Истинное влечение

Перед глазами все замельтешило, живот скрутило в спазме, и Гермиона задержала дыхание, как всегда это делала при трансгрессии. Мгновение, и… В лицо ударил теплый воздух, а под ногами оказался насыпной темный гравий. Это сразу заставило ощутить контраст, ведь Гермиона еще чувствовала капли дождя на коже и видела грязь на своих ботинках от слякоти, в которой погряз Хогсмид. — Добро пожаловать на территорию Малфой le manoir, Грейнджер, — услышала Гермиона голос Драко и наконец оторвала взгляд от своей обуви. Перед ней распростерся сад, погрузившийся в хаос красно-оранжевых красок осени, который окружал большое поместье. Светлые стены величественного трехэтажного здания были украшены лепниной, напоминая дворцы французских королей, которые Гермиона видела, путешествуя по Европе. Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в розовые тона. Казалось нереальным, что еще вчера в это время она сидела в Большом зале в окружении учеников и не думала о том, как может повернуться жизнь. «Я во Франции в середине осеннего семестра», — подумала Гермиона, испытывая восхищение в равной доле с волнением. Конечно, было радостно отвлечься от унылой погоды Англии и учебной суеты, но вместе с тем Грейнджер не могла избавиться от груза ответственности за пропущенные занятия. Она подумала о том, сколько тем ей потом придется нагонять по зельеварению, ЗОТИ, трансфигурации… «Макгонагалл». При одной лишь мысли о профессоре Гермиона вздрогнула, а щеки запылали румянцем. Воспоминания тут же вспыхнули в голове. — Немедленно приведите себя в порядок, — скомандовала Минерва, быстро приходя в себя. — И будьте добры объясниться! Мозг Грейнджер от нахлынувшей паники и все еще не унявшегося возбуждения соображал настолько плохо, что она не заметила, как Драко успел опустить ее на пол и натянуть свои брюки. — Профессор, — произнес он, поворачиваясь к Макгонагалл и в защитном жесте закрывая своим телом Грейнджер, — я понимаю, что мы не должны были вытворять такое прямо здесь, но, — Драко замялся, — тому есть естественная причина. — То, что вы альфа и омега, не дает вам права так вести себя в общественных местах, да еще и в учебном заведении! Это… — Мы Истинные, — перебил профессора Драко. — И наша связь все еще не завершена. Так что, думаю, именно поэтому… — Вы Истинные? — выдохнула Макгонагалл, на секунду теряя прежнее самообладание. — Да, — спокойно кивнул Драко, и Гермиона заметила, как он невольно выпятил грудь и вскинул подбородок. Грейнджер это показалось очаровательным. Омега внутри нее замурлыкала, желая развернуть к себе альфу и отыметь прямо здесь, но голос разума все же проник в подсознание. «Не время! Сначала надо разобраться с Макгонагалл!» — Вы должны были поставить меня в известность, — нахмурилась Минерва. — Истинная пара с незавершенной связью, да еще и в замкнутом пространстве замка, сильно влияет на других альф и омег. Судя по тому, что я вас здесь застала, мисс Грейнджер входит в фазу течки? — Да, профессор, — подала Гермиона голос, выступая из-за спины Драко. — Тогда мне становится понятно всеобщее напряжение и большое количество драк между альфами, — произнесла Минерва словно для самой себя. — Вы планируете вскоре завершать связь? Драко резко повернул голову к Гермионе. Она заметила неуверенность в его взгляде и слегка улыбнулась. Они еще не обсуждали это, но Грейнджер понимала, что если в ближайшее время они этого не сделают, то просто сойдут с ума от влияния гормонов и нестабильности связи. — Да, — ответила Гермиона, отметив, как напряженные плечи Драко расслабились. — Тогда я вынуждена попросить вас покинуть замок на время течки и процесса завершения связи. Магия Истинных в такие моменты настолько сильна, что я боюсь, все альфы и омеги замка будут до невозможности нестабильны, ощущая вашу энергетику даже на расстоянии. Возможно, — Минерва окинула Гермиону странным задумчивым взглядом и тут же посмотрела на Драко, — стоит написать вашей матери, мистер Малфой, и… — Не надо, — покачал головой Драко. — У моей семьи много поместий в разных уголках мира, так что мы не будем смущать мою мать, а отправимся в другое место. — Для вас так даже лучше, — кивнула Минерва. Резкий хлопок вернул Гермиону в окружающую действительность. Она моргнула, отрывая взгляд от возвышающегося впереди здания, и посмотрела на появившегося перед ними эльфа. — Добрый вечер, господин! — пропищало создание, сгибаясь в низком поклоне. — Мы вас совсем не ждали! Да еще и с гостьей! Мы… — Не беспокойся, Твидди, — перебил домовика Драко. — Все хорошо. Я не успел вас предупредить, так что можете работать в своем темпе. Перенеси сундуки в мою спальню, подготовь ее для меня и мисс Грейнджер и позови нас к ужину, когда все будет готово. — Будет сделано, господин! — воскликнул Твидди и с громким хлопком исчез вместе с их чемоданами. Гермиона перевела настороженный взгляд на Малфоя, и тот сразу же закатил глаза. — Успокойся, Грейнджер. Как видишь, Твидди хорошо одет, помыт и доволен. Энзо — домовик, который заведует кухней — настолько же доволен своей жизнью. Если хочешь, можешь потом проверить. — Хорошо, — произнесла Гермиона, правда оценив белоснежные одеяния домовика и его большие счастливые голубые глаза. — Однако мне все равно это не по душе. — Ну тем не менее ты будешь очень признательна им, когда у тебя начнется течка, я не смогу отойти от тебя ни на шаг, а нам надо будет что-то есть и пить все эти дни. Гермиона тут же зарделась. Конечно, Малфой был прав, но от мысли, что эльфам придется ухаживать за ними, становилось не по себе. — Пойдем? — спросил Драко низким голосом, переплетая свои пальцы с ее. Грейнджер ощутила, как тепло искрами распространилось под кожей. Сердце забилось быстрее, и тут же все проблемы отошли на второй план. Гермиона почувствовала, как все ее существо потянулось к Малфою в желании поцеловать, но она одернула себя. «Мы только прибыли. Не время предаваться утехам прямо посреди сада». — Пойдем, — выдохнула она, крепче сжимая его ладонь в своей.

