50 часов до моего самоубийства.

Юнги почти не спал, поскольку пришлось доделывать отчёты. На это он потратил почти всю ночь, зато с работой было покончено. И воскресенье оставалось полностью свободным. На сон оставалось около часа и Мин им воспользовался. Благо, не проспал будильник. Поезд в Сеул отправляется в семь утра, а парню ещё нужно умудриться быть похожим на человека в этой поездке. Собирался брюнет быстро: пятнадцать минут потратил на душ, десять на завтрак, двадцать на выбор одежды (поскольку сложно было что-нибудь найти). И вот в 06:50 Юнги уже стоит на нужной платформе и переминается с ноги на ногу при помощи белых кроссовок. Вид у него вообще обычный: чёрные спортивные штаны, такого же цвета футболка (размера на три больше самого Мина), на плече рюкзак. Ехать ему всего-то часа два. Ещё бы успеть забежать в цветочный. Юнги захотелось подарить Хосоку кактус. Какой-нибудь красивый, раз парень так сильно их любит. Будет сорок первым. И пусть только попробует за ним не ухаживать! Мин его по миру пустит. Чёрт, а как подарить?.. Брюнет открывает мессенджер. Входящих нет. Жаль. yoonGi: доброе утро, Саншайн yoonGi: я понимаю, что ты там ещё спишь yoonGi: но, боюсь, потом не смогу написать yoonGi: поэтому yoonGi: удачи на выступлении! yoonGi: я жду видео! yoonGi: только попробуй облажаться! yoonGi: убью! Юнги делает фото, на котором показывает кулак прямо в камеру. yoonGi: фото Логично же, правда? Отправить угрозу убить человеку, который и так планирует покончить с собой. Мин Юнги аки всенародный гений нового поколения. Серый поезд с вытянутой мордой уже подъезжал к началу платформы… Мин уселся на своё место у окна. Захотелось просто подремать. Но мысли о том, на кой хуй он сейчас едет в Сеул, не давали покоя. Руки чуть не потянулись к телефону, чтобы дописать Хосоку что-то типа «а ещё через пару часов я буду в Сеуле, встречай, блять». Встретят его, конечно. Размечтался. В тот момент Юнги ещё не знал, что прочти Хосок что-то такое от него, прилетел бы на центральную станцию со скоростью света. Да и не нужно было ему этого знать. И вообще… Почему все мысли танцуют канкан в голове вокруг этого красноволосого парня? Странно всё это. Наверное. Мин всё же провалился в сон, не ощущая вибраций смартфона, оповещающих о входящих сообщениях от пользователя J-Hope. J-Hope: твоими молитвами! Хосок улыбнулся экрану мобильного, который пришлось снова отложить и вернуться к увлекательному (нет) занятию по зашнуровыванию новых кед. Кто, блять, покупает «красивую!», а не удобную обувь? Эту ответственную милашку нужно попросить быть разумнее, ей-богу… — Хоби, пора! — размять плечи, наскоро пересчитать свою группу и подняться на сцену. Все не будет хорошо и не будет в порядке, все будет охуенно и заебись! Тем временем поезд уже прибывал к одной из платформ центральной станции Сеула. Юнги разбудил сосед по месту, случайно навалившись на его ногу. Проматерившись, парень окинул взглядом экран мобильного. yoonGi: я не молюсь, Саншайн yoonGi: : Р Схватив рюкзак, Мин покидает вагон. Гугл поиск говорит, что где-то рядом есть цветочный магазин. «Ну что же… Там должны быть кактусы», — подумал брюнет, забрасывая очень «нужный» рюкзак на плечо. И, благо, они там были. Юнги выбрал самый большой. Если эта милая девушка не соврала, то он должен цвести белыми огромными цветками. Мин расплачивается и просит запихнуть «эту хрень в какую-нибудь коробку». С его удачей он точно обнял бы не запакованный кактус. Да ещё и очень крепко. Такси появляется на горизонте быстро. Доезжает до места выступления Хосока он тоже за считанные минуты. Ну надо же… Не так и далеко от центральной станции. Теперь нужно пропихнуться вперёд и остаться незамеченным. А людей-то много…

***

Финальный прогон прошел успешно. Замечание Намджуна, мол, «а обязательно в форме было прогонять, потные же», логичное, но слишком поздно замеченное. Хосок шумно выдохнул и похвалил ребят. Они молодцы, а пропотеть в любом случае успеют. Джун заметно нервничал, чем выбивался из группы. — Эй, прекрати, — Чон толкнул высокого парня в плечо, заставляя переключить внимание. Для Кима выступление значило гораздо больше, чем для Чона. К сожалению или счастью. Джун лишний раз кивнул, отходя куда-то вглубь сцены. Часы показывали начало десятого. Значит, скоро начнут запускать народ. Громко хлопнув в ладоши, Хосок призвал всех обратить на себя внимание. — Пацаны, вы охуенные. Большего вам знать на ближайшие часы нельзя, — ослепительно улыбнулся и крепко обнял скопившуюся толпу. Рвать, так вместе. Как в последний раз. Да, Чон Хосок? Мысль о записи видео маячила на фоне, но быстро исчезла, стоило парню заприметить объективы камер. «Что ж, Юнги, буду у тебя на качестве 1080, не обдрочись».

