//
29 июля 2020 г., 14:52
Тэхён пытался успокоиться путём разбора давних документов, которые были у него на столе, чтобы потом отнести Чонгуку, и тот пусть делает, что захочет, но успокоиться всё равно не удавалось. Мысли о том, что из компании пропала большая сумма денег, не утешала, ровно как и то, что его легко могут попереть отсюда за это, если Мила настолько вскружила голову Чону.
На самом деле, Ким только два раза застукал своего друга и девушку целующимися, но успел придумать достаточно, чтобы начать волноваться о сохранности своей работы. Вот вроде бы всё хорошо, попереть с должности должны Милу, ни в коем случае не его, тем более, что Чонгук всегда вступался за лучшего друга, но никак не за шалав, которые хотели только одного, но всё решает случай. Тэхён ужасный параноик.
Омега стоит около стола, запихивая в папку маленькую стопку разобранных кое как бумажек, как лифт открывается, и из него вылетает, прямо-таки вылетает растерянный альфа. Одет он в похожий костюм, как и у Тэ, наверное, покупал у того же бренда, белая атласная рубашка и не менее дорогие туфли. В руках он держит кейс, скорее всего, с такими же бумагами, потому что больше ему носить нечего.
— Тэхён? Какого чёрта ты мне ничего не сказал? — старший становится напротив него с противоположной стороны стола и складывает руки на него, пронизывая своим взглядом хищника.
— Да в смысле не сказал? Я тебе столько раз говорил об этом, но тебе же всё равно, даже если твоя компания разорится. Я просил тебя не заводить свои романы на работе, потому что в большинстве случаев, таким исходом это и заканчивается, но зачем тебе меня слушать? Ты ведь босс и начальник здесь, что для тебя значат слова какого-то там секретаря? — омега говорит подозрительно спокойным голосом, не поднимая глаз на старшего и не отвлекаясь от работы.
— Что? Ты о чём вообще? Какие романы? Какое разорится? Что случилось? — Чон тут же бледнеет на глазах, а выражение его лица становится каменным. Он вообще ничего не понял из того, что сказал его друг.
— Как это о чем? Твоя Мила оказалась той тварью, которая пересказывала все наши проекты соперникам. Но это ещё ничего… она начала разорять компанию изнутри, крадя деньги и подстраивая под себя отчёты, которые я только что проверял. Тебе что-то ещё непонятно? — пепельноволосый медленно поднимает свои глаза на Чона, в которых так и читается обида и разочарование. — Помнишь, ты говорил, что никогда не станешь трахать омег на работе, ведь это низко. Представь, как сейчас ты упал в моих глазах…
— Блять, неужели это правда? — Чонгук положил свой кейс на стол и опустил голову, опираясь на руки об стол. — Я не думал, что это именно она. Мила ничего не могла узнать от меня, мы ни разу не были вместе. Когда ты заходил, она специально бросалась на меня, потому что каким-то образом прознала, что Джисон и мой сын тоже, поэтому шантажировала меня этим. Но мне было пофиг на это, да и сейчас тоже. Просто уволим её, и проблем больше не будет.
— Да ладно? А как ты собираешься возвращать деньги? — Ким наконец-то складывает папки вместе и пихает их в шкафчик позади своего рабочего места.
— Я попрошу своих хороших знакомых, они вытрясут из неё деньги и всё, — альфа резко поднимает взгляд на Кима.
— Хорошо, я надеюсь у тебя получится, — Тэхён смотрит на собеседника только секунду и садится на кресло, начиная заниматься своими делами.
— Конечно, у меня получится, но теперь, я хочу поговорить о другом, — Чонгук обходит стол, пихает кресло, на котором сидит омега, немного назад и берёт того за плечи, разворачивая к столу. Он заставляет омегу опереться поясницей о стол и ставит руки по обе стороны от младшего, чтобы оказаться на одном уровне. — Что происходит с тобой? Почему Джисон сегодня утром написал мне, что ты серьёзно поругался с мамой, и она даже подняла на тебя руку. Ты ничего не говоришь мне, а потом страдает наш сын из-за вот таких вот ситуаций. Я сегодня же приду и поговорю с миссис Ким.
— Я не обязан рассказывать тебе о таком и вполне могу сам разобраться. А ты лучше следи за собой, — пепельноволосый толкает Чона в плечо, и тот убирает одну руку, тем самым давая возможность пройти. Тэхён ждёт, когда Чон соизволит покинуть его территорию и уйти к себе в кабинет, но альфа продолжает стоять на месте.
— Тэ, прости меня, пожалуйста, я не хотел, чтобы всё так получилось. А сейчас я не хочу, чтобы мы опять ссорились. Не злись, малыш, — брюнет хмыкает на последнем слове и подходит к другу, обнимая за талию и прижимая очень крепко к себе. Тэхён, как всегда, ведётся на его уловки и, вздыхая, обнимает в ответ. Ему тоже не нравится, что в последнее время у них слишком много причин для ругани, но надеется, что скоро всё пройдёт. Им нужно думать, в первую очередь, о Джисоне, а не о таких глупостях.
— Я отвёл Джи к Чимину, потому что не хочу оставлять его надолго с мамой. У них в школе заболела учительница, поэтому ему было бы скучно. Завтра будет кто-то новый, так что я уже не парюсь, — Ким отстраняется первым и невесомо проводит по руке альфы, когда обходит его, отчего у старшего мурашки по всему телу. Ему это кажется особенно интимным, но, чёрт, это же Тэхён.
— Ладно, пусть лучше поиграется с Чимином, тем более, что они и так лучшие друзья, — Чонгук улыбается на свои же сказанные последние слова и поворачивается за Кимом. Скорее всего, у омеги скоро должна начаться течка, потому что как иначе объяснить тягу старшего к нему и слегка усилившийся запах вишни.
Чон готов поспорить, что сейчас аромат Тэ в сто раз лучше, что был тогда, ещё почти девять лет назад. Беременность и вправду меняет омег в лучшую сторону, и это не обошло пепельноволосого, потому что тогда запах был просто обычный, а сейчас можно различить и другие нотки аромата, тем более, что он стал насыщенней, вычурней и во много раз привлекательней. В первую после родов течку Чонгуку было сложно смириться, что запах его друга теперь такой… охрененный. Было сложно с ним находиться рядом даже через два дня после её окончания, ибо так и хотелось разложить его у себя на кровати. Тогда у альфы год не было секса, и его инстинкты стали по-зверски сильные. Но всё же самообладание не покинуло его, и это очень хорошо.
