Equalizer

Spaceouters — Fireflies

— Тэхен! — парень узнает этот голос из тысячи и даже миллионов. Голос, от которого внутри все переворачивается, возвращая к жизни, словно живая вода. Тэхен поворачивается на девяносто градусов, смотря вдоль дороги. Чимин налетает на него с разбегу, виснет на его шее и чуть ли не валит с ног на пыльную землю. Тэхен улыбается искренне, даже забыв о всех своих переживаниях. Он сжимает друга в объятиях, почти слышит, как хрустят собственные ребра из-за давления чужих рук, но напротив кажется стало легче дышать. — Неужели ты дома? — бормочет Чимин куда-то в чужую шею, зажмурившись и запутав пальцы в светлых волосах. Пак друга отпускать не хочет, словно того сейчас кто-то заберет обратно. Тэхен настолько погрузился в собственные ощущения, что не сразу заметил Намджуна, который медленно подошел к ним. Ким поднимает голову на мужчину, зажмурившись из-за яркого света на небе. Оно все такое же оранжево-серое, а солнце выглядит словно огромный прожектор, застеленный грязной марлей. — Как добрался? — начинает Намджун и распахивает от неожиданности глаза, когда его обнимает Тэхен. Джун улыбается, обнимая в ответ. Тэхена не хватало, этого даже можно не произносить вслух. — Пидорасы, — бросает Ким, когда его отпускает из рук Намджун. Тот смеется, вопросительно вскидывая бровь. — Могли бы хоть раз со мной связаться, — возмущается парень, а Чимин встает на его сторону. — А я говорил, — поддакивает парень, бросив на мужчину обиженный взгляд, — но такое ощущение, будто меня не слышали, — фыркает Чимин и хватает Тэхена под локоть. — Вот мы и пойдем, — парень тянет друга за собой к машине, а Намджун лишь закатывает глаза. — Я не думаю, что частые визиты к Юнги были бы настолько безопасными, — оправдывается Намджун и садится за руль, пока Чимин с Тэхеном заваливаются назад. Пак собственнически ложится другу на колени, а тот лишь откидывается на спинку кресла. — Ты же говорил, что доверяешь ему, как самому себе, — Пак встречается взглядом с Намджном через зеркало. — Но мы же тоже не до конца себе доверяем? — Намджун выезжает на дорогу и разворачивается, чтобы поехать к городу. — К чему ты клонишь? — Тэхен хмуриться, а все волнение вернулось в тело в трехкратном размере. — Не думаю, что это важно сейчас. Просто у меня есть некоторые подозрения касаемо Мина, — Нам ведет ровно, постукивая по рулю пальцем. — Выкладывай, раз начал, — рычит Чимин и приподнимается слегка, но падает обратно, стоит машине налететь на небольшую неровность на асфальте. — Эй! — Буду осторожней, — Нам смотрит на пару через зеркало. — Так ты будешь говорить или нет? — Чимин смотрит в ответ, а Намджун вздыхает. — Я боюсь, что он мог вернуться к наркотикам, но это лишь мое предположение, — Намджун мрачнеет, это по голосу слышно. Хватка на руле становится крепче. — Ты не говорит, что он торчал, — Чимин закидывает руку за голову, упираясь взглядом в пейзаж за противоположным окном. — Это никак не влияет на его работу. И я не сильно придавал этому значения, думая, что это могло остаться далеко в прошлом, — Намджун хмурится. — Почему ты сделал такие выводы? — Тэхен кладет руку на макушку парня и медленно перебирает его волосы, от чего Пак прикрывает глаза, расслабляясь. — У него речь иногда странная. Вроде говорит по делу и правильно, но интонация… Другая, — Намджун ведет плечом, погружаясь не в самые приятные воспоминания. — Я уже слышал его голос, когда он был под отходником. И, как бы это не звучало, но предчувствие у меня плохое, — Намджун качает головой, прогоняя лишние мысли в сторону. — Давайте поговорим об этом позже. Парни лишь согласно кивают и едут дальше в тишине. Тэхен ощущает небольшую головную боль и откидывает голову на спинку сиденья, прикрыв глаза. Он не замечает, как они преодолевают границу города. Чимин словно ото сна его освобождает, привлекая к себе внимание. — Что у тебя за бумажка в кармане? Она шелестит, стоит мне голову повернуть, — Чимин приподнимается и Тэхен достает документ, вздрагивая, словно удивлюсь, как он мог забыть о нем. — Намджун, — Чимин смотрит вопросительно на Тэхена, а после на Джуна, который бросает взгляд на зеркало и кивает спрашивая. — Ты знаешь кого-нибудь по имени Ким Сокджин? — Мужчина задумывается и останавливается на светофоре. Джун смотрит куда-то в сторону, словно так легче копаться в воспоминаниях. — Не припоминаю, а что? Тэхен протягивает Намджуну документ и тот внимательно читает некоторые строчки, чтобы понять, что у него в руках. — Ты не присылал этого, — Нам поворачивает бумагу в руках, смотря, есть ли что-то на обратно стороне, но та оказывается пустой. — Я нашел ее только сегодня, — Намджун кивает, услышав чужие слова и снова вчитывается в содержимое. Он возвращает документ Тэхен, стоит на светофоре зажечься зеленому. — А почему ты спрашиваешь? — Намджун сбавляет скорость, выезжая в соседний ряд. — У Чонгука знакомый есть с таким же именем и фамилией, — Тэхен видит как меняется выражение лица Намджуна. Чимин тоже выглядит озадаченным и молча перехватывает лист бумаги из рук Тэхена. — Странно, — Намджун останавливается, попав в небольшую пробку и поворачивается к парню. — Есть его фотография или хоть что-то? — Опять плохое предчувствие? — усмехается Чимин, хотя у самого лущения не самые хорошие. — Просто интересно посмотреть, — Намджун наблюдает как Тэхен достает телефон и, выругавшись, убирает его обратно в карман, ведь тот разряжен. Парень ярится во внутренних карманах и достает моментальную фотографию, которую они сделали на одном из киновечеров. — Держи, — Тэхен замечает на фотографии Джина и протягивает ее Намджуну, показывая на человека пальцем. Мужчина отвлекается, чтобы проехать немного вперед, когда ряд машин сдвинулся с места. На самом деле они часто делали такие фотографии, только вот Джин редко мог попасть в кадр, предпочитая оставаться за камерой. Но в тот раз, после долгих уговоров, фотографировал Тэхен. — А что это за штуковины? — Тэхен смотрит в окно, замечая выключенные барьеры, которые выдвигают на дороги во время комендантского часа. — Баррикады, — Чимин пожимает плечами, сверлит взглядом металлических собак, которые крутятся рядом со стражниками. — Нам установили комендантский час и этим перегораживают дороги, — парень кивает в сторону конструкций. — Твою ж мать, — парни отвлекаются, повернувшись в сторону Намджуна, который нечитаемым взглядом уткнулся в снимок, смяв его край пальцами. — Что? — Чимин перекидывается вперед, чтобы тоже посмотреть на фотографию, а Тэхен перестает дышать. Сердце в груди замирает, ожидая услышать приговор. — Я знаю, кто это, — Намджун прокашливается, прикрыв кулаком рот. Он хмурится, все еще держа фотографии в руках. — Говоришь знакомый Чонгука? — Намджун поворачивает к Тэхену, который вжался в спинку кресла. Чимин падает на сиденье рядом и бросает взгляды от одного к другому. — Да, — Тэхен кивает, с опаской смотря в ответ на мужчину. Намджун хмыкает, возвращая фотографию парню. Атмосфера в салоне становится тяжелой. Пак приоткрывает окно, чтобы впустить холодный воздух в машину. — Тогда мы не первые, кто решил им воспользоваться, — Тэхен готов поклясться, что слышит, как скрипят у Намджуна зубы, стоит ему сжать челюсть. — Он меня отправил сюда. — В каком смысле? — Чимин думает о том, что он единственный не понимает, о чем речь. — Его все звали ученым в Суде. Именно это ублюдок в ночь перед спуском ко мне в камеру заходил. Я это лицо на всю жизнь запомнил, — отвечает, словно опережая вопрос «Ты уверен?». Тэхен смотрит вперед, потонув в собственном страхе, который, схватив, медленно стискивает горло. Чонгук. Он остался там. С ним. Мысли одна за другой, как осы жалили возбужденное сознание, которое подкидывало не самые приятные кадры будущего. — Мне надо вернуться, — почти задыхаясь отвечает Тэхен и тянется в тумане к ручке двери. Чимин перехватывает его запястья и прижимает их к сиденью, другой рукой ловя его голову, чтобы повернуть парня себе лицом. — Зачем? — Пак хмурится, пытается поймать бешеный взгляд Кима, который бегает из стороны в стороны. — Он же там, — Ким глотает воздух, — вдруг он что-то сделает Чонгуку, — Чимин хмуриться на чужие слова и поворачивается к Намджуну. — Ты точно не можешь вернуться сейчас, Тэхен, — голос звучит строго, заставляя парня немного прийти в себя и заглушить нарастающую панику. — Ты вернулся не просто так, — мужчина ощущает на себе пристальный взгляд и от него по коже холод бежит. — Если бы Сокджин хотел что-то сделать, то мог это совершить уже давно. Не думаю, что за то время, пока тебя не будет, может что-то произойти. — А если он знает обо всем? Может он как раз и ждал, когда я вернусь, чтобы… — Чтобы что? — Намджун прекрасно понимает чужие чувства, но Тэхен нужен здесь и отпускать его обратно слишком опасно. — Не делай вид, что не понимаешь меня! — Ким наклоняется корпусом вперед. — Я должен его предупредить. Намджун молчит, отвернувшись к окну. Он стучит пальцами по рулю, пока Тэхен смотрит неотрывно, выжидая ответа. — Неужели ты настолько привязался к этому парню?! — Раздраженно добавляет мужчина, но стоит ему повернуться, чтобы встретиться с чужими глазами, как все на свои места встает. Намджун видит в чужом взгляде себя, свои эмоции, когда без вести пропал Чимин. — Мне надо предупредить его, — Тэхен почти шипит, ощущение, словно парень из машины готов выпрыгнуть и побежать обратно. — Сегодня ты уже не вернешься. Мы не успеем иначе приехать домой вовремя из-за комендантского часа, — подает голос Чимин. Парень кладет голову на его плечо, мягко притянув парня на место. — Завтра нам надо прийти на Арену, чтобы отметиться. Я не знаю, когда нам поставят игру, но обещаю ты вернешься, когда будет возможность. Не думай о плохом, может Сокджину и не нужен Чонгук вовсе, — Чимин берет тэхенову ладонь и гладит ее тыльную сторону, успокаивая. Тэхен выдыхает тяжело, опуская веки. Он кивает согласно, пытаясь расслабиться. Сейчас он ничего не сможет сделать, а лишними домыслами только хуже себе же сделает. Намджун опускает стекло и закуривает, протягивая портсигар на задние сиденья. Парни берут по сигарете и закуривают после мужчины. Тэхен выдыхает дым к потолку и крутит зажигалку в руках. Огонек тускло светит, сразу погасая, стоит опустить на огонек крышку. Чимин залипает на этой несложной манипуляции, все еще прижимаясь к другу. У того в голове нет ничего кроме парня, которому столько надо еще сказать.

