Глава 10.
6 октября 2020 г., 20:01
Решение помочь Драко Гермионе не далось легко, так как она сомневалась, что слизеринцы вообще захотят ее помощи. Но всякий раз, когда Гермиона думала о том, чтобы оставить его на произвол судьбы, ее начинала грызть совесть, и это чувство, как она знала, не пройдет, пока она не поможет Драко. Во-первых, она должна была сказать ему, кто она, и показать, что она больше, чем несносная всезнайка, как он всегда называл ее. Что она была тем человеком, с которым он общался через магически зачарованную книгу.
Каждый раз, когда Гермиона думала о том, чтобы сказать ему правду, в последнюю минуту она всегда трусила. Ее гриффиндорская бравада не проявлялась, когда ей это было нужно. Гермионе определенно было интересно, как пройдет этот откровенный разговор. В некоторых развитиях событий она представляла, что Драко поймёт и даст понять, что его так беспокоит. Но другие сценарии — большая их часть — заканчивались не очень хорошо. В одном из них Драко так взбесился тем фактом, что именно с ней он общался, что потащил ее прямо к Волдеморту и смотрел, как ее пытали, точно так же, как он делал это в ее кошмаре.
Хотя Драко мог быть гнилым человеком, Гермиона надеялась, что он, по крайней мере, не заставит ее пройти через это. Когда она разговаривала с Анонимом, ей действительно казалось, что он не хочет делать то, что его заставляют делать, поэтому Гермиона могла только надеяться, что ее интерпретация намерений Драко была правильной. Но сначала она должна была рассказать ему, что само по себе оказалось очень непросто. Несмотря на то, что Гермиона много раз уклонялась от встречи с ним, было несколько случаев, когда она действительно искала его с намерением рассказать всю правду, но в такие моменты Драко, казалось бы, растворялся в воздухе.
Так что после почти двухнедельного отсутствия прогресса и неловких разговоров с Анонимом Гермиона наконец решила, что достаточно долго откладывала свою миссию. Когда дело дошло до выслеживания Драко, Гермиона недоумевала, как ей сделать это так, чтобы он не заметил ее, пока девушка не вспомнила о карте Мародёров и плаще-невидимке, который одолжила у Гарри, сказав, что поможет ему с преследованием Малфоя.
Стало ясно, что Драко определенно что-то задумал, так как он всегда приходил в одно и то же место, прежде чем его имя исчезало. По словам Гарри, карта показывала, где все находятся в данный момент, поэтому имя Драко не могло исчезнуть просто так. После того, как ей надоело терять Драко каждый раз в одном и том же месте, Гермиона, наконец, решила проследить за ним и выяснить, куда он исчезает.
Вскоре Гермионе стало ясно, что Драко определенно не исчезал из школы, потому что она совершенно забыла, что именно находится на этом этаже. Девушка мысленно шлепнула себя по лбу, когда поняла, что Драко направляется в Выручай-комнату. Как она могла забыть про эту комнату, когда провела там столько времени всего год назад?
Что бы Драко ни делал в Выручай-комнате, это определенно было секретным занятием, так как Гермионе не потребовалось много времени, чтобы понять, что он приказал двум людям охранять вход. Гермиона не помнила, чтобы раньше видела их, и также не считала, что они помогали Драко Малфою выполнить его приказ. Но шли дни, а Гермиона так и не продвинулась в попытках поговорить с Драко, и она понимала, что ей придется что-то предпринять, чтобы попасть в Выручай-комнату.
Благодаря хитроумным заклинаниям Гермиона смогла отвлечь телохранителей, чтобы войти в комнату вслед за Драко в попытке поймать его в ловушку и принудить к конфронтации. Выручай-комната сейчас определенно не была тренировочной комнатой, которую Гермиона использовала год назад. Вместо этого это была комната, полная беспорядка, которая, как подозревала Гермиона, была Выручай-комнатой в ее первоначальном виде. В ней было все, что душе угодно, но Гермиона пришла не для того, чтобы что-то брать. Она была здесь, чтобы противостоять Драко Малфою, независимо от того, насколько ужасной могла быть эта мысль.
— Я ни черта не могу сделать, — услышала она сдавленное бормотание Драко.
Гермиона глубоко вздохнула и собрала все свое гриффиндорское мужество, заявляя о своем присутствии.
— И что именно сделать, Малфой?
Гермиона никогда в жизни не видела, чтобы кто-то так быстро оборачивался. Чистый шок на лице Драко, когда он увидел ее, был очевиден, прежде чем он превратился в чистую ярость, которая немедленно выбила Гермиону из колеи.
— Грейнджер, — прошипел он. — Какого черта ты здесь делаешь? Откуда ты вообще знаешь об этом месте?
