Je t'aime

      В школе Ксавье привычно шумно и многолюдно. Привычный галдёж и смешки студентов сменяются восторженными речами — конечно, ведь совсем скоро Рождество, самый ожидаемый праздник в году.       Ученики школы Ксавье с огромным удовольствием наряжают главный зал к концу декабря. С огромным удовольствием ставят большущую, достающую до потолка ель, на которой гнездятся разномастные игрушки и переливаются мерцающими огоньками гирлянды. С огромным удовольствием готовят в канун праздника и обеденный стол вместе со своими учителями. Знакомая рыжая копна волос Джин в толпе привычно выбивается, раньше её мягкая улыбка могла растопить сердце неприступного Росомахи.       Но не теперь. Не теперь, когда она окончательно и бесповоротно предпочла ему Скотта. Не теперь, когда Джеймс нашёл собственное счастье.       Счастье, цвет которого не яростный и жгучий пламень — цвет которого ослепительный и хрупкий снег.       Логан протяжно хмыкает своим мыслям, допивая остатки пива и одним сильным махом бросая пустую бутылку в урну. Логан ухмыляется криво, уходя из тени главного зала — подальше от счастливой, недавно поженившейся парочки Грей-Саммерс. Подальше от рыжей бестии, которая некогда бесчестно украла и разбила его сердце.       И лишь настоящая богиня сумела его исцелить.       Логан находит её в одном из безлюдных залов, застывшей у широкого окна и задумчиво смотрящей вдаль. Логан нехотя заглядывается на тонкую, но, несомненно, сильную фигуру Ороро — бронзовая кожа приятно отливает в неровном свете вездесущих рождественских свечей, контрастируя с густыми длинными волосами белоснежного цвета.       — Ты уверена, что метель в рождественскую ночь — удачная затея? — сомнительно хмыкает грубым голосом Росомаха, неспешно подходя к ней, непривычно ласково и заботливо со спины обнимая. Она тихо улыбается, чувствуя, как небритая щека мужчины ложится на её оголенное плечо, как сильные руки в замок на животе у неё смыкаются.       От Логана привычно пахнет перегаром, от Логана веет грубостью и силой. И лишь с Ро он мог быть непривычно нежен, лишь с Ро мог показывать тщательно скрываемого ласкового зверя.       Шторм еле слышно усмехается, положив тонкие ладони на крепкий замок из чужих рук. Шторм лукавый взгляд через плечо скашивает на задумчивого Росомаху.       — Пока за окном бушует буря, в доме будет уютнее и теплее, — загадочно отвечает она. Та, которая сумела исцелить и приручить раненого зверя. Та, которая сумела стать ему верной подругой, а не только соратницей по команде.       Богиня. Самая настоящая богиня погоды — щедрая и добродушная. Укрывающая пушистым снегом землю в канун волшебной рождественской ночи. Дарующая страдающей от засух, измученной почве долгожданные дожди. Разгоняющая грозовые тучи, чтобы явить всем солнце.       Логан ничего не отвечает, смотря перед собой, за окно — где вихрится холодная и безжалостная метель. И на душе действительно становится немного уютней — ведь пока на улице властвует суровая буря, он проводит время в тепле, обнимая самое главное, внезапно найденное сокровище.       Логан без лишних слов коротко и жарко целует свою богиню в щеку, крепче сжимая Ороро в объятиях — словно бы не веря, что она с ним, словно бы боясь, как бы она не обратилась в ускользающий мираж.       — Я люблю тебя, Ро, — Росомаха бурчит еле слышно и быстро, будто бы не желая, чтобы кто-то услышал, чтобы кто-то узнал о секундной слабости брутального и неприступного Хоулетта. На это Шторм не обижается — она лишь откидывает голову назад, ближе к ставшему столь близким и родным Росомахе.       Неприступный, дикий зверь. Преданно ластящийся лишь к своей богине.       — Я тоже люблю тебя, Логан, — на выдохе шепчет она хрипло.       Время словно бы застыло в предвкушении волшебства и праздника. Словно бы существует лишь бушующая за окном буря.       И обнимающиеся перед этим окном двое.