Заявочки по BSD

Примечание: Рейтинг: PG 13+ Пейринг: Достоевский/Гоголь Автор заявки: SloniNiki - Пойдём играть! Эта фраза... Нет, простое предложение. Обычное сочетание из двух слов, которое изменило его жизнь. Перевернуло с ног на голову. Подарило надежду. Простые детские слова, смогли доказать, что даже такому, как он могут помочь. Протянуть руку. Стать другом... В тот день, в тот судьбоносный день была ранняя осень. Листья уже успели поменять свою расцветку на цвета заката и рассвета. Но не смотря на все это, было тепло. Легкий ветерок запускал красные, желтые и оранжевые древесные самолетики в полёт так, что те вырисовывали бочки, мертвые петли и штопоры, как самые настоящие истребители. Народу на улице много: старички и старушки прикармливают уже практически ручных птиц, взрослые выгуливают своих лабрадоров, хаски, доберманов, шпицев и другую любимую животинку. А главное - дети. Ребятня разного возраста играет и смеётся. Те, что помладше - сидят в песочнице и готовят кулинарные шедевры из золотых песчинок, украшая камушками и продавая за листики (один кулич - три листочка). А кто постарше, примерно его возраста, от 7 до 11 лет сейчас выбирают голящего для игры: «в выше ноги от земли». Три, два, один - понеслась! Вот только он не играет. Ни бегает, ни прыгает, а просто сидит на лавочке с очередной книжкой в руках. К нему никто не подойдёт. Никогда не подходили. Все сторонились его. Боялись его бледности, неспособности вести такую же, как и они, активную жизнь. Его зовут Фёдор. Мальчик, которому тогда было всего восемь. Мальчик, болеющий анемией, которая не причиняла кому-либо вред, кроме него самого... Просто слишком худой. Просто слишком часто болеет. Просто немногословен и безэмоционален. Просто, просто... Все эти «просто» отталкивают весь мир от него. Взрослые смотрят с ненужной и уже настолько тошнотворной жалостью, а дети просто обходят стороной, бросая опасливые, усмешливые или хмурые взгляды - у кого как. Достоевский - ребёнок, что привык быть один. Что принял свою участь изгоя. Что сам ограждает себя невидимой стеной для избежания ненужной боли. Но все изменилось... - Пойдём играть! - предложил мальчик с пепельными волосами. - Ты это меня? - удивленно спрашивает Фёдор и откладывает недочитанное произведение в сторону. На его лице ухмылка, а глаза недоверчиво рассматривают стоящего перед ним. - А кого же ещё? Пойдём! - с веселой улыбкой повторяет свою просьбу тот и взмахом руки манит за собой. - Нет. - Достоевский откидывается на спинку лавочки. Над головой на чистом голубом небе плывут далекие белые странники. У стоящего на лице читается немой вопрос: «Почему?» - Тебе будет скучно со мной. Меня никогда не зовут с собой и ты не должен... - Но ты же сидишь здесь всегда один! Я часто видел тебя на этой скамейке. Ты ни бегаешь, ни играешь... Разве тебе не скучно одному? - У меня есть книги. - коротко отвечает тот и указывает на сборник в темно-бордовой обложке. Он перевёрнут на заднюю корку, поэтому пепельноволосый не может разглядеть названия, - Как тебя хоть зовут, смельчак? - Николай Гоголь. - гордо вскидывая голову, мальчик представился. - Можно просто: Коля. А ты? - Фёдор Михайлович Достоевский. - Ой, какие мы важные! - Николай поставил руки на пояс и укоризненно покачал головой. Шутя, разумеется. - Но все равно ты пойдёшь со мной играть! - Почему ты не отстанешь от меня? Ты же видишь, что я слабый и не могу играть, как все. Меня даже некоторые взрослые стороной обходят, а ты лезешь... - Ты не хочешь идти, потому что другой? Боишься, что засмеют? «Да, что он себе позволяет! Псих какой-то... Хотя, он скорее всего прав», - Фёдор тяжело вздохнул. Его темные волосы быстро нагревались под лучами, хоть уже и не столь палящего, как летом, но все же активного солнца. Мальчик встряхнул их рукой, стараясь хоть немного охладить. «Да, я боюсь насмешек. Ведь, если кто захочет поглумиться надо мной, я даже отпор дать не смогу. Что за идиот станет возиться с изгоем?» - Ты же сейчас подумал, что я за чудак, что хочу таскаться с не таким, как все? - продолжил Николай, чем вызвал некое удивление со стороны слушателя. Гоголь улыбнулся: «Угадал», - А ты уверен, что я тоже обычный? Что я не знаю, что такое быть одним? Пепельноволосый как-то странно подмигнул и убрал скрывавшую левую сторону лица челку. Под ней Достоевский увидел повязку. А когда ее обладатель чуть приподнял край... - Видишь? - сейчас на темноволосого смотрели сразу два глаза: правый - золотой, что сидящий увидел сразу, и левый - сверкающий зелёный. - Гетерохромия? - Ага. Со мной никто не хотел общаться, пока я не придумал эту штуку. - он указал на повязку и снова закрыл левую сторону. - Так, что... Хватит хмуриться и пошли играть! Коля присел на одно колено, развернувшись спиной к ничего не понимающему Фёдору. Жизнь вокруг не переставала идти своим привычным чередом, но для него сейчас она будто замерла. Остановилась. Он посмотрел на обернувшегося через плечо Гоголя. Тот казалось заулыбался ещё ярче, чем прежде. Его улыбку сложно с чем-то сравнить. Она походила на игру света в капельке утренней росы. Или на полёт ласточек, что отправились в далекое путешествие к тёплым краям. Такой она показалась Достоевскому в этот момент. - Забирайся! - Эм... - мальчик вопросительно поднял бровь. - Ну, ты же не можешь бегать. Поэтому я подумал... В общем, я тебя покатаю! Садись, давай! Это было полное безрассудство. Он считал и продолжает считать так до сих пор. Но это безумие стало для него шагом в новую жизнь. Фёдор аккуратно забрался на спину нового... друга? Да, наверное, так и было. И Николай с жизнерадостным воскликом: «Поехали!» побежал. Он пробегал мимо деревьев, прохожих с собаками, детей, что или опасливо, или с усмешкой, или хмуро смотрели на них. Федя отворачивал голову, цепляясь сильнее в плечи несущего. А Гоголю было плевать на эти взгляды, смешки и вздохи со стороны взрослых. Ему весело. У него теперь есть новый друг. Настоящий друг, в отличии от других ребят, что общались с ним, не зная его маленький секрет. Пепельноволосый таскал мальчика по детским площадкам, они качались на качелях, играли в прятки, где темноволосый умудрялся почти каждый раз выигрывать. Коля не будет рассказывать, что специально выбирал легкие места, чтобы порадовать своего приятеля радостью победы. У Достоевского оказались с собой деньги, на которые ребята купили себе по пирожку. - Почему не ешь? - спросил Гоголь, смотря на откушенную всего пару раз выпечку собеседника. - Не вкусно? - Нет. Просто не хочу... - Так не пойдёт! Если не будешь кушать, то никогда не сможешь поиграть со мною в догонялки! - мальчик выхватил пирог с мясом из его рук и стал водить ладонью над ним, что-то шепча себе под нос. - Что ты делаешь? - Тише! Я читаю заклинание, чтобы пирожок стал вкуснее. Вот, попробуй! - он протянул еду обратно владельцу. Фёдор еле сдерживался, чтобы не засмеяться. А нет, не удержался. - Не веришь? А ты попробуй, попробуй! Достоевский откусил и, знаете, он действительно показался ему вкуснее, чем раньше. Коля победно ухмыльнулся, видя довольную мордашку друга, что наконец смог доесть свою долю. Так мальчики прогуляли почти до позднего вечера. Пепельноволосый снова тащил Федю на спине, так как тот быстро утомлялся из-за болезни. Ему и не трудно. Он сможет носить его хоть каждый день, что собственно мальчик и планирует делать. Ведь, теперь они друзья, и Николай постарается сделать все, чтобы замкнутый темноволосый смог наверстать упущенное время детства...

