Ледяной принц

Номер находился в полумраке, солнце почти зашло за горизонт, а в самой комнате горел лишь тусклый желтый торшер, стоящий в углу. Было приоткрыто окно, с которого в комнату влетал прохладный ветер, раздувающий белый полупрозрачный тюль. На полу лежала мятая одежда, разбросанная в хаотичном порядке. Ева положила голову левой стороной на мягкую пуховую подушку, немного укрывая обнаженное тело белым покрывалом. На лицо упала прядь растрепанных каштановых волос, которую через секунду легким движением убрал Коля. Он осторожно водил пальцами по её плечу, рассматривая зелёные глаза девушки. Казалось, что они стали ещё ярче, чем прежде. Жар сходил, а по коже начали пробегать мурашки то ли от холодного ветра, снижающего температуру тела, то ли от прикосновений молодого человека.  — Я цябе кахаю*, — тихо, немного смущаясь, произнесла Ева.  — И я цябе, — Коля улыбнулся, — давно выучила белорусский?  — Посмотрела в интернете, ради интереса, — Ева сильнее прижалась к подушке. Так, позабыв обо всём на свете и растворяясь друг в друге, они пролежали ещё несколько минут.  — Уже поздно, — Коля присел, — мне нужно идти, а то у Виктора появятся лишние вопросы. К тому же твоя подруга вскоре вернётся, будет неловко.  — Понимаю, — Ева поднялась вслед за Колей и прильнула к его спине, обняв за плечи. Парень неспешно собрался, поцеловал девушку на прощание, оставив на губах сладкое послевкусие и скрылся за дверь. Внутри у Евы ещё пробегала легкая дрожь, она закружилась на месте, а затем рухнула на смятое постельное белье и закрыла голову руками. На лице вырисовывалась широкая улыбка, а глаза светились, как Сириус* и Альфа Центавра*. Через некоторое время с длительной прогулки вернулась Влада. Девушки ещё полночи разговаривали с абсолютным отсутствием желания засыпать. Ева не хотела, чтобы этот день заканчивался, но она и сама не заметила, как в какой-то момент провалилась в глубокий сон. На следующее утро после легкого завтрака подруги направились в исторический район Минска — Троицкое предместье. Коля был занят, а потому Ева проводила день с Владой. Небо переливалось голубыми оттенками, хотя откуда-то издали на город надвигалась грозовая туча. Гуляя по старинным улочкам между небольшими домиками с черепичными крышами, Ева испытывала абсолютное счастье. Ничто вокруг не тревожило её, были только солнечные лучи, сверкающие в реке Свислочь, приятные ароматы кофе и свежих булочек, доносящиеся из кафешек, и мысли о Николае, пляшущие вихрем в голове. Должно быть, ничто не могло испортить этот день. Ближе к вечеру, когда подруги вернулись в отель, грозовая туча добралась до города и за окном начал накрапывать мелкий дождь, а в отдалении послышался гром. Ева, чувствуя усталость в ногах, свалилась на кресло в углу и достала телефон, чтобы опубликовать пару фотографий на своих страничках. Пришло уведомление о новом сообщении в одной из соцсетей, затем в другой, затем их стало больше. В этот момент сердце начало биться сильнее, а глаза стали округляться. Писали ей абсолютно незнакомые люди, в основном «фейки» или девочки подросткового возраста. Они задавали вопросы про Колю, осыпали оскорблениями, угрозами и изредка спрашивали что-то личное. Появлялись новые отметки на фотографиях. Ева не успела разобраться во всём, как ей позвонил парень, от чего девушка вздрогнула и вскочила с кресла.  — У нас проблемы, — серьёзно и резко сказал Коля, не поздоровавшись.  — Я не понимаю. Мне приходят сообщения во всех соцсетях, что происходит?  — Набери в поисковике: «Девушка Коли Лукашенко» — и всё поймешь. Какая-то желтая газетенка подловила нас и сделала вчера в отеле фотографию. Интернет уже утопает в этой новости. Скоро она разнесется по всей сети. Ева потеряла дар речи, её сердце стянули страх и паника, она до сих пор не могла осознать происходящее и резко свалилась на кровать рядом с Владой.  — Что случилось? — поинтересовалась подруга, оторвавшись от своего гаджета, на что Ева лишь пожала плечами и покачала головой.  — Это Влада на заднем плане? — спросил Коля, но тут же продолжил, не дожидаясь ответа, — ей большой и пламенный привет от меня лично. Прочитай статью, — холодно проговорил он, — я скоро приеду к тебе, это нужно обсуждать вживую. Звонок был прерван. Ева всё еще находилась в состоянии немого шока, а телефон продолжал разрываться от уведомлений.  — На тебе лица нет, — взволновалась подруга, — что у тебя с телефоном? Что сказал Коля?  — Нас сфотографировали… я не понимаю, как, — девушка тяжело дышала, будто ей не хватало воздуха, а перед глазами бегали маленькие звёздочки, — всё раскрылось и мне пишут его фанатки… Влада, понимаешь? Всё раскрылось! — с каждым словом она говорила всё быстрее и экспрессивнее и уже готова была впасть в состояние истерики из-за внутренней паники.  — Как это произошло? Я ничего не понимаю, — тихо начала говорить Влада и придвинулась к подруге. Ева ничего не ответила, а лишь трясущимися руками начала искать статью, о которой ей сказал парень. Когда она начала читать написанное, у неё задрожали даже губы. Влада присоединилась к прочтению: «Девушка Коли Лукашенко: Белорусская золушка» — бросился в глаза яркий заголовок. Ева перешла к чтению основного текста: «…или не такая уж и белорусская? На фотографиях с Николаем вы можете наблюдать завидного жениха Минска, сына президента Беларуси, Николая Лукашенко с неизвестной загадочной леди. Вы не ошиблись: она и является его девушкой! Наша редакция провела расследование, в ходе которого мы узнали, что роман между молодыми людьми длится ещё с августа, — откровенно врала газета, — её имя Ева Владимировна Романовская. Ей семнадцать лет и проживает она в Москве, однако активно посещает Минск, — продолжала приукрашивать журналистка, — где и были сделаны эти фото». Пропустив глазами ещё несколько строк Ева нашла следующую фразу: «Наши источники информации достоверны: во время расследования нас консультировала близкая подруга самой Евы, которая предпочла остаться анонимной».  — Не может быть, — тихо сказала Романовская, погасив экран.  — В чем дело? — спросила Влада, не успев дочитать статью.  — Ты? — Еве в голову вдруг ударили слова Коли о «пламенном привете» для её подруги, — это ты всё растрепала журналистке, — говорила на выдохе она.  — О чем речь? — в недоумении спрашивала Влада.  — Как ты могла? Господи! — Ева повысила тон, — ты же подруга моя, — брови поползли вверх, выражение лица сделалось таким, будто Ева увидела что-то мерзкое.  — Я не понимаю… — начала оправдываться подруга, но была перебита.  — Что ты не понимаешь?! Ты же этой, как там её? — вспоминала Ева имя журналистки, написанное в статье, — Виктории! Ты содействовала ей! Она всё написала. Или я по-твоему совсем глупая? — гневно кричала Романовская, вскочив и расхаживая по комнате, — ну? Сколько?  — Что «сколько»? Ты можешь объяснить хоть что-нибудь?  — Сколько тебе за это заплатили? Продала меня за тридцать серебренников! Какая же ты стерва! Ты, только ты знала о наших отношениях, больше никто не мог знать.  — Ева, ты вообще в себе? Если в газете написана всякая ерунда, это не значит, что нужно во всём обвинять меня!  — А кто им рассказал про Минск? Как они нашли нас и отель? Как всё узнали? — Влада открыла рот, но так и ничего не сказала, когда Ева отмахнулась, — можешь не отвечать, мне всё ясно. Видеть тебя не хочу! — по щеке девушки покатилась слеза. В этот момент раздался стук в дверь, Ева открыла и на пороге показался Коля, а за его спиной ещё двое статных мужчин, одним из которых был Виктор. Ева бросилась к юноше и начала плакать ему в плечо, говоря что-то невнятное. Он гладил её по спине, злобно смотря в глаза растерянной Влады, сидевшей на кровати.  — Тише, тише, — шепотом произнес парень, сдерживая негативные эмоции, — тебе нужно собраться. Остаток дней ты сможешь провести у нас в одной из гостевых спален, отец дал добро. Тебе нельзя сейчас оставаться здесь, рядом с этой… особой. Да, и отель после тех фото уже обсуждается в интернете, тебе не дадут покоя особо «умные» товарищи. Ева ещё минуту пыталась себя успокоить и, быстро спихнув все вещи в чемодан, вышла из номера вслед за юношей. Влада так и осталась сидеть на кровати, смотря в одну точку. Она испытала в этот вечер много эмоций, но последнее, что отразилось на её лице — страх, появившийся при виде взгляда Николая и двух суровых мужчин за его спиной. Ночь окутала город, дождь лил, как из ведра, а на небе сверкали молнии, озаряя тучи сине-фиолетовыми оттенками. Ева сидела в гостевой комнате в объятиях своего парня, который слушал плачущую девушку. Он уже не пытался её успокоить, бросать небрежные фразы из серии: «Всё будет хорошо». Коля понимал, что лучшее, что он может сейчас сделать — это выслушать Еву.  — Она была моей лучшей подругой. Как она могла? — в сотый раз повторяла Ева, держа дрожащими руками стакан воды, — она же знала, чем это всё обернётся. Все эти СМИ, сумасшедшие фанатки в соцсетях. Это хорошо ещё, что Александр Григорьевич узнал об этом раньше прессы. Предательница! А в соцсети я теперь вообще боюсь заходить, что там пишут обо мне? — Ева сделала паузу и вдруг её будто осенило, — мама, — выпалила она, — моя мама ничего не знает. Она думает, что моего парня зовут Дима… и что вообще всё не так… чёрт! Ей нужно рассказать, лучше она узнает от меня. Коля согласился с девушкой и та набрала номер своей мамы. Она пыталась говорить спокойно, но язык сам заплетался, а слёзы бесконтрольно лились из глаз. Сначала женщина ничего не могла понять, даже спросила, не шутка ли это, но слыша встревоженный и заплаканный голос дочери, поняла, что та говорит серьёзно. Мама находилась в смятении. Убедившись, что Ева в безопасности, она немного успокоилась и попыталась оказать поддержку, что у неё даже немного получилось. Разговор затянулся не меньше, чем на час, но в целом завершен был успешно, ведь сейчас было совсем не время для разборок. Ева выключила мобильный, чтобы не видеть ужасающих её уведомлений и больше уже не плакала, но внутри всё ещё бушевал мандраж, глаза были красные, а щёки мокрые. Она прилегла на кровать вместе с Колей, вновь обнявшим её за плечо. Он крепко прижимал к себе скукожившуюся девушку, водя большим пальцем по руке. Ева начинала чувствовать спокойствие, эмоции потихоньку отпускали. Она была рядом с любимым человеком, готовым защитить и поддержать её — и это главное. Ей не хотелось думать о том, что предстоит испытать, ведь моральных сил на это уже не было. Так Ева и уснула в крепких, теплых руках Коли.

***

В шумном ресторане звенела посуда и женский смех. Вокруг были дым, суета и запах дорогого алкоголя. За одним из столов сидела довольная пара: фотограф и журналистка.  — За нас и за чудесно проделанную работу, — подняла Виктория бокал красного вина.  — Однако, — Сергей взялся за свой и они звонко чокнулись, — ты уже перевела деньги той девчонке?  — Какой? — Виктория начала разрезать стейк.  — Ну, которая «источник информации», имя забываю всё время, — мужчина стукнул себя по лбу, — ну, рыжая!  — Ах, ты об этом, — протянула журналистка, — всё под контролем, Лиля обиженной не осталась, — улыбнулась она, но тут же сморщилась, сделав второй глоток из своего бокала, — послевкусие у этого вина ужасное. ———————————————————— *Я цябе кахаю — я тебя люблю (бел.) *Сириус и Альфа Центавра — одни из самых ярких звезд (если наблюдать с земли) в южном полушарии.