Справочник для Бога в Новом Мире

Пытаясь подавить нервный смех, Хэ Сию уставился на свою сегодняшнюю кровать. Шэй Юн рядом с ним отчаянно прятал взгляд. Одному Чжао Яню было хорошо, он весело болтал ногами на своей самой обыкновенной кровати. — Учитель, Сию-гэ, вам в самом деле не было нужно уступать эту кровать мне. Вы могли бы лечь сюда, а я бы спал на полу, — предложил ребенок, невинно хлопая глазами. Подумав о таком варианте, оба заклинатели покрылись мурашками. — Не думаю… что это хорошее решение, — выдавил из себя Сию, откашлявшись. — Мн, — поддакнул ему мечник. Если бы они легли вдвоем на эту узенькую кровать, то им пришлось бы всю ночь лежать в обнимку. После недавнего инцидента, как он мысленно стал называть тот не случившийся поцелуй, Сию решил, что впредь постарается не нарушать личных границ Шэй Юна. А что происходит теперь? Он все равно был вынужден их нарушить! Юноша постарался сосредоточиться на чувстве досады, игнорируя неясно откуда взявшееся предвкушение. Шэй Юн смог достать им немного одеял, чтобы не спать на совсем уж голом полу. Но их количества оказалось недостаточно, чтобы соорудить две лежанки. Та, что у них получилась, была довольно просторной, но все еще только одной. Так что если они хотели спать, то им пришлось бы делать это бок о бок друг с другом. Но, несмотря на очевидные неудобства, заклинатели все равно были полны решимости оставить единственную кровать Чжао Яню. Все-таки тот был ребенком, он был слабее любого из них. Было бы ужасно несправедливо заставлять его еще и спать на полу. Поэтому, закончив готовиться ко сну, все трое разбрелись по своим местам. Шэй Юн взмахом руки потушил свет. — Всем спать. Двое юношей, стараясь не смотреть друг на друга, улеглись на разных концах одеяла. Мечник сразу же принял правильную позу, устроившись на спине со сложенными на животе руками — Сию же начал возиться на своей стороне. Чжао Янь на своей кровати плюхнулся на живот. — Спокойной ночи! — шепотом сказал он им. — Спокойной, — отозвался Сию, переворачиваясь на другой бок. — Хватит ерзать, — шикнул на него мечник, ощущая постоянное шевеление под боком. — Ладно… — пробурчал Сию, постаравшись замереть. Спустя несколько минут спокойного лежания у Хэ Сию зачесалась коленка. Не в состоянии это терпеть, он снова зашевелился. Всем своим телом он ощущал накатывающую неловкость. Однако он слишком нервничал, чтобы заснуть или просто лежать спокойно. Тонкие брови Шэй Юна нахмурились. Краем глаза уловив это движение, Сию замер, чуть ли не затаив дыхание. После этого выражение лица мечника расслабилось. Хэ Сию тихо выдохнул. Теперь он напряженно лежал на боку, повернувшись спиной к Шэй Юну. Ему нужно было постараться заснуть. Поэтому Сию закрыл глаза и попытался ни о чем особенно не думать. Проблема была в том, что у него не получалось не думать. Мысли встревоженным роем носились у него в голове. Воспоминания о том, что случилось совсем недавно в этой комнате, снова встали у него перед глазами. Хэ Сию ощутил накатывающие на него волны вины. То, что он думал и делал сегодня, было неподобающим. Мало того, что его целью стал мужчина, так тот же еще был его другом! Сию искренне считал Шэй Юна своим товарищем. Кто бы мог подумать, что он так привяжется к второстепенному персонажу… Но теперь Шэй Юн не был персонажем! Сию слишком ярко это осознавал. Мечник столько сделал для него, Хэ Сию испытывал к нему глубочайшую благодарность. В ответ в нем тоже начало зарождаться желание порадовать другого человека. Или, по крайней мере, постараться выразить свои чувства словами. Их было так много, что юноша не мог подобрать подходящие. К моменту, когда он, наконец, собрался с мыслями, Чжао Янь уже спал. Ночь несколько часов назад накрыла собой все, и только луна и звезды остались гореть в темном небе. Аккуратно