— Давай приступим к работе, — Тэхён берёт стопку бумаг, которую ещё вчера подготовил, и протягивает альфе. — Это то, что я проверил за прошлый месяц и начало этого. Новые договоры и прочее я принесу вечером, а сейчас разбери это. И лучше давай я перепишу всех клиентов на Юнги, а ты просто посиди один, — парень кладёт руку на плечо друга, чтобы звучать убедительней, и смотрит в глаза, немного улыбаясь.
— Хорошо, как скажешь. Я зайду к нему сейчас, поэтому если что, нас нет, — Чон кивает на двери кабинета Мина и уходит туда же, после согласия Тэхёна.
/\/\/\/\/\
За окном ночной Сеул начинает оживать. С небольшого кафе по соседству из открытого окна слышится весёлая музыка для привлечения клиентов, фонари начинают освещать улицу, потому что часы показывают девять вечера. Да уж, сегодня пришлось долго работать, потому что накопившиеся бумаги сами себя не разберут. Чону нужно было ещё и все отделы пройти и проверить качество их работы, потому что теперь сам начал сомневаться в сотрудниках немного больше. Юнги вообще не выходил из своего кабинета целый день, только и успевал принимать клиентов и договариваться о новых сделках. Чонгук хотя бы от этого отдохнул. Он настраивается на мероприятие, на которое уже бы следовало начать собираться, но Тэ ещё немного занят, а он просто ненавидит бросать работу на половине. Альфа хорошо обдумывает свои ответы на вопросы от соперников, «друзей по контракту» и репортёров, потому что мистер О не может устраивать что-то не публично, тогда нет смысла этого делать. Чон бы и вправду не пошёл туда, потому что люди там собираются только высокомерные; с карманами, полными зелени, и вычурные дамочки, которые так и жаждут отдаться тебе в туалете в первой же кабинке. Он уже бывал один раз на таком и ему хватило сполна. Чонгук дал себе слово, что не сунется больше на такие вечера один, а только с Тэхёном, так спокойней. Чон бизнесмен, владелец одной из самых популярных компаний в Азии и ему просто необходимо быть на подобных вечерах, как бы он их не любил. Но иногда так хочется купить загородный дом около моря и жить там со своей семьёй: с Тэхёном и Джисоном. Он бы хотел, чтобы у них с омегой всё было по-другому, как у людей, нормальных людей. Отношения, любовь, бытовая жизнь, а не вот это вот всё. То обжимаются, как настоящая парочка, то ругаются, то мирятся, то плачутся друг другу. Ещё и родители с двух сторон давят на них, мол нужно жениться и воспитывать сына, как все семьи, а не передавать его друг другу. Но что поделать, если они оба к такому привыкли? Им хорошо и так, совсем не важно, что о них думают другие. Мужчина вздыхает тяжело и поднимается со своего кресла, беря со спинки пиджак. Быстро надевает его и выходит из кабинета, наконец-то собравшись с мыслями и решая долго не тянуть с мероприятием. В конце концов, чем раньше придёшь, тем раньше уйдёшь, ведь альфа уж точно не планирует сидеть там до полуночи. — Ты готов? — брюнет подходит к столу Кима, где второй почти засыпает на своём стуле, но быстро подрывается, слыша голос начальника. — Может всё-таки сам? — омега опять делает попытку, состроив милые глазки и смотря так преданно, что Чон бы даже не посмел отказать, но находиться там самому сродни реальному самоубийству. — Нет, идём скорее. Мы не пробудем там долго, всего лишь дам несколько ответов на вопросы, покрасуемся перед камерами и уйдём к сыну, — старший, как истинный джентльмен, берёт с вешалки пиджак омеги и надевает на него. — Заберём его и поедем ко мне. Я хочу, чтобы вы остались у меня сегодня, пожалуйста, один раз, — Чонгук теперь смотрит также умоляюще, на что младший улыбается и кивает. Они на самом деле редко проводят время все втроём. Целую неделю за мальчиком смотрит бабушка, а Тэ только вечером может провести время с ребёнком. На выходные его забирает Чонгук и так каждую неделю. Из-за этого, Джисон очень мало времени проводит в полной семье, с двумя родителями, точнее, совсем не проводит. Альфочка ничего никогда не говорит по этому поводу, не жалуется и не просит большего, ему всё всегда хватает, но Тэхён и Чонгук прекрасно понимают, как сильно их сын хочет, чтобы они жили все вместе. Друзья выходят во двор, попутно ведя разговор по поводу мероприятия, кто на нём будет и что вообще будет происходить. Мистер О любитель вычурности, элегантности, шикарности и тому подобное, поэтому, скорее всего, там будет слишком роскошно даже для Чона, который, к слову, тоже любит, чтобы всё было дорого-богато. Его дом, что находится в тихом районе Сеула, вообще похож на дом миллиардера, из-за этого Тэ не любит там бывать, чувствует себя не комфортно в такой махине, да ещё и с задним двором, где расположен бассейн. Это слишком для омеги. Но зато Джисон обожает дом отца, находился бы там целыми днями, даже научился плавать каким-то образом сам. — Ты скажешь, что приволок своего секретаря, потому что не хотелось идти самому? — изгибает бровь пепельноволосый, смотря на сосредоточенного только на дороге впереди альфу. — Звучит не очень, — он хихикает и поворачивается вперёд. — Да какая им разница, с кем я пришёл? Придумаю что-нибудь на ходу. — Ну, судя по тому, как сильно любят читать про тебя всякие там омежки, репортёрам будет очень интересно. Ты вообще в курсе, что являешься чуть ли не самым обсуждаемым холостяком нашей страны? Вот это я счастливчик, даже переспал с тобой, — Тэхён уже вовсю ржёт, на что альфа хмыкает и бросает свой взгляд вправо, где сидит его друг. — Конечно, ты счастливчик, в моей кровати побывало не так много омег, чтобы хвастаться этим. А ты даже залетел, — старший щёлкает пальцами перед лицом второго, а тот тут же отбивает его руку. — Не смей об этом шутить, скотина. Что-то наша шутка затянулась, ты всё переводишь в чёрный юмор, — Ким хмурится и цокает. — Ну не злись, малыш, — Чонгук прямо-таки мурлычет довольным котом эти слова и проводит рукой по колену младшего, поднимаясь выше и выше. Конечно, звонкий шлепок от омеги не заставил себя долго ждать, и альфа громко шикает, потому что Тэхён любит биться. — Ты настоящая скотина. Брюнет на такое заявление опять хмыкает, потому что уже привык слышать эту фразу несколько раз на день, в течение стольких лет… — Придумай что-то новое, — весело проговаривает он и наконец-то находит место, чтобы припарковать