***
Реджина Миллс стояла, облокотившись на огромный сундук, заполненный различными магическими вещицами. Она рассматривала книгу эликсиров в надежде найти заклинание подходящего уровня сложности, чтобы разобрать его со спасительницей на следующем занятии. Блондинка быстро и легко освоила простые виды колдовства уже через несколько недель после начала их уроков, и теперь Реджина, никогда ранее не занимавшаяся обучением ведьм, мучилась, пытаясь составить план урока. Она посмотрела на Эмму, сосредоточившую все внимание на книге заклинаний, что скрывала огромное количество проклятий серой магии. Ее блондинистые кудри спадали на лицо, пока она, нависая над книгой, концентрировалась. Позволив своим глазам опуститься на напряженные мышцы рук спасительницы, Реджина невольно представила, как они могли бы обхватить ее. Она знала, каково чувствовать их на себе, хотя это ни разу нельзя было назвать романтическими объятиями. Не так, как хотела бы Реджина. Топ Эммы слегка приподнялся, оголив крошечный участок голой кожи прямо над джинсами, Реджина тяжело сглотнула и отвернулась, не позволяя возникнуть мыслям, которые она не сможет контролировать. Картины, где она вжималась в спину спасителя, шепча ей что-то на ухо, полностью поглотили ее, и, прочистив горло, Реджина откинула в сторону книгу, которая все равно была бесполезной. Она заметила, что Эмма не отвлекалась от своего занятия и делала подробный конспект страницы, на которой остановилась. - Нашла что-то интересное? – Спросила Реджина, поворачивая и раскладывая перед собой несколько книг. Эмма подняла на нее шокированные глаза и с глухим стуком захлопнула книгу, - Ох, нет. Реджина подарила Эмме скептический взгляд и сказала: - Мне жаль, я ничего не подготовила к этой неделе, Эмма. Я думала, очаровывающее заклинание займет у тебя больше времени. - Все в порядке, Реджина, - пожала плечами Эмма, - Просто я хороший ученик, лучше, чем ты ожидала. Реджину развеселило хвастовство Эммы, на что она ответила: «Разумеется, дорогая». Эмма оторвала кусок бумаги, на котором до этого делала записи, сложила и сунула его к себе в карман. - Ладно, мы можем поработать в следующий раз, да? Мне еще нужно успеть кое-что сделать до того, как вернутся мои родители. Реджина совершенно не хотела отпускать ее, но понимала, что не имеет ни одной адекватной причины, поэтому просто улыбнулась, сказав: «Конечно, дорогая».***
Этим утром Реджина проснулась рано, начиная быстро собираться на работу. Она облачилась в свои постоянные доспехи: приталенный костюм и отполированные шпильки, все в изумительном черном цвете. Сегодня был особенно плотный график, так что ей понадобится вся ее сила, чтобы выдержать бесконечные встречи в замкнутом помещении. Ее вид предоставлял ей эту силу. Суетливо нанося тушь, Реджина заметила, как края зеркала начали магически вибрировать. Тихое, но различимое жужжание вырвалось из зеркала, и женщина замерла в удивлении, прекращая свое занятие, концентрируясь на вибрации. Кто-то или что-то использовало зеркальное заклинание, чтобы следить за ней. После падения проклятия и возвращения магии в город, Реджина наложила защищающее заклинание на все свои зеркала, оповещающее, если кто-либо предпримет попытку вломиться в личную жизнь королевы. У нее слишком много врагов, теперь имеющих доступ к магии. Так как Реджина не могла напрямую заблокировать вторжение, она загорелась желанием узнать, кто и когда осмелился шпионить за ней. Чувствуя кипящую злость, понимая, что кто-то имеет мужество следить за ней таким наглым способом, она сделала пас рукой перед зеркалом, посылая встречное зеркальное заклятие, надеясь вскоре узнать лицо виновника. Она нежно махнула кистью, стараясь выглядеть непринужденно, чтобы нарушитель не догадался о том, что она обнаружила слежку. Знание – это сила, и, если кто-то начал слежку, он надеялся найти что-то значимое. Ее отражение растворилось, и вместо него появилось изображение Эммы Свон. Было похоже, что она в своей спальне, оценивая нереальный беспорядок, видневшийся позади Эммы. Кровать не заправлена, ящики и шкафы открыты, а повсюду на полу разбросана одежда. Она заметила сосредоточенное лицо Эммы, и подумала, что женщина пытается таким образом взаимодействовать с ней. Покачав головой от такого бестолкового поведения блондинки, Реджина поняла, что, если у Эммы возникнут магические вопросы, теле-зеркало явно не будет первым средством общения. Размышляя над этим, Реджина облизнула свои губы, и спасительница опустила свою голову на грудь, прошептав: «О, Господи». Отскочив от зеркала, она начала расхаживать по своей комнате, «Так нельзя, Свон». Реджина была разочарована тем, что спасительница шпионила за ней, и не понимала, почему женщина решила сделать это. У них было не самое приятное знакомство, конечно, но за последние несколько месяцев, она начала думать, что между ними стало зарождаться, если не доверие, то хотя бы понимание. Она чувствовала себя полной дурой, зачем только поверила, что между ними что-то есть, и она перевела свой взгляд на открытые ящички с косметикой, которая была разбросана. Реджина встала со своего места, намереваясь вытеснить печаль перед тем, как направить всю свою злость на спасительницу, но вдруг услышала тихий стон блондинки: «Черт, какая же она горячая». Реджина как вкопанная остановилась и приложила максимальные усилия, чтобы не обернуться. Она не могла позволить блондинке увидеть шок, отразившейся на ее лице, и понять, что брюнетка все время ее слышала. Придя в себя, Реджина махнула рукой, изображение спасительницы исчезло, и магический гул от заклинания был единственным звуком, который продолжал доноситься. Она вернулась, села перед зеркалом и притворилась, что не имеет ни малейшего понятия о происходящем. Пульс заметно участился, когда Реджина закончила с тушью и, усмехнувшись, достала красную помаду, ту, которую она использовала, когда хотела почувствовать свою силу. Открывая помаду, она наклонилась ближе к зеркалу и вытянула губки перед тем, как медленно, очень медленно, начала вести ей по своим розовым губам. Закончив, она прильнула губами к зеркалу, оставляя поцелуй для себя и Эммы. В ту же секунду магия по ту сторону зеркала прекратила свою вибрацию, и Реджина обеспокоенно подняла бровь. Махнув рукой, женщина вернула обратно изображение комнаты Эммы Свон, но блондинки там не было. Неожиданное разочарование наполнило Реджину. Но печаль из-за окончания их игры перекрыло невероятное возбуждение. Это удивило ее еще больше. Она была обаятельной женщиной и часто прибегала к флирту, чтобы добиться силы и контроля. Но это, дразнить спасительницу, пока та не догадывается о намеренной пытке, было одиннадцатым уровнем мастерства соблазнения. Она пыталась понять, что могло оттолкнуть Эмму от слежки и, если бы она продолжила, как далеко бы зашла спасительница? Будет ли Эмма смотреть, как раздевается Реджина? От этой мысли по спине пробежали мурашки, и вся она загорелась желанием. Она хотела расслабиться и хоть немного снять пульсирующее напряжением между ее ног, а мысль о том, что Эмма возможно будет за этим наблюдать, превратило это желание в непреодолимую нужду. Реджина взглянула на свои часы и поняла, что у нее нет и минуты свободного времени, чтобы отпустить себя, поэтому с глубоким вздохом она продолжила собираться на работу.