Ore tempus

Имаго Когда меняет тело очертания, А мозг переполняет страх и боль, Расплавятся желания, страдания — Ты забываешь призрачную роль. Лишь вязкую несвойственность движения Успеешь адским жаром ощутить, Но тело завершит перерождение и превратится в солнечную нить. Ты выйдешь сквозь разбавленные сумерки, Сюда, сквозь эти стены погостить К тем, кто живя, не замечая умерли, Но продолжают есть, дышать, ходить.

Съедающая душу усталость и холод, подступающий со всех сторон — это то, что чувствует Мэри, глядя в гладь уже давно остывшего чая, который с каждой секундой будто темнел, покрываясь тонкой плёнкой, вскоре напоминая воды вечно бушующего моря, к которому приезжает их приют летом, когда особо щедрые пожертвования невозможно украсть без последствий для рабочего персонала. Секунды сменялись минутами ожидания когда окоченевшие пальцы и шея смогут двигаться, а налитые свинцом веки наконец сморгнут появившуюся перед глазами картину: бушующее море, терпкий запах соли и мокрого песка, отдалённые крики чаёк, появляющаяся маленькая фигурка из-за далёких скал… Или же это пещера? Какое из действий к чему приведёт? —…мас! – яростно дёрнула девушку появившаяся из ниоткуда воспитательница, чьё имя Мэри не могла запомнить уже как неделю с её принятия на работу, —Мисс Томас, я зову тебя уже несколько минут! Завтрак уже закончился, а ты, негодная девчонка, ещё даже не доела свою порцию! – указывая на нетронутую тарелку овсянки, женщина подхватывает малышку за руку, вытягивая ту из-за стола. —Кэлли, аккуратнее, а то Мистер Вул рассердится — черёз два дня ежегодный осмотр! – хихикающе подстегнула свою знакомую Мисс Коул, собирающая со столов грязную посуду. На деревянных, не двигающихся ногах было тяжело устоять из-за чего недавно названная Томас падает на колени, мгновенно сдирая кожу на острых коленках о твёрдый деревянный пол. —Бестолковая девка! – раздражённо шипит Миссис Бакер, вслед которой бросают бесстрастные взгляды старшие воспитательницы, уже привыкшие к неизвестно откуда взявшейся ненависти новенькой к одной из странных детей приюта, —Сколько ещё ты будешь себя так вести, опять мало внимания?! –рычит не хуже дворовой кошки та, игнорируя прилетевшие со стороны увидевших происходящее воспитанников улюлюканья. Под грозный рявк мисс Коул старшие мальчишки быстро смываются со столовой, громко переговариваясь меж собой о сумасшедших взрослых, на что жмурящаяся от боли Мэри, чью руку всё ещё сжимали безжалостные тиски тонких пальцев, лишь осуждающе закатила глаза. Тупые дети. И тупой приют. Тупые бабы. И ещё более тупое мироздание, которое умудрилась закинуть её — Марию Воскресенскую, в девичестве Орлову, в тело маленькой англичанки, вспомнившей о своей прошлой жизни неделю назад. —Вставай, припадочная! – вскрикивает сошедшая с ума Миссис Бакер, смотря как бордовые капли крови вновь начали быстро скатывается из мелкого, по сравнению с глазами, носа валяющейся в её ногах девчонки. Эх, а были времена…