Счастье есть.

Утро для молодого рыбака Джона Леннона началось с назойливого жаркого солнца, которое так и лезло ему в глаза. Джон недовольно поморщился, и в попытках укутаться в одеяло сильнее добился того, что он рухнул с кровати на пол. На самом деле, Джону очень не хотелось сегодня куда либо идти, однако его бедное положение говорило само за себя. И проклиная все на свете он выпутался из плена кровати и направился в ванную, приводить себя в порядок. Легкий душ смог пробудить его ото сна, и вытеревшись, молодой человек подошел к зеркалу. На него смотрел далеко не самый худой, но и не самый толстый Джон Леннон. К себе Леннон относился скептически, предпочитая обращать внимание на другие вещи в жизни. К примеру на то, что для того чтобы заработать много денег ему требовалось поймать действительно крупный улов. Конечно за его старания денежная зарплата была гарантирована, но ее было ничтожно мало. Да и тратил ее Джон лишь на пропитание и на одежду. Расчесав свою каштановую шевелюру и одевшись в простую рыбацкую одежду, Джон взял длинную рыболовную сеть, связанную тугой веревкой и вышел из дома. Ливерпуль был сегодня удивительно оживлен. Привычные улицы, наполненные торгующими гражданами и теми, кто этот хлам покупал. Все это Джону было скучным, ведь видит он это все не в первые. Не первый раз проходит по этим местам, идя к причалу и ища свою лодку. Еще в его доме, который достался ему от дяди Джорджа и тетушки Мими Смиттов, юный Джон пробовал учиться играть на гитаре, на что его тетушка Мими говорила:  — Игрой на гитаре много денег не заработаешь! Видела бы сейчас эта женщина в каком положении был Джон, точно бы пожалела о своих словах. Сейчас бы 24-летний Джон мог бы прославиться как сердцеед среди девушек его возраста, однако все что он делает это рыбачит. Многие мужчины и старики у причала советовали ему это бросить и найти что-то, что душе будет приятно. Но как считал Джон, ему поздно что либо менять сейчас, жившему в 18 веке человеку. Его жизнь была скучна и однообразна, и мало что способствовало радости в его жизни. Счастья и след простыл, да и на вряд ли оно появится в жизни Леннона вновь. Сейчас Джон сидел в своей лодке, глядел куда-то вдаль, куда уплывали корабли, на которых известные мореходы отправлялись исследовать новые земли. Вдруг в ушах раздались шаги по деревянному мостику. Джон сразу понял, что это к нему. Повернувшись, он был удивлен личности, которая к нему явилась. Небольшие глаза Джона слегка расширились, но это не делало их больше. Перед ним стоял его знакомый, Ричард Старки по прозвищу Ринго Старр. Ричард был известным на весь Ливерпуль исследователем мифических существ. В его большом особняке была подземная лаборатория, в которой Ричард и проводил свои исследования. Джон в этот откровенный бред не верил, считая что это сказки для маленьких детишек.  — Доброго утра, ученая нечисть! — усмехнулся Леннон. Нередко Джона называли глупым, и самому Леннону было все равно кто и как его называет.  — Я уж думал ты назовешь меня большеносым уродцем, — посмеялся сам над собой Ричард. Нос у него действительно был крупнее обычного, — Все никак не бросишь это дело?  — А зачем? Искать другое сейчас бессмысленно, лучше уж продолжать начатое.  — Так ты планируешь до самой смерти приносить заказчикам улов, а потом оставаться ни с чем? Ричард по своей натуре был человеком приятным и молчаливым, однако из его уст нередко услышишь правду, которая колет душу. Обычно Джон никак не реагировал на такие слова, однако сейчас он чувствовал некую обиду в глубине души за свое нынешнее состояние.  — А у тебя есть план круче моего? — выкрутился из ситуации Джон.  — Скажем, есть. У меня нашлось для тебя прекрасное предложение, от которого ты точно не сможешь отказаться. Я предлагаю поймать тебе русалку! Радостное восклицание Ричарда быстро затихает, а на лице Джона от услышанного так и читался вопрос о конкретной тупости исследователя. Джон, конечно, понимал, что Ричард мог бы и на рисунках заняться исследованием данной бестии, но где черт его побрал их надо ловить?  — Где я тебе такую рыбину найду?  — Вдали от Ливерпуля по реке Мерси мне доложили о небольшой пещере, окруженной небольшими каменными буграми. Предположительно там и обитают русалки. Уж ночью они там точно появятся в поисках пропитания. Не попадайся на их ангельское пение, а уж тем более на милое личико. Они влюбляют в себя несчастных живцов за два счета, а потом, утопив, съедают.  — А почему ты поручаешь это именно мне? — повел плечами Джон.  — Лучше моряка в Ливерпуле не сыщешь, — усмехнулся Ричард, — Ты молод и опытен, и уж тем более нуждаешься в больших деньгах. Я знаю одного богатого господина, он нам с тобой заплатит вдвойне за пойманную тобой красавицу. Джон задумался: терять такой шанс будет очень глупо. Леннон впервые за долгое время ощутил себя заинтересованным. Впервые он захотел хоть как-то улучшить свою жизнь. Ему обзавидуется любой рыбак, узнав о поимке Джона.  — И каков срок заказа? — отвязывая веревку от косяка мостика спросил Джон. Ричард радостно сверкнул своими поражающими голубизной глазами.  — Желательно сегодня к полуночи! Ты не пожалеешь о том, что дал согласие! Действительно, как Джон мог жалеть о своем согласии, зная что его ждет действительно богатая награда. И глядя уходившему Ричарду вслед и наблюдая как его дорогой костюм «теряется» среди потрепанных тряпок на шастающих туда сюда людях, Леннон медленно отплывал в знакомые места для ловли рыбы. Все-таки сейчас люди уже были в поиске пропитания, а Леннон в поиске хоть каких-то денег.