***

- Федь, а Федь! Хочешь фокус покажу? - Ради этого ты притащил меня сюда? Мальчики стояли на заднем дворе дома Достоевского. Территория глухая, и людей здесь встретишь не часто. Если раз в два дня пройдёт какой-нибудь дворник, чтобы подмести, и то уже будет здорово. Прошло около восьми месяцев с того приглашения поиграть. Эти двое, теперь они постоянно ходили вместе. Чаще всего по инициативе Гоголя, но и Фёдор не был против. Ходить друг другу в гости, гулять каждый день, помогать с уроками - все эти занятия и не только происходили по предложениям пепельноволосого. Правда, спустя три месяца все стало происходить само собой и больше походить на что-то естественное. - Закрой глаза! - Ну... ладно. - неуверенно произнёс Достоевский и выполнил странную просьбу. - Но как я увижу фокус, если глаза за... Фраза оборвалась, так как губы мальчика накрылись чужими. Его поцеловали. Так неумело, немного странно и по-детски. Смазано, но сравнивать ему было не с чем, поэтому Феде даже понравилось. На удивление... - И что это было? - спросил темноволосый холодно. - Что за новый вид фокусов? - П-прости! - закрывая вспыхнувшее краской лицо руками, начал извиняться Николай. - Я.. я не знаю. Просто это как-то само. Ты не подумай, я не хотел тебя обидеть! Просто ты... - Ты дурачок! - рассмеялся Достоевский, видя всю эту нелепую картину, что творилась сейчас с другом. - Первый раз, да? - А? Ну, да... - тот смущенно опустил взгляд в пол. Он неловко потёр шею. Казалось, что смельчак сам сейчас готов рассмеяться от своей же глупости. - У меня тоже. - мальчик положил руку на плечо друга. - Будем считать, что это была тренировка. Хорошо? - Угу. - довольно закивал головой Гоголь, смотря на редкое явление: веселого темноволосого. Кто же знал, что эта тренировка повторится у них ещё не один раз?