История Миши

Высоко в небе сияло солнце, обжигая поле своими лучами. Раскаленная земля была покрыта слоем пыли, которая безостановочно летала в воздухе. На тренировочном поле, кругами бегали дети. Несколько взрослых мужчин сидели под деревом, держа в руках кружки с пивом. Мужчины были одеты в военную форму, но сейчас они сняли верхнюю одежду и развалившись на стульях, наблюдали за детьми, попутно что-то крича им. Все дети были одеты в одинаковую форму, а на их руках были электрические браслеты. Форма была грязной от пыли, а у некоторых стерлась подошва на ботинках и они бежали голыми ногами по пыльной земле. Воздух был невыносимо душным, а солнце безжалостно нагревало землю, от чего казалось, что все пылает или было раскаленным. Тренировочные поле было большим и дети без остановки, дни напролет, бегали и тренировались. В последние дни жара не спадала и дети мучались жаждой, без сил волоча ноги по земле. Многие падали в обморок, но их поднимали их товарищи и волокли за собой, более выносливые молча пробегали нормативы. В долгожданные перерывы все из последних сил приползали к тени и оставались лежать на земле. Многие неподвижно лежали, пока старшие солдаты не выдавали на них ведро воды или помоев. Лишь немногие проявляли сострадание, большинство лишь издевались над несчастными. Особенно доставалось тем, кто не мог сдать нормативы, которые и без того были превышены. Около месяца или двух после объявления начала войны, сирот заставили интенсивно тренировать, используя бесчеловечные методы. Сироты, которые выросли на улицах и привыкли вести беспорядочный образ жизни, то убегая, то избивали обидчиков, были выносливыми и молча, скрепя зубами, выдерживали все испытания. Черноволосый мальчик, который был впереди всех, хватая воздух ртом, отошел в тень. Пробежав полдня, он наконец закончил свой бег и мог отдохнуть. Пытаясь отдышаться, он сел на землю, спиной к полю. Не первый раз он прибегал первым и завистливые взгляды товарищей преследовали его спину. Оперевшись руками о землю, он откинул голову назад и прикрыл глаза. Он наконец восстановил дыхание и теперь просто отдыхал. Позади него послышались перешептывания. — Опять он первый закончил. -Пф. Думает лучше всех, так теперь можно в тени прохлаждаться? -Да он же просто хочет выпендриться перед старшими, чтобы его быстрее на фронт забрали. -А кто не хочет? Сейчас всем бы побыстрее туда. Там куда лучше, чем здесь. И это было правдой. На окраине столицы было тренировочное поле и приставлено несколько солдат для тренировок новичков. Но новичков было мало, а если и были, то это были дети-сироты. Роты, которые находились даже не в тылу, не сменялись. Это были сыновья богатых купцов и ремесленников, чиновников и депутатов, которые даже не были на войне вовсе, а все время отсиживались здесь под предлогом обучения новичков. Они испытывали отвращение к таким нищим слоям общества и конечно не жалели детей. — Если он так и продолжит делать, то на нас вообще не будут обращать внимание, то как мы сможем выбраться? — Да, ты прав. Нужно его проучить, чтобы больше не выделывался перед нами! Дети чувствовали крайнюю злобу и зависть к черноволосому мальчику, поскольку тот с первого дня их встречи, совсем не обращал на них внимания и сначала все подумали, что он умственно отсталый, но как только появилась возможность, он оказался умнее и способнее их самих. Черноволосый мальчик не сдвинулся с места. Группа детей, обсуждавших его, остановилась в несколько десятков метров от него. Один из мальчиков поднял с земли небольшой камень. Повертев камень в руке, он сделал замах и кинул его в черноволосого. Камень летел со стремительной скоростью и пролетев уже полпути должен был попасть точно в голову мальчика! Но он казалось совсем ничего не слышал и просто сидел с закрытыми глазами. Неожиданно, летевший камень, прекратил свой полет. Его сбил бешено вращающийся камень, который с молниеносной скоростью, летел с правой стороны. Раздался легкий звук столкнувшихся камней и оба камня, сменив на миг траекторию, упали на землю. Группа мальчиков сначала не заметив это, продолжала злобно усмехаться, но как только они поняли, что произошло, то все повернули головы вправо. Тяжело переставляя ноги и еле дыша, шел светловолосый