Когда болит сердце

      Я лежал на кровати, высунув руки из-под мягкого одеяла и держа телефон. На экране высветилось тёмно-серое облачко текстом.       «Чем занят?» — гласило сообщение от Тарна, и я поспешил напечатать: «Собираюсь ложиться спать. А ты?»       Не успел мой телефон перейти в спящий режим, так сразу же пришёл ответ: «Если ты идёшь спать, то я с тобой».       Не знаю почему, но от этого сообщения на моём лице появилась глупая улыбка. Внутри было так легко. Как там говорят? Бабочки в животе, да? Хотя я ещё не до конца мог смириться с тем, что я влюблён, да ещё и в человека своего пола. Но ведь это ничего? Я не один такой. Переворачиваюсь на бок со счастливой миной, пока мои пальцы быстро набирают следующее сообщение для парня.       «Тогда спокойной ночи», — красовалось на экране. А потом мой палец несмесло коснулся сердечка в списке различных эмодзи. Ну вот, теперь моё сердце готово разорваться от счастья. И возможно не только моё — сообщения были прочитаны буквально сразу, и после небольшой паузы первым мне прилетел стикер с поцелуйчиком и такими же пожеланиями на ночь. Я натянул на себя одеяло, будто бы боялся, что кто-то увидит моё красное от смущения лицо. Кладу телефон на комод около лампы, параллельно выключая её, и смотрю в потолок. Все мои мысли за последние забиты только им — парнем, который изначально казался занозой в заднице, которого не хотелось принимать, который ещё не став полноправным другом, успел перепрыгнуть в человека, укравшего моё сердце. Слегка подрагивающей рукой я неуверенно тянусь к своим губам. Прошло два дня с момента нашего первого поцелуя, а я всё никак не могу отойти от этого, ведь каждый вечер вспоминаю те прекрасные тёплые ощущения, разливающиеся по моему телу до самых кончиков пальцев. Возможно, я влюблённый дурак, очарованный своим объектом обожания. И почему «возможно»? Так и было.       За два дня я не виделся с Текно и, что странно, не списывался с ним. Того почти не было в сети. Сначала я волновался, но затем вспомнил о предстоящем тесте в понедельник. «Неужели готовится?» — удивился я. Ещё никогда такого не было. Текно и учёба — несовместимые вещи, в этом я давно убедился и потому говорил абсолютно без сомнений. Хотя... Кто знает, вдруг человек взялся за голову и решился окончательно отдать всё своё свободное время учёбе, погрузившись в учебники с головой, принимая огроменный поток информации посекундно?       — Пожалуй, хватит на сегодня размышлений о всяком. Всё завтра, — тихо, глядя вверх, произнёс я.

***

      — Привет, — вновь слышу этот оживлённый голос. «Нашлась пропажа», — выдохнул я, готовясь завалить друга вопросами о том, где он был.       — Здрасьте, а где мы это так пропадали целые двое суток? — включил режим обиженки я. — Учился, небось...       — Не-е-е... Тайп, у тебя что, крыша поехала? — похоже, он сам привык к тому, что его воспринимают за дурачка и лентяя.       — Крыша сейчас у тебя поедет, — я замахиваюсь так, будто бы готов дать подзатыльник парню, а он в свою очередь зажмурил глаза и стиснул зубы, готовясь к столкновению моей тяжёлой руки и его затылка. — Я нормально спросил.       — Ну, мы с Пи'Лонгом ходили тусить, — признаётся Текно с виноватым видом.       — Куда тусить? — давлю я дальше. Мне не очень была интересна и важна информация о месте их веселья. Самое необходимое я уже получил — род занятий и компанию.       — В клубешник неподалёку... Который новый. Ну, ты понял, думаю, — его голос подрагивает. Неужели я такой страшный? Боже...       — Ага, в клубешник, значит. Я понял.       — А где Пи'Тарн? — внезапно интересуется он. В груди вновь появляется это волшебное чувство от одного только упоминания этого человека, и мне хочется улыбнуться этому миру во все тридцать два, но я держу себя в руках.       — Мне откуда знать? — вновь надеваю на себя маску парня, к которому ни на одной козе не подъехать.       — Ну, мало ли что... — пытается ответить Текно.       — Я что, его жёнушка по-твоему? — внезапно вырывается из моих уст. «Блядь, Тайп, закрой свой рот, пока не натворил делов. И вообще, о чём ты думаешь, похотливый кусок дерьма?» — проклинаю сам себя.       — А?       — Забудь. У нас тест на второй паре. Ты готов? — стараюсь незаметно перевести тему. Я знаю, что этого парня легко подловить на эмоциях, чтобы он забыл тему, обсуждаемую менее секунды назад.       — Тест? — он состроил такую рожу, будто первый раз в жизни слышит о таком.       — Ага. Сегодня. По высшей математике.       — Ебись оно конём! — хватается за голову Текно. Пару выходящих учеников из здания общежития обернулись на его возмущение.       — Воу, полегче с выражениями. Ты не дома.       — Да пофиг уже!       Чтобы спасти друга из неприятной ситуации, я нащупываю свои заметки в сумке и протягиваю ему. Понимаю, что он не заслужил. Учился я, а не он. Он развлекался, пока я напрягал мозг. Но что поделать? Он мой друг. Единственный друг, с которым мы от начала и до конца.       — Что это?       — Основная информация. Прочти. Если что-то запомнишь, то избежишь пересдачи. Ты же её боишься, да?       — Спасибо, Тайп! Ты настоящий друг, — похлопал меня по плечу парень, с радостью принимая записи.