***

Людей собиралось всё больше и больше. «Тренировочное выступление, говоришь», — подумал Юнги про себя, осторожно ставя коробку с будущим сожителем Хосока куда-то под ноги. Парень молился, чтобы никто её не перевернул. Послышался писк каких-то девчонок позади Мина. Всё бы ничего, но все они говорили о Хоупе, который «невероятен, прекрасен, парень мечты, замутить бы». Юнги позволил себе обернуться. Лучше бы, мудак тупой, стоял и не дёргался. Девушки-то красивые. И что он вообще здесь делает?.. Разговоры не утихали. Все говорят о Хосоке. Слева, справа, сзади. Чёрт, видимо, и правда довольно популярный парнишка. «Мин Юнги, ты официально везунчик столетия», — ухмыльнулся сам себе парень. И на сцене появился парень с микрофоном, которым был… Хосок. Да ладно, блять… Красноволосый беззаботно поприветствовал собравшуюся публику и сказал какое-то там вступительное слово. И, конечно же, попросил поддержать ребят. А Юнги… А Юнги получил сразу несколько выстрелов от Купидона.

***

Красные пряди липли ко лбу, но парень не обращал на них никакого внимания. На сцене, после объявления своих же ребят, он резко изменился в лице. Все знали, что на этом Чон Хосок заканчивается и начинается Джей Хоуп. Парень, что одним взглядом приковывает к себе внимание. Девушки, наверное, глубоко в душе были теми еще мазохистками, ведь… смотри, не трогай. Незаметно для зрителей он умудрялся направлять парней, что от волнения сбивались. Для остальных их промахи замечены не были, но от внимательного взгляда темных глаз любое лишнее движение уйти не могло. Сосредоточенный, агрессивный и неимоверно притягательный. Он увлекал, приковывал взгляды и наслаждался этим. Сейчас он правда не был тем парнем, что скоро спрыгнет с этой сцены и, возможно, ближайшего моста. Сейчас он был тем, кого ждет потрясающее будущее с амбициозными товарищами рядом. Как жаль, что сейчас — всего-лишь звук отбивки. А Юнги тем временем медленно умирал, находясь всего в нескольких метрах от Саншайна, который, как оказалось, был самим совершенством. Каждое движение, каждая волна в исполнении невероятно гибкого тела, каждый взгляд, небрежно брошенный в толпу… Он ещё красивее, чем Мин запомнил по фото. Да уж… Лучше бы Юнги не приезжал и никогда не видел Хосока в реальности. Сердце стучало так, будто старалось поддерживать ритм каждого шага, сделанного красноволосым по сцене. Руки сами вытащили телефон из кармана. Не зря же Юнги покупал телефон с объемом память в 256 гигабайт. Вот, кажется, кто-то сейчас засрёт свою память целиком и полностью. Жутко мешали восторженные вопли баб на заднем фоне. Бесят, как же бесят. Выступление первой группы закончилось. Люди, что стояли в первых рядах громко хлопали и что-то кричали. Из-за перегрузки парень, что стоял теперь позади всех, еле слышал доносившуюся реакцию. В ушах звенело, зрение пару раз подвело, но оставило на плаву. Черт, давно он так не нагружал организм. За сценой первым на него накинулся Намджун, что боялся, видимо, за все вместе взятые команды. — Чон, мы сделали это! — парни во всю поздравляли друг друга, радостно пугая остальные группы своими криками. Тем временем Хосок нашел свой полуубитый мобильник и сел прямо на пол. J-Hope: всё Телефон Юнги завибрировал в руках. Мин не поверил своим глазам. Получается, Хосок толком не успел даже сцену покинуть, а уже ответил. Блять, что же ему делать… yoonGi: так быстро? yoonGi: где видео? Хосок