машину. Чонгук выходит первым, потому что должен показать людям, какой он галантный, и открывает дверь омеге, подавая руку. — Мог обойтись и без этого, здесь не так много камер, — пепельноволосый бурчит, но подыгрывает боссу, потому что это его работа. Ничего не изменит того, что Тэхён ненавидит такие вечера и предпочтёт провести эти, и так малые, часы с сыном за просмотром очередного боевика, чем торчать здесь за ручку с другом и улыбаться этим лживым лицам. — Да, но я хочу, чтобы ты немного расслабился. Пожалуйста, будь проще, я обещаю, что с тобой никто не посмеет заговорить, — Чон подставляет свой локоть, чтобы второй взялся за него. — Ты не можешь обещать мне этого. Откуда ты знаешь, когда они подойдут к тебе, — Ким снова ворчит, но покорно идёт рядом, держась за локоть. С этим шибанутым на всю голову другом ему не так страшно, но всё же… эти люди ему очень противны. Когда они приходят в их компанию договариваться о сотрудничестве или сделать заказ, это одно, но когда видишь их в дорогущих костюмах и платьях, которые стоят целые состояния, и в таких же украшениях, с наигранными улыбками и полными лжи глазами, это уже совсем другое. — Просто доверься мне. Они медленно поднимаются по лестнице, слыша за спиной множество вопросов, которые так и сыплются друг за другом, и звук щёлкающих камер. Омеге уже хочется убежать, но он лишь крепче сжимает руку на локте старшего, прижимаясь ближе к его боку. Дальше они заходят в просторный зал с множеством столиков, снующих туда-сюда, красиво одетых официантов, что предлагают шампанское и вино, ну и, конечно же, полно бизнесменов, которые уже во всю красуются друг перед другом дороговизной своих часов и запонок. Кто-то держит рядом с собой за талию таких же убранных дамочек, что попивают шампанское и гаденько хихикают, кто-то стоит компаниями из одних только альф, а вот и компания знакомых Тэхёну трёх омег-друзей, которые живут за счёт своих папиков, ведь этим детям не больше двадцати. Омега выдыхает через стиснутые зубы и медленно натягивает на губы приветливую улыбку, потому что Чонгук начинает махать рукой всем, кто смотрит в его сторону, и Тэ просто не может стоять камнем. Может лучше выпить бокал шампанского, чтобы хоть немного прийти в себя и перестать обращать внимание на совсем незнакомых ему людей? Будет сложно, учитывая, что он ненавидит шампанское и пьёт только вино. Хотя нужно учитывать и то, что последний раз пил его с Чимином год назад, поэтому стоит пепельноволосому сейчас сделать глоток, как его тут же разнесёт, лучше не позорить себя и, тем более, Чона на людях. — Пойдём к столику с фруктами, я хочу есть, — альфа тут же тянет младшего за собой, стоит ему увидеть огромный стол, около которого также стоят несколько гостей. — Ты не собираешься ни с кем разговаривать? Я думал ты начнёшь заводить новых знакомых-партнёров, — Тэ удивлённо приподнял бровь, смотря в сторону рядом идущего Чона. Чонгук хоть и не часто ходит на такие вечера, но старается максимально сделать их полезными для себя и компании, а не просто так проторчать без дела. — Ты же знаешь, они, — старший обводит в воздухе пальцем это помещение и улыбается, становясь около желанного стола, опуская руку в локте, — именно они должны искать пути сотрудничества со мной, а мне это не нужно. Сейчас у компании достаточно спонсоров, я за ними никогда не тянулся, всегда они шли за мной. Так что, сегодня мы просто покрасуемся и уйдём, я безумно соскучился по Джи и хочу побыстрее провести с ним время на выходных, и с тобой тоже, — альфа лукаво улыбается, смотря на Кима из-под чёлки, и будто специально пытается привлечь всё внимание Тэхёна на себя, медленно и развязно протягивая ко рту палочку с каким-то фруктом на ней. Младший бы фыркнул на это, потому что привык к такому, но остаётся непреклонен и просто поворачивается к столу в надежде и себе найти что-то вкусное. — С какого такого перепуга ты хочешь провести время со мной? — У Джи день рождения в субботу, я думал, что мы проведём этот день вместе, — Чонгук начинает чесать голову от растерянности, хотя сам не знает почему. Раньше, они никогда не проводили дни рождения втроём, хотя для Чонгука его последнее двадцативосьмилетие было бы раем, проведи он его только с двумя самыми близкими людьми. — Надо же, я думал, что он бы хотел побыть только с тобой, — Тэхён снова невесело хмыкает и откусывает кусочек яблока, чтобы отвлечься. Омега прекрасно помнит, как ещё неделю назад сын радостный бегал по своей комнате, когда узнал, что его день рождения будет в субботу, именно в тот день, когда он остаётся у отца. Джисон сказал, что не хочет праздновать этот день с друзьями, одноклассниками и, тем более, с родственниками, ему будет намного приятней провести целый день с отцом в большом доме, смотря до ночи фильмы и разговаривая о мелочах. Тэхён понимает, что, вроде бы, их отношения с сыном стали лучше за эти два дня, но всё же, его сердце немного болит. — У меня совсем другие планы и я думаю, что наш сын точно их заценит, — альфа кивает будто сам себе и подносит ко рту удивлённого Тэхёна виноградину. Тот смотрит и не понимает, что от него хочет старший. — Съешь её прямо у всех на глазах. У них сложится ощущение, что я серьёзный человек, ведь у меня есть омега. Ким готов сейчас заехать коленом Чонгуку в пах и уйти отсюда с гордо поднятой головой. Этот альфа доводит его до истерики своими решениями и внезапными такими вот порывами, будто кому-то нужно что-то доказать. Как друг, Ким бы мог это сделать, потому что их дружба только и состоит из ругани, тупых подкатов и подколов. Как секретарь, он должен это сделать, потому что омега сейчас на работе. Как папа его ребёнка, Тэ не может ему отказать, поэтому покорно размыкает губы и захватывает в рот сочный фрукт, не упустив возможность поиздеваться над старшим. Омега медленно переводит на него взгляд из-под лба и обводит горячим языком пальцы второго. Чонгук от такого напора мучительно выдыхает и убирает руку, чтобы не привлекать слишком много внимания. — Мистер Чон, кого ещё я ожидал увидеть здесь? — ещё один знакомый Тэхёну бизнесмен подходит к ним вместе со своим омегой, по всей видимости, и пожимает руку ухмыльнувшемуся Чону. — Как поживаешь? — Не хуже тебя, Ким Намджун, — едко отвечает брюнет, прижимая Кима к себе за