Забудь

      Столик стоял на улице рядом со входом в бар. Дорога была однополосная, и шума от машин было не так много. Том взял себе светлое пиво и принялся ждать друга. Запрокинул голову и вздохнул. Опять тучи. За прошедший неполный месяц он уже три раза попадал под дождь. Дома дождь не был редкостью, но в Гамбурге лило каждую неделю и не по разу. Он уже скопил себе несколько зонтиков в комнате, поскольку постоянно забывал брать с собой или оставлял в раздевалке в универе. И конечно же сегодня он опять его забыл взять. Нужно просто найти в рюкзаке для него место и носить всегда, а не в случае прогноза осадков, в очередной раз решил для себя Том.       Эта был первый раз, когда они с Ноа встречаются в Гамбурге. Было приятно с ним встретиться, представить, что они снова дома. Ноа был в городе уже две недели, но встретиться получилось только сейчас.       В университете все были дружелюбны с ним, Тому на это нет смысла жаловаться, но ростки тоски по дому проклёвывались. Слишком много нового за раз. Том стал замечать за собой странное. Он видел в прохожих знакомые лица из родного города. Конечно это были незнакомые люди, но они были так похожи, что Тому становилось неуютно. Казалось, он видит лица учителей, соседей, одноклассников.       И вот сейчас, пока он ждал друга, в парне за соседним столиком видел черты Бена. Тот же цвет волос и стрижка. Такая же форма лица. Том тряхнул головой и осмотрелся. В дали улицы показалась макушка Ноа. Батарейка его тоже заметил и помахал рукой.       Температура была уже прохладной, и сидеть приходилось в ветровке. Холодная запотевшая кружка холодила и без того замёрзшие пальцы.       — Привет! — Ноа плюхнулся напротив, скинув рюкзак на соседний стул. — Рад тебя видеть, дружище!       Ноа улыбнулся. Ему тоже было приятно разбавить всё новое встречей со знакомым лицом. Том отметил про себя, что батарейке переезд дался сложнее. Выглядел друг измотанным.       — Привет! Давно не высыпался? — спросил Том, привставая и подавая кисть для рукопожатия.       — А? Ты о чём? Я нормально, — дёрнул плечами и сел, — ты сам как?       В это время подошла официантка и положила второе меню, заставив батарейку вздрогнуть.       Друзья обменялись ничего не значащими фразами. В Томе бушевал энтузиазм рассказать свои впечатления про университет и людей. Он за три недели столько узнал про разные страны, сколько не насобирать за всю его школьную жизнь. Больше всего его удивляли истории Чжу. Сама она спокойно воспринимала европейскую культуру, часто ездила с родителями сюда, но все её родственники были кадрами консервативными.       Однако поведение батарейки быстро охладило весь его энтузиазм. О чём можно было говорить, непонятно. Том попробовал кинуть пару фраз про университет, чтобы прощупать почву, и сам задал вопросы как Ноа обустроился. Батарейка неохотно начал отвечать. Он несколько раз повторял, что у него всё нормально, всё под контролем. Рассказал, что решил финансовый вопрос и снял отличную студию.       Официантка подошла сзади, принесла порцию для Ноа. Когда она оказалась в поле зрения парня, он подорвался со стула, чуть не уронив его.       — Да что с тобой? — не выдержал Том, когда друг снова сел и начал вертеть головой. — Ты как будто под наркотой!       Ноа нервно засмеялся.       — Не говори ерунды! Просто мне кажется, я того мужика где-то уже видел, — кивнул за спину друга.       Том посмотрел за плечо, вздохнул.       Блядь.       В соседнем кафе в паре метров от них так же были расставлены столики, и там сидел Итан. Марселя не было видно. Итан сидел лицом к ним и периодически поглядывал на них. Стоило бы перевести разговор в другое русло. Ноа знал про бойфренда Тома, но про слежку не догадывался.       — Не знаю, о чём ты, первый раз его вижу, — пожал плечами Том и отхлебнул из кружки. Ноа продолжал смотреть за его спину. — Расскажи лучше, как учёба, успеваешь?       Ноа переключился неохотно, но со временем стал более живо рассказывать про планы. Его устраивала система, и он уже планировал после выпуска пару лет поработать, накопить и затем поступать на непосредственно юридическую профессию, чтобы не сидеть всю жизнь в помощниках.       — Половина курса только об этом и говорят, не уверен, что все из них в итоге пойдут дальше. Три года отучиться, а затем ещё университет не меньше, это шесть или семь лет на минимальной зарплате. Хорошо, что у меня есть идея, как улучшить ситуацию, но я тебе позже про неё расскажу.       Разговор прервала вибрация в кармане. Том с начала учёбы поставил беззвучный и часто не слышал вызовы. Впрочем, звонили ему редко. Чаще это был Арнольд, который бесился после каждого пропущенного, иногда звонила сестра.       