***

Высокие потолки, лепнина на стенах и паркет, блестящий в свете люстр, рассредоточивали внимание Гермионы. Люди с картин провожали ее заинтересованными взглядами, а некоторые даже перебегали из портрета в портрет, чтобы получше разглядеть ее. Атмосфера вокруг наталкивала на мысли о романах Джейн Остин, и Грейнджер слишком остро ощутила потребность сменить джинсы с блузкой на роскошное платье в пол. Несмотря на ее убеждение, что жить надо в простых и компактных домах, Гермионе здесь все же нравилось. Что-то незримо цепляло ее в расстилающемся за окнами саду, просторных комнатах, произведениях искусств повсюду, о которых она позже обязательно все прочитает. «Кстати о книгах». Гермионе было жутко интересно увидеть библиотеку, которая, как сказал Малфой, здесь имелась, однако она знала, что с этим придется повременить. Проводив ее до спальни, Драко переоделся в брюки и белую рубашку, а затем оставил Гермиону одну, сообщив, что будет ждать внизу, в столовой. Тогда Грейнджер опять осознала, насколько приятно иметь рядом человека, который понимал ее без слов. Остаться наедине с собой и своими мыслями было именно тем, чего Гермиона хотела с того мгновения, как поняла, что ее жизнь кардинально изменилась. Теперь она следовала зову инстинктов и гормонов, а Драко, как само собой разумеющееся, приводил ее в свое французское имение. Конечно, они с Малфоем уже успели сблизиться не только в физическом плане, но и в эмоциональном, однако такое быстрое развитие событий невидимым грузом давило на подсознание. К такому еще стоило привыкнуть, жаль только времени почти не было. Именно поэтому Гермиона приняла душ, поразмышляла о своей жизни и, ощутив, как все внутри скрутилось от желания оказаться рядом с Малфоем, отправилась на поиски столовой. Гермиона шла по мэнору, полагаясь на свою интуицию, потому что звать домовых не хотелось, а именно это и сказал сделать Драко. Грейнджер все еще чувствовала себя некомфортно от мысли, что за ней придется ухаживать этим существам, однако она понимала — лезть в чужой монастырь со своим укладом было еще рановато. Завернув в очередной коридор, Гермиона ощутила, как сердце громко ухнуло в груди и забилось еще чаще. «Я близко», — подумала она и ускорилась. Через пару мгновений Гермиона пересекла коридор и оказалась у широкой лестницы, которая вела в просторную комнату с длинным столом, уже уставленным тарелками с едой. — Да, мам, хорошо, — услышала Гермиона и увидела камин, около которого, сунув голову в зеленое пламя, склонился Драко. До ее носа донеслись ароматы какао и свежести, и она тут же глубоко вдохнула с наслаждением. — Я понял. «Он разговаривает с Нарциссой. Интересно, что он ей сказал про нас», — подумала Гермиона, пока взгляд ее карих глаз скользил по мужской спине и ягодицам, которые сейчас можно было разглядеть как никогда лучше. Это немного сдвинуло мысли о матери Драко, и Гермиона закусила губу, представляя, что могла потрогать его, если бы прямо сейчас оказалась рядом с ним, но… — Я тебе сообщу. До встречи. Она вздрогнула. Малфой выпрямился и начал вставать с колен, и Гермиона поспешила спуститься вниз. Румянец разлился по щекам при осознании того, что первым делом, завидев Драко, она засмотрелась на его задницу, обтянутую тканью брюк, и почувствовала искру возбуждения. — Ты долго, — сказал он, оборачиваясь к Гермионе и одергивая штанины. — Я не знала, куда идти. — Я же сказал позвать Твидди, — закатил глаза Малфой. — Мне не хотелось его беспокоить, — упрямо заявила она, наконец ступая на паркет столовой. Гермиона уже внутренне подготовилась, собираясь отстаивать свою позицию, но… Драко вдруг широко улыбнулся и направился к столу, заставляя ее в изумлении приподнять брови. — Я бы удивился, если бы ты поступила иначе, — он отодвинул тяжелый деревянный стул, обитый бархатной тканью, и замер, положив ладони на спинку. — Присаживайся. «Интересно». Грейнджер поняла, что что-то неуловимо поменялось между тем Драко, что она видела в Хогвартсе, и тем, что наблюдала сейчас перед собой. Этот Малфой казался более спокойным, что можно было сказать по легкой улыбке, растянувшей его губы, свободной позе и расслабленным плечам. Такой Драко еще больше привлекал Гермиону и омегу внутри нее, которая тут же заставила ощутить Грейнджер прилив вселенского счастья. Но ложка дегтя в связи с упоминанием его матери все же не дала Гермионе тут же проститься с рассудком. Грейнджер, закусив нижнюю губу, аккуратно присела на стул, любезно придвинутый Малфоем, и попыталась откинуть в сторону фантазии, которые