Stall

trigger warning

"I am a lost boy from Neverland Usually hanging out with Peter Pan And when we're bored we play in the woods Always on the run from Captain Hook "Run, run, lost boy, " they say to me Away from all of reality"

* * * HARRY P.O.V. Семь лет.

У моего окна снова бабочка, они прилетают ко мне каждый день, они такие красивые. Я сижу у своего окна, сложив руки под подбородком, оперившись на подоконник, глядя на неё сквозь стекло. Я бы хотел быть бабочкой. В школе я узнал, что вначале они становятся гусеницами, затем делают кокон, а когда выходят из него, то становятся бабочками, это похоже на волшебство. Если бы я был бабочкой, все было бы таким же нежным, как у них, я тоже мог бы быть нежным, ничего бы не причинило боли. Я думаю, может быть, я все еще гусеница. И однажды я смогу стать бабочкой, я смогу измениться, я смогу стать лучше, чем сейчас, я могу быть хорошим мальчиком, а не плохим, как обо мне говорят. Может быть, тогда я смогу улететь отсюда. Я вчера смотрел "Питера Пэна", я люблю Питера Пэна. Я бы хотел, чтобы он был настоящим, я бы хотел, чтобы он пришел и забрал меня, тогда я тоже смогу стать потерянным мальчиком. Монстр не смог бы меня поймать. Я слышу эти тяжелые шаги, приближающиеся по коридору, и замираю, я ненавижу эти шаги, я никогда не знаю, что они означают. Мое сердце замирает, когда они останавливаются перед моей дверью, но я просто продолжаю смотреть в окно, надеясь, что сегодня не такой плохой день, как вчера или все предыдущие дни. Я очень старался быть хорошим, чтобы не рассердить его, я действительно старался, я очень старался сегодня. Слышу, как поворачивается ручка моей двери, задерживаю дыхание, когда слышу, как она со скрипом открывается, и смотрю, как бабочка порхает вокруг моего окна, прежде чем улететь. Я бы хотел улететь с тобой. - Гарри. Глубокий голос, который вызывает у меня кошмары, эхом разносится по моей комнате, и я слишком напуган, чтобы обернуться. - Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, мальчик, - огрызается он, и я вздрагиваю, чувствуя, как начинают дрожать мои руки. Я медленно поворачиваюсь, сглатывая, стараясь не показывать ему, что я напуган, он еще больше злится на меня, когда я напуган. Когда я смотрю на него и вижу те же глаза, у меня сводит живот. Он снова злится. Он выглядит так, будто ненавидит меня, почему он так сильно меня ненавидит? Я очень стараюсь, правда стараюсь. Я прячу руки за спину, сцепив их вместе, так как они дрожат, если он это увидит, будет только хуже. - Что это, черт возьми, такое? - рычит он, поднимая лист бумаги. Я смотрю на бумагу, чувствуя, как мое сердце бьется в груди. Это был подарок для него, я пытался понравиться ему, почему это его разозлило? Я сглатываю, сохраняя голос тихим. - Это... Это бабочка, я нарисовал ее для тебя. Я просто хочу, чтобы ты меня больше не ненавидел. Он смотрит на меня, и я отшатываюсь назад. - Ты теперь рисуешь гребаных бабочек? Думаешь, я хочу, чтобы мой сын рисовал это девчачье дерьмо? Пытаешься, блять, опозорить меня? Ты никогда не научишься, да, мальчик? Я начинаю дышать быстрее, эта яма в моем животе начинает болеть. - Я... я сожалею, я больше не буду так делать. Он стискивает челюсть, сминает бумагу и бросает ее в меня, прежде чем снова огрызнуться. - Что я тебе говорил о том, что извини - бесполезное слово! Я ничего не могу сделать правильно. Опускаю голову, впиваюсь ногтями в ладони, пытаясь снова не заплакать, ведь всё становится намного хуже, когда я