. . .

В Ливерпуле стояла мирная ночь. Все расходились по домам. Джон был единственным кто не торопился к манящей сном постели. За сегодняшний день он продал приличное количество наловленной им рыбы. Для Леннона это был весьма непривычный день: он за долгое время был доволен своим трудом. Было ли это мифическое влияние Ричарда, он сам не знал. Засветив в светильнике огонь, Джон взял в ладони рукояти весел и решительно стал отплывать от причала по реке. Его ждал крупный улов и крупная сумма денег. Он плыл все дальше и дальше, так далеко он еще никогда не уплывал. На какой-то момент Джону показалось, что он и вовсе потерялся. А потом его посетило чувство того, что исследователь мифических существ его просто напросто надурил. Никаких денег Леннону он и давать не собирался, и что никакой пещеры, окруженной скалами нету вовсе. Чем дальше Джон отплывал, тем сильнее ощущение собственной тупости его накрывало.  — Твою мать! — Джон чуть не сломал одно из весел, — Это же надо было довериться такому обману! Какой же ты идиотина, Леннон! — выругался он на свое собственное отражение в воде. Вдруг его лодка во что-то врезалась. Взяв светильник и подняв его над лодкой, Джон увидел один из каменных бугров. А после увидел и нескромное количество точно таких же. И решив проплыть между ними, Леннон уже сказал Ричарду свое извинение в голове. Ведь увиденная Джоном картина и вовсе заставила его поверить в то, что тут действительно живут русалки. Перед ним раскрылась пещера, обросшая кораллами разной формы и разных цветов, покрытая лианами с красивыми и роскошными цветами на ней.  — Идеальный вариант для привлечения жертв, — подумал Джон. Подплыв ближе к пещере, он осветил ее светильником. У пещеры был высокий потолок, и сама она была длинной и без суши. Но заплыть внутрь Джон не успел. Внезапно он услышал плеск воды где-то рядом. Резко развернувшись, Леннон замечает круги на воде, прямо рядом с ним. И в панике оглядывая каждый каменный бугор, глаза Джона остановились на сидевшей фигуре. Осторожно направив на нее свет, Леннон в приятном шоке замечает на камне длинный хвост русалки, бордового цвета и так переливавший искрами на свету. Со спины и не скажешь что это была молодая девушка, тело не было таким хрупким. Скорее оно было худощавым, стройным. Не было и длинных волос, таких как и сам хвост. Сами волосы были короткими, черными и заправленными назад. Никогда Джон не думал о том, что мужчины могут быть русалками.