***

***

— Раз, два, три, — Юнги касается пальцами пластика, под которым хранятся его таблетки и снова сбивается, начиная считать заново. — Раз, два, три, четыре, — руки дрожат, стоит заметить, что счет подходит к концу. Голова гудит, а тело ломает на части. Юнги принял дозу несколько часов назад, а эффект дает о себе знать, ощущением тошноты в горле, головокружением и болью во всем теле. — Пять. Мин задерживает палец на таблетке, давит на пластик и тот прогибается под давлением. Пять. Столько их осталось. Раньше бы Мин не сильно паниковал, однако необходимость в дозах растет с каждым днем. Парень не может больше трех дней без таблеток держаться. Его начинает изнутри рвать на куски, воздух в легких заканчивается, будто при сильной аллергии. Хочется лезть на стены, царапать отросшими ногтями собственную кожу и орать. Юнги все тяжелее скрывать свое состояние от Намджуна. Ощущение, словно он уже обо всем знает, но молчит, придерживаясь такта. Хочется блевать о самого себя. Ненависть отравляет каждую клеточку тела, которое гниет и разлагается. Под кайфом кажется, словно в ладонях появляются дырки, через которые можно смотреть на окружающий мир. Они появляются как на съедаемой пламенем бумаге. Она горит, осыпаясь пеплом, который после ветер растворит в вечности. Громкий звонок входящего вызова бьет по ушным перепонкам. Юнги валится на пол, зажимает уши руками и шипит, уткнувшись лбом в холодный пол. От резкой смены положения тела перед глазами расплываются разноцветные круги. Мину кажется, что он сейчас отключится. Звук не утихает, а напротив будто становится громче, настойчиво требуя к себе внимание. Парень поднимается на колени, вглядывается яркий монитор, который выжигает глазные яблоки своей яркостью. Мин принимает звонок, трясущиеся рукой обхватив мышку у клавиатуры. — Ты долго отвечал. Занят? — Голос Намджуна доносится откуда-то из глубины черепной коробки. Юнги качает головой, поздно вспоминая, что его не видят. — Нет, совсем нет, — Мин пытается поднять себя на ноги и посадить в кресло, но конечности наслушаются. «Он знает. Он все знает.» Шепчет собственный голос в голове. Юнги трясет головой, получая очередную порцию боли, хлопает рукой рядом с ушами, словно стараясь вытрясти кого-то из головы. — Тэхен вернется завтра или послезавтра в Тетрикс, скинь ближе к утру данные о переходе, — Юнги снова кивает на чужие слова. — Понял, — голос хрипит, будто звучит из старых динамиков. — На кой черт ему в верхний мир? У него же Арена завтра, — рычит агрессивно и наконец падает в кресло. — Чонгук все это время тесно общался с бывшим членом Суда, который еще у них ученым зовется, — Мин хмурится, глядя на поднимающиеся столбики в эквалайзере. — Арена поставила две игры, разделив количество участников на две группы. Завтра они отметятся, соглашаясь на участие в играх. Словно был вариант отказаться, — добавляет вполголоса мужчина. — Если он испортит все из-за своей ебучей Санта Барбары, но я лично его прикончу, — огрызается парень, откинувшись на спинку кресла ослабевшей тушей. — Мы все должны следить за друг другом, а главное за самими собой, — Юнги готов поклясться, что слышит, как Намджун выделяет последние слова. Стыд и ненависть накрывают с головой. — А вы философ, — смеется хрипло, закрывая лицо ладонями. Сейчас бы пистолет и застрелиться. — А ты что хотел? — смеется Намджун, а Мин слышит, как мужчина отвлекается, отвечая кому-то на вопрос. Все вокруг теряет свою значимость, кроме чужих слов, которые на повторе звучат в голове. Буквы разъедают кислотой мозг и стекают тягучей массой вниз к груди, опаляя все внутренности в теле. — Мне пора, на связи, — бросает Намджун и отключается. Юнги царапает ногтями скулы, сползает на пол и садится на колени, наклоняясь корпусом вперед. Его притягивает к земле, раздавливая невидимым прессом по полу. — Ненавижу, — бубнит себе под нос и ударяет кулаком себя в грудь. — Подонок, — сжимает одежду в руках, растягивая ее. — Слабак, — парень приподнимается, упираясь ладонями в пол. Снова тянет блевать. — Чтоб ты сдох, ублюдок, — воет, сжимая челюсть и роняет голову на пол.