талию. Вот же зараза, он редко себе позволяет это на глазах у всех. — Давно не виделись. За это время успел обзавестись омегой? — спрашивает давний знакомый Чонгука, обводя Тэ взглядом сверху вниз, будто прицениваясь, и даже облизывается. Обоим друзьям от такого становится противно, и альфа даже немного прикрывает младшего своей спиной, дабы Тэхён избежал таких пошлых взглядов и совсем недвусмысленных намёков. — Это мой муж… без пяти минут, правда, но сути не меняет, — Ким бы сейчас во второй раз завалил брюнету, но сдерживает себя, прекрасно осознавая, что должен подыграть, в первую очередь, своему начальнику. Поэтому прячет руки за спиной, ловко снимая со среднего пальца кольцо, подаренное Чимином когда-то, и надевает на безымянный палец правой руки. — Но у нас есть сын, так что перестань смотреть на моего омегу таким взглядом, будь добр, — Чонгук практически шипит на Намджуна, потому что больше его ничего не остановит. Альфа прекрасно осведомлён о похождениях этого мужчины и его особенности отбирать чужих омег. Чон часто называет Тэхёна своим, не потому, что так на самом деле есть, а просто так привычно и правильно. Чонгук не может себе представить, что будет, когда у его друга появится свой альфа. Это же катастрофа вселенского уровня. Мужчина не простит ему, если тот полностью забудет о своём придурке, а нынче альфы ревнивые, поэтому такой исход вполне возможен. Без Кима его жизнь была бы совсем другой и не факт, что в хорошем смысле. Тэ часто забирал его с попоек и делал так, чтобы родители Чона не заметили, что их сын пришёл домой совершенно пьяный и в отключке. Их компания практически держится на Тэхёне, потому что сам альфа бы не смог поднять её рейтинги настолько высоко. Всё хорошее в омеге можно перечислять часами, а на плохое хватит полминуты, может меньше. Казалось бы, почему бы не быть вместе, раз у них всё так… даже сын есть. Но почему-то оба верят, что созданы друг для друга только в дружеском плане. — Да брось, Чонгук-и, думаешь я не знаю, что это не правда? Ты не мог так быстро обзавестись детьми, а как же «нахрен мне эти дети сейчас»? — блондин напротив ухмыляется, попивая вино из своего бокала, всё ещё восхищаясь своей победой над соперником. Намджун и Чонгук не то чтобы большие соперники, но неприязнь друг к другу точно есть. Знакомы несколько лет, с того момента, как обе компании начали подниматься в рейтингах не только Сеула, но и всей Кореи. — Я не обязан перед тобой отчитываться, Намджун, но это и есть, на самом деле, моя жизнь, — Чон прикладывается губами к виску омеги и долго задерживается там поцелуем. — Лучше разберись со своими проблемами. Стоящему напротив мужчине, видимо, нечего сказать, поэтому он хмыкает и уходит, поджав губы. Тэхён следит за его шагами, которые всё отдалялись и отдалялись, так что дышать стало легче, и в воздухе остался витать только приятный запах Чонгука, а не табак. Омега немного отстраняется, поправляет волосы и молчит, потому что если откроет рот, то непременно громко цокнет. — Прости… — говорит Чонгук, понимая, что этот спектакль был явно не из приятных. Но, видимо, не так сильно он заморачивается над ситуацией, потому что в следующую секунду уже выискивает что-то на столе с фруктами, даже высунув кончик языка от усилия. — Когда попадёшься на своём вечном вранье, меня не втягивай, — удивительно спокойно говорит пепельноволосый и также отворачивается к столу. Ему уже настолько надоел этот вечер, а прошло только двадцать минут от силы./\/\/\/\/\
Ламборгини медленно паркуется на обочине, чтобы потом было легче уехать. На улице мало движения в целом, но машин становится больше, потому что ночь набирает обороты. На часах одиннадцать, на улице холодает, но в салоне держится ещё дневное тепло, приятно разбавляя запахи омеги и альфы. Чонгук поворачивает голову к засыпающему на ходу парню, что прислонился к окну, обнимая себя руками. Видимо ему не так тепло, как старшему. Брюнет вздыхает, смотря на такую картину и снимает пиджак с себя, накидывая на Кима. Тот сразу же дёргается и переводит сонный взгляд на альфу. — Ты спи, я сам пойду за Джисоном, — Чон снова тянет к нему руки, поправляя спавший пиджак, и напоследок проводит рукой по шикарным пепельным волосам. — Хорошо, — тихо бурчит омега и отворачивается в сторону, опираясь на стекло. Чонгук улыбается нежно, немного дольше положенного поглядывая на парня. — Иди уже, — снова бубнеж Тэхёна, который приходит в себя и заставляет старшего выйти из машины, тихо хлопнув дверью, чтобы не нарушить этот чуткий сон. Альфа идёт по направлению к многоэтажке, мечтая наконец-то обнять тельце сына, ближе прижать к себе и прошептать, как сильно скучал. Хочет снова услышать множество историй из уст Джисона. Иногда кажется, что ему не восемь послезавтра, а семьдесят восемь и он повидал уже очень многое в жизни, потому что альфочка умеет так интересно рассказывать, иногда не всё понятно, но безумно захватывающе. Чонгук усмехается, вспоминая недавнюю историю, и не замечает, как уже нажимает на дверной звонок квартиры Минов. Они с Тэ в последнее время редко приходили к ним в гости, потому что работы было выше крыши, сыну нужно должное внимание, да и постоянные ссоры с родителями только ухудшали весь настрой парочки, поэтому они и не хотели приходить, чтобы не испортить его ещё и семейству Мин. Чон, когда психовал из-за таких вот ссор, вообще не хотел никого видеть, даже закрывался в своём доме один на один с дешёвым пивом и тупой дорамой, лишь бы заглушить боль и немного расслабиться. Он ненавидит ругаться с родителями, но они сами провоцируют на это, ибо Чонгук никогда не становится инициатором неприятных тем. — Привет, Чонгук, заходи, — Чимин, открывший ему дверь, мило улыбается, держа ладонь на низу живота и медленно поглаживая. Омега отходит в сторону, чтобы старший прошёл внутрь. — Чим, я ненадолго. Где мой малыш? — Чон пытается разглядеть в гостиной своего сына, который обычно играется там в планшете или просто смотрит телевизор, но находит лишь сидевшего там Юнги, который увидев его, и направился к ним. — Джисон уснул. Сказал разбудить, когда вы приедете, — отвечает Чимин и ластится к своему альфе, который только что подошёл к ним и обнял своего мужа, перед тем пожав руку другу. Не важно, что они виделись несколько часов