показывали, как уютно она могла бы устроиться на коленях у Драко. Однако громкий хлопок трансгрессии, раздавшийся в столовой, привел ее в чувства и вывел из некого транса. — Что желают господин и мисс Грейнджер? — пропищал Твидди. — Ты не против выпить по бокалу вина? — спросил Малфой, повернувшись к Гермионе. — М… нет? — Гермиона пока не особо знала, что именно хотела: расспросить Драко о его разговоре с матерью или все-таки сделать так, чтобы его голова оказалась между ее ног, поэтому выбор напитка ее мало волновал в данный момент. — Тогда, Твидди, открой эльфийское вино двадцатилетней выдержки. — Будет сделано, сэр! Твидди исчез, и Малфой, опять взглянув на Гермиону, нахмурился. — Все в порядке? Губы Драко напряглись, а между бровей образовалась милая складка, которую Гермионе тут же захотелось разгладить пальцами. Однако она знала — если сейчас дотронется до него, то они так и не попробуют всю ту замечательно пахнущую еду, которую приготовили домовые эльфы, а обижать этих милых созданий Гермиона точно не собиралась. — Да, — произнесла она, пытаясь собраться со всеми неприличными мыслями. — Просто… услышала, как ты разговаривал со своей мамой через камин, и… ну, начала размышлять, что она думает по поводу того, что я здесь, в этом поместье, без ее ведома и… — Тебе не нужно разрешение моей матери, чтобы быть здесь и… в любом другом владении моей семьи. После того, как отца пожизненно посадили в Азкабан, мне пришлось вступить в права наследования, поэтому теперь именно я управляю всем имуществом Малфоев. — О, — неловко выдохнула Гермиона, не зная, как это прокомментировать, кроме как: «Круто! Значит, никто из твоей родни не сможет воспрепятствовать тому, что какая-то грязнокровка будет прогуливаться по их владениям?» — Да, и… я связался с мамой только потому, что Макгонагалл наверняка пошлет ей письмо о произошедшей ситуации и моем отсутствии в Хогвартсе. Поэтому, чтобы избежать последствий нашего с тобой здесь заточения, я решил сам сообщить матери об этом. Гермиона кивнула, понимая логику его умозаключений. Однако кое-что — нечто противное и скользкое, проделывающее дырку у нее в животе — все же заставило Грейнджер открыть рот и спросить: — И что сказала твоя мама? В этот момент в столовой появился Твидди. Гермиона покосилась на него, терпеливо выжидая, пока он разольет вино по их бокалам, и, лишь когда эльф исчез, заметила странный взгляд Малфоя, направленный на нее. — Ты волнуешься, что не понравишься ей? Гермиона фыркнула, пытаясь показаться менее взволнованной, чем была на самом деле. — Я скорее волнуюсь, — произнесла Грейнджер, подхватывая бокал с вином, — как бы ее не хватил удар, когда она узнает, что твоей Истинной парой является магглорожденная. — Ну, могу с уверенностью сообщить тебе, что с ней все в порядке, — ответил Малфой с абсолютно бесстрастным выражением лица. — Она с достоинством вынесла эту новость. — Что? — Гермиона чуть не поперхнулась вином, которое в этот момент отпила. — Ты… ты сказал ей? Вот так? Через камин? — А ты хотела, чтобы я сделал из этой новости целую торжественную вечеринку? — хмыкнул Драко. — Нет, но… Гермиона не знала, что сказать. Она думала, им с Драко до последнего придется скрывать, кто его Истинная, долго подготавливаться, чтобы сообщить его матери эту новость, а он просто взял и… рассказал ей все, словно в этом не было никакой проблемы. Это одновременно шокировало и заставляло Гермиону чувствовать себя счастливой. То, что Малфой не стеснялся ее ни перед кем, а особенно перед своей матерью, неожиданно сделало его еще более привлекательным в ее глазах. — Ты слишком много думаешь, Грейнджер, — покачал головой Драко и, отставив в сторону бокал с вином, потянулся к блюду с рагу. — Конечно, я понимаю, как ты представляешь себе мою семью, но… то, что произошло в мае этого года, многое поменяло. Мама в принципе никогда не была ярой последовательницей Темного Лорда, у нее даже нет метки. Ну а после того, как Поттер стер его в порошок, — напомню, не без ее помощи, — а отца отправили в Азкабан… Мама стала равнодушна ко всему тому, что так защищал отец. Она просто стала довольствоваться тем, что мы с ней выжили, — Малфой наконец закончил накладывать еду к себе в тарелку и перевел взгляд на Гермиону. — Поэтому не беспокойся, уже то, что ты моя Истинная, делает тебя особенной в глазах моей матери. И не только по происхождению. Робкая улыбка окрасила ее губы. Гермиона неловко потупилась, обдумывая, насколько стандартно она мыслила по отношению к матери Драко, и вместе с тем