В этот раз пришло сообщение от Итана. «Мне стоит напомнить тебе, что если не выедем прямо сейчас, то опоздаем. Не советую тебе его злить.»       Отношения с Арнольдом налаживались, если это можно так назвать. Том переоценил свои силы и набрал предметов. Ему казалось, что мало берёт, и семестр будет слишком лёгким, поэтому взял ещё две дисциплины. Первая неделя была ознакомительной, но вот месяц подходит к концу, и сложность лабораторных работ увеличивается. Времени остаётся меньше, соответственно встречи с бойфрендом превращаются в редкие. А сейчас ещё время приходилось делить между Ноа и Арне, это последнего злило ещё больше.       Если бы не постоянное недовольство Арнольда, Тому даже стало нравиться быть в отношениях с ним. Тумблер неправильности подобной связи переключился на «а почему бы и нет», и стало легче. Единственное, что напрягало сейчас — ревность.       Арнольд ревновал его к учёбе, ревновал к друзьям из общаги, к Ноа. Если с первым дело обстояло более или менее примирительно, со вторым и третьим было напряжённо. Арнольд не понимал, почему Том отказывается переезжать к нему, так у них было бы больше времени.       Свернув разговор с другом с обещанием встретиться на следующих выходных, Том направился на автобусную остановку. Итан остался допивать свой чай, ругая про себя несносного мальчишку за упрямство.       Арнольд просил его эти выходные остаться, и Том готовил аргументы, почему он оставаться не собирается. Арнольд ему говорил, что Том спокойно может работать над лабораторными у него в квартире, и он даже попытался один раз. Но закончилось это кроватью и отсутствием работы к следующей паре.       — Арнольд, ты же сам мне не даёшь заниматься! — возмущался Том, уворачиваясь от очередных объятий.       — А в общежитии у вас тишина и пуританство, — явный отсыл к первому дню.       — Это было три недели назад! — продолжал Том, отбиваясь от проскользнувших под футболку рук. — Ты можешь перестать трогать меня, пока мы говорим!       Арнольд поднял ладони кверху и отстранился. Том слез с дивана и уселся на пуфик рядом с панорамным окном. На улице уже темнело, но до сих пор можно было различить движение лопастей ветряных мельниц над Эльбой.       — Это моя жизнь, хорошо? И я хочу жить в общаге, учиться и дружить с ребятами.       — Ничего не имею против твоей учёбы.       Том покачал головой. Бесполезно об этом говорить. Если дать волю Арнольду, он был бы рад, если бы Том не контактировал ни с кем кроме него. Оставалось перейти на дистанционное обучение. К счастью, его университет такую возможность не давал.       Позади спины зашуршало, и парой секунд позже руки снова обвили торс. Раздражение накатило на Тома новой волной. Иногда с Арнольдом было невозможно разговаривать. Если для себя что-то решил, то не считал нужным реагировать на трепыхание партнёра.       — Арне, пожалуйста, не сейчас, мне скоро нужно идти. Я пришёл ненадолго, лишь потому, что ты не дал мне шанса отказаться, — Том перестал пытаться выбраться из железного захвата. Вместо того, чтобы отстраниться, Арнольд продолжил напор. Прижался к шее Тома, обдавая горячим дыханием, а рукой пробрался к ширинке джинс.       — Убери руки!       Тома начало бить беспокойство, потому что Арнольд не сдавался даже тогда, когда Том начал с силой отталкивать его. Мужчина вытащил ремень из джинс и обернул его вокруг обоих запястий, оставляя там следы.       — Отпусти!       Борьба продолжалась недолго. Безуспешно пытаясь вырваться, Том расслабился, позволяя Арнольду перевернуть его и стащить штаны. «Сукин сын.» Тома била злоба, если Арнольд решил разнообразить секс, то Тому было совершенно не смешно.       Злость заменилась страхом, когда Том услышал специфический щелчок, который издаёт перочинный ножик раскрываясь. Позади мужчина сидел на его бёдрах и левой рукой прижимал к полу за шею.       — Арнольд? — беспокойно спросил Том. Он представлял, какая картина могла открыться бойфренду. Белая тонкая полоса шрама вдоль хребта. Арне никогда не спрашивал его про это, но сейчас, казалось, рассматривал.       Мужчина тяжело дышал, не двигаясь и не выпуская Тома, который тоже боялся пошевелиться. Лежать было неудобно, артерию передавливало, и в голове начинало шуметь.       Послышался стук упавшего металла, Том не увидел, но почувствовал вибрацию через паркет щекой. Затем последовали поцелуи в месте задранной футболки. Беспокойство не давало ему снова начать дёргаться. Он расслабился, когда понял, что Арнольд ничего с ним не сделает. Может действительно просто заигрался.