плачу. - Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! - рычит он, и я поднимаю глаза, чувствуя, как от страха у меня болит живот. Я резко выпрямляюсь, чувствуя, как в груди нарастает паника, становится все труднее дышать. - Ты знаешь, что это значит, - усмехается он, - Быстро спускай свою задницу вниз. Я быстро качаю головой, умоляя. - Нет, нет, пожалуйста, я исправлюсь, я больше так не буду, я обещаю, я буду хорошим. Его руки сжаты по бокам, когда он опускает глаза на меня. - Не смей говорить мне "нет", и не давай обещаний, которые ты знаешь, что не сможешь выполнить, ты всегда будешь чертовски бесполезен. Сейчас же. Спускайся. Вниз. Я просто киваю, нет смысла бороться, я это заслужил. Он оглядывает меня с ног до головы, насмехается и качает головой с отвращением, прежде чем повернуться и выйти из комнаты. Я знаю, что мне нужно идти, но я словно застыл, я так напуган, я больше не хочу бояться. Я хочу, чтобы кто-нибудь забрал меня отсюда. Я бы хотел, чтобы я кому-нибудь нравился. Я слышу крики внизу, и как глубокий грубый голос яростно кричит, мой пульс колотится по всему телу. Мама. Он снова обижает маму. Я ей тоже не нравлюсь, но я не люблю, когда кому-то причиняют боль, пусть он причиняет боль только мне, я должен защитить ее. Я начинаю бежать, мои легкие горят и я не могу дышать, но мне нужно бежать быстрее. Все расплывается вокруг меня, когда я добегаю до лестницы, пытаюсь спуститься по ней как можно быстрее и замираю, увидев маму на полу. Он стоит над ней, продолжая кричать. - Почему ты не могла дать мне сына, которого я действительно хотел! Видишь, что ты заставляешь меня делать! - Стоп!- я кричу, чувствуя, как мой голос ломается. - Оставь ее в покое! Он щетинится, поворачивая ко мне голову, и я снова задерживаю дыхание. Он плюет на меня сквозь стиснутые зубы. - Ты просто напрашиваешься на это сегодня, не так ли? Я смотрю туда-сюда между ним и мамой, чувствуя, как горят мои глаза, набираюсь смелости и подбегаю к ней, становлюсь на колени и кладу руку ей на плечо. Прости меня, мам. Я хотел бы быть сильнее. Хотел бы я быть больше. Я хотел бы быть достаточно сильным, чтобы остановить его. Хотел бы я не быть слабым. Она шлепает меня по руки, отталкивая, и смотрит на меня так, будто тоже ненавидит меня, я ненавижу то, что она плачет. Пожалуйста, не плачь. - Не трогай меня! Отстань от меня! Посмотри, что ты наделал! Это все твоя вина, - шипит она, отворачивая от меня лицо. Я опускаю голову, сжимая губы вместе, чтобы они не дрожали. Что со мной не так? Я не хотел этого ... Я бы остановил это, если бы мог. Я бы хотел, чтобы она обняла меня, я вижу детей в школе, их мамы обнимают их, это выглядит приятно. Я снова слышу эти шаги, и когда я слышу, как открывается та же дверь, все мое тело напрягается. - Ты знаешь, что делать Гарри, подвал. Сейчас же. Я резко вдыхаю, слишком напуганный, чтобы двигаться, и его громкий голос заставляет меня подпрыгнуть. - Не заставляй меня, блять, тащить тебя, иди отсюда! Я поднимаюсь, чувствуя ужас в животе, я хотел бы быть хорошим, чтобы ему не приходилось этого делать. Я смотрю в пол, не смея поднять взгляд, заставляю свои ноги двигаться, но сердце колотится сильнее с каждым шагом. Когда я встаю рядом с ним, я снова задерживаю дыхание, все мое тело дрожит, и я так зол на себя, я ненавижу, что боюсь, я ненавижу, что грущу, я знаю, что это только заставляет его ненавидеть меня еще больше. Может быть, если бы я не был таким слабым, он бы любил меня, и тогда он бы не причинял мне боль. Его руки хватают