попросил у кого-то из помощников мероприятия салфетки и принялся утирать пот со лба. Чёрт, это было классно! J-Hope: думаю, будет готово к сегодняшнему вечеру. не я снимал, извиняй. Юнги необходимо узнать, будет ли Хосок ещё выступать. Если да, то он вынужден остаться, но если нет, то и делать парню тут больше нечего. yoonGi: а там много? yoonGi: сколько танцев отплясал? J-Hope: мы первыми выступали. теперь отдых. один, а сколько надо?) Чон посмеялся. Юнги от его жизни слишком далек. «Блять, кому бы кактус спихнуть», — подумал Мин, опустив взгляд на коробку у ног. О, кажется он видел охранника у входа на сцену. Миссия «пропихнись или сдохни» начинается. yoonGi: а я думал, что у вас там будет целый концерт yoonGi: ты же учитель yoonGi: ну J-Hope: имей совесть, а. мои ребята и выступили. — Пацаны, куда воду дели?.. — завозился Чон, сканируя взглядом оставшихся из его команды. Мин бросил беглый взгляд на засветившийся экран, но транспортировка кактуса сейчас была важнее. С его счастьем, он запросто мог выронить его из коробки кому-то на голову. И это в лучшем случае! В худшем — себе… На удивление, толпа сама вынесла брюнета к охраннику и вот тут пошла жара. — Здравствуйте, уважаемый. Я курьер цветочного магазина «Одуванчики». У меня посылка, которую я обязан доставить некому Хосоку. Не подскажете, где его найти? Здоровый лоб с ростом под два метра осмотрел Юнги с его метром на коньках и в кепке. Мину показалось, что ему сейчас эту посылку в причинное место засунут и нахуй отправят. Но нет. — Чон Хосоку? Взрывоопасные вещества есть? — абсолютно серьёзно задал вопрос высокий мужчина. «Блять, дебил. Сказал же, что ЦВЕТОЧНЫЙ», — внутреннее негодование чуть не вырвалось наружу, но Мин вовремя прикусил язык. — Ну что вы! Там кактус! Говорю же, курьер от цветочного магазина. Пока недоверчивый мужчина проверял коробку, Юнги пересчитал в уме всех овец и баранов. Последний стоял перед ним, закрывая коробку обратно. Мужчина позвал кого-то в рацию. Подоспевшему парню сгрузил кактус и отправил к Чон Хосоку. Юнги только благодарно кивнул, доставая телефон снова. yoonGi: а ты с ними? yoonGi: воу! yoonGi: учитель, я хочу ваше фото прямо сейчас! И Мин уже проталкивается на улицу. Тем временем Чон собрал разбросанные вещи, хлопнул пару раз по плечу своих ребят и еще раз сто улыбнулся им же. С незастегнутым рюкзаком он пробрался в раздевалку и позже в душевую. Сообщение он прочитал только сейчас. Хмыкнув, Хосок быстро набрал ответ. J-Hope: уже не с ними. Задержка. С одним полотенцем на бедрах в запотевшем зеркале на стене… J-Hope: фото yoonGi: ачтобтебясаншайн yoonGi: ты хочешь, чтобы меня инфаркт схватил?! yoonGi: ты слишком охуенный yoonGi: фоток попроще не было?! На самом деле, в этот момент Юнги споткнулся о собственную ногу, поскольку вид парня… Ну вообще сразил его наповал. Чёрт, Хосок. Чон рассмеялся, представляя выражение лица парня. Хмыкнув, он прислал следом нелепое фото с кривой рожей. J-Hope: на, остынь. J-Hope: фото Но у Мина уже заложило уши. «Война», — подумал парень, наводя объектив фронтальной камеры на своё лицо. А затем, включив режим видеосъемки, медленно прошёлся кончиком языка по верхней губе, напоследок подмигнув и закусив нижнюю, не побрезговав оставить томный взгляд на десерт. yoonGi: видео yoonGi: получи фашист гранату Пока Хосок был в душе, его телефон несколько раз заманчиво загорался, но из-за играющей в фоновом