Андрей Палыч меняет профессию

      Вот она — родная башня «Zimaletto». Новейший бизнес-центр в возводящемся комплексе «Москва Сити». Андрей подошёл к современному зданию и поднял голову вверх. Какое же щемящее чувство разлилось в груди, словно вернулся домой после долгой поездки. Всё такое родное до боли, до сладкой тоски. Сейчас вот выйдет кто-нибудь из сотрудников и почтенно с ним поздоровается. А Потапкин при входе добродушно пошутит, он отшутится в ответ, а тот ничего не поймёт и продолжит глупо ухмыляться. Жданову было знакомо всё. Казалось, он с закрытыми глазами найдёт любой кабинет в офисе и каждый уголок на производстве. Если это всё результат удара головой, то он сейчас готов был поверить даже в то, что у людей после удара молнией открываются сверхъестественные способности. Это было похоже на какое-то сумасшествие. — Вам куда? — Строго спросил его охранник, очень похожий на Потапкина, с таким же лицом не обезображенным интеллектом, но всё же не он. — Мне на собеседование. Назначено на десять. Мне звонили, — Объяснил Андрей. — Фамилия? — Так же строго и равнодушно спросил охранник. — Жданов. — Так, в списках есть. Проходите. Андрей был задет тоном, которым с ним разговаривал этот мужчина. Он поймал себя на мысли, что совершенно не привык к такому обращению с собой. Но если он действительно всю жизнь прожил в простом районе, довольствуясь малым, то откуда в нем такое чувство превосходства над людьми, словно с ним всегда общались, как с человеком, находящимся выше по статусу? Войдя в вестибюль, перед лифтами он услышал знакомый женский смех, точнее хабальское гоготание. " — Клочкова, черт возьми! Это же Клочкова!» — подумал Андрей и не ошибся. У лифта он увидел Вику, а рядом с ней стояла Кира и что-то рассказывала подруге. С ними были двое мужчин. В одном он узнал Кирилла Квашенникова, крупного бизнесмена и бывшего мужа Вики, а вот второго брюнета с длинными волосами, уложенными в стильный хвост, Андрей не смог узнать. Совершенно забывшись, Жданов бросился к ним. — Кира! — Крикнул он Воропаевой и, подбежав, попытался взять её за руку, но девушка резко отпрянула, выстрелив колючим взглядом ледяных серых глаз. — Молодой человек, что вам нужно? Мы с вами незнакомы! — надменным тоном отрезала она. Андрей совсем потерял связь между реальностью и иллюзией, настолько он чётко помнил эту женщину; он знал каждый изгиб на ее теле, ее запах, он уже чувствовал вкус ее губ. «Не могло такое присниться!» — твердил ему внутренний голос. Совсем потеряв голову, Жданов заговорил: — Кира, посмотри на меня! Неужели ты меня не узнаешь? — Нет, я вас не знаю. Кто вы? — блондинка нахмурилась и отвечала всё таким же холодным тоном, к которому к тому же добавилось некое пренебрежение. — Тебе что, автограф дать?! Давай топай отсюда! Ты себя в зеркало то видел? Пугало в очках и дешёвом костюме! Ты в каком году его купил и на каком рынке откопал? — Орала Клочкова, а Квашенников, сделав шаг вперёд, встал вплотную к Андрею и смотрел угрожающим взглядом. Через мгновение к нему присоединился и брюнет с хвостом, но в отличие от Кирилла, был настроен более дружелюбно. — Вы наверное обознались, либо Кира вас не помнит, — спокойно сказал он Жданову, явно не желая развивать конфликт. — Любимая, вы знакомы? — нежно обратился он к Воропаевой. Та отрицательно замотала головой, продолжая с презрением смотреть на Андрея. — Нет, Никит, я впервые в жизни вижу этого человека, — искренне ответила девушка. И тогда Жданов сдался. Видимо, это были на самом деле жестокие игры сознания. — Прошу меня извинить. Мы пару раз общались с госпожой Воропаевой, но она, видимо, меня не запомнила, — сдержанно сказал Андрей и отошёл от лифтов к газетному киоску. До его ушей долетели слова Киры о том, что она совершенно не знает, откуда может быть знакома ему и предположила, что наверное он когда-то делал у нее в квартире ремонт. Клочкова неустанно хохотала и отпускала ядовитые комментарии по поводу одежды и внешности Жданова, мужчины отмалчивались. Приехал лифт и увез компанию наверх, а Андрей так и остался стоять у киоска, осознав, что в этом мире всё-таки встречают по одёжке, а эта самая одёжка в этот раз заметно подкачала. Но что поделать? Не было у него ничего другого, кроме старого костюма с выпускного, да и стрижку нормальную он сделать не успел. Тем временем, стрелки часов подходили к десяти, необходимо было подниматься на производственный этаж, где его должен был ждать начальник производства и руководитель отдела кадров. Андрей собрался с мыслями и уверенно шагнул в лифт. *** Собеседование прошло очень успешно. Начальник отдела кадров — Урядов Георгий Юрьевич был профессионалом своего дела, он ничем не отличался от того Урядова, которого помнил Андрей, но Жданов уже не обращал внимание на эти игры памяти. Он подумал, что наверняка уже ходил сюда на собеседование, а посему и здание, и люди были уже ему знакомы. Он