развернувшись, Хэ Сию перекатился на другой бок. Его взору предстало умиротворенное лицо Шэй Юна, подсвеченное слабым лунным светом из окна. Свернувшись под одеялом, Сию смотрел на него в каком-то молчаливом оцепенении, заворожено разглядывая тонкие черты. И только из-за этого он смог заметить легкую напряженность мечника. Значит, тот еще не спал. Улыбнувшись, Хэ Сию заговорил шепотом: — Шэй Юн, ты так добр ко мне. Я очень ценю это. Обещаю, я никогда не забуду, как много ты для меня сделал. Однажды я смогу отплатить тебе в десятикратном размере, вот увидишь, — доверительным тоном закончил он. Шэй Юн открыл совсем не сонные глаза. Его взгляд устремился к Сию. Мечник тоже все это время не спал, размышляя почти над тем же самым. И теперь, когда он смог увидеть предмет своих дум, у него стало тяжело на сердце. Вот так вот свернувшись на полу в небольшой клубочек, Сию выглядел каким-то маленьким и хрупким. Шэй Юну тут же вспомнилось то, что он не так давно смог увидеть. Когда они вместе купались в горячих источниках, Шэй Юн был впервые поражен этим юношей. Тогда он слишком сильно смутился своих желаний и мыслей, голова его была заполнена абсолютно нелепыми вещами, но он не мог не заметить обилие шрамов, покрывающих бледную кожу. Сию выглядел так, словно прошел через ад, на его теле не нашлось бы и десяти нетронутых участков кожи. Где-то шрамы были практически не видны, выдавая, что ранения в этих местах были весьма легкими. Но в иных местах они были ужасающе заметны. Он как наяву мог видеть, как в этих местах кожу рвали раз за разом, проходясь по ней различными инструментами. На это было больно даже смотреть, он и представить себе не мог, что этот человек чувствовал в то время. Но вот он, Сию, лежал сейчас перед ним и улыбался так искренне, что болело сердце. Его глубокие черные глаза пронзительно смотрели на него, силясь передать все испытываемые им чувства. Сию продолжил: — Я просто хочу тебе сказать… спасибо. Спасибо, что ты здесь, — он улыбнулся, глаза его приобрели форму полумесяцев, тоже улыбаясь. Шэй Юн сглотнул, почему-то ощутив тоску. — Тебе не нужно стараться отплатить мне. Все, что я делаю, я делаю не для личной выгоды. Ты преувеличиваешь мои заслуги. Хэ Сию замотал головой, его волосы разметались вокруг, поблескивая в тусклых лучах. — Даже не думай отпираться. Ты все время заботишься обо мне. Я знаю, что это ты тогда купил мне обувь. Если бы ты не позаботился об этом, мне пришлось бы ходить босиком. И если бы не ты, я бы до сих пор носил тот порванный нижний халат. Ты был готов пожертвовать своим комфортом, отдав мне свою кровать. Ты не признаешь этого, но ты действительно многое сделал для меня, — юноша тихо вздохнул. — И если бы не ты… меня бы, наверно, уже убили. Поэтому спасибо. Просто… просто прими это. Не зная, куда себя девать, Шэй Юн свел брови, смотря на него. Сию смотрел в ответ, не собираясь отступать и отказываться от своих слов. В конце концов, мечник был вынужден сдаться. — Хорошо, — дыханием вырвалось из него, слово было тише шепота. Но Сию услышал. Хэ Сию удовлетворенно улыбнулся, закрывая глаза. Он внезапно понял, что очень хочет спать. — Хорошо… — эхом повторил он за Шэй Юном. Мечник смотрел, как он плотнее заматывается в одеяло, оставляя торчать только лицо. Спустя несколько минут Шэй Юн понял, что тот уснул. А вот сам мечник никак не мог успокоиться. Сомнения стали терзать его только больше, не давая уснуть. Сегодня он наконец смог понять свои чувства, но облегчения ему это не принесло. Как бы Шэй Юн не пытался этого отрицать, правда от этого менее реальной не становилась. Он действительно… действительно полюбил Хэ Сию. Раньше Шэй Юн не очень хорошо понимал, что же должны означать эти слова. Любить. Влюбиться. Ощутить влечение. Он мог только гадать, слушая чужие