меня за шею, пальцы впиваются в кожу, и я изо всех сил стараюсь не вздрагивать, но мне больно. Он начинает тянуть меня вниз по лестнице, захлопывая за собой дверь, и на меня обрушивается тот же запах. От него меня тошнит. Здесь сыро, вода течет из труб. На лестнице загорается красный свет, и я задаюсь вопросом, так ли должен выглядеть ад, так ли это ощущается. Мы доходим до последних трех ступенек, и он толкает меня, бросая вниз, я ударяюсь о бетон так сильно, что у меня перехватывает дыхание, я пытаюсь не задыхаться, пытаюсь вдохнуть воздух, но ничего не получается. Он горько смеется, и я слышу его шаги, шлепающие по бетону, когда я сворачиваюсь в клубок на боку, пытаясь снова дышать, но это больно. - Посмотри на себя, ты жалок. Мы так или иначе выбьем из тебя эту слабость, может быть, тогда однажды мне не будет стыдно, что я, блять, сделал тебя, - бормочет он, и я слышу, как начинается та же музыка, сжимаю глаза, изо всех сил стараясь не заплакать, пожалуйста, не дай мне заплакать. Я хочу, чтобы кто-нибудь забрал меня от него. Я бы хотел, чтобы кто-то заботился обо мне. Я бы хотел, чтобы я был достоин заботы. Как только я слышу, как включается кран, я знаю, что все начинается. Я слышу, как вода с грохотом ударяется о дно ванны, и сглатываю комок, пробивающийся к горлу, сворачиваюсь калачиком и обхватываю себя руками. Может быть, это и есть то, на что похоже объятие. Мне просто нужно притвориться, что меня здесь нет. Мне просто нужно притвориться, что меня здесь нет. Я крепче сжимаю закрытые глаза, пытаясь исчезнуть в своей голове, может быть, я смогу уйти куда-нибудь еще, тогда это будет происходить не со мной. Может быть, я могу отправиться в Неверленд. Я слышу щелчок вставляемой в видеокамеру пленки, и мой желудок скручивается. Это скоро начнется. Все, что я заставляю его делать. Все синяки и ожоги, о которых они спрашивают меня в школе, они смеются надо мной, они думают, что я урод. Там я тоже никому не нравлюсь. Но я ненавижу, как это заканчивается, это самое худшее. Это всегда заканчивается водой. Может, на этот раз он меня не вытащит. Может быть, все будет тихо, и все закончится. Я слышу, как его шаги снова приближаются, и он приседает рядом со мной, хватает меня за волосы и грубо дергает мою голову вверх. Я сжимаю зубы, чтобы не заплакать, но он позволяет мне только кричать. - Можешь ли ты быть более жалким? - холодно говорит он, - Ты удивляешься, почему я делаю это, но я едва могу смотреть на тебя. - Пожалуйста, папа... - тихо умоляю я, надеясь, что однажды он проявит достаточно заботы, чтобы остановиться. - Я буду хорошим. Он качает головой, выглядя еще более отвратительно, когда начинает вставать и крепко держит меня за волосы, чтобы подтянуть к себе. Я быстро моргаю, пытаясь заставить слезы исчезнуть, пока он их не увидел, глубоко вдыхаю, я просто хочу, чтобы меня перестало трясти. Он пихает меня, и я, спотыкаясь, иду к тому же креслу в центре комнаты, и он садит меня в него, а я снова опускаю голову. Он уходит, и я слышу, как зажигается сигарета, я ненавижу их, я ненавижу их запах, я ненавижу их больше всего, потому что они горят. Тяжелые шаги снова раздаются по комнате, в ушах звенит пугающая меня музыка, он стоит передо мной, и я закрываю глаза. Я бы хотел быть бабочкой... - Пришло время принять твоё лекарство, мальчик

* * *

- Беги, беги, потерявшийся мальчик! - говорят они мне. - Прочь от реальности. Неверленд для потерявшихся мальчиков, вроде меня, А потерявшиеся мальчики, вроде меня, свободны.