режиме музыки, парень ничего не заметил. J-Hope: Мин Юнги, твою мать Даже о точке забыл, на повторе запуская видео. Не долго думая, Мин повторяет действия с фронтальной камерой, захватывая уже и область плечей. Нажав на запись видео, Юнги медленно оттягивает ворот футболки почти до самого плеча, оголяя острую ключицу. Снова подмигивает, но в этот раз оставляет хитрую улыбку напоследок. И за всем этим наблюдает охуевший таксист. yoonGi: видео yoonGi: не надо мою yoonGi: я мщу yoonGi: имею право Хм. Как глупо, господи. Сглотнув вязкую слюну, парень включает фронталку, записывая ответ. «Это война», — думает Чон и отправляет ответку с голым и влажным только после душа торсом. J-Hope: видео J-Hope: имею право-2. Челюсть поприветствовала черный коврик серого автомобиля. Ну нельзя же быть таким! И где только взялся этот Хосок на его голову. yoonGi: слушай, если на тебя мои вот эти вот видео ну никак особо не действуют yoonGi: то я из-за твоих сейчас тупо не смогу выйти с машины! Мин максимально продвигается к окну на заднем сидении, чтобы водитель ещё и этот испанский стыд не узрел. Очень заметный бугорок выпирал так, что его только слепой не заметил бы. Но Юнги решил доступно объяснить парню, как он реагирует на его тело. Одной рукой обтянув штаны на самом интересном месте, Мин делает фото, на котором отчётливо видно внушительный стояк. yoonGi: фото yoonGi: и что делать прикажешь? yoonGi: мне выходить скоро J-Hope: о боже. Быстро набирает ответ парень, теряясь от такой реакции. Кхм, он не ожидал, что всё это выйдет дальше глупости и смеха. Но с другой стороны — помирать скоро, охуевать еще рановато. Что еще ответить?.. yoonGi: тебе о боже yoonGi: а мне с вот этим вот сейчас в люди yoonGi: ты слишком хорош, чтобы на тебя не реагировать yoonGi: уж прости Мин тяжело вздыхает, стараясь загипнотизировать стояк взглядом. Может, поддастся уговорам и ляжет обратно?.. Но лёг только Хосок. Лёг, покраснел и постарался быстрее одеться. Внутри странно горело и совсем не было противно. Ответ он обещал сам себе написать сразу, как вернется домой. Юнги еле выполз из такси, прикрываясь рюкзаком. Обратный билет пришлось покупать уже на месте. Поезд отправлялся через двадцать минут, а Хосок не отвечал. Жаль. Ведь у Мина даже появилась мысль написать, что он не так уж и далеко сейчас. Но, видимо, переборщил со своими подколами. Конечно, нашёл кого! Закоренелого натурала, который собрался совершить самоубийство через… О, почти семнадцать часов. Класс, блять. Похлопаем Мину! Гениальному продажнику, но жутко тупому пидорасу. Перетерпев свою неприятность родом из машины такси, Юнги тяжело вздохнул и направился к платформе. Интересно, получил ли Хосок его кактус?..

***

— Чего? — нахмурился Чон, рассматривая коробочку в своих руках. Парни только пожали плечами и продолжили заниматься своими делами. Внутри коробочки оказался… кактус. Хосок замер, растеряно оглядывая нового друга. — Эй, прием, пора домой! — Намджун смог вернуть парня в реальность, опасно взмахивая руками прямо перед носом тренера. — Мы собрались вечером встретиться и отпраздновать, ждем тебя. Отказ не принимается! «Как в старых подростковых фильмах», — Хосок закидывает на плечо рюкзак и покидает раздевалку с новым другом. Тот, кто решил подарить ему этого малыша, хотел остаться инкогнито. Что ж, будет так. Последние семнадцать часов Чон обещает себе быть лучшим хозяином кактусовой фермы.