рассказы и читая книги из библиотеки. Он не понимал, как кто-то мог посвятить всего себя одному-единственному человеку, открыться настолько, насколько это вообще было возможно. Для него было незнакомо это желание полностью отдать себя в чьи-то руки. До этого момента. Любовь можно сравнивать с зависимостью. С одержимостью. Когда нужный человек попадает в твое поле зрения, весь остальной мир становится не важен. Но хуже то, что ты понимаешь: тебе мало. Мало этого человека, мало его голоса, мало одного его вида, мало того запаха, который ты ощущаешь, когда он проходит мимо… Ты становишься жаден. Шэй Юн правда старался бороться с растущим внутри него горячим чувством. Он не имел на него права. Для Сию он был всего лишь старшим товарищем, которому он был благодарен. В лучшем случае их можно назвать друзьями. Но Шэй Юн никогда не посмеет претендовать на нечто большее. Сию был тем, о ком он заботился. Поначалу он даже принял его за младшего брата. Вот как он мог думать о нем так после всего этого? Мечнику стало от самого себя тошно. Это было неподобающе. Он никогда не должен был настолько опускаться. Однако… Несмотря на все попытки, это чувство сумело выжить. Оно расцвело нежным бутоном у него в груди. Пусть он и понимал, что все это неправильно, он все равно не находил в себе сил от него отказаться. Насильно отстранившись, он бы решил проблему. Но он не мог. И теперь единственное, что ему оставалось, это молчать. Возможно, спустя время все изменится. Шэй Юн никогда не любил раньше, он не знал, угаснет ли когда-нибудь этот огонь. Но, смотря на расслабленное лицо Хэ Сию рядом, он надеялся, что этого не случится. Пусть это неправильно, но он не мог просто растоптать этот цветок. Ведь он был таким прекрасным… Сон поглотил его, заставив оборвать свою мысль. Но она словно последовала за ним, тревогой осев в глубине. Сию мирно спал, покачиваясь на волнах дремы. Ему вроде даже что-то снилось, что-то совершенно дурацкое, но смешное. Вроде летающих бобров, которые начали спорить, не сумев договориться, кто именно из них может свить гнездо на вот этой замечательной розовой пальме. Да, так и было. Внезапно в его идиллию ворвался чей-то настойчивый голос. Сначала он был таким тихим, что Сию совсем не обращал на него внимания, продолжая дремать. Но постепенно голос становился все громче, он даже начал разбирать слова. Кто-то дотронулся до его плеча и потряс. — Сию-гэээ, учитеееель, ну же, просыпайтесь, — ворчали ему на ухо. — Мрф? — издал невнятный вопросительный звук Сию, немного приоткрывая один глаз. Тут же его взору предстало лучащееся восторгом лицо Чжао Яня. Мальчик, увидев, что он начал подавать признаки жизни, воодушевился и сообщил: — Сию-гэ, уже утро! Вам пора вставать! — М, — отозвался он и закрыл глаз. Нафиг это все, он собирается спать. Испугавшись, что прогресс потерян, мальчишка начал тормошить его с большим усердием. — Нет-нет-нет, Сию-гэ, вставай! Нельзя же спать так долго! — и, видимо, решив, что время прибегнуть к крайним мерам, он сказал: — Учитель, скажите ему! — Мн, — раздалось такое же сонное рядом с Сию. Вяло текущие мысли того внезапно остановились. Ему только показалось, или голос раздался ну очень уж близко?.. С мысленным содроганием, Хэ Сию повернул голову. Его взгляд тут же уперся в чужую руку. Немного подняв его, Сию увидел лицо мечника, который сонно моргал, явно еще не до конца проснувшись. Как-то незаметно ночью Сию перекатился ему под бок, свернувшись калачиком и пригревшись. Краска смущения тут же залила его щеки. «Блять! Да как так-то! Знал же, что добром это не кончится! Что теперь делать, а?! Он же сейчас проснется!..» — мелькнуло в голове у Сию. Нервно сглотнув, он попробовал осторожно отодвинуться. Тут же он с удивлением обнаружил, что за ночь успел еще и вцепиться в руку Шэй Юну, и