***

      — Как твой тест? — интересуюсь я у рядом идущего Текно.       — Если бы не твои волшебные записи и редкие подсказки, я бы завалил, — признаётся он.       — Ну вот и отлично. Эй, а где ещё одно моё «спасибо»?       — Я должен тебя до смерти благодарить? Не наглей!       — Шучу, — усмехаюсь я, но тут внутри начинает что-то сжиматься. Вновь эта неистовая боль. Понимаю, что с минуты на минуту я упаду и напугаю учеников. — Слушай, — я останавливаюсь посреди коридора, и говорю, пытаясь не кряхтеть лишний раз, — ты иди, а мне в туалет нужно. Живот прихватило, — я характерно хватаюсь на пузо и сваливаю "на скоряк", чтобы у моего друга появилось как можно меньше вопросов. Ну прямо актёр без Оскара. Влетаю в мужской туалет, кидаю сумку в угол и как всегда кидаюсь к самой дальней кабинке. Широко распахиваю её, собираясь отсидеться там, пока не пройдёт приступ, но вижу перед собой то, чего и вовсе не ожидал.       Видимо, не одного меня дрючило. Прямо передо мной сидел Тарн, откинув голову назад. По его обнажённой и вздымающейся мощной груди стекала капелька пота. Сам он тяжело и неровно дышал. Держась за сердце и стараясь не обращать внимания на его возбуждение, я тянусь свободной рукой к лицу парня и шлёпаю его пару раз. На удивление, через пару секунд он приоткрывает глаза.       — Тайп... — его голоса почти не слышно. И хоть мне самому плохо, я закрываю нас в тесной кабинке, где и одному не особо комфортно, и падаю перед ним на колени, беру его ладонь и крепко сжимаю.       — Я здесь, всё хорошо, — хрипло и слабо проговариваю я, хотя чувствую, как немного отпускает. Глажу его руку до того момента, как он не приходит в себя полностью. Пока успокаиваю его, моё сердце тоже становится на место.       — Мне жаль, что ты снова ловишь меня в таком состоянии, — выдыхает он. — Наверное, ты считаешь, что я ненадёжный и не смогу тебя защитить.       — Ч-Что за глупости ты говоришь, Тарн? — я до сих пор не отпустил его руку и на эмоциях сжал её ещё сильнее. — Я даже не думал о таком. Ты мне ведь нравишься!       — Что?! — я внезапно осознал, что только что сказал. — Мне не послышалось? Ты ведь правда это сказал?       — Нет, не послышалось... — больше мне нечего ответить. Что правда, то правда.       Тарн подтягивает меня к себе, затягивая к грубый поцелуй. Его влажный язык скользнул между моих губ и встретился с моим. Лишь тяжёлое «Ха-а-а...» вырывалось из нас, когда мы склоняли свои головы в другую сторону и вновь впивались в друг друга. Пленённый ощущениями, которые уносили мой разум за пределы реального мира, я совсем не заметил, как на мне расстегнули рубашку и меня самого приставили к стене. Даже через ткань своих джинс и его брюк я чувствовал насколько сильно парень, плотно прижавшийся ко мне, возбуждён. И явно, что с таким стояком он уж точно меня никуда не выпустит раньше времени. Да и сам я был не лучше. Пока что меня не охватывала паника, ведь мой мозг был отключён полностью. Скажите, а как тут думать? Тем не менее, здравый смысл ещё подавал хоть какие-то признаки жизни.       — Т-Тарн, может, не здесь... С-Сейчас учебное время, нас могут з-заметить, услышать... — заикаясь, я старался остановить парня, но услышал, как звякает металлическая пряжка его ремня и расстёгивается ширинка. Его руки ложатся мне на бёдра, а затем плавно и очень медленно поднимаются вверх к поясу, после чего ловко выполняют пару махинаций, и вот — мои джинсы сползают вниз по ногам и останавливаются на уровне сжатых и трясущихся от возбуждения и лёгкого страха коленок. Он хватается за край моих боксеров, и они также быстро оказываются внизу. Сам пианист вообще особо не раздевался — приспустил немного и хватит. Я даже немного оскорбился, но в скорости забыл об этом, когда прохладная (такой она лишь казалась) ладонь легла на моё разгорячённое тело. Парень наклонил меня немножко вперёд и заставил раздвинуть ноги, а после и сам навалился сверху, приставляя свой член к моей заднице. В следующий миг мне захотелось кричать. Поняв это, музыкант закрывает мне рот ладонью, продолжая входить в меня.       — Тише, — шепчет он мне, склонившись к моему левому уху и опаляя своим жарким дыханием.       Толчки. Я думал, что разорвусь от боли. В конце концов, это был мой самый первый раз. Не просто с мужчиной, а в целом. Я даже никогда не касался до этого к женскому телу, и иногда чувствовал себя из-за этого "не таким", потому что мои свестники уже могли похвастаться "переёбанными" ими стаями самок. Поэтому рука Тарна до конца располагалась у меня на губах. Знаю, он не хотел причинять мне боли, но через это нужно было переступить, привыкнуть к этому, чтобы вынести из данного процесса хоть немного наслаждения. И у меня, на удивление, получилось. Плакать от боли в какой-то момент перехотелось. Теперь хотелось плакать от нереальности ощущений. Постепенные ускорения и замедления темпа — я желал наполнить эту блядскую кабину метр на метр своими стонами, но не мог. Чёртов университет. Чёртовы люди. Как же вы сейчас не в тему! Однако, сдерживаться полностью не удавалось. Можно было лишь заглушить звуки. Вести себя тихо в подобной ситуации очень и очень сложно, что-то из области фантастики.       Тарн целовал и покусывал мою щёку, а я старался держаться на ногах, опираясь на плиточную стену, по которой мои потные ладошки соскальзывали, даже если я сжимал их в кулак. Честно, я уже не мог держаться ни на ногах, ни в любом другом смысле — белая жидкость стекает по бачку унитаза, к которому я всё это время был развёрнут. «Господи, это я сделал? Позор-то какой...» — застыдил мысленно себя я, а потом почувствовал финальный толчок и жар, разливающийся внутри. Тут-то мои руки окончательно соскользнули, и я готов был грохнуться на пол, параллельно напоровшись на унитаз, над которым я нависал, но пианист удержал меня в своих сильных руках.       — Уже всё закончилось, — удовлетворённо и тяжело выдохнул он. Хоть я и не видел его лица, я чувствовал, что он улыбается.

