Страх

      Щёлк. Алиса аккуратно соединила последние детали магнитного конструктора и аккуратно водрузила получившееся навершие на постройку. Получилась аккуратная и довольно большая пирамида. Подняв её, девушка аккуратно поставила своё творение рядом с несколькими предыдущими. Ей всё порядком уже наскучило, но заняться всё равно было нечем. Да и врач дал Алисе указание — заняться конструктором для восстановления мелких моторных функций. К тому же Лёха, единственный, кто мог хоть как-то мог разнообразить её досуг, был припряжён к работе. Так что оставалось только любым способом убивать время до полного выздоровления.       Конструктор наконец наскучил Алисе. Встав, она накинула халат и пошла пройтись. Было раннее утро, и почти все спали, так что в коридорах было пусто. Дойдя до кофемата, девушка, порывшись в карманах, закинула в прорезь несколько кредитов и заказала себе двойной эспрессо, потирая глаза пальцами. За время, проведённое в больнице, жизнелюбие девушки оказалось на исходе. И то сказать — серые однообразные дни в палате проходили медленно и тоскливо. Заниматься было нечем, кроме опостылевшего уже конструктора.       — Адмирал?       Алиса обернулась. В коридоре больницы стоял Селге. Выглядел главнокомандующий сил ГСБ уже гораздо лучше. И хотя стоять он мог только с помощью экзоскелета, в глазах Селге светилась жёсткая решимость и уверенность в своих силах. Интересно, что он делал на Блуке? Прилетел навестить Алису? Или по более важному делу?..       — Слушаю, главнокомандующий, — Алиса поправила фуражку.       Селге подошёл ближе, скрипя сочленениями экзоскелета.       — Адмирал, я слышал, что Вас тяжело ранены. Вы в порядке?       — Как видите, — лаконично и грубо ответила девушка. Она ненавидела очевидные вопросы.       Селге улыбнулся одними глазами:       — Это радует. Адмирал, среди командования идут разговоры об окончательном присвоении Вам высочайшего звания — адмирала флота.       Алиса хмуро посмотрела исподлобья на Селге, прикладывая ко рту стаканчик:       — Главнокомандующий, мне всё это до лампочки. Я в любом случае ухожу в отставку.       Селге отнёсся к такому резкому заявлению флегматично:       — Адмирал, Ваше решение мне известно достаточно давно. И, кстати, я его одобряю. Тем более, что у Вас, кажется, скоро появятся дела поважнее.       Девушка вопросительно посмотрела на него:       — И кто настучал?       — Адмирал, — главнокомандующий снова улыбнулся глазами, — о Ваших отношениях с Алексеем Даниловичем Тетериным известно уже давно. А после того, что вы вместе пережили в этом проклятом созвездии, восемьдесят процентов командования поставило на то, что вы рано или поздно узаконите свои отношения.       — А остальные?       — А остальные двадцать даже ставить отказались.       Алиса скомкала пустой стакан и бросила его в мусорку:       — Вот оно как? Тогда должна сказать, что мне не нравится, что подробности моей личной жизни могут распространять.       Селге посмотрел на Алису недвусмысленным взглядом:       — Адмирал, чем выше стоит человек, тем больше известны подробности его жизни. А Вас знают уже во всём секторе галактики. Следовательно…       Девушка обшарила карманы. Бестолку — кредиты закончились. Мысленно выругавшись, Алиса демонстративно пошла в сторону палаты.

***

      Вулити держал штурвал «подземной лодки», корпус которой мелко трясся — приходилось пробиваться через крайне твёрдую породу. Вулити сматывал удочки. Он прекрасно понимал — игра проиграна. Из-за собственного идиотизма и спешки он забыл про контрольную пулю, и теперь до него дошли слухи о том, что адмиральше удалось выжить. Это означало полное безоговорочное поражение. Вулити сделал всю ставку на эту гражданскую войну в созвездии Дракона, отправил сюда всех своих людей, которые только остались… а теперь он остался один.       «Лодка» внезапно упёрлась во что-то и затряслась сильнее. Вулити заглушил мотор. Прекрасно! Носовой бур упёрся в гранитную скалу. На той планете это не было редкостью. И это, казалось бы, полбеды, но на поверхности шли поиски. Вулити знал, что его ищут правительственные солдаты и подразделения ГСБ. Любой звук мог выдать его. Теперь можно было не сомневаться, что его достанут.       Вулити достал пистолет и поднёс его к подбородку. Он готов был уже нажать на курок, но внезапно заколебался. Есть хоть какой-то шанс выбраться? Может быть, и есть… если только… На милость закона не стоит рассчитывать, но, может быть, удастся сбежать? В конце концов, в прошлый раз он сумел удрать… Возможно, получится и сейчас…       Послышался стук комьев мёрзлой земли. Вулити, дабы не оттягивать неизбежное, отключил блокировку внутреннего люка. Зачем тянуть? Всё равно его арестуют, разварив люк с помощью лазера. В ту же секунду чья-то рука в экзоскелете схватила Вулити и выдернула наружу, тут же повалив лицом в снег. Руки стянул тонкий, но прочный тросик.       — Уведите, — раздался голос. Вулити подняли с земли и повели в сторону штаба. Он не сопротивлялся. Зачем? Это действительно конец.