притом весьма крепко. Разжав пальцы, Сию откатился в сторону. Лежа на спине, он смотрел в потолок. Его жизнь превращается в сюр. — Сию-гэ! — продолжал его настойчиво звать Чжао Янь. На этот раз Сию отозвался хриплым со сна голосом: — Чего тебе, негодник? Тот обрадовался так, словно это не его сейчас обозвали. — Сию-гэ, там господин Шан говорит, чтобы мы уже… собирались! Скоро будет обед, кстати говоря, — закивал головой мальчишка. «Ага, то есть нам велят проваливать, ясно. И, погодите, обед? Мы спали так долго?? Ах да, это все из-за полуночных разговоров. Что ж, бывает. Тогда надо и впрямь собираться.» — Ладно, — сказал он, садясь. Мышцы тут же отозвались тянущей болью. Сию охнул. — Значит, собираемся. А-Юн, ты как? — не преминул спросить он. — Я… нормально, — прохрипел лежащий Шэй Юн. Он усиленно пытался проморгаться, но ему в глаза как будто песка насыпали. — Я принесу воды! — вызвался Чжао Янь, тут же подскакивая с места и оставляя двоих заклинателей приводить себя в порядок. Переглянувшись, те молчаливо сошлись на том, чтобы не обращать внимания на смущение, просто стараясь заниматься делами. Несмотря на их усилия, неловкость так и повисла в воздухе. Через час они, собранные и накормленные, покинули приютившую их на день деревушку. Услышав о том, что до пункта назначения осталось не так уж и много идти, Чжао Янь приободрился и радостно бежал впереди, явно радуясь грядущему приключению. Наверняка мальчик никогда раньше не бывал в большом городе, поэтому сейчас он просто-таки пылал энтузиазмом. Сопровождающие его люди напротив шли позади в молчании. Пытаясь восстановить то, что было разрушено их неосторожными действиями, Хэ Сию заговорил: — Мы ведь скоро придем уже, да? Наверное, всего несколько часов идти осталось… — Мн, — получил он в ответ. — А чем мы там займемся? Янь-эр расстроится, если мы совсем не задержимся в городе. Надо будет как-нибудь его развлечь, — предложил Сию. Шэй Юн кивнул, соглашаясь с таким планом. Он посоветовал: — В Гаошане лучше не кричи направо и налево о том, что ты заклинатель. И мечи нам лучше спрятать. Сию понятливо протянул: — Это для того, чтобы затеряться в толпе, я понял. О, а как думаешь, там могут появиться другие заклинатели? Шэй Юн нахмурился. — Да, могут. Нам лучше избегать таких встреч. Сию хотел было покивать, но оборвал себя. Официально он не знает, что случилось в Ордене Шэньян Шэй на самом деле. Поэтому в его глазах нежелание Шэй Юна встречаться с другими заклинателями должно выглядеть странно и необоснованно. Тогда Хэ Сию рискнул спросить: — А почему? Мечник чуть не запнулся. Он посмотрел в эти глубокие черные глаза и снова ощутил то чувство, будто человек перед ним скрывает свою истинную сущность. Отбросив эту странную мысль, он попытался ответить на вопрос. — Потому что… все сложно. Вряд ли они обрадуются, если увидят меня. — Ты сделал что-то? — настаивал на ответе Сию. — Я не сделал, — Шэй Юн на мгновенье замолк, а после продолжил. — Но я знаю, кто сделал. — Лу Син, — то, что должно было прозвучать вопросом, звучало утверждением. — Я тебе рассказывал? — нахмурился Шэй Юн, недоумевая. Сию пожал плечами. — Ты проговорился в ту ночь, когда на нас напали. Ты сказал, что тех людей подослал именно он и что он хочет убить тебя. В тот момент я не совсем понял, о чем ты говоришь, но начал догадываться о кое-чем другом, — его проницательный взгляд метнулся к чужому лицу. — Ранее ты сказал, что действуешь по своей инициативе, а не по указанию Ордена. Значит, что-то случилось именно в твоем Ордене. Возможно, этот Лу Син как-то с этим связан. Почувствовав себя немного неуютно, Шэй Юн отвел взгляд. Он не знал, что кто-то способен по такому малому количеству оговорок понять, как все было на самом деле. Сию оказался чрезвычайно близок к правде. Но это он, Шэй Юн, был