***

J-Hope: у меня новый кактус. J-Hope: назвал его «Чего». J-Hope: кажется, кто-то из девчонок или парней прикололся. J-Hope: и я хотел извиниться. неловко вышло. Дверь в комнату закрывается с привычным скрипом. Парень кидает на пол многострадальный рюкзак и сам падает рядом. Громко зевнув, он принимается раздеваться. Юнги уже едет в поезде и, к счастью, соседей у него нет. Похоже, это не самое популярное время для маршрута Сеул-Тэгу. Телефон вибрирует в руках парня и он отвлекается, чтобы прочесть сообщение. Пальцы сами печатают ответ, который он сразу же захочет удалить. yoonGi: я рад, что тебе понравилось yoonGi: блять yoonGi: не читай yoonGi: да как же это удаляется-то yoonGi: ёбаный свет yoonGi: похуй yoonGi: читай yoonGi: блять yoonGi: тебе не за что извинятся yoonGi: мне даже нравится yoonGi: только не тогда, когда я среди людей нахожусь J-Hope: входящий вызов «Допизделся», — подумал Мин, поднимая трубку. — Эмм… День добрый? — стараясь говорить тише, произнёс парень. — Это чё? — прокашлялся Хосок, прежде чем выбрать оптимальную форму вопроса. — Почему так шумно? Ты где вообще? — Ты о чём? — упал на дурачка Юнги. Хотя, нет. Он действительно не понимал, что именно Хоуп имеет в виду. — В поезде. — Кактусовод, ты от ответа-то не уходи, — по-доброму хмыкнул Чон, стягивая кроссовок. Пока счет был один один в пользу обуви. — И что ты в поезде делаешь? Да что ж такое… — Еду. Что-то случилось? — попытался перевести тему Мин, начиная вырисовывать непонятные узоры пальцем на стекле. Ой как неловко что-то стало. — У меня кроссы не стягиваются, прикинь… — пожаловался Хосок, тяжело выдохнув. — И не переводи тему! Куда едешь-то? — удивился парень. — Это эхинопсис. Но ты можешь называть его «Чего». Думаю, он не против. Еду в Тэгу, — легко улыбнулся Юнги стеклу вагона. — А что не так с твоими кроссовками? — Ну, потом можешь его переименовать, — легко ответил парень, имея в виду, что правоприемником фермы кактусов в конечном итоге будет именно он. — Обиделись, видимо, что я их всего через неделю носки порвать успел. Минуточку, а откуда ты едешь? — Э, нет. Я заберу только те, которые не дарил. За этим ухаживать обязан ты. Тебе каждый день, что ли, кактусы дарят? — вопросительно приподнял бровь брюнет. — Из Сеула. А что же ты свою обувь так не бережешь? — всё же, немного неловко разговаривать с Чоном после таких фото. Хотя, стоп. Юнги, фото и неловко в одном предложении? Мир с ума сошёл? — Сеула? Юнги, ты же понимаешь, что я в простые совпадения не верю? И да, не каждый, конечно, — смягчился парень. — Но жалко же… эм… эхипопсина оставлять без присмотра. Берегу! — кроссовок упал с характерным стуком. — Просто тренировок было слишком много. — И не надо. Я приезжал посмотреть на тебя. И это… Эхинопсис, блять. Саншайн, не обзывай его. Он и обидеться может, — прозвучал тихий смешок. — На самом деле, я очень рад тебя слышать. Извини, я перегнул палку в тех фото- и видео-сообщениях, — ещё тише добавил Мин. — Давай забудем? Я больше так не буду, — имитируя детское обещание, мямлит парень. Хосок рассмеялся, представляя Бенджамина Баттона версии Кореи. «О боже. Какого черта он приехал? Сорвался и приехал…», — продолжать эту тему парень просто боялся. — Я уже извинился перед ним, — сквозь смех смог выдавил Чон. — Все хорошо, тебе не за что переживать, — членораздельнее проговорил парень, перехватывая телефон другой рукой. Сейчас этот разговор его не так смущал, как несколько часов назад. — Ты точно извинился перед кактусом? Точно-точно? — Мин улыбается, оставляя вторую часть без ответа. — Слушай, меня тут пока в поезде качает… Предлагаю созвониться через два часа. Я как раз выйду из этой шумной консервной банки. Хосок отвечает не сразу. — Давай, — все же соглашается Чон, поднимаясь. Ему бы снова в душ после столкновения с полом… — Я перезвоню, Саншайн. И я всё равно жду видео!!! — уже громче добавил Мин в конце. — Хорошей поездки! — и отключается сам.