чувствуя, как ощущение того, что ее заочно приняли, окрыляло. — Это радует, знаешь ли, — произнесла Гермиона, принимаясь накладывать в тарелку отбивную с картофелем. — Теперь я могу не беспокоиться, что в любое мгновение здесь может появиться твоя мама и, не знаю… выгнать меня? — Теперь я понимаю, почему ты не воспользовалась помощью Твидди. Хотела обследовать поместье на предмет других входов и выходов? — Почти угадал, — улыбнулась Гермиона и, прежде чем положить в рот кусочек мяса, уточнила: — Я хотела найти библиотеку. — О, ну конечно! Что же еще? — закатил глаза Драко. — И как так получилось, что чудодейственная сила знаний не призвала тебя к себе? — Я подумала, что будет невежливо заставлять тебя ждать, — показала ему язык Гермиона, и Драко… Рассмеялся. Так искренне и открыто, что Грейнджер сама невольно улыбнулась шире. Сейчас от его высокомерных замашек и излишнего напряжения не осталось и следа. Малфой казался по-настоящему живым вдали от Хогвартса и его обитателей. «Неужели он был таким напряженным из-за большого количества альф вокруг?» — Ты показала себя хорошей девочкой, — ухмыльнулся Драко. — А хорошие девочки заслуживают посещения библиотеки. Я отведу тебя туда после ужина. Гермиона тяжело сглотнула. Нечто дикое, проскользнувшее в выражении его лица и тембре голоса, заставило ее быстро задышать и ощутить, как низ живота закололо импульсами вожделения. «О, пожалуйста», — проскулила мысленно Гермиона, тупо пялясь на Малфоя и не особо понимая: она так сильно хотела оказаться в библиотеке или все же на его коленях? — Кстати о родителях, — вдруг заметил Драко, заставляя ее очнуться от власти гормонов. — Ты сообщила своим, что не в школе? Все возбуждение тут же сошло на нет. Гермиона уткнулась взглядом в тарелку, начиная с излишним усердием нарезать отбивную. — Нет. — Не хочешь говорить им, что уже нашла любовь всей своей жизни в моем лице? — лукаво протянул Драко. Гермиона закусила губу и отложила вилку, схватившись за бокал. Одолело дикое желание осушить разом все оставшееся вино, но она понимала, что это будет плохой идеей, так как ее слишком быстро развезет. «Ну, когда-нибудь я должна была об этом рассказать. К тому же… он поведал мне о своей семье, и я не могу дальше умалчивать о своей». — Грейнджер? — позвал Драко, заметно обеспокоившись ее потерянным взглядом и отсутствием ответа. — В общем, — начала Гермиона, поднимая на него глаза, — некому сообщать о нас с тобой и о том, где я нахожусь. — В смысле? Драко нахмурился, совершенно сбитый с толку, а Гермиона, все же сделав глоток вина, принялась рассказывать: — В прошлом году, прежде чем отправиться на поиск крестражей, — Гермиона тяжело вздохнула, — я логично рассудила, что моя семья может стать мишенью Пожирателей по поиску информации о нашем местоположении, и я… использовала Обливиэйт на своих родителях. Стерла им всю память обо мне и изменила их личности, отправив в Австралию. И, — Грейнджер сильнее сжала ножку бокала, — после того, как все это закончилось, я нашла их, попыталась вернуть все обратно, даже попросила Кингсли… То есть министра, помочь мне, но специалисты сказали, что шанс небольшой и едва ли можно… Гермиона ссутулилась, невидящим взглядом уставившись в бокал с вином. Было больно опять воспроизводить в памяти ситуации, которые разбивали ей сердце каждый гребаный раз. Она до сих пор детально помнила свои ощущения, когда подняла руку и направила на родителей волшебную палочку, стирая себя из их жизни, помнила, как мучилась, пытаясь вернуть их воспоминания самостоятельно, и как ее сковало оцепенение, когда невыразимцы сообщили, что ничего исправить нельзя. Гермиона ощутила, как затряслась ее рука, но вдруг… Драко оказался рядом с ее стулом на корточках, а его горячая ладонь накрыла ее. Гермиона повернула к нему голову, замечая блеск в серых глазах и обеспокоенное выражение лица. — Тише, — большим пальцем он начал поглаживать тыльную сторону ее ладони. — Грейнджер, успокойся. Тебе сказали, что есть небольшой шанс. — Есть небольшой шанс только с какими-то новыми разработками американских колдомедиков, но как… — Грейнджер, я владею таким состоянием, что хватит на десять жизней, и я уверен — американские колдомедики поделятся с нами своим секретом за кругленькую сумму. — Но я не могу… — Грейнджер, — Малфой закатил глаза, крепче стискивая ее руку в своей. — Гермиона, прекрати. Наши судьбы уже связаны, и ты думаешь, я возьму и оставлю просто так твою ситуацию с родителями, имея возможность что-то сделать? — Ты не обязан, — попыталась поспорить