неосторожен. Незаметно для себя он выдал то, что старался скрыть… Тогда, в лесу, он даже не задумывался о том, что Сию просто не знает, о чем он говорит. У него сложилось впечатление, как будто они думают об одном и том же. Но как это возможно, если он не раскрыл ему правду? Шэй Юн вздохнул. Должно быть, ему просто показалось. — Ты прав. Но… Я хочу спросить тебя кое о чем, — он решился на это. Он все ему расскажет. — Да? — отозвался Сию. — Ты готов мне поверить? Просто то, о чем я расскажу… У меня нет доказательств. Другие мне не поверили… — мечник спрятал взгляд. Ему будет невыносимо знать, что тот, кто важен для него, считает его убийцей и лжецом. Но он далеко не так праведен, каким хочет казаться. — Конечно, я тебе поверю, — без тени сомнения заявил Хэ Сию. Он уверенно посмотрел на своего друга. — Шэй Юн, я верю тебе. Ты — человек, которого я знаю, у меня нет причин не верить. Шэй Юн ощутил, как болезненно сжалось и затрепетало его сердце. О, слышать эти слова… Они звучат так восхитительно. То, чего он так желал. Чтобы ему верили. Веры одного человека обычно недостаточно, но… Ему этого хватит. — Хорошо. Тогда я расскажу, как все было, — он постарался воскресить в памяти события того дня. Ему казалось, что он не сможет забыть его до конца своей жизни. …преодолев широкий коридор, Шэй Юн зашел в библиотеку. Ему навстречу вышла пара учеников. Заметив его, они небрежно приветственно кивнули и пошли дальше, не обращая на него слишком много внимания. Мечник вздохнул и прошел вглубь помещения. В последнее время почти все так реагировали на него. Он не был уверен, но до его ушей доходили какие-то шепотки, которые тут же стихали, стоило ему зайти в помещение. Чужие взгляды следили за ним. А он никак не мог понять, что же сделал не так. На тот момент Лу Син уже как год входил в их Орден. А несколько месяцев назад, где-то три или четыре, его учитель стал уделять этому ученику особенное внимание. Шэй Юн, на самом деле, не имел бы ничего против, если бы этим учеником был кто угодно другой, но не Лу Син. Мечнику с самого начала он не понравился. Он был каким-то… искусственным. Улыбался и был почтителен, но это словно было не настоящим. Шэй Юн старался приглядываться к нему как можно внимательнее. Если бы он этого не делал, то, вероятно, тоже бы не заметил. Иногда в вежливо опущенных к полу глазах мелькала непонятная жестокость. Шэй Юн видел, как тот иногда смотрит на людей. Словно те были обычными вещами. Но больше всего пугало то, что никто, кроме него, этого не замечал. Как такое возможно? Может, ему просто казалось?.. Пройдя вдоль стеллажей, он взял несколько свитков. Учитель просил переписать их. Шэй Юн подошел к столу и сложил на него все материалы. Сев и поправив рукава, он просмотрел первый свиток и начал работу. Почти всю свою жизнь Шэй Юн был в этом Ордене. Учитель принял его, когда ему было меньше десяти, поэтому с тех самых пор он во всем слушал его. Но, несмотря на то, что он так долго был здесь, он не смог обрести достаточно близких друзей: Шэй Юн ясно помнил, что с самого начала он проявлял интерес только к учебе, читая книги и тренируясь с мечом. Именно из-за этого рвения учитель и обратил на него внимание. Именно из-за этого рвения у него никогда не было времени искать себе друзей, да и не хотел он этого. Он всегда хотел стать настоящим заклинателем. Как-то так вышло, что через какое-то время учитель стал тренировать его лично, что еще больше отдалило Шэй Юна от остальных учеников. Но теперь появился кто-то, кто отвлек внимание его учителя. Шэй Юн вовсе не злился. Если он оказался не так хорош, то это исключительно его вина, он просто должен больше стараться. Его беспокоило другое. Действительно ли Лу Син подобрался так близко без каких-либо злых намерений? Однако все превратно понимали его