Ради твоего внимания я готов убивать.

Джонни открыл глаза. Вокруг снова та клетка и лежащий Рома у него на коленях. Рассмотрев парня, оглянулся вокруг себя. Ромашки были закрыты и немного дергались. — мн. — открыл глаза русый — Рома! — стал трясти парня и пытаться его пробудить — с-спина. болит. — медленно поднялся на локти и тоже осмотрелся — это я сделал? — да походу. — ужасно себя чувствую — сел на траву и смотрел на Джонни — а что ты тут вообще делаешь? Это же мой сон, уйди от сюда — я как сюда попал, так и не могу выйти. Вечно тут ошиваюсь — ухх. — попытался встать. Тело с такой тяжестью поднялось на ноги, что теперь лозы тянут вниз — надо. убрать. — бах на колени. Листья стали дрожать, как будто павлин дрожит своим хвостом. Звук примерно такой же Пару напрягов и ветки стали убираться внутрь тела. С криком и кровью клетка стала распадаться на мелкие веточки. Показалось небо и падающий снег. Когда же остались только выпирающие листья из-под кофты. Джонни подполз к Роме и помог ему встать — все хорошо? — даже легче стало, только сзади колется. и холодно. — эй! Тут кто нибудь есть?! — послышался сзади женский голос. Джонни его сзади узнал — это же Маша. та, что сидела с нами в кафе — вскочил и побежал за холм. Рома пошел следом, но не торопился особо. Увидел, что тот разговаривает с ней. Листочки стали дрожать. Медленно подошел — как мне выйти от сюда? Это же сон? — да, это сон, но. — класс! Я теперь могу делать что хочу и представлять, что хочу! Она прыгнула от радости и схватила руку черноволосого — пошли мороженого поедим? — Маша, это не совсем сон — а что это? Я же сплю? Сплю. Так в чем проблема? — она повела за руку парня. В горле встал ком. Рома медленно пошел за ними. Джонни обернулся и взглянул на Рому. Зрачки узкие, словно точки в тексте. Губы были белые, кожа бледная. Руки по швам. Звук дрожащих листьев Зрелище жуткое. Джонни испугался и хотел затормозить, но упал на снег — почему тут такая длинная дорога? Когда уже будет город? Опустив руку, она встала в снег. Поднялась метель. Рома смотрел вниз. Его зрачки все были уже и уже. — ты хочешь ее задушить? — голос в голове. Першить в горле стало больше — д-да — глоть — Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Убей ее. Лоза вылезла из-под кофты и прижала к ладони рукоять ножа. Сжал пальчики. Скрип кожи. Кашель. Шаг. Быстрый шаг. Бег. Следы оставались на снегу, а лозы вылезали из-под толстовки. Девушка обернулась и все, что она успела увидеть, как голубая радужка в белоснежкой толстовке охватывает ее шею. Пальцы вцепились в горло и стали душить. Ветки ползя по рукавам, обхватили шею вместе с пальцами и резко шипы стали длиннее, протыкая шею полностью. Часть тела отлетает от туловища Колбая стоял и молча смотрел на эту картину. У него был шок и даже с места сдвинуться было сложно. Тело падает в снег.

***

Колбая открывает глаза. На лице испуг. С обычного дыхания, стало переходить на томное, а после и просто отдышка. Вскочил он не сразу. Схватившись за одеяло, стал осматриваться. Дома. Родные стены, потолок, гудящий компьютер и хромакей. Все на своих местах. Зашел в сеть и посмотрел сначала страницу девушки. Она была в сети час назад Потом к Роману. Он был в сети 2 часа назад. Вышел в туалет и умыл лицо. Те глаза кажется, он не забудет никогда. Теперь уснуть будет куда тяжелее, нежели просто лечь и закрыть глаза. Схватил одеялко и лег на подушку. Веки смыкать парень боялся, даже лежать в темноте было страшно. С включенным ночником было куда проще, но страх засыпать все равно остался.

***

Прошла неделя с того момента. Девушка жива и все было хорошо. Вот снова парни сидят в баре и разговаривают о своем. О том сне Джонни даже не вспоминал и попадать в то место он тоже не хотел. Рома сидит и тоже общается с другими, хотя, его почему-то ничего не радовало. Он выглядел грустным и пытался натянуть улыбку, даже когда действительно смешно. Кажется, эмоции в нем начинают угасать, хотя после яблочного фреша куда лучше становится. Да и от приятной музыки уголки губ Ромы поднимаются на немножко. Девушка Маша тоже странно себя ведет. К Джонни она стала меньше лезть и даже старалась не разговаривать, но все же пыталась как-то подкатить. Топовский взял за руку Романа и вывел из компании под предлогом: «пошли покурим» Они не курили. Выйдя на улицу, шел снег. Топовский сел на ступеньку, а Рома на корточки рядом. — что с тобой, дружище? — Максим смотрел на снег — со мной все хорошо. Что может быть не так? — я у тебя и спрашиваю. Поссорился с кем-то? — да вроде нет. Просто плохо сплю по ночам. Все хорошо. Топовский посмотрел на Романа, а улыбка русого заставила в этом убедиться. — как ты смотришь на девушек? — Максим натянул капюшон, уши мерзнут — никак. Я не нуждаюсь в отношениях. Мне хорошо в компании друзей. Максим еще раз взглянул в глаза Фильченкову и убедился в этом. — хорошо. Пойдем, я замерз.