назад. — Не стоит, я заберу его так. Он в спальне? — Да, Чонгук, но мне нужно кое-что обсудить с тобой по поводу работы, — Юнги направляется за альфой, который будто в своём доме пошёл на поиски сына. — Я в общем… — Давай завтра, Юнги. Если это не очень сильно срочно, то всё завтра. У меня в машине спит Тэ, а Джисон здесь, нужно быстрее уложить их, потому что я уже сам без сил, — Чон говорит тихо, ибо они зашли в спальню, где было темно и спал самый младший. — Прости, — мужчина ободряюще похлопывает его по плечу и идёт в глубь комнаты. Чонгук подходит к кровати, улыбается спящему сыну, ведь тот мило сложил руки под щекой и надул губки. Он берёт альфочку на руки максимально аккуратно, чтобы не разбудить, но тот всё-равно шевелится и приоткрывает глазки. Джисон моментально просыпается и обнимает отца за шею, что-то говоря о том, как скучал и не дождался их с папой. — Ничего, малыш, сейчас мы все вместе поедем домой, — Чонгук треплет его волосы и целует в макушку. — Подожди… то есть у тебя в машине спит Тэхён? Вы поедете вместе к тебе домой? Это что-то значит или… — Юнги хмурится, следя за тем, как Чонгук обувает сына и накидывает лёгкий джемпер на плечи. Чимин убежал куда-то на кухню, а одному Мину очень сложно самому разобраться со словами друга. Молодая семья всегда верила, что эти двое лучших заядлых друзей когда-то, рано или поздно, всё-равно будут вместе, им просто нужно ещё понять и принять то, что не могут друг без друга и недели прожить, ведь никогда ещё не расставались на такое долгое время за все года взросления Джисона. Они были свидетелями не одной ссоры между ними, даже когда Тэ завалил пощёчину Чону, потому что они слишком сильно поругались, хоть и помирились на следующий день. Но между ними также не один раз были видны ревностные взгляды, стоило какому-то омеге подойти к Чонгуку познакомиться, или какому-то левому альфе предложить Тэ сходить куда-то. Эти двое не раз ссорились и из-за того, что Чон гулял, куда глаза бежали, хоть и редко всё доходило до постели, но несколько раз было, даже больше, чем несколько, а Ким не мог себе такого позволить, не мог оставить сына, чтобы просто пойти развлечься с другим альфой, поэтому и срывался на Чонгуке, но и без ревности не обошлось. Мины, наверное, единственные, кто больше всех понимают, как сильно привязаны эти двое, но, к сожалению, Чон и Ким отрицают это всеми различными способами. — Или что-то, Юнги. Разве мы не можем провести время вместе? — Чонгук поднимается на ноги, ведь до этого одевал сонного сына, сидя на корточках, и вскидывает брови в вопросительном жесте. Мин теряется от такого вопроса, но с кухни возвращается Чимин и с огромной улыбкой на устах вручает младшему Чону какой-то леденец. — Тебе он понравился, так что забирай, Юнги-хён купит мне новый, — омега продолжает улыбаться и щёлкает вмиг повеселевшего мальчика по носу, медленно выпрямляя спину, потому что ужасно болит. — Что насчёт дня рождения? Когда мы можем прийти, чтобы поздравить наше маленькое чудо? — Джисон смущённо улыбается и подходит, чтобы обнять Чимина и приложить ушко к большому животику. — Мы не будем его праздновать. Точнее будем, но только в кругу семьи, — Чонгук виновато смотрит на Юнги, который теперь сам стоит в шоке, вскинув брови. — Простите. — То есть, мы не приглашены? Вы уедете к твоим родителям? — Чимин вскидывает голову, отвлекаясь от игры с волосами мальчика, и жалобно смотрит в глаза старшему. — Нет, мы уедем только втроём в другое место, но больше я не скажу, потому что испорчу подарок, — альфа переводит любовный взгляд на сына, и тот будто чувствует это, в последний раз смотрит на Чимина и уходит к отцу. — Всё, ребят, вы узнаете потом, а сейчас мы идём. Чоны машут руками молодой семье и выходят на лестничную площадку, где Чонгук берёт на руки сына, потому что тот едва не засыпает на ходу. Ну да, в такое время мальчик всегда уже спит, так что пора ускориться. Они заходят в лифт и едут на первый этаж, затем выходят во двор, и старший замечает, что сын во всю уже сопит прямо в шею, улыбается на это и целует в лоб. Как же сильно он его любит, просто не передать словами. Брюнет подходит к машине, открывает заднюю дверь и кладёт малыша туда, аккуратно укрывая пледом, который лежал тут ещё с прошлой недели. Закрывает двери так, чтобы не разбудить обоих спящих, и садится за водительское место, заводя двигатель. Тэхён, похоже, так и не просыпался, потому что его голова осталась лежать на окне, а пиджак до сих пор на нём. Альфа улыбается, потому что его распирает от радости и нахлынувшего спокойствия. Так хорошо, хоть и в тишине, находиться с двумя родственными душами вместе. Спустя какое-то время ламборгини останавливается около ворот в особняк мужчины, а затем и проезжает их, как только альфа вводит пароль на стопе. Он выбирается из машины сам, после того, как паркуется около дома, и его спокойствие нарушает какого-то хрена сработавшая сигнализация. Тэхён тут же подскакивает на месте, огромными глазами смотря перед собой, а Джисон вообще пискнул от страха. Да уж, сигнализация здесь слышна на пол Сеула. — Твою мать, просил же починить, — альфа хмурится, вспоминая, как звонил охраннику и говорил, что нужно вызвать специальных людей для починки этой писклявой штуки. Видимо, тот забыл, — Простите, я не хотел вас так будить. — Который час? Я долго спал? — омега начинает вертеться на месте и замечает на себе чужую вещь. Немного смущается и замирает на месте. Казалось бы, чего это он? Чонгук часто заботится именно так о нём, но сейчас в Кима будто вселилась тупая фанатка Чона. — Нет, сейчас полдвенадцатого. Идём, я безумно хочу спать, — брюнет выходит первым и тут же открывает заднюю дверь, чтобы помочь выбраться сыну, но тот выскакивает из салона, стоило дверке открыться. Тэхён также выходит, держа в руках всё тот же пиджак. Они входят в дом, разуваются, слушая весёлые истории самого младшего о том, как он провёл день с Чимином. Оказывается, Мин просто идеальная нянька для их сына, серьёзно. У него столько идей, чем занять ребёнка, что встает вопрос: ему от природы дано иметь контакт с детками, или у него таким образом срабатывает рефлекс будущего родителя? — Отец? — мальчик несмело поднимает свои глазки, впервые настолько сильно боясь спросить что-то. Родители уже было