно в тот момент как они подходят, и то им даже на руку, — Вы столь красивы, — тихо шепчет младший, практически не осознавая это, слова как-то сами вылетели, все же Чимин еще слишком юн, чтобы сдерживать рвущиеся наружу порывы, хотя этому его учили еще с самого детства, — Ох, п-простите, Ваше Высочество, я не…- начинает было оправдываться он, но замолкает, услышав бархатный смех партнера.       — Очаровательно, — говорит принц и лукаво щурится, парень перед ним забавный. Милый до жути и забавный. Что уж тут поделать если у главной надежды королевской семьи такая слабость к таким мальчикам, — Тэхен, зови меня просто Тэхен, — они делают маленький круг по залу, — Хорошо танцуешь, откуда ты? — спрашивает темноволосый, усмехаясь от того как сильно горят щеки собеседника.       — С Южной части, Ваше Вы… принц Тэхен, — герцог быстро исправляется и закусывает нижнюю губу. Давняя привычка, от которой он никак не может избавиться, от того и губы все покусанные, плохо конечно, но так Чимину легче.       — Ни так уж и далеко, — задумчиво произносит Ким, довольно усмехаясь. Он бросает мимолетный взгляд на губы партнера и переводит его на короля, что так и сидит на троне. Правитель хмурится и недовольно смотрит на сына, на что тот равнодушно приподнимает бровь и победно приподнимает голову, за это ему точно ничего не будет, все же сегодня его праздник.       Люди, стоящие у стен, восхищенно смотрят на пару, находящуюся в центре. Словно Инь-Янь, черно-белым пятном они двигаются по территории слаженно и красиво, танцуя вальс и превращая этот танец в настоящее искусство, непонятное многим. Мелодии меняются, ритмы движений тоже, но что лишь остается неизменным, так это взгляды, прикованные к двум столь контрастным людям.       — Так стало быть, ты тут со своей матушкой? — интересуется принц, прижимая тело партнера чуть ближе к себе. Он обольстительно улыбается и хитро прищурившись, наблюдает за эмоциями собеседника.       — Именно так, принц Ким, — светловолосый смотрит в глаза напротив, и не может отвести взгляд. Словно завороженный, он облизывает губы и не смеет даже моргнуть, человек перед ним даже не божество, что-то выше, светлее, хоть тот и облачен в темные шелка. Будто бы сам дьявол посягает на душу герцога, при этом сохраняя свой облик и принадлежность к стороне добра. Кому скажешь — не поверят, что уж тут скрывать, Чимин сам бы счел сумасшедшим безумца, сумевшего хоть предположить, что в смертном существе могут сочетаться такие противоположные друг другу вещи. Он делает судорожный вдох, воздуха в легких резко стало не хватать, а стены помещения давят так же, как и люди, ставшие зрителями их дуэту. Через пару секунд все это проходит, а к лицу возвращается мягкая улыбка, но даже этого не хватает, чтобы скрыть свою явную усталость. Ноги ещё чуть-чуть и начнут заплетаться, а этого уж точно допустить нельзя.       — Не желаешь отдохнуть? — заприметив состояние партнера, спрашивает принц и не дожидаясь ответа притягивает к себе за талию и направляется к расставленным по периметру столам с различными напитками, — Хорошо танцуете, герцог, — произносит Ким, он подает бокал вина своему собеседнику, еще один берет себе и подталкивает в сторону выхода в сад.       Как только они выходят, лица сразу же обдает прохладным вечерним ветром. Ночным стало уж быть, ведь луна уже взошла. Сегодня она полная и яркая настолько, что фонарей не нужно, чтобы видеть дорогу и сухие листья под ногами.       — Вы тоже, — щеки Пака отдают розоватым, а улыбка столь счастливая, что кажется еще чуть-чуть и глаза сомкнутся в тонкую полоску, а сам парень упадет в обморок, свежий воздух им точно не помешает. Волосы несколько растрепались, поэтому немного отпив из бокала, он неловко приглаживает их. Наследник престола почему-то смеётся, и юноша надувает щеки, — Что? — они уже подошли к маленькой беседке, полностью обвитой лозами роз и остановились смотря друг на друга. Над головой уже вовсю сияли звезды и, кажется, что где-то в глубине космоса одна из них начинает падать.       — Смешной ты, — вместо объяснений хмыкает темноволосый и поднеся руку к лицу собеседника, почти ласково заправляет прядь волос тому за ухо, — Спасибо, — тихо произносит он.       В роду юного герцога точно были вейлы, ведь невозможно быть таким чарующим при этом оставаясь человеком, точно невозможно. Лишь за блеск этих нежных шоколадных глаз и столь искреннюю улыбку, вечно недовольный Тэхен, готов позволить себе расслабиться и быть даже непозволительно искренним в компании малознакомого человека. Никаких клятв в вечной любви, никаких обещаний, лишь чертовски сильное притяжение, будто юноша перед ним только что стал личным ядром маленькой вселенной темноволосого. И в чем тот готов был поклясться, так это в том, что это маленькое недоразумение он не отпустит пока сам не разберется со всеми мыслями в своей голове. То, что планировалась как маленькая шалость, совершенно детский поступок, преследуемый лишь мыслями делать все наперекор собственному отцу, превратилось в совершенно ненужные действия и чувства, которых, казалось бы, у Кима просто на просто нет.       — За что? — младший непонятливо поднимает брови. Он теряет момент, когда два бокала падают на землю, а сам он оказывается столь близко к человеку напротив, — Ч-что вы… — он смущенно шепчет недоуменно смотря в золотистые глаза.       — Заткнись, — усмехается сын короля и взяв партнера за щеки оставляет между ними лишь пару сантиметров, — Просто заткнись.       От этих слов мир в сознании младшего словно растворяется, распадается на сотни маленьких осколков, совершенно не острых, закругленных даже, так, чтобы он не поранился, но тем не менее хрупких и стеклянных. Окружающий мир, казалось, полностью исчез, подгоняемый желанием этих двоих остаться одним, разобраться со всем этим, со всеми мыслями, со всеми бушующими эмоциями и нахлынувшими непонятными чувствами.       Чимин сам поддается вперед, робко прикасаясь к противоположным губам. Они мягкие, словно шелковистые, у герцога они не такие. Слегка шершавые и наверняка чуть колючие, до нежных губ Тэхена точно далеко.       Спустя пару мгновений, светловолосый поняв, что ответа не получает, хочет было отстраниться, но оказывается прижат к одной из стен беседки, которая буквально вышита из маленьких стебельков с такими же маленькими, но чертовски острыми шипами. Пак негромко вскрикивает и чуть ли не силой отталкивает склонившегося над ним парня, на что тот недоуменно поднимает бровь.       — Чимин? — он произносит имя стоящего рядом человека с некоторым волнением, заботой даже, совершенно не понимая, что сделал не так. Вместо слов герцог лишь поворачивается спиной, где на белом пиджаке маленькими красными пятнышками выделялись красные следы. Шипы роз прорезали дырки в столь привычном предмете одежды и оставили алые пятна на белоснежной ткани, — Ох, дьявол, ты как? — с нескрываемой легкой паникой в голосе спрашивает принц. Он быстро снимает пиджак с партнера и закусывает губу, от чего та чуть заметно трескается.       — Все нормально, — шепчет Пак и даже не врет. Боль и вправду не такая уж сильная, неожиданная скорее, но точно не всепоглощающая, как часто говорят о подобных ситуациях, — Правда я понятия не имею как выйду в зал с перепачканной кровью одеждой, — он невесело хмыкает и тут же хмурится от того как неприятно прилипает рубашка к мелким порезам.       Без лишних слов, наследник престола снимает свой пиджак и накидывает его на плечи юноше. Тот черный и даже если запачкается — этого заметно не будет. Светловолосый шепчет тихое «Спасибо» и утыкается в плечо собеседнику. Тишина не угнетает даже, придает уюта, столь необходимого им двоим, расслабляет накалившуюся обстановку.       В зал они возвращаются, когда луна уже на половине пути, а звезды светятся достаточно ярко, чтобы начинать соединять созвездия. Внимания на них толком не обращают, некоторые гости уже совсем пьяны, а на ногах им позволяет удержаться лишь многолетняя выдержка и такая же давняя привычка. Двое юношей медленно бредут по залу останавливаясь около пожилой дамы.       — Приветствую Вас, герцогиня Пак, — кивает принц, а женщина пару секунд растеряно смотрит, после здороваясь примерно так же как здоровался Чимин во время их первой встречи.       — Матушка, может поедем домой сейчас? — спрашивает младший, а после чуть сильнее опирается на плечо Тэхена. Несмотря на то что ранки особой боли не доставляли, определенная слабость все же появилась из-за чего итак белая кожа приобрела еще более светлый оттенок, — Я чувствую себя не особо хорошо, — немного подождав, он отстраняется от темноволосого и сильнее кутается в пиджак. Ким беспокойно смотрит на него, но молчит, считая свои слова лишними.       — Конечно, милый, — спохватывается женщина, — Мы приносим свои изви… — она начинает было извиняться за столь скорый, по меркам столь крупного праздника, уход, но останавливается, увидев поднятую руку сына короля.       Дорога до дома занимает от силы полчаса, которые семейство Пак проводит в молчании, чему младший несказанно рад. В самом же поместье он сразу отправляется в свою комнату, по дороге приказав одному из стражников в срочном порядке позвать Гертруду. Та вбегает в покои герцога через пару минут и хмурится, не понимая к чему такая срочность.       — Мистер Пак? — спрашивает она, замечая неестественную бледность и очень уж усталый вид. Парень сидящий на кровати опирается плечом на стену, а свободной рукой протирает глаза. Он кивает на шкафчики, в которых лежит маленькая аптечка на всякий случай и медленно снимает пиджак. Рыжеволосая достает маленький сундучок и охает, увидев спину своего господина, — Вам нужен лекарь, милорд, — она говорит нервно и теребит один из вьющихся локонов, волнуется слишком.       — Все в порядке, — произносит тихо и четко, всем своим видом показывая, что все и вправду хорошо. Кровь на спине засохла, образовывая засохшую корочку и неприятно прилипая к спине, из-за чего нельзя было определить ни количество ранок, ни их глубину, — Но вряд ли я сейчас в состоянии объяснить, как это произошло нашему лекарю, — юноша тихо усмехается и прикрывает глаза, — Пожалуйста, Гера, — он просит, хотя в этом совсем нет нужды. Девушка его служанка и обязана делать все что тот ей скажет, но Чимину так проще.       Гертруда кивает и удаляется, оставляя своего господина на несколько минут в одиночестве. Тот хмурится и пытается понять, что сейчас будет происходить. Варианта развития событий два, и оба зависят не от него. Принц, что так понравился юному герцогу, может сделать вид, что ничего и не было, словно они просто станцевали вальс и разошлись в разные стороны, а может… а что он собственно может? Заявиться на порог поместья? Пригласить его в замок? Все это привлечет внимание, которое точно не нужно ни королю, ни его сыну, а потому вряд ли стоит даже надеяться.       Девушка возвращается с мокрым полотенцем и аккуратно, словно юноша перед ней сделан из тончайшего хрусталя, промывает спину, огибая маленькие впадины, едва затянувшиеся, а потому велик риск, что кровь пойдет снова. Когда рыжеволосая закончила не только промывку, но и перевязку, Пак ощутимо расслабляется. Было ни столько больно, сколько чертовски неприятно.       — Спасибо, — шепчет он и завалившись на бок, тут же засыпает, неприятно морщась каждый раз, когда во сне нечаянно дергается.       Утро проходит неожиданно спокойно, так же, как и весь следующий день, который светловолосый проводит, лежа в постели. Чуть болезненные ощущения потихоньку ослабевают и тревожить их совсем не хочется, потому следующие несколько дней проходят в таком же режиме, а на четвертый день после бала, когда надежда на встречу с прекрасным принцем почти пропала, в комнату врывается не на шутку взволнованная служанка.       — Господин, — голос чуть дрожит, руки мелко трясутся, и как только герцог хочет её исправить, она сразу же его перебивает, — К Вам гость, — она нетерпеливо поджимает губу и подходит к лежащему парню, помогая тому принять сидячее положение.       