настороженность, принимая за банальную ревность и презирая его за это, а он не знал, как им объяснить. Впервые в жизни он пожалел о том, что так редко общался с людьми. Закончив переписывать, он поднялся, разгладив собравшиеся складки на ханьфу. Забрав все свитки, часть он вернул на место, а часть спрятал в рукавах — ее надо было отнести учителю. Но кроме этого… Он четко решил, что сегодня расскажет тому обо всех своих опасениях. И учитель его послушает, он был уверен. Шэй Юн просто хотел, чтобы он был более осторожен с Лу Сином и не доверял ему слишком сильно. Заклинатель вышел из библиотеки и, пытаясь подавить волнение в душе, направился к дому учителя. Тот стоял на некотором отдалении от остальных зданий на небольшом холме, а рядом с ним цвела старая вишня. Дерево было большим, Шэй Юн не знал, как долго оно тут растет, но его макушка уже возвышалась над небольшим домиком рядом. Когда она отцветет, все вокруг будет покрыто розовым ковром, нежные лепестки, качаясь, будут плавно опадать. Шэй Юн очень любил наблюдать за этим, цветы вишни были очень красивыми. Ему нравилось, как они пахли. Постучав, он вошел. — Учитель, я переписал те свитки, — доложил он, проходя в комнату. Его учитель, Шэй Цинчэн, стоял у окна и любовался вишней. Он был мужчиной средних лет, пик его молодости давно прошел, однако он по-прежнему оставался человеком с приятной внешностью. Услышав его голос, он обернулся. — А, Сяо Юн, проходи. Покажи эти свитки, — мужчина сел за стол и протянул руку. Шэй Юн подошел к нему и почтительно передал их. Он бросил взгляд на стол и увидел курильницу. Принюхавшись, он не узнал запах. — Учитель, у вас новые благовонья? Тот весело прищурился и улыбнулся на его вопрос. — Да, Сяо Син принес мне их. Он так их нахваливал, что я решил все-таки попробовать. Как тебе? Шэй Юн поморщился. — Слишком резкие. Мне нравился прошлый запах, — он замолчал и решил, что момент пришел. Он осторожно сказал: — Учитель, я как раз хотел поговорить с вами о Лу Сине… — Да? И что ты хочешь сказать? Я думаю, что этот мальчик имеет большой потенциал, но почему-то скрывает свои возможности. Он может больше, чем показывает, я уверен, — мужчина сосредоточенно читал первый свиток. Услышав о сокрытии возможностей, Шэй Юн ощутил, как неприятный холодок пробежал по его спине. Внезапно тревожное ощущение, которое грызло его с самого утра, усилилось. У мечника возникло плохое предчувствие, он покосился на курильницу. — Я хотел сказать… Учитель, пожалуйста, будьте с ним осторожны. Мне кажется, что у него есть злые намерения, — зачастил Шэй Юн, нервно заламывая пальцы. — Хм? Действительно? — Шэй Цинчэн отложил свиток и посмотрел на него. Шэй Юн быстро кивнул. Мужчина нахмурился. Шэй Юн ощущал, как его тревога усиливается. В горле запершило. Ему даже показалось, что стало тяжело дышать. В конце концов, именно его учитель примет решение. — Тебя это правда беспокоит, Сяо Юн? — в итоге спросил тот. Шэй Юн снова кивнул. — Хорошо, тогда я прислушаюсь к тебе. С этого момента я… Он не договорил. Внезапно его лицо смертельно побелело, и он схватился рукой за грудь в районе сердца. Его взгляд, метнувшийся к стоящей на столе курильнице, наполнился болезненным осознанием. — Учитель! — Шэй Юн испуганно подскочил к нему, его тревога стала почти осязаемой. — Что случилось?! — Курильница… — прохрипел тот. Шэй Юн тут же все понял. Он схватил стоящий неподалеку кувшин с водой и залил горящие благовония, а после выкинул их прямо вместе с курильницей в окно. Его сердце заполошно билось, изредка простреливая болью. Яд. Там был яд. Лу Син в самом деле сделал это. Шэй Юн боялся этого, но никогда не думал, что такое и впрямь произойдет. Он внезапно растерялся. — Учитель, что мне делать?! — взмолился он. Шэй Цинчэн сквозь мутную пелену во взгляде посмотрел