***

Как только такси подъехало к дому, Мин поспешил набрать Хосока. Только пальцем промазал и совершил видеозвонок. И, естественно, нихуя не заметил, запихнув телефон в карман. Чон в это время взял холодный утюг под мышку и перенабрал сам. — Алло, шахта? — Какая ещё шахта? — брюнет принял вызов двойным ударом по наушнику, поэтому ничегошеньки не понял. — Видимо, рабочая, — посмеялся парень, рассматривая черный квадрат Малевича. — А ты изменился с последнего нашего разговора… — Что? Ты о чем вообще? — удивился Мин, обшаривая рюкзак в поисках ключей от домофона. — Ну… расплылся, покрасился… — прекрасно понимая, что Юнги просто несет телефон в кармане, Чон продолжал издеваться. — Тебе так идет черный… — Да что ты несёшь, Хосок? — Юнги нашёл ключи и уже открыл огромную металлическую дверь, проскальзывая внутрь. — Какой был, такой и остался, — парень лезет в карман за телефоном, поскольку лёгкая вибрация оповестила о каком-то сообщении. — Ёб твою мать-то! — закричал брюнет на весь подъезд, увидев на экране лицо Хоупа. Хосок засмеялся так громко, что сам уронил телефон. — Юнги! — сначала показалась рука, после смеющееся лицо парня, что не мог заткнуться. — Ты сразу сказать не мог, что я тебя у самого члена держу? — выровняв телефон, Юнги вопросительно посмотрел на смеющегося. «Слишком красивый», — самое честное осталось самым тихим. — Юнги! — заорал громче (хотя куда…). — Это слишком смешно… — признался парень, устанавливая телефон и возвращаясь к своему занятию. — Говори громче. — Что ты там делаешь хоть? — Мин вошел в лифт и освещение сразу изменилось в лучшую сторону, открывая камере лицо брюнета целиком. — Глажу, — невозмутимо ответил Чон, пытаясь подключить утюг к переменному току. — Хотя не так… Надеюсь, что поглажу. — У тебя с этим проблемы? — улыбнулся Мин. — Не только телефон отказывается с тобой дружить? — парень уже открывал дверь квартиры, сосредоточившись на замке. — О да, я тот ещё зануда! — утюг наконец подал признаки жизни, что неимоверно обрадовало парня. — Контакт! — Ты? Зануда? Прошу прощения, в каком конкретно месте? — Мин включил свет в прихожей, сбросив рюкзак на пол. Еле стянув кроссовки, парень побрёл в комнату. — Если что, то у меня здесь творческий беспорядок. Не пугайся, — и Юнги одарил сконцентрированного на утюге Хосока улыбкой. — Я могу назвать двести шесть причин почему! — вспомнил старый прикол Чон, обратив внимание к экрану телефона. — А я пугливый. Недавно улетел в дверь из-за того, что в темноте увидел вентилятор. — Да ладно? Получается, с тобой очень интересно смотреть ужастики? — рассмеялся Юнги, устанавливая телефон на подоконнике, чтобы спокойно переодеться без потери связи. — Мне тут «Астрал» вспомнился. Не хочешь потратить вечер на просмотр? — и Мин без задней мысли стаскивает с себя футболку, являя фронтальной камере себя почти в полный рост в связи с необходимостью дойти до шкафа. — «Астрал»… — начал парень, но опрометчиво метнул взгляд в сторону телефона. — Кхм, а она… в смысле он сильно страшный? — мотнув головой, чтобы челка закрыла глаза, Чон попытался переключить внимание на рубашку. — Даже не знаю. Для меня — сущий пустяк. Прости, если пропаду, мне нужно переодеться, — брюнет не осознаёт, что Хосок видит его целиком, поэтому абсолютно спокойно спускает вниз штаны вместе с боксерами, являя камере идеальный вид сзади в согнутом состоянии. — Вообще, я смотрел его года два назад. Точно не помню… Но, думаю, что ты периодами будешь пугаться, — тихий смех и парень выравнивается, стараясь дотянуться до верхней полки за огромной домашней футболкой. Утюг падает с диким грохотом. Спасибо, не на ногу. Сам Чон пропадает из кадра, пытаясь что-то сделать с горячей штуковиной, что грозится испортить кусок паркета. Юнги резко оборачивается на звук. На экране никого. Присмотревшись, Мин понимает, что его отчетливо видно. — Блять, Хосок. Ты почему ничего не сказал? — Мин в срочном порядке натягивает футболку и бежит к телефону, позабыв о нижнем белье. Благо, растянутая вещь все прикрывает. — Ты там в порядке? Чёрт, прости… Стыдно ли? Какого-то хуя да. Сначала показывается макушка парня, потом блестящие глаза и покрасневшие щеки. «Я отсюда не выйду», — грозится в голове, но Хосок вслух этого не озвучивает. Утюг спас, пол тоже, а некоторое странное давление в штанах — нет. — Черт, прости, пожалуйста. Я ничего такого не имел в виду, — тараторит Мин, наклонившись