думают, что он что-то натворил. — Да? — А мы поместимся все на твоей кровати? — Джисон прикусывает губу, видя офигевшие лица старших, и уже думает, что ему откажут, опускает голову, начиная тихо хныкать. — Джи, ты что плачешь? — Тэхён вмиг оказывается около ребёнка и поднимает его голову, всматриваясь в красное личико. У него аж сердце прихватило от такого вида его чада. Омега вздыхает и прижимает маленькое тельце к себе, поглаживая по макушке. — Малыш, в чем проблема? Конечно, поместимся. Ты мог и сказать нам, что тебе это так важно, мы бы даже съехались, — Чонгук подходит к ним, садясь напротив Тэхёна, за спиной мальчика. Ким тут же вылупливает на него свои и так большие глаза, показывая, насколько он офигел. — Простите меня, я думал, что вы не хотите быть вместе, а мне было очень интересно, каково это, когда живёшь с двумя родителями всегда, — альфочка отстраняется, становясь посередине обоих родителей и также понурив голову. Они понимали, что когда-то придётся разговаривать на такие темы, но всё время пытались убедить себя, что ещё рано, Джисон не поймёт, да и в конце концов, они хорошо заботились о сыне, мальчик ни в чём не нуждался. Оба отдавали всё тепло и заботу только одному ему и думали, что всё хорошо, в то время как самому Джисону нужна была лишь семья. Ему нужно было присутствие отца и папы круглосуточно, чтобы рассказывать свои истории, когда они вместе сидят за обедом или ужином, чтобы вместе катались на машине каждое утро до школы и потом назад тоже, чтобы смотреть вместе его любимые фильмы и засыпать также вместе. Мальчик искренне не понимал, почему у всех есть семья, а у него всегда первой была бабушка, с которой он проводил больше всего времени. Он хотел, чтобы его родители жили вместе, как у всех его одноклассников, спали вместе, обнимались и целовались. Чтобы будили его, а потом папочка готовил бы им кушать. Очень хотелось этого всего, но ещё и хотелось жить в большом доме отца, а не в маленькой квартирке, где даже балкона нет. — Джи, это ты прости нас, мы думали, что ты ещё маленький, но это не так. Пойми нас, мы с отцом лучшие друзья и только. Просто однажды волшебной ночью получился ты и всё. Мы же не могли тебя отдать кому-то, так что оставили себе, — Тэхён улыбается сыну, хотя и прекрасно видит на себе взгляд, который так и говорит: — Папа, ты же сам сказал, что я не маленький. Я знаю, откуда берутся дети, — серьёзно отвечает мальчик и смотрит по очереди то на в который раз охреневшего омегу, то на шокированного отца. — Да ладно? Откуда? — Чонгук хмурит брови, в надежде услышать от сына то, что так любят говорить дети: меня нашли под дверью в корзинке, меня оставили около мусорки, где вы проходили, но не тут то было. Чонова челюсть буквально встречается с землёй, когда он слышит всю историю… — Однажды мой друг вечером уже уснул, но захотел попить и решил пойти на кухню. Сквозь дверь в спальню родителей он услышал странные звуки и слова. Кай говорил, что родители никогда не говорили такие грязные слова друг другу около него, вообще всегда были спокойными. И когда он немного подошёл ближе, увидел, как те что-то делали на постели голые. Кай решил не думать об этом, но на следующий день спросил знакомого старшеклассника, что это было. Тот сказал, что родители занимались сексом и делали ему братика или сестричку, — мальчик улыбнулся, видя, как бегают глаза родителей. Он и не думал, что сможет их так шокировать. — Вот я и решил, что в ту ночь, когда появился я, вы занимались… — Стой, хватит, — Ким в порыве закрыл рот сыну и приложил вторую ладонь к лицу, прикрывая глаза. — Кажется, нужно пересмотреть твоё общение со сверстниками, — омега поднимается на ноги и идёт в ванную, потому что больше не вынесет таких вот рассказов. — А вы тоже заделаете ещё одного ребёнка? — ехидно спрашивает Джисон, нарочито громко, чтобы услышал и Тэхён. Собственно, его реакции долго не пришлось ждать, потому что в следующею секунду послышалось громкое и жалобное: — Чонгук, закрой его, пожалуйста. — Я хочу сестричку, — хихикает мальчик и скрывается на лестнице, пока отец не успел понять его. Чонгук наконец-то отходит от шока и улыбается сам себе. Не думал он, что эти беседы на разные интимные темы такие весёлые. Альфа, всё ещё улыбаясь, направляется за сыном в спальню, чтобы помочь ему надеть пижаму, которая всегда валяется в его шкафу, ровно как и много других вещичек альфочки. Только тэхёновых здесь нет, потому что ночевал омега последний раз в этом доме несколько лет назад, но это не отменяет того факта, что бывал здесь часто, поэтому и знает, где что находится. Брюнет переодевал сына под те же истории из школы, улыбаясь на особо смешных моментах, а в конце притянул к себе очень крепко и обнял. Никогда не сможет перестать его обнимать. Нужно пользоваться моментом, потому что через год этот паренёк уже не даст себя так легко обнимать и целовать. Мужчина кладёт младшего на кровать и укутывает в одеяло, а сам направляется к шкафу, чтобы выбрать одежду себе и Тэхёну. У него где-то были подходящие шорты для него и футболка должна точно подойти. Сам решает не идти в душ, потому что сил совсем нет, поэтому переодевается в одни спортивные шорты выше колен и ложится на кровать, потому что в футболке спать безумно неудобно. Вообще он спит ещё и без шорт, всего лишь в нижнем белье, но дабы не смущать омегу, приходится немного приодеться. Тэхён заходит в комнату, когда свет уже погашен. На краю кровати видит приготовленные ему вещи и быстро переодевается. Если футболка ему подошла, даже оказалась очень длинной, но вот низ нет. Шорты спали с него, как только Тэ затянул их на бёдрах. — Чонгук, шорты большие, найди что-то поменьше, — громко шипит омега, потому что чует, как спит сын, улёгшись на грудь отца. — Ничего не знаю, я не виноват, что ты такой миниатюрный, — сонно отвечает тот и громко зевает. Возмущению младшего нет предела, но он переступает ногами через упавшие с него шорты и ложится на кровать только в футболке. У него хотя бы бельё есть, так что не стоит переживать. В конце-то концов, они с Чонгуком спали вместе, поэтому ничего в этом нет. Тэ прижимается к сыну, обнимая его, и чувствует на своей талии сильные и тяжёлые руки, сам закрывая глаза./\/\/\/\/\