***

***

Тэхен день провел будучи словно на иголках. Его Чимин чаем со снотворным с ног сбил. Парень утром проснулся самым последним, когда Пак был уже собран и глазами выжигал узоры на грозном строении Арены. Намджун курил в подъезде, решив побыть один. — Ты вовремя. Скоро поедем на запись, пока людей не так много, — Чимин отпивает кофе из чашки и хмурится — судя по всему пьет черный без сахара. — Думаешь многие соберутся? — Ким оставляет дверь в ванную открытой, чтобы услышать ответ на свой вопрос. — Я бы пришел поглядеть на чемпионов Арены, — пожимает плечами Пак, а Ким высовывается из дверного проема со стекающей с лица водой. — Зеркало принести? Или вот я перед тобой стою, — Тэхен кусает губу, бьет себя торцом ладони в грудь, а после в демонстрирующем жесте отвалит ее от себя. — Я конечно скучал, но не до такой степени, — парень смеется, когда получает грозный взгляд в свою сторону. — Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю, — Чимин возвращает своему лицу серьёзность, поворачиваясь к окну. Пак наклоняется корпусом вперед и смотрит на рекламный щит. — Как думаешь будут ставки принимать? — Вот здесь уже я бы в стороне не остался. Это же такой шанс разбогатеть, — Ким щелкает по выключателю и заходит на кухню, — Я думаю снова игры «на смерть» организуют, — парень примате плечами и садится за стол. — Брат против брата, отец против сына, — Пак прикрывает рот рукой, смахнув перед этим невидимую слезу с щеки. — Это ты к чему? — Это я нашу с тобой схватку описал, — Чимин ставит полупустую кружку в раковину. Тэхен ничего не отвечает, понурив голову. Он уже задумывался о таком исходе, однако надежда на лучшее сидела рядом, закинув руку на плечо. — Поехали, народ уже собирается у ворот, даже отсюда видно, — Намджун появляется в коридоре, поправляя на себе кожаную куртку. Чимин кивает согласно и поворачивается к Киму. — Пойдем, мы захватили пару вещей из твоей берлоги, — усмехается, заставляя Тэхена окончательно выпутаться из путины мыслей. Ким одевается быстро, на ходу поправляет широкие черные джинсы. Безразмерная футболка с выцветшим принтом достает чуть ли не до середины бедра, частично скрываемая курткой. Машина лавирует между высокими домами, похожими на поставленные друг на друга детские кубики. Арена приближается, грозясь заглотить приближающийся транспорт. Люди идут по проезжей части, редко обращая внимание даже на гудок. Намджун из себя постепенно выходит, будучи в последнее время слишком нервным. Чимин легко оправдывает такое поведение. Кому сейчас легко, когда на задворках Осана планируется бунт, чтобы отвлечь внимание Центра. Когда верхушка глаз с вас глаз не сводит, подозревая во всех грехах человечества. А тут еще и Арена дала о себе знать. Намджун выруливает к подъезду на пропускной пункт и останавливается за последней в очереди машиной. Некоторых участников Тэхен узнает, хоть те и не появлялись несколько лет на людях. Народ вокруг кричит, словно уже ожидая зрелища. Чимин скрипит зубами, скрестив руки на груди, опустившись куда-то вниз по сиденью, словно желая спрятаться от чужих глаз. Ким наблюдает из окна за меняющимися объявлениями на экранах на теле Арены, видит свою фотографию с подписанным под ней именем и невольно хмуриться. Ощущение словно на могильную плиту смотришь. Холод по коже идет от такого сравнения. Чимин появляется чуть позже. Странная вещь, почти все на этих фотографиях счастливые, глаза горят, кожа даже идеальная. А на деле в глазах застывшие воды, под кожу белую краску залили, подмешав немного синего и зеленого. Тэхен отодвигается от окна, когда на машину налетает неизвестный мужчина и стучится в стекло. Намджун давит на гудок, но на мужчину шум не действует абсолютно никак. Того дубинками сгоняют стражники, когда машина преодолевает шлагбаум. Автомобиль проезжает вдоль Арены, пропустив несколько спусков вниз и наконец заворачивает на парковку. Чимин выпрыгивает из машины, стоит ей остановиться. Сует руки в карманы штанов и идет к лифту, чтобы подняться в регистрационный зал. Парковка автомобилей располагается в так называемой «гостевой» части комплекса. Ховербайки используют в основном игроки, поэтому их на парковочных местах намного меньше — гонщики оставляют транспорт непосредственно в гаражах на нижних уровнях здания. Пак держит кнопку лифта, дожидаясь, когда Тэхен тоже зайдет в кабину. Намджун остается около машины, закуривая около таблички о запрете курения. — Будешь делать ставку? — хмыкает Тэхен, наблюдая, как меняются цифры на табло. — Это не моя прерогатива, но, — задумывается, — ставлю на Ховерболл. — Меня в прошлый раз чуть не прикончили, — отмечает Тэхен, — из-за тебя кстати! — Наиграно возмущается Ким. — В таком случает, если будет эта игра, то посвящу ее тебе, — Пак выходит из остановившегося на этаже лифте и поворачивается лицом к другу, продолжая идти, но уже спиной вперед. — Ты на что ставишь? — На что угодно, только не на Ховеррейс. В отличие от других игр, здесь шанс получить уровень «выживешь в любом случае» отсутствует вовсе, — Тэхен ловит Пака за предплечье, когда тот чуть не врезается спиной в стеклянные двери. В зале ожидания не так много людей, как думалось изначально. Игроки даже внимания на вошедших не обращают, продолжая заниматься своими делами. — Не «выживешь», а вернешься целым. Это разные вещи, — Чимин подходит к автомату и покупает себе бутылку воды. По глянцевому полу к ним подъезжает небольшой робот и выставляет перед парнями планшет, подняв его на нужную высоту. — Отметьтесь, — голос даже отдаленно человеческий не напоминает, а модель и вовсе кажется устаревшей, хоть робот и выглядит, словно только с конвейера сошел. Чимин выбирает свою фамилию и дает роботу отсканировать визуализацию эквалайзера. Тот издает переливающийся звук и поворачивается на колесиках к Тэхену. — Ты хоть кого-то узнаешь здесь? — шепчет Чимин на ухо друга, пока тот ищет свое имя в списке. Парень ненадолго поднимает глаза вверх, чтобы посмотреть на присутствующих. — На дальних сиденьях видишь — девушка сидит, — Пак ловит ее взглядом и кивает, — Я ее видел как-то раз. Но не помню, играла ли она тогда. — Будто почувствовав внимание к себе, девушка поднимает голову на парней и недовольно хмуриться. Пак только сейчас замечает за темными синими линзами очков шрам, уходящий к правому уху. — Иногда я удивляюсь, как мы до сих пор целыми выходили, — Чимин отворачивает резко, утыкается в автомат, словно собирается что-то выбрать. — Профессионализм, — Тэхен выбирает свое имя и ждет загрузки сканера. — Анал.изм, — Пак кивает, кусая губу, а Тэхен бросает на друга непонимающий взгляд. — И это ты называешь «целыми»? — Тэхен подносит запястье к сканеру и ждет характерного звука завершения. — Кому-то точно мозги отшибло, — Чимин толкает друга в бок локтем. — Это я подводку к твоему Чонгуку сделал, — Ким после этих слов воздухом давится, а робот пищит и экран загорается красным, оповещая об ошибке. — Тебе же вроде сделали датчик, после аварии, почему до сих пор барахлит. Не в первый раз уже, — возмущается парень, отпивая из бутылки воду. — А ты бред поменьше неси и не толкай меня, вот и не будет ничего барахлить, — Тэхен повторяет свои действия и в этот раз сканирование происходит быстрее. Робот показывает на экране пиксельную улыбку и уезжает. — Так что с Чонгуком? — Чимин кусает губу, улыбаясь и строит глазки. — А что с ним? — Тэхен находит свободные места на диване в другом конце зала, где меньше всего людей, и садится в самый угол. — Что с вами? Ладно, — Пак закатывает глаза и садится рядом. — Я конечно понимаю, что ты никогда не заявлял четко о своей ориентации, но все-таки это было неожиданно. Точнее было неожиданно то, что тебе понравился кто-то за такое короткое время, — Чимин задумчиво жестикулирует, пока Тэхен подпирает голову рукой, закинув ее на подлокотник. — Тебе не о чем больше с соседями по вечерам обсуждать у подъезда? Что пристал? — фыркает недовольно. — Я твой друг, если не забыл. Мне просто интересно, да и мало ли, кто тебя там обворожил, — Чимин откидывается на спинку дивана, — знаем мы этих ребят из Тетрикса, — Тэхен замечается слишком уж серьезное лицо лучшего друга и не может сдержать смешка, прикрыв губы ладонью. — Заебал ржать. Честному человеку стесняться нечего — рассказывай. — Честному? — Чимин на это замечание снова закатывает глаза куда-то к мозгу, — Ладно. Ты ж не отстанешь, — Тэхен ухмыляется по-доброму, а Пак поворачивается корпусом к парню, подпирает подбородок руками и хлопает несколько раз глазами. — Опиши его, — с придыханием говорит Чимин. — Ты его на фотке видел, что описывать? — Тэхен молчит, а Пак смотрит на друга убийственным взглядом полным разочарования. — Ну… он странный, если можно так сказать. Доверчивый слишком, это можно было понять по тому, что он за мной увязался хвостом, не зная толком ничего. Добрый, наивный, даже не могу объяснить, с чем конкретно это связано. С семьей терки серьезные. Судя по словам его и его друзей, у Чона плохие отношения с отцом. Тот под себя Чонгука прогибает, а парень даже отпора не дает, — Тэхен усмехается, а после объясняет такую реакцию. — Из всего перечисленного только минусы можно выделить, — Чимин согласно кивает, а Тэхен задумывается. — Тебя такие бесили раньше, — Пак качает носком ботинка. — Да и сейчас я не в восторге от такого набора черт характера в человеке, — Тэхен понимает, что до этого сильно и не задумывался, почему он на Чонгука в конечном счете как на партнера посмотрел. — Неужели ты только на внешку клюнул? — спрашивает, даже не скрывая грусти в голосе. — Хотя вижу, что нет, — добавляет, заметив чужое замешательство и вспомнив, как сильно начал переживать, узнав, что его парень в опасности. — Я не знаю, — Тэхен качает головой, потерявшись в своих чувствах. Он был уверен, что разбирается в их сути. — На самом деле с Намджуном также. Мы же разные совершенно, — Чимин кидает взгляд в сторону дверей в кабинет, куда ушел один из игроков, — Я в первое время тоже не мог понять, почему он мне нравится. А потом, — Парень делает паузу, а Тэхен бросает на него взгляд, ожидая, что сейчас ему кинут ключ от этих загадок. — Просто забил, — пожимает плечами, а Ким недовольно вздыхает. — Пак Чимин пройдите в зону регистрации, — женский голос замолкает, а Пак лениво поднимается с места и уходит в кабинет. Ким остается наедине со своими мыслями. У него есть несколько свободных минут, чтобы попытаться разобраться в чувствах или же просто «забить» на них, оставив все как есть. Чонгук действительно до ужаса наивный, настолько, что это можно назвать глупостью. Тэхен таких людей на дух не переносит. Но в то же время Ким до сих пор помнит, как из-за одного влюбленного взгляда Чона он готов был бросить все к его ногам. Разве это тоже не может считаться глупостью? А чонгукова улыбка, которая сердце заставляет трепыхаться как дикую птицу, стоит запереть ее в клетке? Простое искажение человеческих губ разве может вызывать настолько сильные эмоции? Тэхен прикрывает глаза и в образовавшейся темноте возникает полюбившийся чужой облик. Темные глаза, которые смотрят преданно, влюбленно да ужаса. Тэхен отчего-то уверен, что его глаза смотрят также. Точнее, он хочет, чтобы для него они смотрели также. Чтобы без слов все можно было понять. — Подъем, красотка, — Чимин лохматит чужие волосы, а Ким вздрагивает, не понимая уснул он или настолько глубоко в воспоминания ушел. — Что у тебя? — Тэхен поднимается, заметив на экране свое имя. — Шары гонять буду, — Чимин усмехается, а Ким вздыхает. — Ты всегда так ублюдски шутил? — Парень в кабинет заходит под чужое «пошел ты». В кабинете ярче, чем в зале ожидания и из-за этого приходиться сощуриться, чтобы глаза не вытекли наружу. Тэхен проходит к креслу перед белым столом и садится, пока андроид заканчивает заполнять форму на компьютере. Машина поворачивает голову к игроку и Тэхен смотрит ей в глаза, замечая, что его радужка окрашивается в зеленый цвет. — Рад вас видеть, Ким Тэхен, — парень расслабляется, когда машина распознает его лицо, и отворачивается. — Есть ли предпочтения по игре? — андроид двигается плавно, складывая руки на столе, лицо выражает интерес и в принципе не вызывает негативных эмоций. — Разве мое мнение будет учитываться? — Тэхен вскидывает бровь, а андроид лишь смеется, качая головой. — Конечно же нет. Вам ли не знать характер Арены, — Андройд смеется и поворачивается к компьютеру, печатая что-то на лазерной клавиатуре. Тэхен ничего не отвечает и они сидят некоторое время в тишине. Ким не ощущает волнения, которые было до этого. Он ждет, когда ему скажут, что его ждут на Ховерболле, желательно завтра, ибо Киму в срочном порядке нужно в верхний мир. Но этого роботу слышать необязательно. — Значит так, Ким Тэхен, — андроид поворачивается к парню, продолжая приветливо улыбаться. — Завтра в семь вечера, — Тэхен уже готов дальше и не слушать. Сейчас желание лишь сорваться с места и побежать к переходу в Тетрикс, — Ховеррейс, — парень мрачнеет, а робот продолжает умиротворенно улыбаться. — Правила вы, итак, знаете, но все-таки спрошу: Рассказать вам правила игры? Тэхен отрицательно качает головой и поднимается с места. — Нет. — Тогда всего доброго и увидимся с вами завтра. Просьба не опаздывать, — андроид отворачивается от Тэхена и утыкается в экран. — Ну что готов мне проиграть? — Чимин подходит сбоку, стоит Киму выйти в зал, — по-моему они решили не заморачиваться и всем поставили Ховерболл на сегодня. Я ожидая чего-то масштабнее, — Чимин пожимает плечами и допив воду, выбрасывает пустую бутылку в мусорку. — У меня Ховеррейс завтра, — говорит Тэхен. — Что? — Пак смотрит неверующе, — Никому еще Рейс не ставили. Я людей поспрашивал, пока ты в кабинете был. — Значит я буду единственный, — усмехается Тэхен6 разряжая обстановку. — Легкая игра. — Странно это все, — Пак хмурится и вызывает лифт. — Не нагнетай, — Тэхен нервно поглядывает на закрытые металлические двери. — Ты здесь остаешься? — Да, мне Намджун только байк пригонит, когда тебя сбросит у завода. Думаю у тебя будет минимум часов шесть свободного времени, чтобы закончить все дела «там», — Чимин заходит в кабину и нажимает на этаж парковки. — Если прибудешь раньше, то набери Наму. Я и сам с Арены добраться смогу. — Ты настолько уверен в своей победе? — Тэхен усмехается, а Чимин смотрит в ответ взглядом «Какие-то сомнения?». — Понял, — Ким поднимает руки вверх. Намджун выходит из машины, когда замечает парней. Тот кивает вопросительно, ожидая услышать, что все просто ужасно и всех их ждет смерть. После слов Чимин Нам немного расслабился, но вот Тэхен заставил вернуться в предыдущее состояние. — Расслабься, Ховеррейс даже легче, просто несчастные случаи репутацию всю портят, — Тэхен хлопает Намджуна по плечу. Лицо мужчины сейчас можно описать одним словом «волнение». — Совсем ты плох стал, старый, — Чимин вздыхает и приобнимает Намджуна, прижавшись щекой к его груди. — У тебя парад неспешных шуток? — Тэхен открывает дверь пассажирского сиденья и терпеливо дожидается Джуна. — Иди, а то Тэхен сейчас от нетерпения асфальт ботинком раскрошит, — Чимин отходит от мужчины и тот бросает взгляд на ботинок парня, которым стучит по полу. — Не забудь мне ховер пригнать, — бросает Пак, коротко поцеловав мужчину в щеку перед тем как отойти от машины. Намджун заводит двигатель и кивает.

