Уроки любви

Дело близилось к новому году. Морозы крепчали, кошка росла, словно на дрожжах, а цены в магазинах становились все хуже и хуже. Обычные проблемы взрослых, ничего нового. — Я не понимаю, почему какое-то молоко стоит не пятьдесят рублей как обычно, а шестьдесят пять? Это ведь даже не новогодний продукт! — возмущался Азиз, сидя на их маленькой кухне. — Понимаю ещё майонез, им салаты заправляют. А молоко то какого хера? — Азиз, я тут подумал… Может мне на работу устроиться? Аминович нахмурился и отложил чек, который рассматривал до этого. Что это на Андрея такое нашло? — Зачем? У меня есть деньги, плюс то, что мне в этом магазинчике платят. Мы вроде по миру ещё не пошли. Но Клайтин лишь пожал плечами, да взял отвёл. — Просто ты платишь за меня, да и счета все ты оплачиваешь. А родители в последнее время переводят совсем копейки… — Расслабься, окей? Все нормально, я от тебя не требую ничего. Тебе не нужно идти работать. Андрей нахмурился, но кивнул, хотя соглашаться с мужчиной ему не хотелось. Чтобы хоть чем-то занять себя парень принялся за свое посуды, накопившейся с утра. «Хоть что-то полезное сделаю…» — Если нам перестанет хватать денег, я между тебе и сам обязательно что-нибудь придумаю. Не забывай этим голову, — уверенно произнес Азиз, потрепал того по голове и ушел к себе в комнату. А Клайтин так и остался наследие со своими тяжёлыми мыслями. Напрягать Нуриллаева, который итак взял на себя слишком много по отношению к нему, не хотелось, но и огорчать его тоже… Какая же все-таки жизнь сука, когда сука.

***

Как ни странно, работа сама приплыла к нему в руки. Пусть и не самая престижная, зато будут деньги. Ну, по крайний мере должны были появиться. Старый знакомый, являющийся частым гостем на его вписках, возник из ниоткуда, словно по взмаху волшебной палочки. Выглядел он не лучшим образом, но предложение о работе перебивало все отвращение подростка к нему. — Работка есть… Разносить кое что, — потирая руки проговорил знакомый, а сам то и дело воровато оглядывался по сторонам. — Типа курьера? — Да-да, типа того. Только никому не говори, лады? Это не очень-то законно… Андрей нахмурился, стараясь понять, к чему тот клонит, а после, осознав, что же ему предложили, вытаращил глаза. Ну нихуя ж себе. Это же грёбаная наркота. — Я не буду, чел. Спасибо, но я отошёл от всего такого, да и вписки больше не устраиваю… — Ага, знаю я. И что с охранником каким-то вместе живёшь. Педики, да? Знакомый оскалился и вынул складной ножик из кармана. Клайтин оцепенел. Его снова раскрыли. Неужели это конец?.. — Выпотрошить бы тебе все легкие, все брюхо, чтоб ты больше ничего не мог чувствовать… Что за мерзость — любить му… — Что за хуйня здесь происходит? Оружие убрал! Услышав знакомый голос, Андрей выдохнул, наконец отмер и приблизился к Азизу, так кстати появившемуся у подъезда с мешком мусора. Видимо, вышел он именно для этой цели. — Я с кем разговариваю? Что тут происходит? — одного хлесткого взгляда Аминовича было достаточно, чтобы пацанчик, оценив все риски, спрятал нож и начал уходить восвояси. Нуриллаев проводил того недобрым взглядом, а после перевел его на Андрея, стоящего рядом. И от того, как он смотрел, подростку стало ой как не по себе. Казалось, что охранник, так вовремя подоспевший на помощь, сейчас свернет ему шею за непослушание, да и все. Дело с концом. Но это же Азиз… Что он сделает Клайтину? Аминович был способен на ужасно тяжёлые поступки ради выполнения долга. Но обижать своего близкого — никогда. Осознав это, Андрей чуть улыбнулся и сам прижался к Азизу, хоть и не ожидал от себя такого. На удивление, его тут же прижали к себе. — Спасибо… — Спасибо? Он тебя зарезать мог. А кто бы тогда нашу кошку кормил, когда я на работе? Кто, Андрей? За такими простыми, бытовыми вещами скрывались глубокие переживания. Нуриллаев не хотел, чтоб парень пострадал, а то и умер. Значит точно беспокоился. От осознания этого факта Клайтин совсем разомлел. Уходить от Азиза не хотелось, слишком уж с ним было спокойно и безопасно, но тому надо было работать, поэтому… — Мне пора идти, работать надо. Там пельмени есть дома, поешь. Услышав это заявление, Андрей облизнулся. Пельмени он любил, даже очень, но, кажется, Нуриллаев был намного важнее. — Я могу посидеть у тебя в магазине, с тобой, помогу чем-нибудь… — Не надо, Андрей. Иди домой. Оскорбленный такой просьбой, пусть и благородной, но весьма обидной, Клайтин нахмурил брови и поплелся в квартиру. Делать было нечего. И хотя путь длился совсем уж недолго, голову подростка успели посетить совсем уж нерадостные мысли. Почему Азиз не хотел его видеть? Отказался от его помощи? Он что-то сделал не так? Или же его кто-то ждал в том магазине? От этой мысли в носу Андрея защипало, а горло сдавило спазмом. Неужели, все настолько плохо?; Но оказалось, что все еще хуже, чем он мог себе представить. Намного хуже. Стоило Андрею ступить на порог, как его ноги подкосились, из-за чего парень вцепился в ручку двери, словно ища в ней последнее спасение. Его лёгкие сдавило спазмом, адски хотелось кашлять, а желательно выкашлять все свои эмоции с помощью этого способа. Решив не отказывать себе в этом удовольствия, Андрей громко закашлялся, но тут же почувствовал как ко рту подступает что-то мерзкое и неприятное. — Блять… — - первое и единственное, что отразилось от каждой стены квартиры, стоило только Клайтину выплюнуть инородный предмет. В руке красовалась небольшая веточка вереска. Приплыли.