Джинни Уизли и Межфакультетская война

Было забавным пробираться из спальни под Дезилюминационными чарами. Оказалось, Паркинсон владеет маскирующими и косметическими чарами в совершенстве, она сказала что-то про родовой дар. Джинни никто не видел, но она видела все. И как несколько старшекурсников послали Панси ехидные ухмылки, и как она в ответ гордо вздергивала носик и уверенной походкой пересекла гостиную под легкий, текучий шепоток. Должно быть, все слышали их ночью. Хорошо хоть, что в гостиной в такое время были только готовящиеся старшекурсники и забывшие что-нибудь младшие. Несколько мелких стекло гремящим цунами из спален, волоча за собой огромную коробку. Они замерли, стоило им увидеть Паркинсон. Вот бы в Гриффиндоре так уважали старост. Снисходительно хмыкнув с хитро сощуренными глазами, Панси поправила волосы, как будто за этим и оборачивалась, а затем прошла к выходу. Облегченно выдохнув, малышня переглянулись с восторженными улыбками и посмотрели на свою старосту, как на божество. Джинни их полностью понимала. Миновав первый трудный пункт " вражеские подземелья", девушки поднялись выше и вышли в многочисленные коридоры. Мимо проносились галдящими волнами первокурсники, сбивая с ног устало плетущихся семикурсников. Ни те, ни другие этого не замечали. Переглянувшись, Панси и Джинни ускорили шаг, чтобы успеть перехватить змей по пути с Трансфигурации на ЗОТИ. Слизеринки стройным гуськом шестововали по коридору, со всех сторон окруженные мужской частью шестикурсников. Во главе этого почти боевого построения с гордо поднятой головой шел Д...Малфой. Слизни как будто уже к войне готовы. Подмигнув напоследок, Панси ручейком вклинилась в строй сокурсников и встала рядом с Драко. "Мордредова Королева Слизерина" — почти с гордостью думала Джинни. Ненавязчиво, но заметно приближенные к названному "Принцу" оттеснили Паркинсон в край построения. Однако до этого она успела что-то прошептать Драко, на что он наградил, видимо, бывшую подругу ледяным взглядом. Клокочущая злость поднялась в Джинни лавой, и она направилась наперерез этому вшивому самостоятельному государству, но тут Панси обернулась, смахивая пылинку с плеча, и едва заметно подмигнула с улыбкой. Забыв про чары, Джинни замерла, и в нее тут же влетел какой-то мелкий, и усвистал в ту же секунду, даже не обернувшись. Может, оно и хорошо, что дети такие бессовестные, иначе у ребенка мог бы возникнуть вопрос, как он споткнулся о воздух. Ряд Слизеринцев прошагал мимо, а Джинни с тяжелым вздохом направилась следом. Что там у этих змей происходит, неясно никому, кроме них самих, но раз уж сама Панси спокойна... Кабинет ЗОТИ никогда не был шибко доброжелательным и милым местом, но после прихода Снейпа стало совсем мрачно. Даже вонь, казалось, он принес с собой из подземелий. Запрыгнув на подоконник перед дверью, Джинни задумчиво крутила в руках палочку, повторяя заклятие, которому ее экстренно обучила Панс. "Легкие, скользящие движения...Нет, Уизли, не так...не...хм... Представь, будто гладишь меня. Я знаю, твои руки способны двигаться мягко и легко... Да, вот так. Только не забудь заклинание. Уизлетта, перестань, я и про способности твоего языка теперь прекрасно осведомлена. Ты сможешь... Да, так, и еще раз..." С тяжелым вздохом Джинни откинула голову назад, скользя рыжими прядями по стеклу. Там, редкими вкраплениями желтеющих лиственниц среди темно-зеленой хвои елей, распускалась осень. Так похоже на ее глаза... Если Гарри — это летняя роща в мягком солнечном свете, яркая и вызывающая невольную улыбку, то Панси... Панси это зарождающаяся осень во всем ее великолепии, пряная, обжигающая прохладой, с ее благородными цветами, разнообразными красками в каждом листике. Влажная прохлада, вызывающая жар внутри. Вдохновенная улыбка, рожденная запахом свежести земли, пряной сладости увядания и легким намеком на приближающуюся зиму... — На этом уроке вам придется достать свои глупые палочки и постараться вывести хоть что-нибудь осмысленное вместо того, чтобы прохлаждаться над котлом. — разнесся по всему этажу угрожающий голос Снейпа, отчего