Гермиона. Ей было некомфортно от чужой заботы, выраженной в огромной куче денег. — Но я хочу, — просто ответил Драко. — Я хочу сделать все возможное, чтобы вернуть твоим родителям память, и, кстати, твоего разрешения не спрашиваю. Понятно? Гермиона моргнула. Один раз, другой. Малфой смотрел на нее с такой непоколебимой уверенностью, а его запах так приятно обволакивал ее, что она ощутила себя настолько защищенной, насколько это вообще было возможно. — Да, — выдохнула она. Его лицо буквально кричало о том, чтобы она приблизилась к нему, чтобы ее губы оказались совсем близко к его. И тогда она смогла бы передать, как сильно благодарна за все, что он делал для нее. Но Драко вдруг улыбнулся и встал. Повинуясь каким-то своим инстинктам, он вдруг положил руку ей на затылок и склонился, целуя в макушку. — Отлично, — прошептал он в ее волосы. — Тогда давай наконец доедим, и я покажу тебе библиотеку. Живот в одно мгновение скрутился в узел, а дыхание стало прерывистым. Гермиона тяжело сглотнула, смотря на то, как Драко сел обратно на свое место и принялся с абсолютно непроницаемым видом поглощать пищу. Такое поведение Малфоя было странным, и одна половина Гермионы уже нервно металась в клетке, пытаясь понять, что происходит, другая же — та самая, которой властвовала омега — расплылась лужицей на стуле и была готова раскинуть лапки по мановению руки Драко. С явным перевесом побеждала вторая. Щеки вспыхнули румянцем, а сердце забилось как бешеное. Гермиона наконец сделала глоток вина и постаралась отвлечься от необычной реакции своего организма на такое же странное поведение Драко. Малфой завел непринужденный разговор о занятиях, которые они пропустят, и Грейнджер всеми силами попыталась сосредоточиться на беседе, а не на том, как от аромата Драко у нее начинала кружиться голова. Основные блюда сменились десертом, а вино — вкуснейшим чаем, и спустя полчаса Драко уже отодвинул стул Гермионы, давая ей встать из-за стола. — Прошу за мной, — ухмыльнулся Малфой, предлагая ей свой локоть. — Пытаешься сойти за джентльмена? — нервно улыбнулась Гермиона, ощущая, как от соприкосновения с его телом ее сердце едва ли не остановилось. — Ты еще многого обо мне не знаешь, — подмигнул ей Малфой. Он повел Гермиону за собой к лестнице на второй этаж, и с каждым шагом она чувствовала, как ее колени начинали все сильнее дрожать. «Надо срочно отвлечься!» — Так… ты часто бывал во Франции? — Каждое лето мы по месяцу жили в этом поместье, а также иногда приезжали сюда на Рождество, так что… Oui, vous on dire que j'ai souvent été en France, — произнес Малфой, не сумев упустить возможности похвастаться своим идеальным произношением, которое лишь сильнее распаляло желание Гермионы впиться в его губы. — А ты когда-нибудь была во Франции? — Мы пару раз ездили на каникулы в Париж, а также два года назад были в туре по Европе, посетив много городов Франции. Их шаги разносились по коридорам, заставляя всех людей на портретах просыпаться и обращать на них внимание. — Так мне тебя даже ничем не удивить? — Ну почему? — улыбнулась Гермиона. — Я ведь еще не видела твою библиотеку. Малфой хмыкнул, и они завернули в следующий просторный коридор, в конце которого можно было заметить массивную деревянную дверь с золотыми ручками. — Тогда приготовься удивляться. Это, конечно, не сравнится с библиотекой в Уилтшире, но… для первого впечатления вполне сойдет. — Умеешь заинтриговать. Драко улыбнулся, дернув за ручку двери, и распахнул ее, пропуская Гермиону вперед. В нос ударил приятный аромат книг, а ноги утонули в мягком ковре. С бешено колотящимся в предвкушении сердцем Гермиона оглянулась и обомлела. Стеллажи, под завязку забитые книгами, занимали все расстояние от пола до потолка, а коридоры между ними уходили в разные стороны, создавая ощущение лабиринта. Помимо этого, прямо перед ней раскинулась свободная от шкафов зона, занятая двумя уютными диванами, парой пухлых кресел и несколькими журнальными столиками, но Грейнджер даже не обратила на это внимания. Она лишь чувствовала, как ее магнитом тянуло к фолиантам, которые она могла сейчас взять и прочитать. — По какому принципу рассортированы книги? — спросила она, остановившись у первого попавшегося на глаза стеллажа. Гермиона аккуратно провела пальцами по корешку книги, находящейся на уровне ее глаз, и прочитала: «Секреты лунного камня: приготовление лечебных зелий и ядов». — Из зоны для чтения всего идет восемь проходов, — начал Малфой, и Гермиона, обернувшись, стала запоминать, какой из коридоров в какую секцию вел.

