Забудь

      В наушниках бахала громкая музыка и звучал гомон голосов. Прошло уже двадцать минут, как Том вслушивался в изменение звуков. Они договорились включить громкую связь в телефоне, чтобы Том мог быстро среагировать, если что-то пойдёт не так. На самом деле, плана Б не было, и Том старательно отгонял мысли, что же с ними будет.       Ноа убрал телефон в нагрудный карман и расстегнул куртку. Звук был приглушённый, но голоса рядом с Ноа можно было разобрать. Минусом такого подхода была невозможность сказать что-нибудь другу, работало только в одну сторону.       Действуя по плану, Ноа отсчитал некоторое время после включения сети и стал ждать. Мгновенно никто не появился, но вот звонок от заинтересованных лиц поступил. Пока звонок был на удержании, Том извёлся. Он прятался недалеко от выпивающей снаружи группы таким образом, чтобы можно было следить за входом в клуб.       Тома глодал страх по поводу наличия за спиной рюкзака. Он ощущался как бомба, казалось, что вот-вот затикает таймер. Том затаил дыхание и обратился в слух. Он не смог разобрать, были ли среди снующих туда-сюда людей подозрительные, поэтому приходилось ориентироваться на разговоры.       Из наушников раздался громкий стон Ноа, а затем громкие шуршащие звуки. Несколько секунд спустя звук музыки стал вполовину тише, а голоса отчётливее. Ноа рвано дышал.       — Доказательства! У меня доказательства! — голос Ноа вибрировал от страха и боли. Нужно было говорить коротко, но так, чтобы зацепило. Том не верил, что они посмеют серьёзно навредить или избавиться от человека посреди толпы, но исключать такой вариант было нельзя.       Ему что-то ответили, но чужой голос было почти не разобрать. Том выцепил пару слов, которые заставили кожу покрыться гусиной кожей: «покойник» и «второй». Второй относилось к нему. Глупо было рассчитывать, что они не поняли, сколько их было в тупике. Но Том надеялся, что лицо они не разобрали.       — Телефонные биллинги, переписка, адреса. Если не продлю аренду, через сутки попадёт в полицию, — начал выкладывать друг. Его перебил бубнёж, заставивший Ноа выкрикнуть: — Да вы, блядь, меня пристрелить хотели! Нет его больше, в унитазе!       Последнее относилось к товару, догадался Том.       Треск доски сменился кашлем друга. Том испугался, что ничего не сработало, и надо делать ноги, и он даже отделился от толпы, но следующие слова заставили остановиться.       — Гарантии? — истерический смешок. — Не более чем ваши! Вы меня не трогаете, а я продлеваю регулярно ренту.       Снова зашуршало в микрофоне и послышались приглушённые стоны Ноа.       — У тебя неделя, щенок! Твоя ячейка не поможет! Не забудь проверять её почаще, может и нет уже ничего, хе-хе!       Когда новых реплик Том не дождался, решил, что пора сматывать удочки. Наверняка за другом будет вестись слежка, поэтому нужно будет встретиться аккуратно, убедившись, что они одни.       Том поехал в общагу, которую он уже называет домом. Можно выдохнуть. Сложно было осознавать опасность, но то, что у них получилось, радовало. Рука давала о себе знать, и Том старался ей не шевелить. Перед входом в дом он зашёл в аптеку и купил эластичных бинтов и мазь, которую посоветовал фармацевт.       Том расслабился, и это было ошибкой. Его припечатали спиной к стене, выбивая воздух из лёгких. Том поморщился. Паника готова была сжать парня в тиски, но под звуком знакомого голоса отступила.       — О чём ты думал, идиот! — гневно зашипел Итан в ухо, ещё раз встряхнув студента.       Чёрт! Он совсем забыл о своём конвое, пока разбирался с Ноа. С другой стороны, вряд ли ему бы удалось избежать этой встречи. Том прикидывал оправдания.       — Хей, со мной всё в порядке, не кипятись, — примирительно начал Том. Хватка Итона расшевелила рану, и Том был уверен, что почувствовал стекающую по руке влагу. — Ты ведь меня не сдашь своему начальнику?       — Идиот! Предупреждать надо было! Марсель в курсе.       — Блядь, — Том запрокинул голову и с глухим стуком ударился затылком о стену, — придумай что-нибудь. Я в конце концов не пленник! Вы ведь не рассказали ему?       — Пока нет, ты сам расскажешь ему. Если откажешься, Марсель сделает это. Ты меня сильно подвёл, понимаешь это? На вторую такую вылазку ближайшее время не рассчитывай.       Том не стал вырываться, понадеявшись быстрее отвязаться. Ещё рука болит, чёрт. Придётся рассказать Арнольду о прогулке. Том внутренне застонал. Он так устал за сегодня, что мысли еле ворочаются в голове и совершенно не хотят напрягаться и придумывать что-то ещё. Хочется лечь и погрузиться в сон часов на десять.       Неплохо было бы отодвинуть встречу с Арне на сутки. Он подумает завтра, не потащат же его в полночь, в самом деле. Том убеждал себя, что всё будет в порядке, но страх на задворках сознания скрёбся. Иногда Арнольд вёл себя так, будто ему сложно было себя контролировать, и это напрягало. Лучше не провоцировать его лишний раз. Том был уверен, что Арне будет допытываться, где он был, и нужно придумать что-то невинное. В голове же вырывались претензии, которые Арне не сочтет за стоящие внимания. Он не пленник! Он имеет право ходить туда, куда хочет. Он не обязан отчитываться. А если он захочет подарок сделать своему бойфренду, какой будет в этом смысл? Тот же узнает, в каком магазине он был и что купил. Чёртов тиран.       Пока он внутренне ругал Арнольда, в голову пришла неплохая идея. Нужно её подшлифовать, и получится хорошая легенда.       — Ладно, — Итан с прищуром посмотрел на припечатанного парня, и тот повторил громче: — Ладно! Я расскажу. Сам. До завтра это потерпеть может?       Слава богам в округе никого не было, и Тому не нужно будет объяснять, что происходит, но тянуть всё равно было нельзя. Затишье скорее всего недолгое, и возвращающиеся в общагу студенты смогут лицезреть интересную картину. Том морщился и мысленно торопил Итана принять решение. Ведь нет же никаких причин докладывать прямо сейчас. Уже довольно поздно, и Арнольд сейчас возможно спит. Ещё одна причина — это оттягивающий плечо рюкзак. Нужно поскорее его засунуть под кровать или в шкаф. Ещё и голодный Отто извёлся один.       — Нет, мы не можем ждать. Если это отложим до завтрашнего вечера, то будет хуже. Едем сейчас.       Ох бля-а. Сейчас никак нельзя. Том не готов. Выглядит он не лучшим образом, а если придётся раздеваться, то так просто уже будет не отделаться. Весь рукав в крови. Рюкзак. Чёрт. Так, спокойно. Никто не отменял дипломатию.       — Хорошо, сейчас. Только можно мне переодеться и... — начал он, но был прерван.       — Нет.       — Итан, пожалуйста, мне надо!       — Нет.       Том выдохнул. Какого чёрта Итан так прилип. Он ведь сомневался по поводу немедленной поездки. Нет никаких причин его тащить прямо сейчас, только если Арнольда уже не проинформировали.       — Итан. Я просто покормлю Отто и возьму учебники на завтра, — придумал новый повод. Вряд ли уже сегодня он сможет вернуться обратно, сейчас уже время близится к полночи. — Ты что, думаешь я опять убегу?       По молчанию Итана было ясно, именно так он и думает. Тогда Том выдал последний аргумент — сказал, что согласен подняться в комнату вместе. Получив согласие, Том выдохнул с облегчением. Резко одёрнув полы ветровки, как будто это она была виновата, они прошли в подъезд.       В комнату он собирался проскользнуть один, но нога телохранителя оказалась быстрее. Дёрнув плечом, Том отпустил дверь. Чёрт с ним! Парень открыл шкаф и засунул туда рюкзак, который обжигал руки. Взял старый — серый. У него заедал замок, но Том поблагодорил всевышнего, что додумался приберечь его на всякий случай, а не выбрасывать.       