Гермиона закатила глаза:
— Ну, не знаю. Может, потому, что в прошлом году я использовала эту комнату как убежище для своей тайной организации? Ты был там, когда к нам ворвалась отвратительная жаба и все испортила.
— И ты все испортишь, если не оставишь меня в покое, — прорычал Драко.
— И что же тебя так потрясло, Аноним? — спросила Гермиона, надеясь, что он поймет ее очевидный намек.
Глаза Драко расширились больше, чем Гермиона могла себе представить. Воцарилось напряженное молчание, прежде чем девушка почувствовала, как внутри Драко нарастает ярость, побуждая ее приготовиться к худшему. К полному удивлению Гермионы, он расхохотался. Но это был не обычный смех. От этого смеха у Гермионы по спине побежали мурашки.
— Из всех людей в этой гребаной Вселенной это должна была быть ты, да? — Драко сплюнул. — Как ты вообще сюда попала? Это место должно охраняться!
— Кем бы ни были твои охранники, они ужасно справляются со своей работой, так как мне потребовалось всего лишь немного магии, чтобы отвлечь их и проскользнуть внутрь, — ответила Гермиона.
— Как ты меня нашла? — спросил Драко.
— Давай просто сойдёмся на том, что ты не настолько скрытен, как тебе кажется, — сказала Гермиона.
— Прекрасно, Грейнджер. Ты поймала меня. Я пользуюсь Выручай-комнатой. А теперь вали к черту! — закричал Драко.
— И для какой же цели ты ей пользуешься? — удивилась Гермиона.
— Это. Не. Твоё. Собачье. Дело, — прорычал Драко.
— Я была бы очень признательна, если бы ты воздержался от ругани на меня в каждом проклятом предложении, — заявила Гермиона.
— Если тебя так беспокоит моя гребаная ругань, то отвали.
— Нет, — Гермиона стояла на своем. — Ты меня не запугаешь, Драко Малфой. Возможно, так было в прошлом, но не сейчас.
— Почему? Потому что я твой драгоценный Аноним? — протянул Драко.
— Возможно, но главным образом потому, что в этом году ты определенно потерял сноровку. Ты выглядишь ужасно, даже сейчас, когда изо всех сил пытаешься угрожать мне и указывать, что делать, — заявила Гермиона.
— Ты никогда не делала того, что тебе говорят, Грейнджер, — сказал Драко.
— Именно, поэтому я не уйду просто потому, что ты мне так говоришь, — заметила Гермиона.
— Если ты не собираешься убираться отсюда к чертовой матери, то я сделаю это сам. Тебе здесь нечего делать, Грейнджер. И если бы ты знала, что я делаю, то тоже не захотела бы мне помогать, — рявкнул Драко.
— Только, пожалуйста, позволь мне помочь тебе, — взмолилась Гермиона, схватив его за левую руку в попытке остановить.
Драко прошипел, когда она схватила его за руку, и смерил ее смертельным взглядом. Затем он схватил ее за другую руку в отместку и прижал к ближайшему шкафу, а его серо-стальные глаза продолжали свирепо сверкать.
— Мне не нужна твоя гребаная помощь, Грейнджер! Так что сделай нам обоим одолжение и оставь меня в покое, потому что ты ничего не можешь сделать, и я даже не хочу этого от тебя, — прорычал Драко.
— Малфой, — Гермиона сглотнула, — я помню, что ты говорил мне. Что бы ты ни делал, я знаю, что это против твоей воли. Ты этого не хочешь. Я могу тебе помочь. Если кто и может тебе помочь, так это я.
— Никто не может мне помочь, особенно ты, — процедил Драко сквозь стиснутые зубы, крепче сжимая запястье Гермионы.
— Ты не должен проходить через это в одиночку, Малфой, — настаивала Гермиона.
— Тебе легко говорить, — усмехнулся Драко.
— Нет, это не так. Тебе не придется проходить через это в одиночку, если ты просто позволишь мне помочь тебе. Пожалуйста, — взмолилась Гермиона.
— Я повторяю это еще раз, Грейнджер, — прорычал Драко, вытаскивая палочку и указывая на грудь Гермионы. — Держись от меня подальше. Забудь обо мне. Забудь о дурацких книжках, с которыми нам вообще не стоило связываться. Я никогда не хотел иметь с тобой ничего общего, и уж точно не хочу иметь с тобой ничего общего сейчас. Так что просто отвали.
— А иначе что? — Гермиона изо всех сил старалась, чтобы ее голос звучал устрашающе.
— О, Грейнджер. Ты даже не захочешь думать о том, на что я способен, — мрачно усмехнулся Драко.
— Я не боюсь тебя, Драко Малфой, — сказала Гермиона.
— Тогда это твоя третья ошибка, — прорычал Драко.
— А какие были первые две? — спросила Гермиона.