***

***

Чонгук поправляет галстук совершенно не горя желанием выходить из туалета офиса. Надежней места и не сыскать, тут спорить бесполезно. Парень пугается собственного отражения. Он пытался привести себя в порядок, однако после неожиданного исчезновения Тэхена вряд ли можно было это сделать с легкостью.  Парень не знал куда себя деть. Ким не отвечал на звонки, а про сообщения и говорить нечего. Их числом под сотню будет. Чонгука можно назвать параноиком, однако предчувствие ужасное, словно вот сейчас по новостям и объявят, что нашли парня двадцати пяти лет убитым в какмм-нибудь богом забытом месте. Холод по коже от таких мыслей. Тошнит с самого утра из-за голода, однако аппетит так и не появлялся со вчерашнего вечера. Парень достает из кармана пиджака звонящий телефон, на секунду ощутив надежду. Однако имя друга вовсе не похоже на «Тэхен». — Да, Хосок, — Чонгук старается звучать бодрее, но дается с трудом. Парень зажимает телефон плечом у уха, продолжая теребить в руках темную атласную ткань. — Ты в порядке? — Сердце где-то в ногах бьется. Чонгук вздрагивает от чужой интонации, чуть не роняет мобильный, в последнюю секунду успев его поймать. — Почему ты не сказал? Я бы мог тебя поддержать. Хотя конечно ты не обязан был этого делать, но я не хочу, чтобы ты оставался с этим грузом в одиночку, — парень тараторит быстро, а Чонгук не успевает переваривать поступающую информацию. — Подожди, — Чон повторяет это несколько раз прежде, чем Хосок замолкает. — Что случилось? — Парень действительно не понимает причины беспокойства друга. — Как что? — Друг молчит, как и Чонгук. — Я, может, не помню, как ты мне это сообщил. Хотя как такое не помнить?! — усмехается нервно Хосок, а Чон слышит в чужом голосе усилившееся волнение. — Я сам из новостей только что узнал. Чонгук смотрит в зеркало и видит, как бледнеет. Он надеется, что услышит не то, о чем думал все это время. Что угодно, но только не это. — П-подожди, — Чон прочищает горло, срывает галстук к черту, тот только душит. — Я не понимаю, о чем ты говоришь. — Я о разводе твоих родителей. Чонгук чувствует, как ноги подкашиваются, поэтому приходится схватиться за столешницу руками. В ушах гул, словно парня окунули головой в воду. Он мотает головой, старается отогнать лишний шум и сконцентрироваться на настоящем. — Повтори еще раз? — Голос пропал и теперь звучит слишком тихо. — Я о разводе твоих родителей, — медленно произносит, не понимая, что происходит. — Чонгук, все в порядке? — Хосок спрашивает осторожно, вслушиваясь в чужой голос. — Я… не знаю, — Чон усмехается. — Откуда, говоришь, узнал? — Парень кусает губу, улыбаясь. Его лучший друг узнал об этом из новостей. А Чонгук от лучшего друга. СМИ оказались куда более заинтересованными в семейных делах Чон, чем непосредственный член этой семьи? Звучит смешно не правда ли? — Из новостей, сейчас прямой эфир был, — Хосок все еще не понимает. — Знаешь когда и от кого я узнал о разводе? — Чонгук садится на корточки, все еще придерживая себя за столешницу. Как же это глупо все. — Нет, — добавляет после небольшой паузы друг. — Сейчас и от тебя, — Чонгук снова кусает губу, чтобы не засмеяться. — Интересно, не правда ли? — Какое же блядство, — Хосок прикрывает рот рукой, смотрит ошарашено перед собой. Информация не хотела усваиваться нормально. Мозг будто отторгал произнесенные другом слова, пыталась поставить их в правильном порядке. — Пиздец, — выдыхает Хосок, а Чонгук даже не будет пытаясь надсмеяться над чужим словарным запасом в данную секунду. У самого в голове белый шум и фраза «За что?». За что он сейчас испытывает эту кучу навалившихся эмоций? За что вынужден теряться в собственных мыслях, которые ничего кроме боли и пустоты не приносят? За что получает такое наплевательское отношение со стороны родителей? За что? — Я перезвоню, — произносит на грани слышимости Чонгук и сбросив вызов поднимается с места. Парень выходит в коридор. Не обращает внимания на чужие взгляды направление на него. Они все уже всё знают. Тошнота не проходит, кажется словно наоборот усиливается. Чон в беспамятстве доходит до кабинета, заходит без стука и окидывает взглядом присутствующих людей. — Вы оба здесь, как неожиданно, — усмехается и закрывает дверь, смотря на отца и мать. Женщина поворачивается к вошедшему сыну и улыбается приветливо, но мрачнеет, заметив его подавленное настроение. — Что случилось, милый? — Спрашивает и поднимается со стула, поддавшись порыву подойти к ребенку ближе. — Что случилось? — Чонгук смотрит на женщину, как на дуру. Она останавливается, так и не дойдя до парня. — Почему я узнаю о вашем разводе от друга? От друга, который посмотрел ебаный телевизор утром! — Чонгук усмехается и показывает рукой на выключенную плазму на стене. — Ты как разговариваешь?! — Мужчина ударяет ладонью по столу, привлекая к себе внимание. Чонгук встречается с чужими черными глазами и ему хочется просто раствориться в воздухе. — А вы видимо забыли, как это делается? — Злость топит в себе ядовитый страх и выливается наружу. — Ты не рассказал ему? — Женщина поворачивается к Чону, а тот даже не смотрит на бывшую супругу. — Мы же договорились. — Если я не ошибаюсь ты просила меня помолчать, — язвит мужчина, смотря пренебрежительно на Чонгука. — Это было еще до окончательного решения, — женщина закрывает лицо ладонями, отворачивается от сына. Ей стыдно ему в лицо смотреть, когда тот без слов, одним взглядом обвиняет в предательстве. — Классные вы родители, — хмыкает Чон, — знаете насколько это хуево узнавать о таком от других совершенно людей? — По-моему ты забылся, Чонгук, — мужчина качает головой и трет переносицу. — В конце концов это наше личное дело. Тебя это не должно волновать. Ведь если ты не забыл, то не наш родной сын… — Говори мягче, — женщина перебивает мужчину, но тот рычит из последних сил сдерживаясь, чтобы не ударить по столу снова. — Тебя не должно это волновать. Думай лучше о своих обязанностях. Понял меня? — Чонгук делает несколько шагов назад, пока не упирается спиной в дверь. Слова отца режут больно, до кровоточащих ран, где-то глубоко в душе. Этой кровью парень захлебывается вместе со словами, которые поперек горла встали. — Иди домой, ты мне не нужен сегодня. — Чонгук, подожди, — женщина оборачивается к сыну, но тот хлопает дверью, выйдя из кабинета. Парень дышит часто, прижавшись спиной к двери. Его трясет всего от гнева и боли, от которой не спрятаться кажется никуда. Чон стискивает зубы только, чтобы не закричать. Его скручивает всего, внутренности наизнанку выворачивает. Парень открывает рот, горло от немого крика распирает, а глаза жжет из-за слез. Он прекрасно понимает, что не должен так сильно переживать из-за развода родителей. Он знает, что не родной сын этих людей. Он знает, что его не любят в этой семье. Но так не хочется понимать, что ты действительно не нужен как человек тем, кого мог назвать семьей. Пусть это слово и было лишено самых теплых чувств и не рождало мягкого трепета в душе, но это слово было. А сейчас оно является лишь набором нескольких букв алфавита, которые теперь даже вместе ничего не значат. Парень спускается на парковку, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. Он слышит чужие разговоры о себе. Хочется заткнуть себе уши чем-нибудь и не слышать больше ничего. Хочется домой, почувствовать тепло и спокойствие. Но его дом пропал без вести, оставив после себя лишь ощущение предательства.

