Ледяной принц

За три недели до последних событий. В комнату с прозрачными занавесками пробивались первые солнечные лучи, направлявшие раздражающий свет на лицо спящей девушки. Лиля поморщилась в полудрёме и через пару минут открыла глаза. До будильника оставалось ещё минут десять, но заснуть вновь было невозможно. Тихо сходив в ванну, чтобы не разбудить ещё спящих родителей, она вернулась в комнату, поставила маленькое переносное зеркало и черную потрепанную косметичку на стол перед окном и открыла форточку, впустив прохладу в свою комнату. Со дна косметички она достала электронную сигарету и сделала затяжку, рассматривая спутанные кудрявые рыжие локоны в зеркале. В голове звучали недавние слова матери, резавшие по живому: «Что ты лохмы свои распустила? Сделай уже пучок, не позорься. С твоим характером мерзким, у тебя никогда друзей не будет. Хватит запеканку трескать, растолстеешь и ни один нормальный молодой человек на тебя не посмотрит!» Дым медленно поднимался к потолку и растворялся в пространстве, со вкусом мяты во рту пришло и некое расслабление. В глазах отражались безразличие и надменность по отношению к самой себе. Лиля пролистала в телефоне несколько видеоклипов, посвященных её предмету воздыхания, но выражение лица оставалось неизменным. Победив в себе апатию, девушка натянула маску, состоящую из слоя тонального крема, ярких стрелок, розовой помады и неискренней улыбки. Подходя к школе, Лиля представляла, как вновь будет мило общаться со своими подругами, подавляя в себе желчь по отношению к каждой. Она вспоминала нелепую, полненькую Владу, будто поднимая себе самооценку: «Это же надо было себя так запустить. Ещё и одежда — полная безвкусица, и дурацкие декоративные очки. Хорошо, что я так не выгляжу». Затем Лиля перевела мысли в сторону Евы, к внешнему виду которой придраться было сложнее. Романовской девушка откровенно завидовала: родители, которые могут обеспечить её, приятная внешность и внимание со стороны мужского пола. «То у неё Макс, теперь этот Дима странный. Нашла бы уже себе кого-то нормального, вот ей делать нечего». Уже приблизившись к своим подругам, она услышала отрывок странной фразы Влады:  — …от внешней схожести твоего, как ты говорила? Димы? Так вот, его и, черт возьми, Лукашенко младшего! Лиля крайне удивилась услышанному, но виду не подала. Попытка разузнать, о чем речь, не увенчалась успехом, но Лиля уже и не ждала внятных объяснений. Она вспомнила, как совсем недавно Ева рисовала Лукашенко, затем вспомнила, что девушка была на хоккейном матче, где и познакомилась с загадочным Дмитрием. Но пазл сложился окончательно, когда Влада неумело соврала о том, что Дима — шатен среднего роста, хотя Ева давала ему совсем другие описательные характеристики во время рассказа об их знакомстве, а они подозрительно точно совпадали с внешностью Николая. «Не может быть, она и Коля?» — пронеслось в голове у Лили. Весь день девушка не находила себе места и пыталась придумать, как ей разыскать доказательства своей теории. Наконец, у неё родился план: она решила взять телефон Евы, чтобы поискать совместные фото. Она попросила подругу дать ей позвонить родителям, обосновав свою просьбу тем, что на её мобильном закончились деньги. Лиля уединилась в школьном туалете, сказав, что там меньше шума, чем в коридоре, где находились девушки, и, плотно закрыв дверь, начала поиск. Однако никаких фотографий обнаружено не было. Девушка была готова сдаться и вернуть Еве гаджет, как вдруг он выпал у неё из рук, чехол телефона слегка сполз. Попытавшись натянуть его обратно, Лиля заметила под чехлом фото, сделанное на фотоаппарат мгновенной печати. Тот самый снимок. «Черт возьми, это он!» — шепотом произнесла Лиля. Дверь туалета открылась. В испуге рыжая поспешила надеть чехол обратно. Зашла какая-то незнакомая ей девочка, Лиля выдохнула, но, решив не рисковать, поспешила выйти и поскорее отдать телефон его владелице. Сомнений больше не оставалось, её подруга встречается с Колей Лукашенко. Чёрная зависть и презрение