Мое сердце так тоскует, Ни к чему мне денег звон,

Голос пел тонко и протяжно, но так нежно и невинно, что сердце у Джона начало таять. Леннон даже не заметил, как на словах о денежном звоне фигура подняла одну руку вверх и подбросила несколько золотых монет, которые Джон так старательно зарабатывал, и которые были у него украдены.

Лишь моряк меня утешит, Ведь дороже злата он.

По звучанию и не скажешь, что это пел мужчина. Леннон буквально слышал девичье пение. Джон вообще забыл зачем он здесь. Он не помнил слов Ричарда о том, чтобы Джон не стал пленником такого обворожительного голоса. Джону хотелось познакомиться с ним, ведь этот русал бы первым, кто смог вызвать у Джона интерес. Настолько сильный интерес, что Леннон не увидел и того, что рука фигуры выбросила золотые монеты, как мусор.

Ах красавицы, девицы, Давно известно нам, Лишь моряк нам брав и дорог, Скользящий по волнам.

Джон буквально слышал ангела, спустившегося к нему с небес. Он невольно чувствовал на своих губах кривую улыбку. Искреннюю улыбку. Таких улыбок у Джона было в жизни мало. Леннон даже нашел забавным то, как сидевший на камне русал взял одну из лиан, покрытую цветами и положил ее на свою голову, притворяясь девушкой. Черт побрал Джона, да он влюбился! Его жизнь приобрела новые краски в этот момент, словно серый Ливерпуль всегда был радужным. И Джон увидел это только сейчас.

Мое сердце так тоскует, Ни к чему мне денег звон, Лишь моряк меня утешит, Ведь дороже злата он.