***

***

Тэхен готов поклясться, что никогда так быстро не бегал за всю свою жизнь. Чувство, словно Чонгука сейчас пытают в его собственной квартире. Парень даже не проверял пришедшие на телефон сообщения. Парень стучит в дверь квартиры, дышит часто, стараясь выровнять дыхание. Во рту привкус крови, а вдохнуть нормально получается через раз. Чонгук открывает спустя коротко паузу. Смотрит долго на Кима, словно он вернулся с того света. Тэхен видит мелькнувшую на чужом лице радость, которая медленно тускнеет. Видно, что парень останавливает порыв обнять Тэхена, который наоборот тянет руки, чтобы заключить Чонгука в объятия. — Надо поговорить, — бросает Чонгук перед тем как уйти на кухню, а Тэхен не ощущает ничего хорошего. Парень выглядит выжатым изнутри, побитым, словно его медленно что-то убивает сейчас. — Да, мне тоже надо срочно тебе кое-что сказать, — Ким неаккуратно сбрасывает обувь на пол и проходит за Чонгуком, который вертит в руках телефон. Тэхен даже внимания не обращает на технику. — Ты куда исчез? — Чонгук хмурится, стоит поодаль от парня, сжимая гаджет в руке. — Я волновался. Ладно бы ты ушел куда-то написав мне об этом, но ты буквально исчез. Ничего не написав, не сказав. Никому! — Тэхен знал, что парень будет волноваться. Он смотрит с сожалением, а документ в кармане, ощущение, словно прожигает ткань. — Прости, просто у меня совсем не было времени, — Тэхен готов ударить себя кулаком по лицу. — Ясно, — Чонгук кивает, поджав губы и стучит пальцем по корпусу телефона. Ким готов сквозь землю провалиться или на коленях просить у парня прощения. По внешнему виду Чонгука можно сказать, что тот плохо спал, а помотанные нервы оставили свой след на чужом лице. — Ладно, все бывает, — усмехается, а Тэхен сжимает руки в кулаки, царапая короткими ногтями ладони. — Мне правда жаль, — Тэхен хочет продолжить, но его перебивает шум упавшего на барную стойку телефона. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? — Чонгук кивает на включеный экран. Даже не запуская видео, по заставке, Тэхен понимает, что теперь ему уже не выкрутится. Он видит себя, склонившегося над открытыми полками в столе, а вокруг на полу разложены документы. — Я сейчас все объясню, — Тэхен поджимает губы, которые неожиданно пересохли. Он видит прекрасно, что Чонгук рассержен. И только сейчас Ким понимает, что говорить ему нечего… Только если правду. — Я начну сначала… — Даже так? Попробуй, — Чонгук усмехается, он не понимает до конца, почему так резко взъелся. Изначально сам планировал спокойно все обговорить. Тэхен вздыхает. Ощущение словно это уже конец. — Ты можешь не поверить, но просто дай мне сказать. Я отвечу на все твои вопросы, главное попробуй довериться мне. Это ради тебя, — Ким делает небольшой шаг вперед, а Чон бросает взгляд на выставленную вперед ногу. Тэхен возвращается. — Пиздец, — Чон усмехается, кусает нижнюю губу и кивает, закатываю глаза. — Начало интригующее. Ким стискивает зубы. Если разговор продолжится в том же духе, то ничего хорошего точно не выйдет. — Я Ким Тэхен… — В курсе, — перебивает парня Чонгук, а Тэхен, запнувшись, решает не обращать на это внимание. — Я из Осана, нижнего мира, — Чонгук хмуриться, раскрывает рот, чтобы перебить, однако замолкает, так ничего и не произнеся. — Центр планирует избавиться от нашего мира и мы хотим не допустить этого. Для этого нам необходимо поднять восстание, чтобы свергнуть ныне существующую власть. Ты знаешь Ким Намджуна, — Чонгук задумывается, воспоминания разговор на крыше и то, как сильно разозлился Тэхен. — Я работаю с ним. — Ким держит паузу, неотрывно наблюдая за сменой эмоций на чужом лице. — Я прибыл в Тетриксе, чтобы добыть любую информацию, которая может помочь нам для манипулирования верхушкой. Чонгук смотрит потеряно на Тэхена, уже сейчас делая свои выводы. — А тут и я тебе пригодятся, — говорит себе под нос, а Ким отрицательно качает головой, запинается, понимая, что с одной стороны парень прав. — Выслушай и не делай поспешных выводы, пожалуйста, — молит парень, а Чонгук садится за барную стойку. — Ты не был моей целью изначально, да никогда и не был ею. Мне нужна была крыша над головой, чтобы прожить в Тетриксе какое-то время. Я потерял связь с Осаном и не мог вернуться домой. Чонгук слушает внимательно, но в какой-то момент качает головой и жестом просит Кима замолчать. Он слишком устал за этот день. Он хотел лишь одного, чтобы Тэхен вернулся и спас от этого мира, хотя бы ненадолго дал почувствовать себя в безопасности. — Как… Как ты докажешь, что ты из нижнего мира? — Чонгук видит замешательство парня, который не был готов к такому вопросу. — Ты же понимаешь, как это звучит? Тэхен не взял с собой толком ничего, готовясь вернуться в Осан уже сегодня. Он хлопает по карманам объемной куртки, варится в карманах, снова находя документ, который докажет лишь причастность Сокджина к Суду. Но для этого слишком рано. — Помнишь в первую нашу встречу, — Тэхен копошиться в памяти, а Чонгук смотрит непонимающе, — в кофейне, когда я зашел в первые туда. Я же оговорился назвав охотников хищниками? Когда не понимал многих вещей, которые для тебя являются обыденностью? Чонгук припоминает сказанное парнем. Поведение Тэхена тогда действительно вызывало большое количество вопросов, однако сейчас мозг работает в другую сторону, стараясь не понять парня, а обвинить его. — Но это не доказательства, — Чонгук смотрит на Кима, а тот теряется, — я не знаю о нижнем мире ничего, кроме названия. Откуда мне знать, что там охотники называются иначе? Даже если так и есть, то откуда мне знать, что ты не притворялся тогда? Откуда мне знать, что ты сейчас не играешь?! — Чонгук показывает руками на Кима. Тэхен сжимает в руке документ. Ему нечего сказать на это. — Дай мне договорить, — Тэхен видит усмешку на чужих губах и от нее так больно становится. У Чона в глазах ничего кроме презрения сейчас нет. — Блять, — смеется, прикрывает глаза ладонью. — Давай, вперед! — Я остался у тебя и только потом, когда наш программист узнал, у кого я живу, приказал раздобыть информацию. Мне не оставалось ничего другого, кроме как врать тебе и выполнять поручения. Я хочу спасти свой мир, я должен был думать только о деле. Пусть даже мне было все тяжелее врать тебе, — Тэхен подходит к Чону, пока тот не видит и дотрагивается до его плеча. Парень скидывает его руку. — Ясно, — Чонгук не поднимает голову, подперев ее руками. — Ты воспользовался моим положением, ради собственного блага. Тэхен открывает рот, чтобы сказать, что это не так. Однако это получится очередная ложь. — С чего вы взяли, что вам угрожает опасность? Кто вам подтвердил, что вас собираются уничтожить? — парень усмехается, поворачивает голову на Кима, смотря на того снизу вверх. — Центр разработал проект «Затмение», который уничтожит нижний мир. Твой отец замешан в этом, именно из его документов мы могли узнать больше об этом проекте. Мы не знаем когда именно они могут пустить его в действие, однако времени у нас не так много. Мы должны остановить Центр, мы должны привлечь внимание Тетрикса к этой проблеме. Жизнь в Осане и так можно назвать адом, но разве мы заслужили такого отношения? — Тэхен смотрит неотрывно в уже глаза, которые смотрит все с тем же недоверием и лишь на секунду в них мелькает сожаление. — Докажи, — произносит по слова Чонгук. Он хочет поверить Тэхен, он хочет верить, что тот говорит правду. Хочет верить, что появился человек, который не пользуется им, видит в Чоне что-то настоящее, а не только выгоду. — Ну же! — С мольбой в голосе. Тэхен кусает губы, смотрит безоружно, понимая, что у него закончились аргументы. Ему бы прокричать сейчас, повязывать волосы с головы, а не стоять перед сжавшимся парнем, который ближе к себе не подпускает, спрятавшись за бетонными стенами. — Я вернулся ради того, чтобы тебя предупредить, — Тэхен достает документ и разворачивает его на столе, придвигая к парню. Чонгук даже не вчитывается, лишь окинув бумагу взглядом. — И что мне с этим делать? — Парень теряет веру, что сможет довериться Киму. Он думает лишь о том, что зря хотел с ним сблизиться. Зря тогда подумал, что их судьба сталкивает не просто так. Зря подумал, что этому человеку свое сердце можно отдать. «Вы ведь до сих пор незнакомы, как оказалось.» — Читай, — Тэхен тычет пальцем в имя Джина и наблюдает как безразлично вчитывается в имя парень. Лишь на секунду он хмурится. — Ким Сокджин! Он был причастен к Суду, однако судя по всему ушел по собственной воли и буквально пропал. «Я буквально мертв для этого мира», — всплывают в памяти чужие слова. — Понимаешь? Его не могло найти правительство, а ведь все это время Сокджин был рядом с нами. Рядом с тобой! — Тэхен поворачивает Чонгука к себе. — Он опасен, Чонгук, — Ким сжимает чужие предплечья, вглядывается в темные глаза, наклонившись. — А ты? — Чонгук улыбается уголком глаз, отдергивает руки от Тэхен, освобождаясь от чужой хватки. Парень соскакивает со стула и отходит к окнам. — Я не знаю как ответить, — Ким не следует за ним, лишь повернувшись к Чонгуку. Тот смотрит вниз на проезжающие машины. — Ты можешь гнать меня, но только будь осторожен с Джином. Я не знаю, что ему надо… — Так уходи, — Чонгук говорит почти неслышно, а Тэхен готов поклясться, что у парня дрожит голос. — Я не хочу причинять тебе вреда… — Свали, — Чонгук поднимает голову вверх, вздыхает рвано, словно старается сдержаться, чтобы не закричать. — Я доверял тебе до этого, однако сейчас… Я вижу, что даже тебе на меня плевать. Хотя знаешь, — Чонгук кусает губу, поднимает лицо, а Тэхен замечает, как краснеют чужие глаза, — Почему даже? Ты бы знал, сколько сегодня я нового узнал, — усмехается горько и от этого в душе сжимается все, расщепляясь на пылинки. — Чонгук, мне не все равно. Скажи, что случилось, я попробую помочь или хотя бы поддержать, — Тэхен тянет руку к парню, надеясь, что еще есть шанс разбить выстроенные преграды. Однако те кажутся еще крепче, чем тэхеновы, которые он выстроил по прибытию в Тетрикс. — Исчезни из моей жизни, блять! — Чонгук кричит развернувшись. У Тэхена в этот момент мир к ногам падает и разбивается в дребезги. Голос дрожит, не позволяя и слова произнести. — Уйди. Проваливай. Просто… Я, — Чон бегает глазами по полу, словно там он видит слова. — Не хочу тебя видеть, — смотрит в чужие глаза. Тэхен делает несколько шагов назад. Он на самом деле не хочет, чтобы его гнали. Желание прижать Чонгука к себе, ломает изнутри. Чонгук дышит тяжело, отворачивается, снова закрывая лицо рукой. Парень обхватывает себя, словно стараясь защититься. Чонгук отходит к дивану и падает на него, стоит входной двери закрыться. Парень сквозь стиснутые зубы воет, впивается пальцами в волосы. Мысли о предательстве делают так больно. Что хочется просто зарыться под землю и никогда не выползать наружу. Хочется закрыться за семью замками от всех, чтобы его никогда не нашли. Хочется стереть себе память, чтобы сейчас не выжигать слезами собственные глаза, не раздирать горло воем. Тэхен прижимается лбом к холодной двери. Сердце кровью обливается. Хочется убиться или перемотать время назад, чтобы… Что? Все повторилось бы. Тэхен бы также обманул его, чтобы получить информацию. Ведь на кону целый мир, кому какое дело до одного разбитого человеческого сердца? Только вот у Кима ощущение, что он уже целый мир потерял безвозвратно. Дорога домой протекает в тумане. Тэхен не помнит, как добрался до места перехода, не помнит как прыгнул вниз, не помнит как вышел из здания. Он приходит в себя только тогда, когда его окрикивает Чимин и машет рукой. Парень улыбается, однако улыбка мрачнеет с каждой секундой, стоит заметить в каком состоянии находится друг. Пак срывается с места и добегает до парня, оставив байк на обочине. — Как прошло? — задает вопрос с осторожностью, а Тэхен лишь поднимает на парня взгляд, набирает воздух в легкие для ответа, но замолкает и направляется к припаркованному транспорту. Пак поджимает губы и идет следом, больше ничего не говоря. Намджун тоже воздерживается от вопросов, молча заводит машину и трогается с места. Пак места себе найти не может, поворачивается постоянно на задние сиденья, думает, как начать диалог. Тэхен понимает, что заставляет друга волноваться, но себе преодолеть не может. Он пытается принять тот факт, что Чонгука потерял из-за собственной ошибки. Хотя долго ли он смог ему врать? Тэхен прикрывает глаза, дышит медленно через нос, стараясь успокоиться. — Как