переполняли Лилю: «Ей недостаточно того, что уже есть, нужно забрать всё лучшее. Она всегда всё отбирала у меня! Влада была моей лучшей подругой с первого класса, пока в шестом не пришла Ева и не перетянула одеяло на себя. Она увела у меня первого парня в пятнадцать. Думала, что я простила её, что забыла. Думала, подкупить меня своими откровениями, рассказами об искренних чувствах и тысячами извинений. Но я всё помню, — Лиля стиснула зубы, — теперь это? Я хотела находиться рядом с Колей, мне он первой понравился, а она эгоистично ворвалась в мой маленький мир и разрушила все надежды на счастье, отобрала даже возможность просто помечтать». Дома Лиля безжизненно свалилась на кровать, ей хотелось то ли плакать, то ли кричать, то ли всё сразу. Разум стягивала беспросветная мгла. Казалось, эта ситуация не была столь значимой, Лиля даже не была знакома с Николаем, чтобы так реагировать, но ей было больно и обидно, это была будто последняя капля, наполнившая чашу с ненавистью, которая теперь лилась через край. Она была обижена на своих подруг уже давно. Влада отдалилась от неё, уделяя Еве больше времени и доверяя все секреты, вот и теперь, Влада знает о происходящем, а от Лили всё скрыли. А Ева постоянно бессознательно забирала у девушки всё, что Лиле нравилось. Она чувствовала себя третьей лишней, совершенно ненужной даже своим подругам, которые бессердечно топтали её чувства. Черная тушь и стрелки растеклись по щекам, а в голове появилось всепоглощающее желание отомстить, чего бы Лиле это не стоило. Она понимала, что месть — это блюдо, которое подаётся холодным, и решила переварить всю информацию и подождать подходящего случая. И способ мести не заставил себя долго ждать, а через несколько дней сам пришел к Лиле в руки — журналистка Виктория, которая познакомилась под предлогом того, что проводит социальный опрос об отношениях среди подростков. Лиля, недолго думая, рассказала журналистке о том, что может помочь в создании громкой статьи, ведь её подруга встречается с Николаем Лукашенко. Виктория хоть и выставила себя перед Сергеем профессионалом и тонким психологом, на деле оказалась просто везунчиком, наткнувшимся на обиженную девочку, готовую сливать информацию. Таким образом Лиля убила бы двух зайцев: отомстила Еве и поссорила бы их с Владой, чтобы вернуть лучшую подругу. Она была девушкой неглупой и понимала, что все стрелки Романовская переведет на ту единственную (по её мнению), которая всё знает. А помимо всего можно было получить с этого денежное вознаграждение. В скором времени подруги сами рассказали ей информацию о поездке в Минск, которую Лиля благополучно отдала в руки Виктории. Когда план мести был воплощен, Лиля с довольным выражением лица читала статью и просматривала всё то, что писали в комментариях в адрес Евы. Однако сладкий вкус победы быстро сменился на тревогу. Лиля не понимала, откуда в ней это странное чувство, ведь она получила то, чего хотела, она отомстила, но чувствовала себя лучше она недолго. Девушка решила разузнать обстановку у Влады, прикинувшись дурочкой и написав, что увидела статью в интернете. Влада понимала, что скрывать уже нечего, и рассказала Лиле о событиях последнего дня. Она вылила весь спектр чувств, испытанных ей: боль, обида, страх. Владу обвинили в том, чего девушка не совершала, а ещё она боялась за свою дальнейшую судьбу: вдруг Николай или Ева захотят отомстить ей? А когда в руках есть власть, это не составит особого труда. Что делать, Влада не представляла. В то время, как Еву успокаивал и поддерживал её молодой человек, Влада осталась один на один со своими переживаниями. После этого разговора Лиля поняла, откуда появилась тревога, она совсем не подумала о том, как подставит свою подругу, чувство вины заполняло её. Лиле стало стыдно перед Владой даже за те осуждающие мысли о внешнем виде подруги, которые появлялись у неё вследствие обиды, не то, что уж за свой последний поступок. Но признаваться во всём она и не думала — если уж начала что-то, нужно идти до конца.