Джинни вздрогнула так, что приложилась головой о стекло. — Вот так и размышляй тут о вещах великих, никакой романтики с этими уроками! — разозленно прошипела она, совершенно забыв о своей невидимости. Как назло пробегающий мимо запаздывающий взъерошенный Гарри был совсем не по плану. Затормозив с резкостью Сириусовского мотоцикла, он обернулся, покачнувшись, и вылупился на пустой подоконник, явственно шипевший от досады. Джинни замерла, мысленно взывая к богине мухляжа, но Паркинсон уже была в кабинете. Гарри нахмурился, изучая взглядом Ловца как раз то место, где сидела девушка, и дернул рукой, проверяя карман. Нащупав там мантию, он как-то неоднозначно выдохнул и потянулся за палочкой. "Мерлин Пресвятой, да пошли сюда мое спасение" — агрессивно посылала мысли вверх Джин. Спасение пришло в виде богини...или бестии, это как посмотреть. Так или иначе, Паркинсон вырулила из кабинета, мгновенным взглядом оценила картину застывшего напротив "того самого" подоконника Поттера и выдала фирменное слизеринское "защищая, нападай": — По-о-ттер, как ожидаемо. Что, очки совсем никудышными стали после правок от грязноковки? Уже призраков в окне видишь, или маггловские ЛНО? Гарри, достав палочку, злобно сверкнул глазами и обернулся к ней. И на этот раз Джинни была бы с ним полностью солидарна, но... — Профессор Снейп заметил твое отсутствие, но Грейнджер с ее недо-женихом сказали, что ты шел прямо за ними. Теперь иди и объясняйся, ибо в следующий раз ходить на поиски всяких грифов-неудачников отправят Драко, а уж он-то твою тупую задницу в покое не оставит. Паркинсон улыбнулась так хищно, что Гарри вздрогнул, а Джинни едва удержалась от того, чтобы присвистнуть. Тем не менее, злобно зыркая и бормоча парселтанговые маты, виновник всего этого зашел, наконец, в класс. Панси, проводив его взглядом в спину, обернулась к гриффиндорке и показательно закатила глаза, а затем исчезла в дверном проеме вслед за ним. На этот раз об стекло Джинни стукнулась намеренно. Вот так вот, стоило только поверить в то, что Панси — нормальный человек с какими-то чувствами в душе, как она усиленно демонстрирует обратное. Ну ничего — Гриффиндор, это вам ни хухры мухры. Даже при счете Слизерин : Гриффиндор 7 : 0 мы не сдаемся. Надо будет, кстати, сказать потом ей, что "маггловские ЛНО" магглорожденный Колин называл как-то по-другому. Может, "ОНЛ"? Хотя, это и не важно, ведь никто толком не знает, что это вообще такое, даже сами магглы, по его словам. Так, болтая ногами, повторяя заклятие и вслушиваясь в мерный пассивно-агрессивный голос Снейпа из-за двери, Джинни просидела неведомое количество времени. Только навязчивый мотив маггловской песенки из плюера Колина спасал от скуки. Чудные у магглов песни, какую не включишь, каждый раз кажется, будто она прям про тебя, и этот странный механический голос обращается именно к тебе. Заткнув одно ухо каким-то веревочным заусенцем, кажется, Колин зовет его "ушастиком", покачиваясь в такт и подпевая, она бормотала себе под нос: — Горячиe, сильные, молодые и тупые, бесстрашные — не, ну это точно про Гарри. — Теперь это в прошлом, мы всего лишь призраки — ну, да, ты в пролете, парень. — Когда твои зубы уже не молочные, сними звездную пелену мечт со своих глаз — пытаюсь, дядь, больно чуть, но стараюсь. — Брось, любовь моя, мы будем жить, как в 1990 — в смысле, ходить вокруг да около годами? Это да, это про них. — О, нет, куда это все движется? — в Паркинсон, походу, движется оно, только хорошо ли это? — Наполним ли мы когда-нибудь твое тело химией? — это что-то из маггловского, наверное, про сперму. Нет, дядь, у этих двоих там до таких дел еще лет 1990 примерно. — Нинтендо, Атари, Сони моя Феррари — так, а вот это явно какое-то темное заклинание, надо вырубать, мало ли, эти магглы — чертовски странные существа с какой-то своей магией, непостижимой обычным волшебникам. — Я возьму это, я хочу это, я...