***

      Алиса опрокинула учебного соперника через бедро приёмом дзюдо, которым научилась на корабле Адмирала. Врач, наблюдавший за ними, удовлетворённо кивнул, делая пометки в блокноте:       — Прекрасно, адмирал. Вы восстанавливаетесь быстрее, чем я думал. Свободны, — это противнику. Тот, откланявшись, удалился. — Ещё пара недель — и сможете вернуться к нормальной жизни. Правда, конечности вам не вернуть… но, надеюсь, справитесь.       Алиса устало кивнула:       — Это, конечно, хорошо, но, может быть, хватит, доктор?       — Да, хватит. Можете отдыхать, адмирал.       Алиса села на свою койку, закуталась простынёй и защёлкала конструктором, собирая из него дракона со множеством рогов на треугольной голове, большими крыльями и длинными когтями. Ей всё ещё приходилось как-то убивать время, а члены команды заходили к адмиралу всё реже. Даниил улетел обратно — помогать офицерам ГСБ подавить восстание. Лёху впрягли в работу на Блуке, так что рядом с молодой командиршей не осталось никого. А для Алисы не было ничего хуже одиночества…       — Я требую, чтобы вы меня пропустили! Она — моя дочь!       Ну или было. Алиса поставила недоделанного дракона на больничную тумбочку и спрятала руки под простыню. Она прекрасно знала, как мама отреагирует на протезы. Секунду спустя в палату ворвалась, как вихрь, Кира. За ней вбежали несколько человек.       — Охрана, вольно. Привет, мам, — сухо буркнула Алиса, незаметно натягивая простыню на подбородок.       — Алиса! — Кира пододвинула табуретку и села. — Я уж думала, что не увижу тебя! Ты в порядке?       — Была в полном, пока ты не пришла. Что-то нужно?       Стоящий недалеко от койки врач многозначительно покашлял. Адмирал закатила глаза:       — Ладно, хорошо… Ты что-то хотела сказать?       — Алиска, — Кира положила руку на одеяло, — послушай, ты нам с папой всё уже доказала. Возвращайся. Нам тебя не хватает.       Алиса скептически изогнула брови.       — Нет, правда не хватает. Алис… я понимаю, что мы наломали дров, и нам правда очень жалко.       — Жалко у пчёлки, мама. Я всё сказала уже давно.       Кира всхлипнула.       — А папе передай, чтобы за своим зоопарком следил, раз он ему дороже меня, — безжалостно закончила девушка. — И я не хочу больше иметь с вами ничего общего. Ничего.       Забыв о протезах, Алиса поправила простыню. Кира тихо ахнула:       — Алиса?..       — Да, мам. Это — результат последнего задания, на которое я отправилась.       Врач, поймав разрешающий взгляд девушки, пояснил:       — Гангрена. Конечности адмиралу пришлось ампутировать. На протезы скинулась вся команда.       Кира молчала, поджав губы. Она явно не ожидала такого увидеть. Алиса молча достала из-под простыни вторую руку и демонстративно пошевелила пальцами.       — Как видишь, мне пришлось заплатить многим за ваши ошибки.       Кира кивнула. Она тоже считала, что дочь попала под влияние Адмирала и получила своё место из-за холодного отношения со стороны родителей, а потому винила во всех бедах Алисы себя.       В палату заглянул лейтенант ГСБ из числа охраны:       — Адмирал, к Вам гости.       — Просите, — Алиса села поудобнее, положив руки на простыню.       В палату боком протиснулся Миля. Вместо замасленного комбинезона на нём была офицерская форма ГСБ с майорскими погонами и белый хлопковый халат, небрежно наброшенный на гренадёрские плечи. Миля, спросив взглядом разрешения, сел возле койки. Достал из внутреннего кармана кителя фляжку, встряхнул, предлагая выпить. Девушка покачала головой.       — Хорошие новости, адмирал. Восстание подавлено окончательно. Скоро сможете отправиться домой. Кстати, товарищ главнокомандующий обещал присвоить Вам последнее звание — на этот раз накрепко и пожизненно. Даже если подадите в отставку.       — Я вижу, Вам тоже повышение дали? — Алиса склонила голову набок, как попугайчик.       Миля не без гордости потрогал погоны:       — Да. И не только мне. Звездопад прошёлся по всем офицерам, кто участвовал в той войне. Тетерин-младший, кстати, предоставлен к званию капитана.       Алиса со скрежетом потёрла ладони:       — Прекрасно! Теперь-то нам точно не помешают…       В дверях появился запыхавшийся Лёха в форме с новыми погонами. Забежав в палату, он бегло кивнул Кире, отдал честь новоиспечённому майору и опёрся ладонями о спинку койки:       — Алис, повышение! Я теперь капитан!       Миля ухмыльнулся и многозначительно покашлял. Лёха спешно повернулся к нему:       — Виноват, товарищ майор!       — Вольно, капитан. Я всё уже рассказал адмиралу.       Лёха снова развернулся к койке:       — Это всё равно круто! Представляешь, Алиска, я…       — Последний раз ты так сиял, когда мы команду Солдатовой обыграли в футбол… — не преминула вставить шпильку Алиса.       Лёха заметно смутился, но быстро выправился:       — Это… Алис… можешь дать руку?       Девушка протянула парню правую руку. Порывшись в кармане кителя, Лёха достал что-то и положил его в ладонь, аккуратно накрыв предмет сверху металлическими пальцами. Алиса разжала руку. Недорогое обручальное кольцо — не дороже двадцати тысяч кредитов. Действительно… откуда большие деньги у молодого офицера? Алиса посмотрела на Лёху, который тяжело волнительно дышал. Помедлила. Улыбнулась. Кивнула. Надела кольцо на безымянный палец правой руки. Лёха засиял.       — Какого числа? — спросил он.       — Когда выйду, — лаконично ответила Алиса. — А теперь уйдите все, я спать хочу.