***

Холодное утро после ночной грозы запустило в ход новый день. После пробуждения Ева обнаружила, что всю ночь спала в одежде, кто-то заботливо укрыл её одеялом и оставил девушку отдыхать после тяжелого вечера. Голова раскалывалась, глаза были слегка опухшими, на секунду показалось, что Еве приснился дурной сон, но через минуту она полностью пришла в сознание и поняла, что все события произошли наяву. Романовская присела, положив спину и голову на подушку в вертикальном положении, и начала рассматривать окружающий её интерьер, до которого ещё вчера ей не было дела. Комната была выполнена в бордово-шоколадных оттенках, шторы скрывали свет из окна и всё это отдаленно напоминало логово вампира. Состояние и без того было подавленным, а потому Ева решила разрушить мрачную атмосферу, раздвинув резким движением шторы. В глаза ударил яркий свет, на секунду ослепивший девушку. Прямо в комнате находилась дверь в гостевую уборную. Войдя в неё, Ева ужаснулась, при виде своего измотанного выражения лица и припухших век в зеркале, однако холодная вода и легкий макияж помогли сгладить все побочные эффекты. Раздался стук в дверь и она распахнулась.  — Доброе утро, — показался на пороге Коля, он уже был одет в джинсы и футболку, Ева впервые видела его в таком неформальном виде, — не ожидал, что ты так рано встанешь.  — Сколько времени? Я не смотрела на часы, — Ева сидела на кровати.  — Полдевятого утра, — констатировал парень, — через тридцать минут будет готов завтрак.  — В какой-то я прострации, если честно, — проговорила девушка без эмоционально.  — Это нормально, — Коля сел рядом с ней, — есть у меня одно занятие, которое очень помогает отвлечься, выпустить пар и набраться энергии.  — И что же это? — наконец, Ева улыбнулась.  — Стрельба по мишеням. Ты была когда-нибудь в тире?  — Была, но давно, — начала вспоминать она, — лет в двенадцать последний раз стреляла. Из снайперской винтовки.  — Ну, ничего, — Коля обнял её за плечо, подбадривающе встряхивая, — я тебе подскажу, что к чему. Ева потянулась к тумбочке и взяла телефон.  — Может, не стоит сейчас? — спросил парень.  — А долго мне прятать голову в песок? С таким успехом, можно телефон выбросить — лучше-то не станет, — Ева разблокировала телефон, где над каждой иконкой соцсетей висели красные циферки, показывающие большое количество уведомлений. Первое, что решила сделать девушка — это отключить уведомления во всех соцсетях, чтобы они её не нервировали. Затем она везде ограничила доступ к своим страничкам, однако количество подписчиков и заявок в друзья оставалось довольно не маленькое.  — Что дальше? — спросила она у парня, — мне нужно что-то сказать им? Выложить видео или пост? Что делают в таких ситуациях?  — Я думаю, что не стоит заострять на этом внимание на данный момент. Лучше вообще на пару дней оставить соцсети, а мы со временем подумаем, как будет лучше. Я могу посоветоваться с имиджмейкером.  — Хорошо, — согласилась девушка, — по крайней мере, теперь я не боюсь брать в руки телефон и включать на нем звук. Хотябы звонок от мамы не пропущу, — подумав ещё минуту, Ева сказала, — может, мне с Лилей и Максом связаться? Они наверняка уже в курсе, переживают, наверное, друзья всё-таки… не то, что Влада.  — Позвони им, — произнес парень, не концентрируя внимания на последней фразе.