***

Драко перевернул страницу, и его взгляд опять заскакал по строкам. Он удобно развалился на весь диван, а «Четырехступенчатая трансфигурация на новый лад» раскрывала очень занимательные факты, которые могли помочь Малфою на зачете у Макгонагалл в конце семестра, поэтому Драко был рад, что выбрал именно эту книгу для чтения сегодня вечером. Периферическое зрение опять уловило движение, и Малфой посмотрел поверх фолиантов на журнальный столик, на котором образовывалась уже четвертая стопка книг, отобранных Грейнджер. Драко мягко улыбнулся и покачал головой. Ее тяга к знаниям была настолько умилительна, что Малфой знал — он мог так просидеть хоть целую вечность в ожидании, пока Гермиона обойдет всю библиотеку, лишь бы увидеть ее счастливый взгляд. Тот самый, который он заметил, когда она только шагнула в комнату. Было немного не по себе думать в таком ключе, но Драко понимал — это уже настолько обосновалось глубоко в его подсознании, что он не мог по-другому. Вся его вселенная теперь крутилась вокруг Грейнджер и ее счастья, и он оказался бессилен перед своими чувствами. Например, ему лишь стоило оказаться вдалеке от посторонних альф, и он сам не заметил, как изменился, походя на себя до раскрытия. Послышались шаги, приглушенные ковровым покрытием, и Малфой краем глаза увидел, как из прохода вышла Гермиона, прижимая к себе несколько книг. Она подошла к сформированным ей стопкам, и тогда Драко оторвался от чтения, поднимая на нее взгляд. — Всю правую половину осмотрела? — Нет, — Гермиона закусила губу и немного покраснела. — Только две секции. — Нехилый улов, — ухмыльнулся он, кивая на книги. — Эм-м, да, — заметно смутилась она. — Я и так старалась брать только самые интересные экземпляры, но, видимо… — Тебе интересно почти все в этом мире? — подразнил ее Драко, ровно садясь на диване и откладывая свою книгу на пустой журнальный столик сбоку от дивана. Он взглянул на корешки экземпляров, которые отобрала Грейнджер, и не смог сдержать улыбки. «Секреты создания зелий памяти», «Как создать из пространства живой организм? Краткое руководство», «Соулмейты: правда или вымысел», дальше было несколько книг, посвященных домовым эльфам и другим магическим созданиям, а также целая стопка художественной магической литературы. «И правда почти все. Кроме квиддича». — Оу, прошел уже… час? Черт, а я еще ничего не начала читать, — выдохнула Гермиона, переведя грустный взгляд с настенных часов на Драко. — Ты, наверное, уже хочешь уйти отсюда. Не будем же мы тут торчать весь вечер и… — Грейнджер, не неси чепуху, — Малфой резко перебил ее, вставая с дивана. Он медленно подошел к ней и забрал из ее рук еще три книги. — Ты хочешь читать, поэтому садись и читай, а я, знаешь ли, вполне самостоятельный мальчик и сам могу развлечь себя в библиотеке, — Драко перевел взгляд на книги в своих руках. — О, ты взяла «Финансовые схемы. Уровень VIII» Оскара Варица. Самое лучшее издание из всей серии, как по мне. Хотя, — Малфой раскрыл книгу и показал Гермионе разворот, — мне кое-где не хватило информации, и я оставил некоторые заметки на полях после того, как прочитал «О финансах и магии» Энгеля МакКвина. Так что, когда прочитаешь, советую… Зеленый чай, чернила и желания. Концентрированный аромат гормонов и вожделения ударил в голову, заставляя Малфоя в одно мгновение забыть о том, что он говорил секунду назад. Неожиданно тело бросило в дрожь. Драко глубоко вдохнул и кинул пронзительный взгляд на Грейнджер, застывшую в метре от него. Ее карие радужки стали почти черными, сливаясь со зрачком, а лицо приобрело настолько восхищенное выражение, что Драко едва не кинулся на нее. Малфой, все еще до конца не погрузившись в туман своей сущности, понял, что сейчас она смотрела на него так же, как на библиотеку час назад. В ее глазах застыло искреннее счастье, и Драко понял, что ее организм вошел в течку из-за того, что он показал себя настолько же заинтересованным книгами и знаниями, как и она. В принципе, это была последняя разумная мысль, промелькнувшая в его голове. Еще раз глубоко вдохнув, Драко ощутил, как альфа-сущность полностью завладевает им, оставляя его наедине со своими инстинктами и охваченной болезненным возбуждением Гермионой. — Альфа, — всхлипнула Грейнджер, подавшись вперед, и Малфой тут же поймал ее в свои объятия. Гермиона дрожала, а ее взгляд был таким умоляющим, что у перегруженного ощущениями мозга Драко хватило сил только дотянуться до ее губ своими. Он чувствовал дикую потребность защитить ее, избавить от дискомфорта и сделать все возможное, чтобы его омега была довольна. Гермиона простонала ему в рот и вцепилась ладонями в его плечи, пытаясь притянуть еще ближе к себе. Их языки сплелись в неравной борьбе, а запах Грейнджер, казалось, стал еще более насыщенным. Драко был уверен, что если он отстранится от нее и начнет дышать ртом, то даже воздух будет на вкус как Гермиона. Его член уже затвердел и теперь болезненно дергался, вызывая у Драко животное желание оказаться внутри Грейнджер и оттрахать так, чтобы у нее не оставалось сил ни на что, кроме криков удовольствия. — Альфа, — проскулила Гермиона в его рот, цепляясь пальцами за пуговицы мужской рубашки. — Пожалуйста. Волна возбуждения прострелила позвоночник, и Малфой утробно зарычал, заставляя Гермиону задрожать и еще теснее прильнуть к нему. — Что ты хочешь? — прохрипел