Все это время пока Джон слышал этот прекрасный голос, он медленно плыл прямо к русалу. Голос затих, и все что услышал Джон после так это тихий, слегка разочарованный вздох. Словно молодой человек не был доволен своим пением. Фигура сняла со своих волос лиану и раздраженно бросила ее в воду. Правда, лиана упала прямо Джону на голову, ведь подплыл он уже довольно близко. Леннон недовольно фыркнул, и поспешил избавиться от упавшей на него слизкой гадости. Вдруг раздался громкий удивленный вздох где-то сверху. Сердце Джона замерло от легкого шока, и в нетерпении подняв глаза он так и застыл. Теперь Джон готов был официально заявить миру о том, что влюбился по уши. И пусть это был молодой русал. Лицо русала было идеальным: большие миловидные глаза, пухлые приоткрытые губы, худые щеки. Полная противоположность Джону. И только Джон хотел спросить у русала его имя, как Джон резко вспомнил все, о чем говорил ему Ричард утром. Лицо русала из приятного сделалось враждебным: зрачки сузились до красных вен в глазных яблоках, а изо рта показались острые как бритва клыки. Русал приглушенно шипел. Это уже нельзя было назвать ангельским пением. Джон уже проклинал себя за то, что так легко клюнул на эту удочку. Охотник попался своей жертве. И не успевает Джон схватиться за сеть, как русал резко набрасывается на него, шипя гораздо громче и даже рыча. Джон оказался в воде, ощущая на своей шее острые душащие когти русала. Но Леннон сдаваться не собирался, и больно пнув русала по хвосту быстро поплыл наверх. Только молодой человек залез обратно в лодку, как из воды за ним выпрыгнул русал, будто его и не били по хвосту. На этот раз Джон был более сообразительнее, и перехватив летевшего на него русала прижал того к лодке, зажимая одной рукой две его руки, а другой схватившись за шею и слегка придушил. Но русал продолжал сопротивляться, хоть хвост его и был придавлен сильной ногой Леннона. Джон отметил что руки русала были мягкими и гладкими. Его шея была настолько хрупкой, что легко бы сломалась от давления руки Джона. Русал предпринял попытку вырваться, но был сильнее прижат рыбаком к лодке. И тогда в больших глазах русала Джон отчетливо вычитал страх. Леннон чувствовал, как все тело молодого человека покрылось дрожью. Это не было наигранно, и невинный русал боялся смерти в данный момент больше всего на свете. Джон смотрел прямо в его большие глаза, и не мог нормально думать.  — Отпусти… — чуть ли не плача, прошептал русал таким бархатным голосом, что Джону казалось что он вновь слышал пение ангела, — Мне больно, прошу тебя… Леннон дернулся как кипятком ошпаренный, осознавая что делает ему больно. А сам забыл что его готовы были убить пару секунд назад. Всю свою жизнь Джон действовал осознанно и всему находил причины. Пожалуй, сегодняшняя ночь является исключением для правил Леннона. Не говоря и слова, Джон тут же отпустил русала из плена его рук. Леннон уже не видел нужды выполнять заказ, который дал ему Ричард. Он был слишком влюблен, чтобы осознать тот факт, что этот русал убивал таких же как и сам Джон, что на него охотились многие моряки и рыбаки, что многие исследователи, такие как Ричард желали узнать всю натуру русалок. Джон еще никогда так безразлично не относился ко всем этим вещам. Все, что его интересовало сейчас так это сам русал, ради которого он проделал весь этот путь. Вдруг краем глаза Джон замечает резкое движение, и впопыхах даже не сразу понял что схватился за одно из весел, и не раздумывая бьет нападающего прямо по лицу. Лодка покачнулась от смены равновесия, а упавшее без сознания тело могло утонуть, если бы Джон не схватил бы его за бордовый хвост. Леннон прекрасно понимал, что если бы он отпустил, русал бы напал. Признал это Джон только сейчас. Он был затуманен своей влюбленностью. Единственное что мог сделать молодой человек, так это повязать тело русала в сети и прибыть обратно в Ливерпуль. Так и случилось. Джон прибыл обратно, и хваля Бога за то, что русал еще не очнулся, он смог спокойно привязать лодку к причалу и взяв тело на руки, Леннон направился к дому исследователя. Каки-то пару шагов, и Джон находился около одного из самых богатых домов в Ливерпуле. Но Джон не решался стучать в дверь. Он не решался отдать это невинное создание на произвол судьбы. Джон сам не знал, о чем он думал в этот момент, когда держал его, повязанного в сеть русала на своих руках. Леннон хотел бросить эту затею и освободить русала, как вдруг в доме показался свет, и дверь отворил хозяин.  — Не зря я ждал тебя, — ухмыльнулся Ричард, одетый в домашний костюм. Прежде чем Джон успевает что либо ответить, как Ричард подозвал своих слуг, которые забрали из рук Джона русала с его сетью. Леннон хотел ухватиться за него хотя бы в последний раз в жизни, но не успел.  — Все как и обещал, — Ричард протянул молодому человеку конверт, в котором находилось то, ради чего Джон поймал русала, — Спокойной ночи, и спасибо тебе еще раз. Дверь закрылась, и для Джона наступила его обычная жизнь, без всяких радужных красок. Для него все стало привычно, и не было тех чувств, которые он испытывал когда слышал пение того молодого человека. Он не помнил как доплелся до дома, как засунул конверт в шкаф, как сонно прошел на второй этаж и не раздеваясь завалился на кровать. Джон пытался уснуть, но он снова видел это миловидное лицо русала. Джон запомнил этот невинный взгляд, прежде чем он ударил русала веслом. Леннон не верил тому, что это были наигранные эмоции русала. Джон увидел в русале вовсе не бездушное, а живое существо, желавшее жить. И чем чаще Джон о нем думал, тем больше сам начинал походить на живого человека. И засыпая этой ночью, Джон понял то, что он больше не тот, кем был раньше.