***

      Вернувшись в общагу за полночь, Том не мог уснуть. Пролежав почти час, решил, что нужно занять себя чем-то. Вылез из-под одеяла и облачился в домашние штаны.       На кухне никого не было, и Том прикрыл дверь, чтобы никого не разбудить. Достал из холодильника маленькую колу и приготовил себе пару меттбрётхенов. Вытащил луковицу, резать было лень. Подумал, что и без лука неплохо, убрал обратно.       Устроившись с ногами за столом погрузился в учебник. Тело обдавало прохладой, но это даже хорошо, будет отвлекать от неправильных мыслей.       В скором времени предстоял первый коллоквиум, и раз уж сон не шёл, можно было потратить время на повторение. Вместо формул перед глазами вставала недавняя картина, где его прижимал Арнольд. Тряхнув головой, Том снова попытался сосредоточиться на материале.       — Не спится? — раздалось над ухом, заставив Тома вздрогнуть.       — Тебя не учили не подкрадываться, Рикардо? — недовольно пробурчал парень. Он не ожидал, что кто-то выйдет так поздно, и сейчас было неловко сидеть без футболки.       — Прости, не удержался, — засмеялся португалец, усаживаясь рядом и непринуждённо обнимая за плечи. Том вздохнул. В мире Рикардо не существовало личной дистанции. Грубить не хотелось, у каждого свои нормы приличия, а им жить под одной крышей несколько лет. Может, Арне был не настолько не прав, когда выказывал своё недовольство по поводу соседей Тома?       — Угощайся, — Том махнул на второй меттбрётхен.       — Я видел, тебя привезли на крутой тачке, ты у нас большая шишка? — проговорил ровным тоном Рикардо, отправляя в рот хлеб.       Том посмотрел на Рикардо, делать это было неуютно, поскольку тот сидел слишком близко, но Том не отстранился. Он решал, стоит ли ему рассказывать о наличии отношений или оставить как есть. Рикардо не выглядел как человек, который негативно относится к однополым отношениям. Учитывая, какая компания у них на этаже подобралась, можно ручаться за максимальную толерантность к чему угодно.       — Ну, допустим не я, а мой бойфренд, — ответил Том, всматриваясь в лицо напротив и готовый дать отпор, если увидит намёк на отвращение.       — О, так ты по мальчикам? — удивлённо воскликнул португалец.       — Нет, только по одному конкретному, — Том подумал было добавить, что это просто эксперимент, но прикусил язык. Мало ли как воспримет это Рикардо.       — Ясно, а с руками что? — кивнул он, заставив Тома резко опустить кисти под стол.       — Это… а это не твоё дело, — резко ответил, но попытался смягчить, — случайно вышло. — Щёки предательски заалели.       Португалец понял намёк и не стал лезть под кожу. Перелистывание страниц нарушали тишину. Дожевав свою порцию, Рикардо оставил Тома один на один со своими мыслями. Материал в голову не лез.