постарался максимально сосредоточиться на интервью. Он подробно рассказал всё, что знает о модной индустрии, о швейном оборудовании, тканях и фурнитуре. Начальник производства Иван Васильевич Коровин нарадоваться не мог и был готов предложить Андрею место своего заместителя, но Урядов погасил его порыв, сказав, что пока новенький должен будет проявить себя в роли бригадира в пошивочном цехе, а там будет видно. Далее последовала экскурсия по цехам и складам. У Жданова дух захватило от нахлынувших эмоций. Сердце, казалось, сейчас выскочит из груди, настолько оно колотилось в такт строчащим Зингерам. Он знал каждую швейную машину, каждый станок. Он помнил, как раскладывают лекала и делают выкройки, мог с закрытыми глазами сесть и пришить к платью карман. Иван Васильевич и Урядов то и дело переглядывались, удивляясь такому воодушевлению молодого человека. Было решено, что к работе Андрей может приступить завтра, а сегодня необходимо было оформить документы, прослушать инструктаж по охране труда и технике безопасности, а также сфотографироваться на пропуск. Фотостудия находилась на административном этаже и Урядов любезно предложил проводить туда Андрея, хотя в этом не было никакой необходимости. Он сам прекрасно понимал, куда ему идти. Фотографии были сделаны и переданы в службу безопасности, после чего Георгий распрощался со Ждановым, подчеркнув, что его знания швейного дела просто поразительные, несколько раз добавив слово ошеломиссимо. Андрей направился к лифту. Всё было на своих местах. Все сотрудники были теми же, что и в его воспоминаниях. В какой-то момент мимо него промчался седовласый президент, тот самый Пушкарёв, в сопровождении Ветрова и какого-то щуплого паренька. Он очень ругался, грозя посадить обоих на гауптвахту. В голове Андрея послышался голос Милко: " — ТАкие тИраны нЕ мОгут Иметь отнОшения к моде», отчего он улыбнулся, не заметив, как врезался во что-то или в кого-то. *** — Так, Катя, сегодня идем в клуб! Это не обсуждается! Ты уже месяц, как вернулась из Германии, а с нами всё никак не сходишь, — без умолку тараторила Тропинкина. — Девочки, я бы с радостью, но мы сегодня с Сашей приглашены на ужин к одному его коллеге из министерства. А завтра, наверное, смогу. Только папе не надо говорить. Вы же знаете, как он ко всем этим заведениям относится, — оправдывалась девушка. — Ой, Катька, ну и жизнь у тебя. То отец никуда не отпускал, потом муж никуда не отпустит, — посмеивалась подруга, поправляя кофточку с глубоким декольте. — Ой, девочки, вы пробовали эти пирожные? Это же просто объедение! — восхищалась подошедшая Таня Пончева. — Вы будете? Обе девушки отрицательно покачали головой. — А я, пожалуй, еще одно возьму. Кать, подержи, пожалуйста, — сказала Татьяна и протянула Кате блюдце с пирожным. Не успела Пончева дойти до бара, как услышала звук бьющейся посуды. — Извините меня, пожалуйста, я задумался. Я не специально. Вы не ушиблись? — Андрей, поглощенный своими мыслями и размышлениями, не заметил, как наткнулся на стоящую спиной девушку с пирожным в руках. Блюдце выскочило из ее рук и со звоном разлетелось на фарфоровые осколки. Увидев, кого он чуть не сшиб с ног, Жданов напрягся. Это была Катя — дочь президента компании. Он уже приготовился к тому, что она одарит его тем же холодным презрением, как и Кира с Клочковой с утра. — Я, нет… Я не ушиблась. Ничего страшного, сейчас здесь уберут, — несмело ответила Катя, не отводя глаз от мужчины. Её взгляд был полон смущения и растерянности. Андрей тоже смотрел ей в глаза, отмечая про себя, что от девушки веет каким-то теплом, чем-то таким, чего ему так не хватает в этой его новой жизни. Таня и Маша непонимающе переглядывались и пожимали плечами. Было странно наблюдать за этой парочкой, сверлящей друг друга влюблёнными глазами. Первой в их вселенную вторглась Тропинкина: — Так, ничего страшного, молодой человек, я уборщицу вызвала. А вы по какому вопросу здесь? — Я? Я теперь здесь работаю, на производстве. Вот на пропуск фотографировался. Меня зовут Андрей Жданов, — представился мужчина, немного отвлекшись от произошедшего. — Меня Катя зовут, — тихо ответила Пушкарёва и протянула ему руку. Он заключил ее прохладную ручку в свою и улыбнулся. — Я здесь тоже часто бываю, мой папа… — начала было Катерина, но Жданов не дал ей договорить и перебил. — Я знаю, кто ваш папа. Я еще раз извиняюсь перед вами за свою неловкость и как-нибудь обязательно приглашу вас в кафе, чтобы угостить пирожным. — Андрей попрощался с девушками и направился к открывшемуся лифту. Катя смотрела ему вслед, пытаясь прийти в себя. Таня и Маша стали снова обсуждать перспективу собраться всем вместе и пойти вечером в клуб, но девушка почти не слушала подруг. Она до сих пор оставалась под впечатлением от встречи с этим жгучим брюнетом, ее ладонь явственно ощущала его горячее прикосновение, а в голове крутилось лишь одно имя — Андрей Жданов.