к подоконнику. Лицо парня на первом плане, а вот стройные ноги, немного прикрытые футболкой, уже на втором. — Ты не ушибся? — взволнованный взгляд Юнги пополам с закушенной губой — интересное зрелище. Самый тупой вариант, что пришёл в голову парня, заключался в «типа завис, связь плохая». Однако, он продолжал моргать и упрямо смотреть в камеру. — Да не молчи же ты, ну, — шумно выдохнул Мин, отодвигаясь от телефона. — Ладно, прости ещё раз. Я пойму, если ты предпочтешь сейчас отключиться, — ещё раз взглянув на Хоупа, Юнги снова отправляется к шкафу за шортами. Как он думал, Хосок уже положил трубку, но не хотел даже оборачиваться, чтобы проверить. — Неловко, блять, — выругался, снова потянувшись за одеждой. — У тебя красивые ноги, — шумно выдохнул парень, зачёсывая волосы назад. «И тело, и лицо, и задница ничего так…», — дополнило его сознание, наглым образом транслируя недавние кадры вновь. Мин замер в позе «рука к верхней полке», осознавая, что снова светит пятой точкой в камеру. Черт, пять минут спустя с разгону на те же грабли. Медленно, стараясь не делать резких движений, рука опускается, а брюнет поворачивается обратно к телефону. — Спасибо, — звучит как-то неуверенно. Это не очень-то похоже на обычного Мин Юнги, который даже слово «стесняться» не знал никогда. — За правду, вроде как, не говорит спасибо, — Хосок распрямляется и подходит к смартфону. Кафе, прочие радости вечера отменились сами собой. Тут… интереснее намечается. — Юнги, ты покраснел. — Быть не может, — парень быстро преодолевает расстояние, подходя к телефону, чтобы рассмотреть своё лицо. — Черт, и правда покраснел. Наверное, просто не ожидал такое от тебя услышать, — дыхание брюнета явно сбилось и уже не было спокойным. — Так что… Что с фильмом? Чон почувствовал то, что чувствовать в данной ситуации было верхом идиотизма. До ломоты в пальцах ему захотелось прикоснуться к этому прекрасному лицу. Одернув себя, парень вернулся к вопросу Мина. — Фильм? Да… сейчас кину рабочую ссылку, — длинные пальцы потянулись к экрану. — Астрал, Саншайн. Слушай, а ведь у меня где-то попкорн завалялся в тумбочке. Пойдём делать? — улыбнувшись, Юнги почувствовал лёгкость. Как ему показалось, Хосока эта ситуация не смутила, и это хорошо. Парень берет телефон и начинает движение к кухне. — А у тебя есть что-то вредное для просмотра? — легкая улыбка и телефон фиксируется в стоячем положении на кухонном столе. Снова ноги в кадре. И, к слову, Мин забыл о шортах, поэтому футболка периодически предавала хозяина, немного поднимаясь. — Кроме тебя, ничего вредного, — легко отвечает парень, сосредоточенно продолжая поиски. Наконец рабочая ссылка отправляется к Юнги, а сам Хосок возвращается к видео-конференции. — Тебе не холодно? — заметно тише. — Это почему я вредный-то, а? — Мин смеётся, отправляя пакет с попкорном в микроволновку. — Нет, а должно быть? — минуту тупим и тут, внезапно, приходит осознание. — Черт, я же шорты так и не нашёл. Блять, прости. Побудь на кухне, во избежание ещё какой-то хуйни, а я пока сгоняю к шкафу, чтобы тебя не смущать. — Да всё ок, — как можно безразличнее отпускает парень, хотя прекрасно понимает насколько искусственно это звучит. Мин пропадает с кухни, убегая к шкафу. Но вот судьба — штука злая. Получается найти только боксеры, но это уже что-то. Хоть не будет сверкать голой задницей. — Я все. Шорты не нашёл, но, думаю, трусы компенсируют все проблемы, — широкая улыбка Юнги появляется на экране. — Смотри, так лучше? — тихо смеясь, брюнет выравнивается, приподнимая края длинной футболки во имя демонстрации милых утят на чёрной ткани. Покрутившись, Мин снова наклоняется к телефону. — Крутые, правда? — Очень, — хрипло выдаёт Хосок, закидывая ногу на ногу. — Начали… в смысле начнём? — Смотреть? Да, конечно. Только кукурузу дожарю, — тихо смеётся Мин, направляясь к микроволновке. — О, готово! Сейчас пойдём. Я на ноуте буду смотреть, если что, — сообщает брюнет, перехватывая смартфон свободной рукой. В другой руке уже высыпанный в тарелку попкорн. — Слушай, а улыбнись, а, — серьезный взгляд в камеру, прямо на Хосока. — А то хмурый ты какой-то… «Стояк мешает», — улыбается парень, снова не озвучивая собственные мысли. Он и не знал, что может быть таким. — На счёт «три»? — Да подожди ты! Я же не метеор, — смеётся Мин, открывая ноутбук. — Я так и не увидел твою улыбку. И меня это расстраивает, — нажав на кнопку