Тэхён резко просыпается, как только слышит громкий звук будильника. Быстро выключает его, потому что сейчас довольно рано, чтобы просыпаться всем, а ему нужно приготовить завтрак, учитывая и то, что в холодильнике Чона, скорее всего, за ночь ничего не появилось, потому что вечером он там ничего не нашёл. Видимо, альфа не знает, что такое питаться дома. Это и понятно, стоит только вспомнить, как когда-то Чонгук каждое утро ошивался в их с мамой квартире, только чтобы его покормили. Тэ тогда был беременным и часто сам готовил ему, потому что хотел получить много похвалы за работу. Пепельноволосый аккуратно выбирается из лап альф, атаковавших его за ночь, перекладывает сына поближе к отцу и уходит из комнаты, даже не думая переодеваться. Его костюм порядком задрал вчера омегу, учитывая, что он не любит носить на себе такие дорогие и из тяжёлого материала вещи, поэтому большая футболка Чона отлично подходит. В конце концов, она хотя бы прикрывает всё, что нужно, и в ней не так противно находиться, потому что вещь отличительно пахнет альфой. Тэхён пытается себя сдерживать, медленно бредя по лестнице на кухню, но понимает, что проигрывает сам себе, потому что скоро течка и совсем не получается перестать так жадно вдыхать запах молочного шоколада. Когда приходит на кухню, то осознание того, что сюда вообще никто никогда не заходит, сразу посещает его, видя пыль, какие-то грязные тарелки, наверное, ещё с той недели, когда сын и отец решили попробовать свои способности в кулинарии. Тэ вздыхает и берёт свой телефон, который вчера оставил в гостиной на столе, чтобы заказать продуктов. Ким решает для себя, что больше не отправит сына сюда без домашней еды. Чонгук, конечно, богат и может позволить себе завтракать, обедать и ужинать в ресторанах высшего качества, но, зная любовь Джисона к особо плохой пище и любовь Чонгука к сыну, у маленького альфы таким образом скоро будут проблемы со здоровьем, учитывая и то, что ему нельзя такое есть. Чон это знает, но всё равно продолжает вестись на поводу милых глазок, которым ну никак нельзя отказать. Первым делом омега заказывает продукты и потом идёт немного убраться на кухне. Не думал он, что сможет побывать ещё и служанкой друга, но что не сделаешь ради счастья самых родных. Вспоминая слова альфы о дне рождения сына, который будет уже завтра, он думает, что, наверное, проторчит здесь и завтра, потому что Чонгук сказал, что хочет провести этот день только втроём. Тэхён, на самом деле, совсем не против. Он всегда любит вспоминать те моменты, когда они втроём гуляли в парке, или как однажды ездили на море в Пусан, к родителям старшего. Джисону там очень понравилось, да и Киму тоже. Хотелось бы снова в эти времена… Его тёплые и приятные воспоминания прерывает вдруг зазвонивший телефон. Наверное, Чимину уже не спится, и он хочет услышать, почему не Тэ забрал вчера Джи, а Чонгук. Но какое же раздражение появляется на лице омеги, когда вместо друга звонит мама. Он нехотя поднимает трубку и отвечает быстрое: — Чего тебе? — Как это чего? Почему Джисон не ночевал дома? А ты где шлялся? — женщина громко визжит на него, а парень только вздыхает и присаживается на диван, прикрыв глаза. Он понимает, что нельзя ненавидеть свою родную мать, но что поделать, если она ведёт себя как настоящая стерва. — Я не спрашивал у тебя, где тебя носит десять лет назад, так что будь добра, перестань контролировать мою жизнь. Если тебе так сложно смириться, что я не делаю так, как говоришь ты, то через пару дней ты лишишься возможности видеть и сына, и внука. Я оставлю тебя одну, мама, и никто не придёт помочь тебе, — спокойно говорит младший, хоть в душе творится полный кавардак. Знает, что будет сложно так поступить, что не сможет так просто переехать, но больше не намерен терпеть такие унижения. — Если я буду знать, что ты уйдёшь к Чонгуку, то сама выставлю тебя за дверь, — серьёзно заявляет женщина, а пепельноволосому хочется просто разрыдаться. Но вместо этого он хмыкает, сдерживая в себе слёзы. — Я знал, что для тебя всегда были важны только деньги, мам, но это слишком, я не такой, как ты. Если я и буду с ним, то что тебе с этого? Думаешь, что сможешь явиться в его дом и попросить перевести тебе достаточную сумму денег? Я всегда отдавал тебе деньги, никогда не тратил их на себя, только на сына, а остальное тебе. И это всё, что ты можешь сказать мне вместо благодарности? — Тэ уже вовсю роняет слезы, стараясь не зареветь громче и не повысить голос, потому что меньше всего сыну или Чонгуку нужно видеть его в таком состоянии. — Да это ты должен быть мне благодарен. Я не отдала тебя в детдом, когда должна была это сделать, — мать повышает на него голос, а осознание этих громких слов сваливается на Тэхёна, как снежный ком. Он закрывает глаза, сильно жмурясь, затем громко вздыхает. — Раз я для тебя настолько пустое место, то ты больше меня не увидишь, — тихо, почти шёпотом отвечает младший и бросает трубку. Ему сейчас так больно от слов матери. Да эту женщину даже ею нельзя назвать. Зачем же она столько лет терпела его, если так не любила? Тэхён до сих пор не может поверить в те слова, что сказала ему мама. На сердце ужасно больно, а сил нет даже для того, чтобы пойти наконец-то приготовить завтрак или хотя бы открыть дверь доставщику. Но его спасает вмиг подоспевший Чонгук, который сразу несётся к входной двери, протягивая деньги парню и забирая продукты, и закрывает за ним дверь. Альфа подходит к младшему, который лежит на диване в позе эмбриона и всхлипывает, ставит пакет на стол и садится на корточки. — Тэ, успокойся, — большая ладонь ложится на подрагивающее плечо и принимается поглаживать его. — Я понимаю, что тебе тяжело сейчас собраться с мыслями, но постарайся ради Джисона. Не знаю почему вы настолько сильно поругались с мамой, но если это так серьёзно, то вы сегодня же переезжаете ко мне, и это не обсуждается, — Чон помогает Тэхёну сесть ровно, вытирает руками его слезы и улыбается ободряюще, чтобы тот быстрее успокоился. — Но как же… — Никаких «но». Джи будет только счастлив, я позову мамину подругу, которая живёт здесь, и она будет для него нянькой, пока мы на работе. Давай, соглашайся, иначе мы с сыном перестанем с тобой разговаривать. — Ладно, если ты не против, — слабо кивает головой Ким и поднимается с места, решая поплакать потом, сейчас нет на