Драко закатил глаза.
— Не отказаться от дурацкой книги и вмешаться в мою жизнь. А теперь откажись от этой дурацкой книги и перестань вмешиваться в мою жизнь, потому что после этого я больше никогда не буду с тобой разговаривать.
— Я не перестану пытаться, — настаивала Гермиона.
— Да забудь ты об этом, черт возьми! — взревел Драко.
— Если ты так сильно хочешь, чтобы я забыла об этом, то почему бы тебе просто не наложить на меня Обливиэйт?
На мгновение Гермиона всерьез подумала, что Драко сделает это, когда он схватил свою палочку. Но затем он просто бросил на нее последний суровый взгляд, прежде чем уйти, оставив Гермиону слегка измотанной от такого поворота событий. На самом деле она не ожидала, что он так хорошо отреагирует на нее. Несмотря на это, Гермиона не ожидала, что он действительно причинит ей боль, так как была удивлена силой, с которой он сжал ее запястье, оставив небольшой синяк.
Гермионе осталось только в изумлении стоять и гадать, что же на самом деле задумал Драко Малфой. Что бы это ни было, Гермиона знала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Но, несмотря на все ее сомнения насчет того, чтобы вмешиваться в дела Драко, она сказала, что поможет ему, и она уже чувствовала, как ее мучает совесть, когда она подумывала просто забыто об этой ситуации.
Будь проклята ее совесть.
***
Верный своему слову, Драко изо всех сил старался избегать Гермиону после инцидента в Выручай-комнате. На любом из их совместных занятий он сидел как можно дальше от нее и даже не смотрел в ее сторону. Даже прекратились его грубые замечания и грубое поведение по отношению к ней. Удивительно, но Гермиона скучала по этому. По крайней мере, это было лучше, чем простое игнорирование. Помимо того, что он игнорировал ее присутствие, Драко также не отвечал ей в книжке. По правде говоря, Гермиона этого и ожидала. Однако от этого легче не становилось. Она пыталась дотянуться до него, но он только отталкивал. Гермиона исписала две страницы своей книги в попытках заставить Драко написать ей, но в ответ была только тишина. Пытаясь добиться хоть какого-то ответа от Драко, Гермиона размышляла о том, что же его так беспокоило. Было много тем для обдумывания, но Гермионе бросилось в глаза то, что она увидела, столкнувшись с ним в Выручай-комнате. Тогда Гермиона даже не обратила никакого внимания на то, что он делал, но после некоторого размышления она поняла, что он стоял возле исчезательного шкафа. Гермиона запомнила его из-за того, что случилось в прошлом году, когда Фред и Джордж сделали так, что Грэхема Монтегю застрял в нем, когда он пытался снять с них баллы. Хотя Монтегю удалось выбраться с помощью призрака, его выход из исчезательного шкафа оказался почти фатальным. — Что он вообще с ним делает? — пробормотала Гермиона себе под нос, обдумывая ситуацию в своей комнате. Из всего этого Гермиона никак не ожидала, что он будет с ним возиться. Но тут Гермиона вспомнила, для чего на самом деле предназначался исчезательный шкаф. Обеспечить путь к шкафу-близнецу. Также нельзя забывать, что Драко копался с исчезательным шкафом в «Горбине и Бэрексе» еще до начала учебного года. Из-за этих мыслей у неё только стало больше вопросов, чем ответов. Он пытался починить исчезательный шкаф в Выручай-комнате? Зачем ему пытаться починить его? Кого он пытался впустить? — Пожирателей Смерти, — прошептала Гермиона, вспомнив, что среди тех, кто сопровождал Драко в «Горбин и Бэркес» были Беллатриса Лестрейндж и Фенрир Сивый. Это имело бы смысл, учитывая, что никто не мог аппарировать в Хогвартс, что защищало его от Пожирателей Смерти и других посторонних. Исчезательный шкаф был самым лучшим способом проникнуть в замок незамеченным. Но, конечно, одного этого было недостаточно, чтобы Драко был таким напуганным. То, с чем он был связан, должно было быть чем-то большим, чем-то более разрушительным, чем просто обеспечение доступа Пожирателей Смерти к замку. И тут до Гермионы дошло. На протяжении всего года Гермиона отвергала опасения Гарри о том, что Драко официально является Пожирателем Смерти. Она отвергла опасения Гарри о том, что Драко что-то задумал, и о том, что он сделал. Только теперь она начала понимать. Медовуха. Ожерелье. Кэти. Рон. Все это начинало обретать смысл теперь, когда кусочки медленно складывались в голове Гермионы. Когда они увидели Кэти с проклятым ожерельем, она настаивала, что его нужно доставить Дамблдору. Это было до того, как она прикоснулась к нему и прокляла себя, что помешало ей отдать его Дамблдору. А еще была отравленная медовуха, которая чуть не убила Рона. Слизнорт признался, что