включения, Юнги подпирает щеку кулаком, просящим взглядом уставившись на Хосока. «Черт, какой же он все-таки», — думает брюнет, изучая каждый миллиметр чужого лица, пока есть такая возможность. Наверное, только дурак не рассмотрит влюбленность в этом взгляде Мина. Хосок вопросительно посмотрел в сторону камеры. Он же улыбнулся, разве нет? — Юнги, ты кадр, — повторно улыбается парень, рассматривая чудо на том конце провода. Чудо, что рождает в нем странные и неизвестные до сих пор чувства. — Вот, теперь вижу, — улыбается Мин в ответ. — Ты действительно очень красивый, Хосок, — пальцы уже отбивают адрес ссылки на клавиатуре. — О, есть. Блин, куда бы тебя поставить, чтобы ты мог меня видеть, — Юнги осмотрелся, заметив подставку для карандашей и ручек. — О! Вот тут будешь, — брюнет поудобней разместился в кресле, подтянув к себе колено. — Ты меня хорошо видишь? Если да, то давай на счёт три, — и лицо парня упирается подбородком в собственную коленку. Чон закусывает губу и кивает. Его собственный ноут, что не отключался приблизительно… никогда, уже ждал команды на пуск. — Да. Раз, два… — «три» выкрикивает сам Мин, Чон следует его примеру и включает фильм. Находились бы они в другой ситуации, Хосок бы уже начал нервничать и придумывать варианты, чтобы быстрее закончить просмотр ужастика, но сейчас его мысли клубились совсем с другими желаниями. — Пф, куда же без титров в самом начале, — возмущается Юнги, начиная поедать вкусняшки. К половине вступления, пальцы уже порядочно в специях и Мин, не задумываясь, обхватывает их губами. Хосок давится водой из любимой кружки с мишками. Его белая футболка пропитывается влагой и начинает неприятно липнуть к телу. «Попил успокоиться…» — Вау, — Мин точно завис взглядом на Хоупе, но никак не на фильме. — Черт, нельзя так, Саншайн, — Юнги четко видит чужую мокрую футболку. Это заставляет напрочь забыть о любом «Астрале». Дыхание брюнета явно учащается, а нижняя губа плотно прикушена аккуратными белыми зубами. — Быть может, тебе стоит переодеться? Будь осторожней, ещё ведь даже ничего страшного не было… — Это я на будущее, — скомкано улыбается Чон, осматривая пятно. Ерунда, но слишком холодно. Первое, что приходит в голову, взять ту рубашку, которую он так старательно гладил. — Три секунды… — парень встаёт со своего места и быстро хватает с доски вещь. Пропускать столь интересный фильм не хотелось, поэтому Хосок повернулся боком и принялся стягивать с себя верх. — Не смей, — тихо, но достаточно, чтобы услышать. — Я не планировал смотреть фильм со стоящим колом членом. Если ты сейчас это сделаешь на моих глазах, то ужастик отменяется, — Мин наигранно надул губы. — Иначе я тебе тут тоже эротику устрою! — тихий смех из уст брюнета больше похож на шутку, чем на угрозу. Чон застывает, сжимая одной рукой край футболки. Его выражения лица на видно, но часто вздымающаяся грудь даёт понять, что что-то не так. Минута, две… и парень тянет вверх одежду. — Ты сумасшедший, — тонкие пальцы тянутся к клавиатуре, чтобы поставить паузу, поскольку глаза больше не могут смотреть на монитор. Взгляд Мина устремлён на экран смартфона, где парень его мечты только что избавился от футболки и, по всей видимости, даже не собирается её чем-то заменять. — Черт, Хосок, — нога опускается на пол, а правая рука Юнги медленно перемещается на пах, где уже наливается кровью член брюнета. — Меня завтра не станет, а ты только сейчас называешь меня сумасшедшим, — мягко улыбается парень, наклоняясь, чтобы поднять белоснежную рубашку. Накинув легкую ткань на плечи, Чон подходит к камере и на ходу застегивает пуговицы. Почти все. — Не говори так, прошу, — тихо умоляет Юнги, не сводя глаз с экрана. — Полагаю, теперь эротика с меня? — ещё тише, почти шепотом произносит Мин, немного оттягивая резинку милых боксёр с утятами. Хосок закусывает губу, пытаясь справиться с накрывшей волной возбуждения и интереса. У него никогда такого не было и, вероятно, не будет ничего подобного. Рука сама тянется к кромке джинс, что только, чёрт, мешают. — Юнги… — а в горле ком. Просить, перевести все в шутку, попросить забыть? Поздно. — Скайп, — голос томный, немного хриплый, — у тебя есть скайп?.. Слишком маленький экран, — почти шепчет Мин, без тени стеснения запуская руку в боксеры. — Хочу видеть все. И показать… Все, — последнее больше походило на стон, чем на слово. J-Hope: *логин* Оставалось всего двенадцать часов.