игра? — преодолевает себя и спрашивает. — Легче легкого, как я и говорил. Место, конечно не первое, но у меня хотя бы байк целый, — усмехается, смотрит на Намджуна, который с трибун наблюдал за игрой и кажется поседел. — Но играет он плохо, честно скажу, — Джун принимает толчок в свое плечо, усмехаясь, пока Чимин выдает недовольное «Эй!». — Теряешь хватку, — Тэхен усмехается, хоть и выглядит слишком натянуто, чтобы хоть на секунду поверить. В машине снова повисает молчание. Киму кажется, что он слышит немой вопрос, повисший в салоне и набирает воздуха в легкие, чтобы решиться произнести это вслух. — Насчет Чонгука, то тут кажется все закончилось, — Ким замолкает. — И все это из-за того, что тебя не было сего лишь сутки? — Пак смотрит возмущенно на друга, словно понимая, что тот не договаривает. — Можно и так сказать, — Тэхен хмурится, подпирает голову ладонью, а Чимин засовывает свои вопросы куда подальше. Парень своим видом дает понять, что больше говорить не в состоянии. Чимин включает радио и Тэхен ему мысленно благодарен за это. Музыка помогает отвлечься хоть немного. Он наблюдает как меняется безликий пейзаж за окном. Рыжее небо, затянутое паутиной серых облаков не вызывает никаких эмоций, но глаза увлекает, а следом за ними и мысли, которые словно мошки путаются в паутине и застревают в ней навечно. Ким разглядывает появляющиеся перед глазами здания, заглядывая невольно в не зашторенные окна, замечает увядший цветок на подоконнике. На душе легче не становится, наоборот чувство будто даже нижний мир желает отяготить состояние своего человека, чтобы тот никогда не смог выбраться на свет. — Тэхен, — парень поворачивается медленно к мужчине и кивает вопросительно. — Завтра во время твоей игры большая часть стражи будет у Арены, чтобы обеспечить безопасность людей. Пока тебя не было появилась новость, что комендантский час начнется позже, через час после окончания игр, чтобы все успели добраться до дома, — Ким слушает внимательно, хоть и не понимает, к чему ведет мужчина. — Я и Чимин будем ждать тебя под сценой, возможно выйдем на трибуны, чтобы засветиться на камерах, — Ким кивает, — Во время твоей игры будет произведен взрыв нескольких улиц на окраинных Осана. Людей оттуда уже эвакуировали, по максимуму избегая внимания хищников, — Тэхен хочет спросить, для чего это все требуется, но терпеливо ждет, — Юнги отправил нам координаты нескольких оружейных складов. Некоторые из них находятся в отдалении от центра и не так сильно защищаются, поэтому их в первую очередь надо захватить. Большинство жителей Осана знает об этой операции, некоторые до сих пор остаются в неведении, но это никак не помешает оптации. Взрыва на Арене слышно не будет. Мы, как главные подозреваемые в организации оппозиции, все это время будем на глазах у властей. Поэтому какое-то время с нас могут снять обвинения, пока кто-то не решит нас сдать. Это точно произойдет рано или поздно. — Не думаешь, что хищников вызовут сразу же, как только поймут в чем на самом дело? И тогда нам всем пиздец, — Тэхен опирается руками на спинки передних кресел. — Нападение на склады планируется совершить примерно в момент окончания игры. Огромная толпа побежит домой, чтобы успеть до начала комендантского часа. С Арены хищники с трудом смогут выбраться. А те, кто отправятся на устранения возгораний будут находиться слишком далеко. Времени, которое они потратят на путь до склада должно хватить, чтобы забрать оружие и дать отпор. — Чимин дополняет слова Намджуна и подворачивает голову к Тэхену. — Ну как план? — Звучит как полный бред, но раз вы все решили, то не буду вмешиваться, — Тэхен пожимает плечами и откидывается на спинки сидений. — Решали кстати не мы, — отмечает Чимина, а Ким удивленно смотрит в ответ. — Решали главы Осана, которые решили присоединиться к оппозиции. — Вы действительно времени зря не теряли, — Тэхен кивает одобрительно. — А ты как хотел, — Чимин зачесывает назад волосы, подмигивая другу. — Это тебе не в Тетриксе отдыхать. — Думаешь я хуйней все это время страдал? — Возмущается парень и притягивает себя руками к передним сиденьям. — Думаешь легко в одиночку инфу вам доставать? — Хватит яйцами у меня под боком меряться, — фыркает Намджун и останавливается машину у дома. — Погнали детки в хатки, — Нам выходит из автомобиля, а парни переглядываются засмеявшись. Они вечер проводят как в старые добрые. Тэхен даже на какое-то время забыл о всех проблемах, которые словно снежный ком, только накапливаются. Парень отгонял мысли об Арене, надеясь на самого себя и на свои навыки, которые «не пропьешь, даже если захочешь». Однако ночью он уснул с трудом, после несколько раз просыпаясь из-за кошмаров. Ким уставшим взглядом сверлил экран телефона, которым он пользовался в Тетриксе, тот успел зарядиться за вечер и теперь парень по сотому разу перечитывал чужие сообщения. Сердце не бьется уже в груди, устав стучаться в костяную клетку. Ким смотрит в потолок, позволяя мерзкому липкому стыду захватить себя в цепкие лапы. Тэхен бы многое отдал за возможность набрать Чонгуку и попытаться оправдаться еще раз. Объясниться другими словами, может быть в этот раз получилось бы. Однако он продолжал лежать лицом вверх на матрасе и надеяться на лучшее. Тэхен не выспался от слова совсем. Он оделся тихо, пока остальные в квартире продолжали дрыхнуть на кровати. Парень прикрыл за собой входную дверь и сбежал вниз по лестнице. Улица встретила прохладой, тяжелым воздухом и большим скоплением людей, которые между собой переговаривались о не самым важных вещах. Ким вздрогнул от пробирающего до костей ветра, и, поджав плечи, двинулся от подъезда в сторону трущоб. Парень без интереса разглядывает не изменившиеся дома, обрамляющие бетонными вышками дорогу. Машины поднимают пыль колесами, а ховербайки приятно жужжат, проносясь мимо. Ким спускается по ржавой лестнице вниз, погружаясь в лабиринт железных коробок. Они все одинаковые снаружи: до сих пор такие же ржавые, увешанные рисунками граффити и соединенные между собой проводами. Тэхен приподнимает голову, чтобы взглянуть вверх на возвышающуюся над ним гору из «жилых коробок». Парень поднимается по приложенной к боку одного из контейнеров стремянке, которая кажется вросла в асфальт. Масел под ногами шумит неприятно. Ким переходит на выступающую из общей массы землю, чтобы не шуметь более. Томившееся в груди одиночество разрастается с каждым шагом. Тэхен и забыл насколько это место ужасно. Сырость, холод, мосты соединяющие жилые «острова» не просыхают и доски кажется сломаются, стоит наступить на них. Тэхен мост преодолевает в несколько прыжков, едва не врезаясь в стену недалеко от обрыва. Полотна, служащие крышей своеобразных беседок просели сильно, а где-то и вовсе оторвались, повиснув шторой на контейнере. Тэхен пригибается, чтобы пройти под куском плотной ткани и выйти наконец к знакомым улицам. Он редко ходит пешком от своего дома в центр, поэтому страх заблудиться преследовал тенью по пятам. Ким заходит в круглосуточный магазин, берет батончик из коробки у самых касс и оплачивает его, обменявшись с продавцом кивком головы. Тот равнодушно глядит на парня, потеряв к нему интерес после оплаты. Тэхен забирается на контейнер и подходит к своему. Замечает, что рисунки добрались и до него: яркое синее граффити многоэтажек украшает дверь контейнера, а Ким улыбнувшись слабо, тянет на себя дверь. Он не удивляется сильно, когда понимает, что та не заперта. Петли скрипят противно, а ворвавшийся в пространство свет дает увидеть очертания вещей. Тэхен смотрит на сохранившиеся вещи, отмечая, что за время его отсутствия у него даже и не украли ничего. Парень выходит на улицу, прикрыв дверь и садится на край коробки под собой. Тэхен открывает батончик, разглядывая одноликий пейзаж перед собой и набирает Чимину. — Доброе утро, Спящая красавица, где мой байк? — Парень не знает, почему не удосужился спросить прежде, чем явиться сюда. Возможно он хотел прийти, противореча самому себе. — Точно я совсем сказать забыл, — Ким слушает голос друга, опуская глаза вниз. — Твой ховер, мы отогнали его к твоему дому. Он должен быть около круглосуточного, — судя по голосу Чимин встал только что. Хрипит, в словах путаясь немного. — Принял, спасибо, — парень сбрасывает и падает спиной на контейнер, кусая батончик. Он безвкусный совсем. Над головой витиеватые узоры, переплетающиеся между этажами возвышающихся зданий. Редкие, потрепанные рекламные щиты, веревки с оставленными сушиться вещами. Тэхен доедает батончик и скомкав обертку, поднимается на ногу. Он выбрасывает ее в мусорку — пустую коробку — у двери круглосуточного. Ким обходит магазин, замечая наконец в тени накидку, под контрой четко прослеживался ховер. Тэхен улыбается невольно, стягивая плотную ткань со своего зверя, который запылился в одиночестве и сейчас фарами выключенными смотрит обиженно и зло. Ким проводит по холодному корпусу ладонью, наслаждается переливами металла под пальцами. Парень проверяет байк на наличие внешних повреждений, проверяет заряд и надевает шлем. Байк рычит громко, стоит завести его, ядовитый окрас словно приобретает новый оттенок, а белые полосы, которые из-за поли кажутся серыми, загораются изнутри, освещая пространство рядом с собой. Тэхен дышит медленно, обхватывая пальцами руль и, убрав подножку, отъезжает от стены, медленно пытаясь вынырнуть из узкого коридора. Под колесами хрустят мелкие камни перемешанные с пылью. Тэхен видит перед глазами показатели своего прирученного зверя и давит на педаль газа, стоит выехать на широкую дорогу. Рычание мотора отпугивает сонных людей, которые отходят с середины и чуть ли не прижимаются к стенам домов. Тэхен наклоняется к байку корпусом, хватку усиливает на руле. Парень хмурится, стоит в воспоминаниях всколыхнуть моментам. Кадры мельтешат в памяти быстро, не давая толком сконцентрироваться на себе. Пляж, байки, гонка и Чонгук. Последнее отвлекает от дороги, Тэхен с трудом себя заставляет не уходит далеко в себя, чтобы не попасть в аварию. Скорость увеличивается слишком быстро, а эмоции закипают в груди, перекрывая здравый разум. Все должно было сложиться не так. Ночные кошмары настигают даже сейчас. Напоминают о том, что все кончено и виной всему Тэхен. Парень себя оправдать пытается, только аргументов недостаточно. Парень слегка головой ведет. Не это должно его волновать. Надо байк в норму привести, чтобы тот не подвел на игре. «Я доверял тебе…» Чужой голос звучит на подкорке сознания, оставляет новые царапины на и так истерзанном сердце. — Замолчи, — выдыхает Тэхен, пытается сбавить давление на педаль газа, преодолевая черту трущоб. Он вливается поток автомобилей и сворачивает к Арене. «Даже тебе на меня плевать…» Тэхен шипит, не знает, что сделать, чтобы заглушить чужие слова, которые напротив звучат только громче. Парень дергает руль в сторону, обгоняя машины, избегая столкновения. За спиной гудят оглушительно автомобиль, слышит чья-то ругань, которая остается незамеченным шумом для парня. «Исчезни из моей жизни!» Ким тормозит, свернув с главной дороги. Упирается ногами в землю и смотрит куда-то вниз, разглядывая виднеющиеся детали байка. — Замолчи, — парень качает головой, поджав губы. Скулит тихо, пытаясь сдержать неожиданный порыв жалости к себе. — Это было неизбежно, — говорит сам себе, пытаясь донести эту мысль до себя. Нельзя ему было влюбляться в парня. Нельзя построить отношения, которые со лжи начинаются. Нельзя было давать себе допускать и мысли, что все будет хорошо. Они разные. Судьба поигралась немного, провела неудачный эксперимент, воспользовавшись случаем и только. Тэхен виноват, что поддался ей, поверив в ее чудодейственную силу. Чонгук виноват, что заставил поверить. Ким стягивает с головы шлем, вдыхает воздух в легкие, трет затекшую шею, которую передавил фиксатор. Парень смотрит на бесцветное небо, представляя над головой совершенно другое. То звездами усыпано, которые в чужих глазах отражается невероятно красиво. — Прости, — Ким прикрывает глаза, дышит спокойно, ощущая слабое прикосновение к собственному плечу. Чон перед ним выглядит счастливым, смотрит глубокими глазами, в которых Ким не видит больше звезд, я не хочу исчезать он видит себя. Парень опускает голову, полностью протрезвев. Тэхен сам для себя решает, что во что бы то ни стало еще раз встретиться с Чонгуком. Постарается извиниться и вернуть его. Он не готов потерять его так просто.