на него. А после покопался у себя за пазухой и достал что-то. — Возьми. Это печать главы, без нее Лу Син никогда не сможет официально занять мое место, — он закашлялся, медленно заваливаясь на стол. Шэй Юн мог только с отчаянием следить за этим, не в силах помочь. — Открой всем правду. Они… должны… знать… — Но как же… — Шэй Юн ощутил острую боль, его губы задрожали, а глаза непроизвольно увлажнились. — Учитель… Учитель… Учитель! Тот не отозвался. Шэй Юн не мог поверить. Как это возможно? Как его учитель может быть мертв? Они только что разговаривали, и все было хорошо! Как за жалких несколько минут все могло так обернуться? Он в оцепенении сидел рядом с ним, не в силах поверить в реальность произошедшего. Его сердце словно сжали в тиски, оно билось тяжело и гулко, иногда простреливая болью. Шэй Юн забыл, что и он попал под действие яда, пусть он и дышал им намного меньше, чем учитель. Он сжал в руках печать. Вот сейчас он встанет и найдет Лу Сина. Он заставит его поплатиться за содеянное. Дрожащими руками он убрал печать в рукав и поднялся. Неожиданно, именно в этот момент снаружи раздались крики. Не успел он понять, что происходит, как дверь распахнулась. В нее тотчас вбежали ученики, набиваясь в небольшую комнатку. В воздухе раздался общий удивленный возглас, когда все увидели представшую перед ними картину. Шэй Юн оторопело уставился на них. Что привело всех этих людей сюда?.. Ему не пришлось долго гадать над ответом. Вся эта толпа загудела, оправившись от первого шока. — Так это все правда… — Лу Син оказался прав, Шэй Юн в самом деле… — Убийца! Да как ты посмел! Злые крики обрушились на Шэй Юна подобно лавине. Мечник только и мог, что беспомощно стоять, глядя на них широко раскрытыми глазами. — Нет… нет… это не правда! Это не правда! Я этого не делал! — закричал он. Вдруг из толпы раздался ясный голос. — Ты еще и смеешь отпираться? Мы поймали тебя прямо на месте преступления! Какие еще доказательства нужны? — говоривший вышел вперед, заставив всех остальных стихнуть. Шэй Юн словно бы окаменел. Глаза стоящего перед ним Лу Сина, казалось, горели праведным гневом. — Как ты посмел, подлый предатель, укусить руку, которая тебя кормила? Как ты посмел поднять руку на того, кто тебя воспитал? Разве после этого ты заслуживаешь жизни? — вопрошал он. В безмолвии Шэй Юн наблюдал, как толпа поддержала эти слова, во все горло осуждая его и желая ему смерти. Набрав в грудь воздуха, Шэй Юн выступил вперед. — Вы все ошибаетесь! Зачем бы мне убивать учителя? Я не делал этого! Более того, я знаю, кто это сделал! Это был Лу Син! Он хочет меня подставить! Лу Син парировал: — Это явная ложь! Даже после того, как тебя разоблачили, ты отчаянно пытаешься переложить свою вину на других, как благородно! Я сам видел, как ты замышлял недоброе! Кто бы мог подумать, что все дойдет до этого! Я думал, что у тебя еще остались хотя бы крупицы сыновьего почтения, но я ошибался! Ты убил учителя, потому что он хотел лишить тебя звания старшего ученика и назначить им меня! Решив, что он не сможет сделать это, будучи мертвым, ты подло его предал! Клянусь во имя учителя! Я накажу ужасного убийцу Шэй Юна! — торжественно закончил он. Глупо открывая и закрывая рот, Шэй Юн не знал, что сказать, как защитить себя. Внезапно против него обернулись все, крича «злобный убийца!» и призывая его к смерти. Он сжал руки в кулаки. Стиснув зубы, он запретил себе проявлять слабость. Как только он покажет ее, все тут же кинутся на него, как стая голодных псов. С дрожью выдохнув, он пообещал больше самому себе, чем всем этим людям: — Лу Син, я обязательно докажу правду. Я заставлю тебя поплатиться за содеянное. Запомни мои слова, — он поднял полный боли и решимости взгляд. И встретившись с чужими холодными глазами, он увидел промелькнувшую в них улыбку.