он, склоняясь к ее уху и опаляя горячим дыханием чувствительную кожу. — Что мне сделать для тебя, моя сладкая омега? Его ладони скользнули по ее талии вверх и спустя мгновение сжали грудь через одежду. Гермиона выгнулась, подставляясь под его ласки, и Малфой стал покрывать поцелуями ее шею. Он медленно спустился ниже, оказавшись губами прямо у запаховой железы. Десны зачесались, а собственнический инстинкт почти что кричал о желании наконец пометить ее, однако Драко зажмурился. Он чувствовал, что пока не время. Вместо того чтобы пустить в ход зубы, Малфой резко втянул в рот кожу в этом месте, и Гермиона вскрикнула. Ее колени подогнулись, и Драко тут же подхватил ее. Он развернулся и опустился на диван, устроив ее у себя на коленях лицом к нему. Гермиона тут же подвинулась так, чтобы оказаться промежностью прямо на его эрекции, и они застонали в унисон, чувствуя разряды электрического тока, дарующие наслаждение. — М-м-м, альфа. Драко ухватился руками за ее ягодицы и, резко подавшись вперед, сделал так, чтобы она скользнула по всей длине его члена, имитируя фрикцию. — Ох! — выдохнула Гермиона, сильно впившись пальцами в его шею. Драко зарычал и опять насадил ее на себя, чувствуя, как желание растекается по венам. В голове обосновалась пустота. Сейчас было важно лишь удовольствие, которое он мог доставить ей. Малфой стал совершать резкие лихорадочные толчки, пристально наблюдая за тем, как Гермиона жмурила глаза и громко стонала, подаваясь его движениям. Ее волосы, казалось, создали нимб вокруг головы, а щеки алели как никогда прежде. Он тяжело дышал, купаясь в ароматах зеленого чая и чернил, которые заставляли его лишь сильнее желать ее. «Прекрасна». — Просто восхитительна, — выдохнул он, и его рука потянулась к ее груди. Блузка раздражала, и Малфой, не собираясь этого терпеть, ухватился за ткань и резко дернул, заставляя ее затрещать. Из груди вырвалось недовольное рычание. Драко понял, что разодрать на ней одежду хоть и было бы желаемым вариантом, но, увы, не таким эффективным, а потом взялся за края кофты и потянул вверх. Через несколько мгновений блузка и лиф уже валялись на полу, а ее прекрасная грудь подпрыгивала прямо перед его глазами. Приглушенный свет, создаваемый свечами, красиво ложился на ее кожу и притягивал внимание Малфоя к соскам. — Великолепная, — промурчал он и поймал ртом напряженную вершинку. На вкус она казалась самым вкусным десертом в его жизни. Драко был уверен, что мог вечность вылизывать ее грудь под аккомпанемент из ее стонов. Он хотел бы, чтобы они остались в этом мгновении. Чтобы она всегда сидела вот так в его объятиях, он выцеловывал каждый миллиметр ее тела, а никаких других альф, представляющих опасность, не было и в помине. Малфой сжал один сосок пальцами, пока посасывал другой, и Грейнджер всхлипнула, начиная двигаться быстрее. С ее губ срывались мольбы вперемешку с криками, а в воздухе быстро набирал обороты заметный ком неудовлетворенности, который достиг пика, когда Гермиона произнесла: — Альфа, пожалуйста. Мне надо… надо, чтобы ты оказался во мне. Это заставило Драко очнуться. Он распахнул глаза, заставляя себя вырваться из плена наваждения собственных гормонов, и опрокинул Гермиону спиной на диван. Желания, навеянные уязвимостью его сущности, тут же отошли на задний план, когда он услышал острую нужду в ее голосе. — Сейчас. Потерпи немного. Гермиона кивнула и закусила губу, наблюдая, как он стал стаскивать с нее джинсы, а затем освобождать и себя от одежды. Только лишь увидев его член, Гермиона тяжело сглотнула и послушно развела ноги в стороны, заметно дрожа от желания. — Умница, — удовлетворенно пророкотал Драко. Скользнув взглядом по ее ногам к промежности, блестящей от большого количества смазки, Драко облизнулся. Им опять завладело дикое желание доказать всем, что она — его. Ему хотелось оказаться между ее ног и доводить языком до исступления до тех пор, пока по ее крикам каждый альфа в мире не поймет, что она будет так стонать только под ним. — Альфа, — жалобно протянула Гермиона, чем заставила Драко очнуться от очередного наваждения. Он чувствовал, что его нервы на пределе. Его обуревало множество эмоций, но основным сейчас было желание защитить ее ото всех. Однако он нужен был омеге, и Драко накрыл ее своим телом, опускаясь между ее ног. Малфой скользнул взглядом по ее приоткрытым губам, алым щекам, блестящим глазам, которые пристально наблюдали за ним, и, направив в нее член, медленно погрузился в жар ее тела. — Ах! — Гермиона облегченно застонала, а Драко ощутил, как из его тела вырвался плотный сгусток магии и окружил их. Его мозг в этот момент полностью отключился, давая всем управлять его инстинктивным потребностям. Он закинул ее ноги себе на плечи и, ухватившись ладонями за бедра, сделал еще один резкий толчок. А потом еще один, и еще, и еще. Пространство библиотеки наполнилось протяжными стонами, гортанным рычанием, шлепками тел друг о друга и тяжелым дыханием. Малфой вбивался в податливое тело Гермионы, ощущая, как ее стеночки плотно обхватывали его член, заставляя поджиматься яйца. Сейчас существовала только бешеная страсть, которая заставляла их двигаться навстречу друг другу. Его взгляд безотрывно скользил по ее лицу и телу, подмечая, как она кусала нижнюю губу, как подпрыгивала ее грудь в такт движениям, как она ухватилась