***

— Ты готов? — Чимина садится на край стола в тэхеновом гараже. Друг на это действие хмуриться недовольно, бросает в Пака грязной тряпкой и поднимается с колен, вытирая друг об друга руки. — Более чем, — Ким вздыхает тяжело, рассматривая своего зверя на расстоянии. — Хорошо, — кивает Чимин, оценивающе посмотрев на ховер. — Много людей на трибунах? — Тэхен из гаража не высовывался последние несколько часов, кружась над байком. Он не стал выдумывать ничего нового, подкрутив старые настройки. Тэхен даже не стремиться занять первое место, хотя прекрасно знает, что на арене выложиться на все сто процентов. — Больше, чем вчера, — Пак смотрит на Намджуна, который подходит к ним. — Пойдем поднимемся на трибуны, ближе к концу игры уже спустимся, а то уже сейчас народ за места драться начинает, — мужчина цокает недовольно, кивая в сторону стекол через которые можно разглядеть обстановку на зрительных места. Тэхен из любопытства выглядывает, чтобы убедиться в чужих словах. — Тогда увидимся после игры, — Тэхен улыбается, а Чимин сжав кулачки уходит к мужчине. Те из поля зрения исчезают и парень закрывает гараж, чтобы переодеться. Им выдали форму перед самым началом. Друг от друга она только цветными полосками сбоку отличается. Тэхен затягивает шнурки и заправляет их, проверяя после шнуровку. Парень в зеркало смотрит, поправляет волосы, которые отросли заметно и теперь попадали немного за воротник куртки. Парень берет шлем в руку, щелкает по переключателю, чтобы поднять ворота выкатить байк к подъезду на арену. Некоторые гонщику уже собрались, мысленно собираясь перед игрой, некоторые разговаривали со своими знакомыми и в принципе были настроены положительно, скорей всего также насчитывая быстро откатать и вернуться к прежней жизни. Тэхен не замечает, как проходит время, и начинается отсчет до их выхода. Он надевает шлем, в очередной раз проверяет высветившийся характеристики и старается освободить голову от ненужных мыслей. Идея специально проиграть засела в голове. — Встречаем наших игроков, — голограмма девушки виднеется посередине поля, высоко над ней на четырех экранах загораются имена участников, на чьи имена были сделаны самые высокие ставки. Тэхен видит свое имя, однако мысль о быстром проигрыше все еще дает о себе знать. — В честь такого большого события, наши спонсоры предложили немного изменить правила игры, — Тэхен слушает в пол уха, ожидая услышать что-то о новых препятствиях. — Думаю вам, как и им не хватает эмоций, адреналина в последнее время, — трибуны кричат согласно, а Тэхен закатывает глаза — все равно за темным стеклом шлема эмоций не видно. — Поэтому вместо десяти участников Арену смогут покинуть лишь трое! Тэхен поднимает глаза на девушку, та вскидывает руки вверх, поднимая волны одобрительных возгласов. Парень оглядывается, видит, что остальные гонщики также поворачивают головы на рядом стоящих людей. — Игроки вольны использовать любое оружие, ведь сегодня, — девушка говорит громче, перебивая голос толпы, — тот самый день, когда как-никак важна победа, а не участие, — она смеется и голограмма исчезает, а по периметру арены появляется таймер. Тэхен видит, как медленно опускается барьер между гоночной трассой и полем. Они открывают им всю площадку, превращая гонки в обычные догонялки, где роли распределятся по принципу «хочешь жить — убей другого». — Три! — Ким стискивает руки на руле, ощущает на себе несколько взглядов, осознавая, что для них игра уже началась. — Два! — Парень поддевает рукоять лассо у пояса. — Один! — Тэхен давит на газ, в последнюю секунду уворачиваясь от промелькнувшего за спиной лезвия. Парень в зеркало замечает того, кто уже оголил против него зубы и сейчас сел на хвост. Тэхен нажимает на кнопку на рукояти и фиолетовая лента взмывает воздух, ослепляя. Парень выворачивает в сторону руль, поворачиваясь на девяносто градусов, Тэхен бьет по преследующему байку. Свет режет по металлическому корпусу, оставляя заметные шрамы. Гонщик теряется, потеряв на секунду бдительность из-за слишком яркого света, мелькнувшего так быстро перед глазами. Тэхен выжимает из зверя максимальную скорость, отрываясь от соперника. Игроки распределяются по всему полю. Некоторые стоят в стороне, наблюдая за происходящим, до конца не осознавая новые правила игры. Однако стоит первому игроку погибнуть от рук другого, а в таблице «выбывших» прибавиться новому имени, как осознание бьет по голове каждого. — Осталось девять игроков, — объявляет голос, сливаясь с ревом людей. Тэхен хочет закрыть уши и зажмуриться. «Кого ты хочешь спасти, Тэхен? Этих людей?» Парень скалится, замечая приближающегося игрока. Бластер в чужих руках загорается синим, океаническим светом, быстро заполняя полосу зарядки. Тэхен материться себе под нос, наклоняется корпусом ближе к байку. Он неожиданно поворачивает, замечая, как вспышка света проносится рядом с ним и врезается в стену, разлетаясь на несколько ярких крупиц. Ким едет около стены, замечает как мерцает невидимо поле, защищающее трибуны он выстрелов. Тэхен видит жадные глаза толпы, видит как те слюни пускают на развернувшееся зрелище и становится тошно. Не у этих людей руки в крови будут, однако именно ради них эту кровь заставляют пускать. Ким снова уворачивается от выстрела, затормозив резко и сменив направление, чтобы отъехать к середине арены. Парень видит как загорается новое имя в таблице. Руки ноют из-за слишком сильного напряжения, однако гонщик все еще на хвосте и стреляет промазывая. Тэхену думает о том, что это должно быть удача не более. Парень смотрит в зеркало, но не замечает за собой преследователя и оглядывается. Гонщик отстал, найдя новую жертву.  Ким не хочет никого убивать, однако ситуация такого решения не приветствует. Парень отвлекается, заметив, как на трибунах переговариваются стражи. Те смотрят куда-то на арену, имя какого-то гонщика газами. Вглядываются в лица на трибунах и уходят. Тэхен снова оказывается на прицеле, сбавляет скорость лишь для того, чтобы достать из карманов несколько шариков. Те друг об друга бьются, загораются по периметру голубым светом и мерцают все чаще. Тэхен тормозит, ровняясь с преследующим его гонщиком, который неожидан такого маневра со стороны парня, теряется на секунду. Но этого времени хватает, чтобы кинуть в его сторону взрывчатые устройства. Тэхен не следит за тем, куда они закатываются, желая лишь быстрее уехать. Взрыва почти не слышно, даже вспышек не видно. Однако отчетливо слышно чужой крик и видно, как чужой байк петляет из стороны в сторону, как его хозяин корчится от боли, отпустив руль. Слышно как ховер врезается в стену, а в таблице появляется еще одно имя. Толпа ликует, кричит, а цифры ставок растут с каждым новым выбывшим игроком. Ким старается забыться, у него сердце бьется бешено, дыхание неровное. Внутренний голос сходит с ума, крича о неправильности действий хозяина. Ким его затыкает, не желая слушать. Он почти видит, как окрашиваются его руки в алый цвет, ощущает металлический привкус во рту. Одежда липнет к телу, а перед глазами воображение в красках рисует смерть гонщика. «Ты не хотел убивать» Но Тэхен хотел выжить. Больше всего, именно сейчас он хочет выжить. Он знает, что делает это не ради себя, но от этого желание возрастает до уровня необходимости. Чимин не простит такой смерти. Не на Арене на глазах у сотни диких необузданных зверёнышам. Намджун не простит такого способа причинить Чимину боль. Они не смогут смириться с тем, что их действия привели к такому исходу. Ким стискивает зубы, злиться, ударяет по рулю, почти кричит — этого все равно никто не услышит. А Чонгук? А откуда он узнает? Тэхен тонет. Ему плохо настолько, что хочется разорвать собственную кожу, хочется нести себе такую физическую боль, чтобы она заглушила моральную. — Осталось пять игроков, — сейчас на другом конце Осана город дома. Пламя сжирает чьи-то воспоминания, чьи-то сбережения. Там сейчас люди в панике, они играют страх и боль, прощаясь со своим домом, который из пепла восстановить не получится. Хищники в ярости, ищут как дикие собаки, стараясь отыскать поджигателей. Сейчас несколько десятков добровольцев направляются к оружейным складам, чтобы выкрасть оружие и установить свой порядок на кварталах вокруг. Шанс минимален, но он есть, и эта надежда заставляет полыхать чужую веру в революцию. Заставляет их в слепую следовать указаниям, слушая лишь речи и четкие планы, которые раскрывают все