я... Джинни соскочила с подоконника, выдергивая этот веревочный заусенец из уха. Какой-то шум из класса не предвещал ничего хорошего. Наперебор звучали взволнованные голоса учеников. Среди них Джинни явственно различила голос Панси: "Да что же вы такие отмороженные?!" Ага, а это похоже на знак в стиле Паркинсон. Вытрахнув из рукава палочку, гриффиндорка в два шага подобралась ближе к кабинету. Теперь в гуле угадывались звуки потасовки. Итак, легкое, скользящее движение, как будто разведенные бледные ноги прямо перед тобой, и... — Глацио! — воскликнула Джинни, надеясь, что в общем шуме потонул ее голос. Поток холода из палочки устремился на пол, и она мягко, неторопливо повела рукой, направляя его так, как нужно для максимального скольжения... Определенно, из Панси превосходная преподавательница. Если не знать о ее методах обучения. Отойдя на пару шагов, Джинни довольно залюбовалась своей работой — пол покрыл ровный, гладкий слой льда, такой тонкий, что его сияние не было заметно на камнях, если не приглядываться. Едва заметный угол под "блюдце" обеспечит парням именно такое падение, чтобы ускорить их 1990 лет на наполнение тел друг друга химией. Хитро ухмыльнувшись, Джинни юркой лисой скользнула на подоконник, и как раз вовремя. Раздался громовой голос Снейпа: — Поттер! 50 очков с Гриффиндора! Малфой! 10 очков со Слизерина! К директору, оба! — И поторопитесь: через две минуты звонок, и направляющаяся мимо Макгонагалл не постесняется за ваш многозначительный видок скинуть еще немного с обоих! — припечатал голос Паркинсон вдогонку. Двери кабинета распахнулись с силой, впечатавшей их в стены, и две взлохмаченные фигуры вылетели из него, хватаясь друг за друга и пытаясь обогнать. Звонкий "вжих!" — и оба полетели на пол, вцепляясь еще крепче во врага. С грохотом и крепкими матами на змеином и французском клубок из тел полетел, закрутился, слепляясь еще лучше. Из кабинета повылазили несколько любопытных мордашек во главе с багровым Снейпом, лицезрея прекрасную картину "змеиный клубок в прямом его воплощении". Шипя, чертыхаясь и проклиная друг друга, они предпринимали тщетные попытки подняться, нещадно хватая друг друга за волосы и трещавшую одежду. — Хор-рек, р-раздери тебя дракон! — Пот-тер, с-сожри тебя саламандра! — Встань с моей ноги! — Убери свои руки! — Я сказал: не мешайся! Дай мне... — Отвали! Я сам справляюсь прекрасно... — Да дай мне тебе помочь, дебил! — Руки убери, сволочь! — Я уберу, если ты уберешь свой локоть отсюда! — А что, Потти, больно тебе, крошке? — Сейчас тебе будет больно! — С-скотина! Не трогай меня! — Так встань с меня! — Я сейчас так встану... — Вот и встань! — Да я... — Да ты, ты, ноги убери свои длиннющие! — А ты убери свои руки тяжеленные! — Да я не могу так извернуться! — Ты должен быть первым. — Это еще почему? — Да потому что, кто все это заварил? — Ты! — Ложь, провокации и п...правовое насилие! — Я ща покажу тебе насилие, ласточкой запоешь... — А ну-ка слезь с меня! Я все расскажу отцу! — Ничего ты не расскажешь, если я тебя задушу...Трупы, говорят, не разговаривают... — Да кто тебе такое сказал?! Я вернусь призраком и буду приходить к тебе в спальню каждую ночь! — А я буду каждую ночь ждать тебя с нетерпением, подготовленный! Со свечами, цепями, святой водой и всем прочим! — Как романтично, урод. — Сам ты урод, даже если весь такой красивый. Малфой, наконец, перестал брыкаться, зависнув со взглядом, полным просвещенного ужаса, воткнутым в потолок, и теперь Гарри, пыхтя и неустанно чертыхаясь, смог подняться и встать на камни твердыми ногами, откуда уже подал руку застывшему изваянием Хорьку. Наблюдающие за этой картиной ученики поминали Мерлина и Моргану, магглорожденные перекрестились, а некоторые девочки захихикали, срочно записывая все в блокнотики каким-то особым темно-коричневым пером. Состроив презренную морду в ответ на полную ненависти к самому себе и всем вокруг мину Поттера, Драко соизволил-таки подать руку и тяжело, хватаясь за локти, плечи, и наконец, спину Гарри, подняться. Где-то в толпе учеников Панси растянула красные губы в радостной ухмылке, подмигнула, скрывая веером темных ресниц осенний лес в прищуренных глазах, и одновременно с этим раздался оглушительный звонок, знаменуя рождение чего-то совершенно особого.