Игнорируя красноречивый взгляд телохранителя, Том сгрёб канцелярию обратно в рюкзак и коротко пояснил, «Искал ластик!», хоть его и не спрашивали. Иногда он не мог удержать свои оправдания за зубами, это было выше его сил, но он работал над этим.       Том насыпал корма Отто и ушёл в ванную переодеться. Итан в упор смотрел на него, но Том старательно игнорировал взгляд. Да, он делал дела не снимая куртки. Он торопился! А то, что под ней окровавленная одежда, знать необязательно. Рука ныла и замедляла скорость. Оставалось радоваться, что с ним поднялся Итан, а не Марсель. Этому верить тоже нельзя было, но по крайней мере вероятность была выше, что не станет докладывать о каждом телодвижении.       Ванная его встретила приоткрытыми дверями и влажностью. По всей видимости, недавно там кто-то был, и влага ещё не испарилась. Том старался приглушить свои стоны, пока аккуратно стягивал грязный верх. К сожалению, поменять повязку сейчас не получится и придётся ходить в пропитанной. Он просто намотал сверху ещё один слой. Может быть стоит завтра под предлогом университета сразу пойти домой? Да, пожалуй, так и стоит сделать.       Завернув в комок одежду, чтобы не было видно пятен, Том вернулся в комнату.       — Я готов, пошли.       Ехали в молчании. Том всматривался через окно на проносящиеся здания. Ему нравилась архитектура Гамбурга. Много тёмного кирпича — это выглядело благородно, взамен светлого, который выглядел дёшево.       В этот раз на общественном транспорте доехать не дали. Итан не отпускал плечо (к радости Тома здоровое) ни на секунду, пока шли к машине и до квартиры Арнольда.       Дверь за спиной захлопнулась.       По всей квартире был выключен свет, и только из-под двери кабинета рассеивалось немного фотонов. Арнольда наверняка предупредили. Идти самому не хотелось, и Том решил подождать его в зале. Может быть он про него забудет?       Стянув ветровку и обувь, парень на носочках прошёл в гостиную и уселся на пуфик рядом с окном. Темнота в квартире позволяла любоваться Эльбой. Металлические конструкции, торчащие из воды, были освещены неярким светом, который падал на волнующуюся чёрную поверхность.       Свет включился, заставив Тома зажмуриться. Он прогонял в голове заготовленное оправдание и не услышал, как вошёл его бойфренд. Том прокашлялся и начал первым.       — Я могу всё объяснить.       — Что объяснить? — в голосе было неподдельное удивление. И как же тогда телохранители объяснили доставку «ценного груза» за полночь?       Арнольд был в пижамных штанах и футболке. По всей видимости, его выдернули из кровати, но он не выглядел злым.       — Так что там у тебя?       — Ну, э-э, я имею право на личное пространство! — Том сразу перешёл в нападение. Он встал с пуфика, чтобы быть на одном уровне. Куда деть руки не придумал и втиснул их в узкие карманы джинс. — Иногда мне нужно делать вещи без твоих соглятаев, то есть соглядатаев, — от появившегося напряжения язык стал плохо слушаться, а голос слегка охрип, из-за сжавшегося горла, — ты понял!       — Какие, например? — насмешливо ответил Арне. — У тебя есть, что скрывать?       — У всех есть что скрывать! — теперь Тому нужно было немного потянуть время, чтобы показать — ему действительно неприятно об этом говорить. Он хоть и нервничал, но о плане помнил.       — Ты должен доверять мне всё, Том. Нет ничего, что я бы не хотел услышать. А теперь скажи, что ты сделал?       — Я сбежал на несколько часов от твоих людей, — тихо промямлил Том, избегая встретиться взглядом. Какого чёрта! Ему не должно быть стыдно! Он убеждал себя всю дорогу, приводил доводы. И вот он стоит сейчас перед Арнольдом и как последний трус сжимается.       — И что же заставило тебя пренебречь своей безопасностью?       — Никто из моих знакомых не ходит с охраной, и ничего — живы! — не осознавая, Том вытащил руки и начал жестикулировать. Мозг решил, что слов недостаточно и нужно возмущаться ещё и жестикуляцией. Это сложно контролировать, и когда Том понял, что сделал, то засунул руки обратно.       — Ты не все. Ты больше не будешь убегать от них, а если попробуешь, — из голоса Арне исчезла насмешка, но растягивать губы не перестал, — мне придётся тебя наказать. А теперь ты мне расскажешь, что это за секретное место, куда ты сбежал.       «Да что он несёт! Какое, к чёрту, наказание?!» — с возмущением подумал Том, сводя брови вместе. Пока он собирался с мыслями, на него начал наступать Арнольд.       — Ладно! Я скажу, — примирительно поднял руки парень и, добавив в голос виноватые нотки, продолжил, — мне нужно было к врачу, окей?       — К какому врачу?       — Ну, после того, что мы начали делать, э-э, у меня начались кое-какие проблемы. Ну, знаешь, — Том вздохнул, постарался придать себе побольше смущения, жаль нельзя было по команде заставить щёки краснеть или что-нибудь подобное сделать, — проблемы там. Я был у, э-э... — ещё один тяжёлый вздох, — не заставляй меня это произносить.       — И тебе потребовалось идти к врачу вечером и прийти домой заполночь? — скептически поднял одну бровь Арне. Он подошёл совсем близко, но не прикасался пока.       — Потом я гулял.       Арнольд потянулся к карману Тома, но тот увернулся. Тогда мужчина схватил того за руку и посмотрел на выключенные часы. Том выдернул её и выдал «разрядились!». Он попытался отойти подальше, но запнулся о пуфик и неловко упал. Арне не дал ему встать и попытался сесть на парня верхом. Том пытался отбиться и отползти, но после короткой борьбы сдался. Арнольд же даже не вспотел.       — Отпусти меня!       Фраза была проигнорирована, и Арнольд вытащил телефон из заднего кармана Тома. Поняв, что сейчас будут там копаться, Том снова начал вырываться и кричать, что Арне не имеет права. Внутри не было ничего криминального, но вряд ли Арнольду понравится, когда он увидит голую женщину на заставке.       Из горла раздался стон и закончился скрипом, когда Арне оторвал голову парня за волосы и натянул шею назад. Разблокировав телефон через фейс айди, он ослабил хватку. На месте стянутых волос разлился жар от прилившейся крови. И как вообще разблокировка сработала? — отстранённо удивился Том. Обычно и в нормальном состоянии не с первого раза получается, а сейчас его лицо было перекошено.       После борьбы на Тома накатила апатия. Арнольд продолжал сидеть верхом на пояснице Тома и копался в телефоне, комментируя вслух каждый посещённый недавно сайт. Заставка не избежала язвительной фразы.       — Хм, последний звонок от твоего друга. О чём вы говорили с ним почти целый час?       — Он мой друг, окей? Сколько надо, столько и буду говорить, — Том пытался говорить увереннее, но получалось плохо.       — Нет, малыш, больше ты с ним не будешь разговаривать. А так же встречаться.       — Что? Почему? Тебя это вообще не касается, окей?       — Ошибаешься, меня касается всё, что связано с тобой, — прошептал Арнольд в ухо и с небольшой заминкой добавил со смешком, — окей?       — Да пошёл ты, — едва слышно прошептал Том, стараясь, чтобы его не расслышали. Лежать на голом полу было неудобно, места соприкосновения костей к поверхности ныли. Ещё эта чёртова рука, про которую он почти забыл из-за адреналина, но она снова дала о себе знать.       Арнольд оставил Тома одного валяться на полу. Сначала Том хотел остаться там же, не меняя позы в знак протеста. Но когда тело затекло окончательно — пошевелился. Затем перевернулся на бок. Десять минут спустя поднялся и переместился в кресло. В глубине души он надеялся, что Арнольд вернётся за ним, извинится, скажет, что погорячился. Нежно обнимет, а не придавит лицом в паркет.       Проснулся Том один, скрученный в кресле, с затёкшим телом и невозможно болящей рукой. Зачем он всё это терпит?