мальчик. Группа детей сначала ошеломленно уставились на мальчика, но через секунду, бросая косые взгляды, ушли. Никто не заметил, когда он подходит в из сторону и как смог вовремя заметить бросок. Но он там был уже довольно долго. Черноволосый не сменил своей позы и будто вообще не слышал, что произошло. Его совсем не волновало то, что он только что мог получить серьезную травму. Шаги светловолосого мальчика были тихими и легкими, даже несмотря на то в каком состоянии он был сейчас. Медленно подойдя к спине сидящего, он тут же свалился на него. Облокотив свои руки о плечи, он полностью всем весом навалился со спины на черноволосого мальчика. Он слегка вздрогнул и открыл глаза. Другой уже положил свою голову ему на плечо и тихим голосом, одними губами сказал: — Я больше не могу. Мальчик развернулся и подхватил друга на руки. Они отошли подальше от тренировочного и поля. В заброшенном саду был родник. Листва деревьев и кустарников скрывала его от посторонних глаз. Положив мальчика на землю, он набрал немного воды в руки и выплеснул тому в лицо. Мальчик не пошевелился. Солнце не щадя никого, обжигало любой просвет в тени. Темноволосый мальчик оттащил своего друга ближе к дереву и усевшись положил его голову к себе на колени. Мокрыми и холодными руками он медленно гладил его лицо. От чего-то его сердце застучало чаще. Мягкие черты лица светловолосого мальчика, его светлая кожа. Он не отрывая глаз любовался им, поглаживая его лицо. Прошло некоторое время. Мальчик пошевелился, медленно открывая глаза. Миша сидел, облокотившись о дерево и закрыв глаза. Мальчик осмотрелся и понял, что лежит на коленях у своего друга. Он посмотрел на его лицо. Четкие, мягкие черты лица. Он посмотрел, как тот, закрыв глаза, сидел. Легкий ветер шевелил его волосы. Он улыбнулся. Прижимаясь ближе к нему головой. Миша, почувствовав движение, открыл глаза и посмотрел вниз. — Марк, ты очнулся? -его щеки вспыхнули небольшим румянцем. Марк, терся головой о бок Миши и довольно улыбался. -Ага.-Марк тяжело вздохнул, прекратил тереться и закрыл глаза. Миша еще немного посмотрел на своего друга. Светлые волосы Марка уже давно были в пыли. Когда он лежал, они беспорядочно покрывали его лицо. Сейчас он выглядел уставшим и измотанным. Он совсем не в силах пошевелиться, лежал на коленях у Миши, закрыв глаза.Он больше ничего не говорил. Казалось, будто он снова провалился в сон. Его изматывало жестокое обращение, ненормальные тренировки. Он недоедал и не мог нормально спать. Вечные упреки и подстрекания со стороны других товарищей. На него все это влияло. Но он никогда не говорил, как ему тяжело. Он всегда выглядел таким сильным. Способным выдержать многое. Каждый раз он просто приходил к Мише. Каждый раз он подходил к нему сзади и облокачивался об него. Он всегда был для него опорой. И таким уставшим, вымотанным мог видеть его лишь он. Миша, не отрывая глаз смотрел на Марка. Прошло какое-то время и им уже необходимо было вернуться. -Марк…-Миша слегка потряс Марка за плечо. Тот неохотно открыл глаза. Проморгавшись, он наконец ясно посмотрел на Мишу. — Пора идти на ужин. Марка с наигранной раздраженностью посмотрел на Мишу. Он сделал такое капризное лицо, что был похож на маленького балованного ребенка. Но выражение лица Миши осталось неизменным. — Ладно, ладно. Мы уже довольно долго здесь. Как думаешь, как в этот раз нас накажут? Миша нахмурился: — Незнаю. Мы сдаем нормативы. Может и не накажут, а отругают только. Но на ужин лучше успеть. Вставай. Марк лениво отвел взгляд в сторону, не сдвинувшись с места. Миша сидел и ждал, пока тот наконец соизволит встать. Но Марк не собирался. — Я так устал. Пойду только, если ты меня понесешь! — Что?.. Миша не успел ничего сказать, как Марк подскочил и ухватил Мишу за шею. Он двумя руками обвился вокруг нее. Но спустя долю секунды, посчитав свое положение проигрышным, решил сесть сверху на Мишу. И вот так они сидели. Миша был в замешательстве. Марк плотно обнимал его за шею, сидя на нем, а его лицо было неумолимо близко. Светловолосый друг улыбался, глядя Мише в глаза.