***

      В общагу мы ушли вместе, никому и ничего не сказав. На улице было немноголюдно, поэтому Тарн сначала держал меня за руку, а затем решил придержать за талию, чтобы я не свалился от усталости прямо на асфальт. Когда мы добрели до здания общежития, парню и вовсе пришлось взять меня на руки — я выдохся; даже не знаю, почему меня покинули силы. Но я был благодарен Тарну за то, что ему было не лень дотащить меня, ведь я не лёгкая 45-килограммовая девушка, а полноценный мужчина.       — Я принесу воды, — он уложил меня на постель и удалился на кухню, а менее, чем через минуту вернулся со стаканом в руке. Парень приподнял меня и сам напоил. Во мне поселился какой-то страх. Я хотел как меньше взаимодействовать с ним в данный момент, но не мог же я сказать «Эй, свали на хер из моей комнаты». Нет, я не испытывал отвращения. Меня тянуло к нему, но от чего-то я дрожал. — Ложись, тебе нужно отдохнуть.       И я поступил так, как он мне сказал. Я перевернулся на бок лицом к стене. Мне казалось, что он уйдёт. Да, он вышел, но только из комнаты. Видимо, чтобы не мешать мне спать. В какой-то степени меня это напрягало, но слабость в теле была сильнее.

***

            «Я приготовил это для тебя. Пожалуйста, поешь хорошо. Не заставляй меня волноваться» — написано аккуратным почерком на розовом квадратном стикере, приклеенного к пластиковым контейнерам. И в самом низу небольшая подпись: «Тарн». Живот предательски урчит, и я, не задумываясь, открываю все контейнеры сразу и стоя начинаю есть. Голод, он такой.       — Блин, если это всё правда приготовил он, то я прямо сейчас готов идти под венец, — пробормотал я, запихивая в себя оставшийся блинчик.       Завершив со зверским заглатыванием пищи, я схватился за телефон, чтобы написать кучу слов благодарности, но остановился. В голове всплыли воспоминания о сегодняшнем инциденте в туалетной кабинке, и я нервно сглотнул, а затем отложил гаджет в сторону.       — Боже... — я вздрогнул. — Неужели отныне я окончательно могу называть себя геем?..       Теперь мне предстояло сделать две вещи: принять себя таким и объяснить Текно куда я пропал. А вот про то, что я совершенно уверен в том, что я не по девочкам, рассказывать я и не думал. Болезнь свою мистическую скрываю всю жизнь и это смогу.       В тот момент моя голова не была забита мыслями об отношениях с Тарном. Я хотел лишь поскорее найти отговорку для друга и усмирить свой страх перед моим новым «Я».