Чимин удивленно вскидывает брови и хмурится от смены положения. Выглядит он откровенно не очень, но точно лучше, чем пару дней назад. Бледность прошла, но появились едва заметные синяки под глазами. Безразмерная футболка и такие же штаны смотрятся юноше мешком, а висящие руки кажутся болезненно бледными и чересчур худыми. Обычно собранный Пак сейчас может показаться каким-то слугой, но точно не герцогом.       — Кто это, Гера? — он тихо интересуется, вставая с кровати и уже самостоятельно выходя в коридор. Девушка не отвечает лишь хмурится сильнее и спешно приглаживает и так идеально выглаженную юбку, после чуть замедляет шаг, подстраиваясь под своего друга. Светловолосый решает не выпытывать имя человека, все равно они уже подходят к двери в гостиную, лишь слабо улыбается и пытается вспомнить кто из знакомых хотел прийти в гости. После кратких раздумий, оказалось, что все, кто мог бы заглянуть в поместье, приходили бы к его матушке, но никак не к нему, а потому заинтригованный герцог как можно быстрее входит в комнату и замирает не в силах сделать еще и шага.       — Привет, — принц, сидящий на длинном диване спешно встает и поднимает руку в приветственном жесте. Он показательно улыбается, и выглядит это скорее равнодушно, чем дружелюбно или хотя бы приветливо.       — З-здравствуйте, принц Тэхен, — удивленно произносит юноша. Он пару раз моргает, силясь понять правда ли это или очередное видение, примерно такие же эмоции он испытывал там, на балу, но даже сейчас все выглядит куда сказочнее. Медленно подойдя к креслу, он аккуратно присаживается, ноги слегка подкашиваются и, честно, он чуть не падает, вовремя схватившись за подлокотник, — Я приношу свои извинения за столь неподобающий…       — Как ты себя чувствуешь? — темноволосый перебивает, ему-то это точно черт подери позволено. Он садится напротив, на все тот же изумрудный диван и вопросительно, почти беспокойно смотрит на собеседника.       — Я? Да мне уже лучше, — Чимин говорит негромко и опускает голову так, что отросшие концы волос прикрывают глаза, из которых вот-вот пойдут слезы. Глупо конечно, но облегчение — это именно то, что испытывает в данный момент герцог. Ему кажется, словно огромный камень падает сейчас с его крохотного сердечка и на сотни осколков разбивается о землю. Волнение, что этой встречи никогда не будет, отступило, давая свободу неминуемому чувству счастья, от чего две соленый дорожки медленно скатываются по щекам.       Ким недоуменно приоткрывает рот, что он сделал не так? Ему были не рады? Герцог не хотел его видеть после случившегося? Наследник престола бесшумно подходит к парню и присаживается на корточки. Все заботы уходят, когда Тэхен видит безмятежную улыбку и радостный взгляд, направленный на него.       — Я пришел извиниться, — тихо начинает темноволосый. Он делает глубокий вдох и прикрывает глаза, — Мне искренне жаль, за то, что случилось на том балу, и… — он замолкает и сильнее зажмуривается. Вечно холодный и раздраженный сын короля, сейчас прикусывает губу и пытается унять дрожь сидя перед почти незнакомым человеком, кому скажешь не поверят.       — Что случилось на том балу? — мягко спрашивает Пак и склоняется над принцем так, что волосы начинают мягко щекотать его щеки. Он тепло улыбается и нежно целует маленькую морщинку между бровей Кима, пытаясь унять собственное сердцебиение. Если бы кто-то спросил, что бы он выбрал: снова врезаться спиной в шипы, но познакомиться с принцем, или просто не идти на бал, Чимин без раздумий выбрал бы первое.       Вместо ответа на вопрос, Тэхен кладет свои руки на щеки светловолосого и ласково целует. Напряжение уходит, а сам поцелуй получается чуть соленым, но самым желанным для обоих сторон.       Это точно не любовь, ведь принц кого угодно заверит, что сердца у него нет, а подобное чувство вызывает у него отвращение, но тем не менее это что-то еще выше, еще светлее, что-то непонятное многим, но точно не им двоим. Правда именно в этот момент, именно этот поцелуй оба из них получили маленькую надежду на счастливый финал, слишком хрупкую, но также достаточно светлую, чтобы в неё верить. И они верят.