Но парень залился краской, не смея пошевелиться. Он просто сидел, не понимая, что ему делать. Марк незаметно наблюдал за его реакцией, не спуская улыбки с лица. Он слегка стукнулся лбом о его лоб. — Чего сидишь? Неси! Миша вырвался из оцепенения. Лицо Марка стало еще ближе и он мгновенно столкнул его. — Сам пойдешь. Миша поднялся, отряхнул траву с одежды и на ватных ногах, полностью залитый красной краской, пошел вперед. Марк смотрел ему вслед и улыбался. Но это уже был не тот взгляд друга. Парни пришли в общую столовую. Ужин уже начался. После начала тренировок им разрешил есть в столовой со всеми остальными солдатами. Но при условии, что те будут там убирать. После каждого приема пищи дети там убирались до блеска. Но они никогда не могли распределить работу между всеми и всегда были «козлы отпущения». Те, кто был слабее, не мог толком постоять за себя, тот всегда делал грязную работу. Тот всегда делал больше, чем положено. Сильные никогда не занимались чем-то помимо тренировок. В столовой было как обычно шумно. Звон ложек, стук стаканов, гомон солдат. Кто-то смачно ругался, кто-то грубо смеялся, от чего летели слюни в разные стороны. Кто-то бесконечно двигал столы и стулья. Пара солдат, которые были на разных концах длинной столовой, перекрикивались между собой, то ли руганью, то ли дружеским приветствием. Парни подошли к окну с выдачей еды. Толстый мужчина с неопрятной бородой, грязной рукой протянул им миски перловой каши и два стакана компота. Друзья молча взяли еду и ушли из столовой. Вечерело. На поле для тренировок оседала пыль. Вокруг никого не было. Шум из столовой постепенно отдалялся. Они подошли к лавочке под деревом и сели. Марк посмотрел по сторонам и тихо сказал: — Подожди, я сейчас. Миша вопросительно на него посмотрел и проследил взглядом, как тот убегает в гущу деревьев. Через пару минут Марк вернулся с двумя жареными куриными ножками и свежеиспеченными булками с маком. Миша уставился на Марка. — Не спрашивай. Дали за личные заслуги знакомые командиры.-он протянул одну ножку и булку Мише, -Ешь давай, пока не остыло. Мальчики с удовольствием съели еду, принесенную Марком. Но если честно, такое вот баловство в еде не было редкостью. Многие выполняли поручения командиров, чтобы заработать себе немного пригодной в еду пищи; у некоторых были особые привелегии среди старших. Но чем именно особенным те занимались, никто не знает. Миша знал это и хоть без колебаний съел еду, но все равно впал в глубокие раздумья. Он очень надеялся, что Марк не относился ко вторым. Что он действительно просто заслужил это за выполнения личных поручений. Марк допивая компот, заметил серьезный вид Миши. -Ахахаха, что ты там себе надумал? — Марк громко рассмеялся и поттянувшись к Мише, приобнял его за плечи, и принял ожидающий ответа вид с загадочной улыбкой. Кончики ушей Миши невольно покраснели, но Марк этого не заметил. Наконец найдя силы задать мучающий его вопрос, он спросил: -Марк, ты же не… Марк, услышав это снова рассмеялся: -Ахахаха, да какого ты обо мне мнения? Конечно нет, ахаха.-После этого он прекратил смеяться. Резко став серьезным, он посмотрел Мише в глаза. Он долго смотрел, будто пытался найти что-то в них. Мише было немного неловко, но внешне он не повел ни одним мускулом на лице. Он так же выжидающе смотрел в ответ. Наконец, будто найдя то, что искал, он прислонился лбом к виску Миши. Прикрыв глаза, он еле слышно, Мише показалось, что хриплым голосом, сказал: -Никогда так не думай обо мне. Сердце Миши пропускало удары. Вдруг все вокруг для него перестало иметь значение. Он видел перед собой лишь светлые волосы и Марка. А слышал он лишь его дыхание на своей щеке. Миша невольно прикрыл глаза. Больше ни о чем не думая, он слегка потерся головой о голову Марка. Не ожидая этого он распахнул глаза. Его сердце застучало как бешеное, но он не спешил убирать руку с плеча Миши и продолжал опираться головой о его висок. Миша задержавшись на секунду на щеке Марка, заглянул ему в глаза. Это был короткий миг. Но его было достаточно. Короткий, мимолетный взгляд, сумевший сформировать невидимую для остальных связь. Миша и Марк одновременно закрыли глаза. Марк уткнулся в плечо Миши, крепче сжимая рукой его плечо. Миша положил свою голову на голову Марка. Они не произнесли больше ни слова. Только последняя фраза Марка осталась висеть в воздухе, эхом отдаваясь в их головах. Они просидели так до позднего вечера.