хотел подарить ее Дамблдору. Если бы он это сделал, то отравил бы Дамблдора. И если Гермиона не спешила с нереалистичными выводами, как Гарри, то перед Драко стояла задача убить Дамблдора. Теперь этого было бы достаточно, чтобы напугать любого. — Неудивительно, что у него такой стресс, — пробормотала Гермиона. Понимая, что должна что-то сделать, Гермиона вытащила книжку и записала внизу последней страницы. Я знаю, что ты задумал, Малфой. И как бы это ни было тревожно, мое предложение помочь остается в силе. Написала это, Гермиона ждала, что надписи на страницах сотрутся сами собой, как обычно. Только этого не произошло. Гермиона просто смотрела на книгу в ожидании, что что-то произойдет. Но слова остались прежними. Свободного места не было, и Гермиона понятия не имела, что происходит. Такого раньше никогда не было. Почему слова не стираются? В глубине ее сознания сразу же всплыли слова Дейдре Далелио: я имею в виду, что в них можно переписываться только в течение определенного периода времени, прежде чем они станут бесполезными и такими же, как любая другая обычная книжка без особых способностей — Нет, нет, нет! — воскликнула Гермиона. — Пожалуйста, не говори мне, что все кончено. Не сейчас, когда мне это нужно больше всего. Отчаянно желая получить хоть какой-то ответ от книги, Гермиона заполнила все до последнего места на двух страницах, но ничего не произошло. Разочарованно вздохнув, Гермиона бросила книгу на пол и сползла по стене. Вот и все. Книга закончилась. Конечно, это должно было произойти сейчас, и она ничего не могла поделать. Внезапный глухой звук привлек внимание Гермионы, и она посмотрела вперед, в подозрении сузив брови, когда увидела книжку, подпрыгивающую на полу. Она не переставала двигаться, и Гермиона осторожно приблизилась к ней. Как раз когда Гермиона собиралась нагнуться, чтобы поднять ее, книжка распахнулась, и она обнаружила, что ее ударили по лицу листком бумаги. Когда Гермиона убрала его, ее глаза расширились, когда она узнала слова на бумаге. Слова самых первых их посланий. Я только сейчас начинаю понимать, как по-королевски облажался. Я с самого начала не должен был позволять втягивать себя в эту гребаную неразбериху, но я не могу вернуться и изменить все это. И что, мать твою, мне теперь делать? Ты должен следить за своим нецензурным языком. Когда Гермиона просмотрела остальную часть бумаги, она поняла, что это было определенно первые сообщения, которые они послали друг другу. Но как это было возможно? Гермиона подумала, что написано должно было исчезнуть, а не появиться снова. Затем она снова посмотрела на книгу, которая продолжала подпрыгивать, прежде чем из нее начали вылетать новые листы и в неконтролируемом темпе разлетаться по комнате. Это было не похоже ни на что, что Гермиона когда-либо видела. Конечно, это была не просто обычная книжка. Но даже с этой книжкой было трудно поверить, что она просто выплевывала лист за листом, пока, наконец, не остановилась. Бумага заполонила всю комнату Гермионы, поэтому она быстро начала все поднимать, убедившись, что собрала все бумаги. Чем больше листов находила Гермиона, тем больше она запутывалась, понимая, что на каждом клочке бумаги был записан разговор, который Гермиона вела с Драко, как с Анонимом. — Как такое возможно? — удивилась Гермиона, прежде чем ее взгляд упал на последние переписку, которую у них была до того, как она узнала, кто такой Аноним. Что мне нужно сделать, чтобы ты понял, что я могу тебе помочь? Чтобы я поверил в твою искренность. Учитывая тот факт, что они были практически врагами в течение последних шести лет, Гермиона могла понять, почему Драко Малфой так скептически относился к ее намерениям. Конечно, он не мог просто так довериться ей, несмотря на то, что они общались через дневники почти целый год. Она слишком многого ожидала, чтобы он мог просто вот так довериться ей. Если бы Гермиона была Драко, она бы тоже боялась его. Что она просто бросит его прямо на съедение волкам. Только Гермиона не собиралась этого делать. Теперь, когда она поняла, что задумал Драко — она была еще более полна решимости помочь ему сейчас, когда судьба волшебного мира могла зависеть от того, что она сделает дальше. Если у Драко получится убить Дамблдора, неизвестно, что это будет значить для всех. Но прежде всего Гермиона была не намерена позволить ему стать убийцей, потому что, хотя Драко Малфой мог быть кем угодно, Гермиона не считала его убийцей. И несмотря на все, через что он заставил ее пройти, Гермиона была не намерена позволить ему пройти через это, если она могла остановить это.
