Особенности дружеской переписки

       — Стивен, это просто анализатор и очень неплохой диагност, не более. Ты можешь просто кивнуть, а не пытаться спорить?        Вонг, словно получив из воздуха весть, упрямо подвигает к Стивену небольшую коробку.        — Вонг, я польщен и приятно удивлен таким вниманием, но… Друг мой, поверь, что я не настолько беспомощен, чтобы прибегать к психоаналитикам. И потом, я и сам врач, если что, и думаю, что пока еще в силах сам разобраться с собой.        — Господи боже... Стивен, ты невыносим. Это всего лишь помощник в мелких неурядицах, а не психоаналитик. Я так и знал, что ты воспримешь мою заботу как опеку, но это не так.        — Вонг… Давай честно. Я волшебник. И сильный волшебник. Это раз. Во-вторых, я — медик.        Стрэндж, с горящими глазами намеревающийся спорить, придирчиво доказывая, что ему не нужна медицинская, да и вообще любая помощь, взвился непонятно с чего.        На самом деле все достаточно прозрачно и Стивен прекрасно осознает, что корень его странной невнимательности, щедро смешанной с нервными думами, пылкими снами и очень яркими мечтами лежит вне поля зрения работы.        Все стало каким-то поблекшим, рутинным, ненужным.        Стивен все больше увязает, тонет, тает в своем единственном реальном.        В живом, страстном, неподвластном никакой логике романе с Тони.        Этот роман в письмах так изысканно пикантен, так искренен и настолько держит на плаву, что Стивен весь, с концами, в нем.        Он, давно уже переставший надеяться на серьезные отношения, уставший тянуть бессмысленную лямку никчемных светских интрижек, вдруг влюбился.        Мгновенно.        Безупречно.        И так уверенно падая во все это безумие без раздумий.        Без тени сомнений.        Без своих вечных отговорок и сигнальных флажков.        «Истинное — всегда рядом, нужно лишь протянуть руку и закрыть глаза.»        Стивен, дочитав новое послание от Старка, снова пожимает плечами.        Старая цитата из великих прилетает очень кстати.        Раньше он, видимо, не понимал всего глубинного смысла, казалось, бы простых фраз.        И только сейчас они приобрели новый смысл.        Вдохновленный и безмятежно тонущий в этой волнующей душу радостной купели, Стивен все больше и больше увлекается.        Он старается скрывать, но глаза все равно светятся.        Вонг, уже давно почуявший неладное, пока молчит, но явно подозревает неладное.        И вот друг, упрямый, как всегда, притащил Стивену какую-то якобы медицинскую штучку и пытается уговорить Стрэнджа протестировать новинку на себе.        — Вонг, погоди. Зачем мне это? Ты серьезно считаешь, что я так плохо выгляжу в последнее время, что мне требуется врач. И даже то, что я и сам медик, не имеет значения?        Стивен саркастично поднимает брови, следя за тем, как Вонг вздыхает и темнеет лицом.        Нет, с контролем у Стивена и правда неважно, но это не самая большая потеря.        Стрэндж готов к любым бедам, только бы из его жизни не ушло главное.        Его тайна.        Его воздух.        Его Тони…        — Стивен, я и не думал тебя задеть. И ты врач, спору нет, но ведь ты хирург. И что такого ужасного в том, что этот прибор тебя просканирует? Он не ведет запись, не пытается навязать тебе свои стандарты, это просто способ расслабиться и позволить машине проанализировать состояние здоровья и особенно психофизические параметры. Эргеттим ничего не нарушает, наоборот, он помогает… Помогает разобраться в себе. В себе, Стивен… И только-то. Понимаешь меня?        — Но, Вонг…        — Стивен... Я твой друг, и я не идиот. С тобой что-то происходит, и, пока ты весь в своих грезах, я искренне волнуюсь. И хочу помочь. Ты попробуй, если не понравится, вернешь мне его, когда захочешь…        — Вонг, прости, я чересчур вспыльчив. Я не хотел тебя обидеть отказом, просто навалилось что-то все…        — Стивен... Я понимаю. Правда. Прими подарок и помни, что я твой друг. И мне не все равно. Все, мне пора, Иттрис не любит ждать. И да, Стивен, эргеттим не указывает решение, а, скорее, обобщает всю картину в целом.        Вонг, насмешливо похлопав Стивена по плечу, исчезает в портале, а Стрэндж остается наедине с подарком.        И запоздалыми сожалениями о том, что он слишком остро реагирует на все.        Потому что думает о чем угодно, кроме работы.        Артефакты, фолианты, и вся прочая столь милая сердцу привычная магическая атрибутика не потеряла в общем весе, но Стивен словно охладел.        Магия чуть потеснилась, и личное вышло на первый план.        Улыбаясь потерянно и мудро…        Помнится, тогда, всего-то полгода назад, Стивен в первый же вечер испытал прибор Вонга и был приятно удивлен.        Иноземная вещица оказалась прелестной.        Она незаметно успокоила мятущуюся душу Стивена, вовсе не собиравшегося поругаться из-за какой-то мелочи со своим лучшим другом, и вдобавок ко всему отменно точно уловила то, что магу очень нужна была передышка.        Нужно было немного остыть, подумать и признаться себе, что Стивен безвозвратно потерялся в своей тайной любви.        В том, что может быть и так.        «Давление, дыхание и общий фон в пределах нормы. Но вы неспокойны, и причиной тому служит буря внутри. Вам настоятельно показан отдых, и, основываясь на данных анализа мозговой деятельности, я могу заключить следующее. Вы влюблены, и наконец смогли достичь полного слияния со своим избранником. Мои поздравления, мистер Стрэндж, но, прошу, не бросайтесь сразу во все тяжкие. Хотя… Что я вам говорю… Вы и сами все знаете.»        Эргеттим Стивен не отдал, конечно, его наперсник стал таким необходимым и вместе с тем очень остро чувствующим почти что компаньоном, да к тому же на редкость удачно снабженным дивным, полузабытым языком старых книг и очень тонкой интуицией, позволяющей эргеттиму дипломатично ставить верный диагноз.        Стрэндж кивает, сделав еще глоток нового травяного чая Вонга, ловя себя на неописуемом.        Он ждет…        Нет, не письма…        Он ждет Старка.        Тони, сделавший все, чтобы доказать Стивену силу своего чувства, с трудом отпустил потерявшего голову, полуодетого и абсолютно счастливого волшебника домой.        Все равно добившись согласия на новое рандеву.        Наяву.        Без масок.        «Стивен… Я не шучу. Я и сейчас еле держусь, но… Я обещал тебе. Необдуманно...»        Стивен смеется, вспомнив лицо Тони в этот миг.        Хулиганская, озорная ухмылка хитрого интригана так идет Старку.        «Хорошо-хорошо. Иди. Еще минута, и я за себя не отвечаю. И ты никуда не уйдешь…»        — Можно вопрос, мистер Старк?        — Да.        — Вы счастливы?        — Да.