это времени. — Пойдём, я хочу снова поесть твоей стряпни. Вот за что Тэ уважает Чонгука, он в особо сложные моменты умеет поддержать. На это и есть друзья, скажете вы, но иногда и альфа может достать его сильнее, чем кто-либо другой. В данный момент пепельноволосый даже бы не смог рассказать что-то о разговоре с мамой, и Чон это отлично понимает, хоть и потом по любому узнает всё. Он тот ещё манипулятор. — Завтра мы едем в Пусан, — ни с того ни с сего заявляет альфа, как только Тэ принимается разбирать пакеты с овощами и фруктами, а сам мужчина садится за стол. — С какого перепуга? — омега теряется, и это сложно было скрыть, но отвечает довольно стойко. Но вот чёрт, зачем им ехать в Пусан? Там ведь родители Чонгука, которые также, как и его мама, настаивают на их женитьбе. Ещё одной такой давки Ким точно не выдержит. — Я говорил, что мы проведём день рождения Джисона вместе. Так вот, мы поедем на море, он давно там не был, и я уже говорил, что стоит провести время вместе. Учитывая вчерашний разговор, думаю ты не будешь против? В конце концов, нам не перед кем отчитываться и нужно осчастливить нашего малыша, — Чон улыбается на последних словах и невольно засматривается на полуголого омегу, что стоял задом к нему. Честно сказать, альфа совсем не против повалить его сейчас прямо на этот стол, уж столь сексуально младший выглядит. — Ладно, но… мы будем жить у твоих родителей? — это меньшее, чего хотел бы Тэ. Безусловно, родители альфы любят его, просто души не чают в Тэхёне, да и он их любит, эти люди очень хорошие и приветливые. Пепельноволосый знает, что Чон в последнее время очень плохо с ними уживается и почти не созванивается, но если бы у него были такие родители, Тэ бы точно сейчас не бомжевал у Чонгука. — Нет, у меня есть друг, который держит в Пусане свой отель, поэтому там и остановимся. Но пойти к ним стоит только ради Джи. Он по ним скучает, да и у них будет ещё больше повода наседать мне на мозги тем, что мы не зашли к ним и даже ничего не сказали о приезде. — Ну да, — понуро отвечает Тэ и вздыхает. Хватит уже прятаться за своими глупыми и совсем неуместными страхами. Он взрослый человек и должен уметь за себя постоять. Ким начинает искать чай после того, как ставит разогреваться сковородку. Как бы странно это не звучало, но она здесь есть, даже кастрюля имеется. Тэхён сильно сомневается, что здесь можно найти что-то похожее на чай, а даже если и можно, то только не первой свежести. Омега поворачивается на хозяина дома, который, широко расставив ноги, лениво водит рукой по экрану телефона. Да уж, вид один из лучших, что приходилось видеть парню. Чонгук одет только в шорты, и больше ничего не скрывает его красивых и рельефных форм. Тэ отворачивается, закусив губу. Лучше он сам найдёт этот чёртов чай, а то ещё секунда и натравил бы на себя грех. — Что ты так усердно ищешь одним взглядом? Чем тебе не угодила та тумбочка? — насмехается альфа, как только поднимает взгляд и видит застывшего друга. — У тебя есть чай здесь? Хотя бы немножко? — уже сам сомневаясь в своём вопросе, спрашивает пепельноволосый и отворачивается назад, задумчиво приложив палец к губам. — Я похож на человека, который пьёт чай? — Чон снова лыбится своей нахальной улыбкой и немного вздёргивает бровь. — У меня есть только кофе, — старший не стал дожидаться ответа, оставил телефон на столе и подошёл к Киму. Он протягивает руку к верху, прямо туда, где стоит омега, и смотрит ему в глаза, когда достаёт баночку, затем крутит ею перед носом младшего. — Будешь? Почему они стоят так близко друг к другу? И что это за такое игривое настроение у Чонгука? Тэхёна прямо-таки припечатывают к столешнице и подходят всё ближе. Он ничего не понимает, но запретить Чону это делать тоже не может. Омега будто под какими-то чарами. Будто этот пронзительный взгляд альфы и вправду зачаровывают. Но всё проходит в один момент, когда со входа слышится тихое, но довольное: — Отец, — мальчик стоит около двери в своей пижамке, немного протирая глазки и улыбаясь. — Доброе утро. — Привет, малыш, — Чонгук нехотя отходит от всё ещё шокированного друга и приближается к сыну, подкидывая того в воздух и пересаживая на одну руку, чтобы было удобно. — Как спалось? — Очень хорошо, мне такие прекрасные сны снились. Только было немного жарко, потому что ты очень крепко обнял меня, — Джисон быстро тараторил, пока отец нёс его к столу. — Прости, я просто был рад, что ты и папа рядом, — Чонгук улыбается сначала сыну, а потом повернувшемуся Тэхёну, который до сих пор молчал. — Да? — альфочка искренне удивился и посмотрел прямо в глаза родителя. — Тогда вы с папочкой сегодня ночью делали сестричку мне? Чон, как всегда, начал громко ржать с этого. Его забавляет то, как сильно Джи хочет младшую сестричку и как напористо об этом говорит. Наверное, хотя нет, ему точно скучно одному, ему как альфе нужно о ком-то заботиться, поэтому и рвётся со своими претензиями. — Джисон, — вскрикнул омега и резко повернулся к альфам. — Кажется я вчера ясно дал понять, что об этом и речи не может быть. Если честно, Чонгук был бы даже не против второго ребёнка. Конечно, от Тэхёна, потому что другого человека около себя он не видит и не только в плане детей, но и семьи тоже. Может, альфа просто ещё не нашёл того или ту самую для совместной жизни, но даже если это и случится, Тэхёна он не бросит никогда. Этот человек слишком многого стоит, и брюнет искренне жалеет, что Тэ сейчас не его. Когда был момент, а таких было много, чтобы просто начать встречаться или хотя бы попытаться, Чонгук благополучно его просрал, а сейчас такое говорить будет крайне странно. Их отношения либо окрепнут и выйдут на совсем новый уровень, либо вообще погаснут, из-за чего начнёт страдать сын. — Малыш, для того, чтобы появился ребёнок, в комнате должны быть только альфа и омега, — Чон игнорирует слова пепельноволосого, в то время как самый младший даже не удосужил его своим взглядом. — А с нами был ты, — альфа улыбается и щёлкает зажмурившегося сынишку по носу. — Чонгук… — обречённо говорит Ким, но альфы продолжают его игнорировать. — Хорошо, тогда этой ночью я сплю в другой комнате, — серьёзно заявляет мальчик, а у Тэ просто руки опускаются. Впрочем, за ними идёт и челюсть, когда он слышит довольное чонгуково: — Договорились…