карты, говоря, что не все доживут до прекрасного будущего, где Осан не гниет в ногах верхнего мира, а процветает. Дышит новыми легкими и смотрит в будущее чистыми глазами. В байк на огромной скорости врезается ховер. Ким слетает со своего зверя, проезжаясь по песку. Защитное стекло на шлеме не выдержав удара трескается, а параметры ховербайка теряются в помехах, а после вовсе гаснут. Тэхен ползет по песку назад. У него раскалывается нога, шлем душит, перекрывая доступ к кислороду. Песок попадает в открытые раны и мешается с кровью. Ким не может подняться из-за боли. Он не понимает, как пережил удар, бросает короткий взгляд на собственный байк, который отбросило в сторону. У него задняя часть смята, словно бумажный лист, колесо покоится у стены под темными стеклами, за которыми стоят все сливки омертвевшего общества. — Осталось четыре игрока, — Тэхен смотрит с ужасом на приближающегося к нему человека. Тот перехватывает рукоять катаны, подходит неторопливо, словно оттягивая момент победы. Тэхен знает, что ему никто не поможет, он единственный, кто остался без байка и кто сейчас настолько жалок, что для других является лишь счастливым билетом в завтрашний день. Ким оглядывается, видит рукоять лассо, утонувшую в песке в нескольких метрах. У него нет рядом никакого оружия, чтобы попытаться противостоять, он не может подняться на ноги, руки в кровоточащих царапинах, кулаки сжать выходит с трудом. Тэхен ощущает лапы ужаса на собственном горле, когда упирается лопатками в холодную стену. Парень часто думал, что не доживет до старости. Он конечно даже не мечтал встретить ее спокойно, осознавая в каком мире живет. Однако… как не хочется умирать сейчас. Когда кажется только нашел мотивацию двигаться дальше, когда нашел в себе силы, чтобы попытаться заново. Когда нашел в своем сердце те эмоции и чувства, о которых грезил столько лет. Перед смертью действительно не надышишься. Да и воздух тут тяжелый, горький на вкус. Он в легкие и не поступает вовсе. Сердце колотится быстро, качая кровь по сосудам. Перед смертью так страшно. Но ты не можешь кричать, лишь прижиматься сильнее к стене и корить себя за содеянные грехи. Я правда хотел вернуться в твою жизнь… Короткая вспышка света. Хрип, вырвавшийся из чужого горла. Катана с металлическим перезвоном падает на землю, ударять несколько раз лезвием. Гонщик подносит руки к собственной груди, ощущая невыносимую боль, глаза закатываются, а человек падает на колени, а после целиком оказывается на земле. Замирает, дернувшись еще раз. Тэхен смотрит перед собой, видит направленный в уже мертвого человека, пистолет цвета океана, полоса заряда которого на глазах гаснет. Гонщик поворачивает голову к Тэхену, убирает бластер за пояс и, оттолкнувшись от земли, уезжает в сторону поднимающихся ворот. Ким поднимается медленно, идет вдоль стены, не осознавая всего, что произошло за последние несколько минут. Намджун направляется к Тэхену, стоит тому преодолеть порог зала, и хочет заключить парня в объятия, но Ким лишь тычет шлемом в его грудь, останавливая, и уходит сторону уборных, игнорируя боль во всем теле. Мужчина не идёт следом, смотрит на Чимина, который испуганным взглядом провожает друга и оборачивается назад к выходу с арены. Парень пытается отыскать глазами гонщика, который исчез из поля зрения, появившись лишь на мгновения, въехав на байке через ворота. Тэхен захлопывает за собой дверь, трясущимися руками пытается закрыть ее на щеколду. Стоит только раздаться щелчку, как парень воет, упирается лбом в дверь и сползает вниз на пол. Он никогда настолько сильно не боялся смерти. Он простился с жизнью в тот момент, потеряв надежду на спасение. Тот миг должен был стать последним. Раздирающий внутренности страх, раскалённым пеплом осел в душе. Тэхен бьет кулаком в пол, стискивает сильнее зубы. Хочется кричать до сорванного голоса. Свет мерцает за спиной, а воздуха не хватает в легких. Парень раскрывает рот, как рыба брошенная на сушу, не может и вдоха сделать. Всхлипывает снова, наклоняясь все ниже к полу и царапая плитку ногтями. Хочется оглохнуть от собственного воя, но Тэхен не издает ни звука, оставив последние силы где-то там за дверью. Парень садится на пол, прижимается спиной к стене и смотрит вперед, вытянув ноющую ногу вперед. Тэхен морщится, опускает глаза к щиколотке, замечая, что ушибленная нога успела опухнуть. Замечает кровавые разводы на ладонях, прилипший песок и то, как трясутся его руки. Ким стягивает с себя куртку, рассматривает царапины на руках, не припоминая в какой именно момент ему порвали куртку, задев и кожу. Ким поднимается на ноги, включает воду, опираясь только на одну ногу. Он наклоняется низко, чтобы подставить лицо под холодную струю воды. Закрывает глаза, ощущая, как мокнут пряди волос и под собственной тяжестью спадают вниз. Ким выпрямляется, смывает с рук кровь с песком, трет холодными ладонями шею, взъерошивает волосы. Страх постепенно расслабляет хватку, оставляя после себя абсолютную пустоту. Тэхен отходит от раковины только для того, чтобы убрать щеколду. В помещение вваливается Чимин, видимо все это время карауля у дверей. — Я думал, что сейчас выломаю эту дверь, — Пак хватает друга за плечи и тот шипит от боли, стараясь увернуться от чужих рук. — Блять, — парень отдергивает ладони, смотрит на кровоточащие раны и качает головой, коря себя за необдуманный жест. — Забей, — отмахивается друг, опережая чужие извинения. Тэхен возвращается к раковине, боясь даже поднимать на собственное отражение глаза. — Что это было? — паклях становится рядом, смотрит на чужие раны и бросает взгляд на входную дверь. — Он буквально спас тебя! — Я не знаю, — Ким качает отрицательно голову, отвечает безэмоционально, а Чимин больше не пристает с вопросами. — Я послал Намджуна за аптечкой, но это старый хрыч снова где-то застрял, — ворчит Чимин и, заметив улыбку на чужих губах, усмехается в ответ. Парень обхватывает друга под талию, служа тому опорой. — Я сам могу ходить, — говорит парень, однако не сопротивляется, позволяя себе помочь. — Я тебе подискутирую, — причитает Пак, — тебя буквально сбили на байке, — восклицает громко, привлекая к себе внимание некоторых людей в зале. — Я не удивлюсь, если ты в состоянии шока тут на сломанной ноге скачешь, — ворчит, морща нос, а Тэхен улыбается, опустив голову. — Ладно, мам, больше не буду, — отвечает виновато, а Чимин цокает недовольно. — Это ж надо было. Что за ублюдок на тебя посмел свою зубочистку наставить, вот гнида, — Ким не перебивает чужую тираду, лишь улыбаясь на недовольный голос и смешное выражение лица друга. Намджун оказывается в гараже и получает солидную порцию ругательств от Чимина. — А если бы он там в крови лежал и ему срочно нужна была первая помощь?! — Пак рычит, двигаясь из стороны в сторону, пока Намджун обрабатывает раны Тэхена. — Но мы же видели в каком состоянии он к нам зашел, — Намджун понимает, что своим ответом он него пользы не принесет. — И со мной все порядке, — Тэхен решает встать на сторону мужчины, наблюдая за чижином. — Да пошли вы оба! Я, знаешь, как переволновался, — Чимин подходит к другу, рычит не довольно, а после берет со стола сигареты и направляется к переключателю, чтобы открыть гараж. — Пойду покурю. Чимин успевает проскочить в общий зал, пока ворота не закрылись за ним. Намджун осматривает руку Тэхена, направив луч света света на нее. — Он себя рядом с тобой похоронить успел, — Намджун говорит тихо, а Тэхен кивает еле заметно. — Я знаю, — отвечает, поднимая взгляд на пустое место, где ранее стоял его еще целый ховер. — Спасибо, что выбрался оттуда, — Намджун встречается с чужими глазами и улыбается уголком губ. — Не мне спасибо говорить надо, — Тэхен кусает кубу и шипит, слегка дернувшись, когда Намджун прикасается к коже ватой. — Нет идей, кто это мог быть? — Ким мотает головой. — В списках победителей два имени, — Джун выкидывает испачканную вату. — А вас трое. — Я сейчас даже думать об этом всем не хочу, — Тэхен трет переносицу, поморщившись из-за головной боли. — Единственное… — парень думает, как сформулировать вопрос, однако Ким, словно прочитав чужие мысли добавляет: «Все хорошо». Тэхен выдыхает, успокаиваясь немного. Он не знает точно, что стоит за этим «хорошо». Сколько людей погибло в момент захвата. Удался ли он, или группа смогла только забрать часть оружия. Ким просто хочет верить, что если Намджун говорит, что «все хорошо» значит так и есть самом деле.