пальцами за обивку дивана. Его возбуждало в ней все, каждая клеточка ее тела вызывала в нем бурю восторга. Драко почувствовал, как узел в основании члена медленно разбухал, растягивая Гермиону и подводя ее к оргазму. Хватило несколько резких движений, чтобы Гермиона вскрикнула и изогнулась, а Драко, зарычав, излился в нее. Магия вокруг них запульсировала, словно подтверждая правильность их союза и подталкивая к следующему этапу их связи. Драко сглотнул вязкую слюну и распахнул глаза. Нервное желание спрятать ее ото всех сейчас особенно сильно завладело им. Малфой скинул ее ноги со своих плеч и накрыл Гермиону своим телом, прижимаясь к ней как можно крепче и загораживая от остального мира. — Моя, моя омега. Только моя, — Драко настолько погрузился в это состояние, что едва ли осознавал, как без перерыва шептал все, что крутилось у него на уме, в ее волосы. — Я хочу, чтобы ты принадлежала только мне. — Я твоя, — услышал он, а затем ощутил, как ее ладони легли на его спину. — Только твоя. И ты… мой. По телу прошла дрожь, а дыхание сбилось. Драко крепко сжал ее, а затем, когда слегка отстранился, понял, что они находились уже не в библиотеке. В желании остаться с ней навсегда и охранять ото всех он перенес их прямо к нему в спальню. — Твой, — прошептал он, проводя носом по ее щеке. Стало чуточку спокойнее. Драко стал лихорадочно покрывать поцелуями ее лицо и шею, а его язык периодически скользил по ее коже. Малфой хотел сделать все, чтобы их запах объединился, чтобы каждый, кто контактировал с ними, понимал — они принадлежат друг другу и никому больше. В голове крутилась полная неразбериха. Сердце билось в груди, словно птица в клетке, и Малфой чувствовал, как к горлу подступает паника. Однако все это отошло на задний план, когда он ощутил, как Гермиона затряслась, а из ее груди вырвалось рыдание. Драко слегка отстранился, заглядывая в ее блестящие от слез глаза, и сердце дрогнуло. Магия вокруг еще плотнее прижалась к ним, словно направляя и подталкивая. — Альфа, — проскулила Гермиона. — Я не… я не могу. Это слишком. Драко ее прекрасно понимал. Ощущений и чувств было столько, что он едва ли мог нормально дышать, а уж Грейнджер, находясь во власти гормонов, не могла столько выдержать. — Сейчас. Хорошая девочка, — Драко провел рукой по ее щеке, стирая большим пальцем дорожку из слез. — Сделай что-нибудь, — всхлипнула она в его рот. Он прижался своими губами к ее, словно хотел впитать в себя ее боль. Узел у основания члена ослаб, давая Драко начать двигаться в ней. Малфой втянул в рот ее нижнюю губу и скользнул одной рукой по ее телу к груди, оттягивая пальцами сосок. Его действия отвлекли Гермиону от груза эмоций, бурлящих внутри, и Драко, заметив, как она начала задыхаться от стонов, спустился поцелуями по ее щеке к шее. Атмосфера тут же вспыхнула пламенем. Инстинкты направляли Драко, подводили к краю, заставляли понимать, что делать дальше. Когда его губы коснулись кожи над запаховой железой, а ноздри уловили концентрированный аромат зеленого чая, Гермиона вздрогнула. Ее пальцы крепко впились в его спину, и, изогнувшись, она простонала: — Пожалуйста. Пожалуйста, альфа. Желание ударило в солнечное сплетение. Малфой, прорычав, резко подался бедрами вперед, и… Его зубы сомкнулись у основания ее шеи, заставляя кожу лопнуть. Он ощутил на языке металлический привкус крови, а вместе с ней и магию. Перед глазами вспыхнул белый свет, который запульсировал в такт ударам ее сердца. Связь стала транслировать Драко ее чувства и мысли, которые образами влетали в его голову, не давая задержаться на чем-то конкретном. Как вдруг что-то произошло. Драко ощутил давление на своей шее, и магия заполонила собой все, разрастаясь и объединяя их разумы. Нахлынули облегчение и спокойствие. Малфой почувствовал единение с Гермионой. Его альфа нежно обволок ее омегу, создавая одно целое, которое не могла больше разрушить ни одна сила. Теперь они навечно принадлежали друг другу. Белый свет начал медленно мерцать, рассеиваясь и проясняя зрение. В груди завибрировало облегчение. Словно до этого он был в клетке, но его наконец-то выпустили на волю. — Потрясающе, — выдохнул Драко в ее шею. — Мы теперь связаны. — И это лучшее, что происходило в моей жизни, — прошептала Гермиона, заставляя его отстраниться и взглянуть на нее. — Ты серьезно? — Драко вскинул бровь, оглядывая ее расслабленное лицо, испачканные в его крови губы и блестящие карие глаза. — А ты прислушайся к себе, — произнесла Гермиона, запуская ладонь в его волосы и прикрывая глаза. Драко повторил за ней. Пришлось постараться, чтобы отстраниться от ощущения того, как ее тугие стеночки обхватывали его член, однако спустя пару секунд Малфой почувствовал это. Искрящийся восторг и счастье, неожиданно вторгшиеся в его тело, вскружили голову, заставляя задержать дыхание. Драко тут же распахнул глаза, осознавая, что ее эмоции только что передались ему. — Теперь мы единое целое, — сказал он, осознавая, что Истинная связь соединила их не только телом, но и душой. — И останемся единым целым навсегда, Драко, — прошептала Гермиона, поглаживая кожу его головы. Ее слова проникли в его организм, заставляя Малфоя почувствовать совсем не страх или панику, которую он ощущал до этого, а тотальное спокойствие и осознание правильности происходящего. Он втянул воздух носом и зажмурился. Ароматы зеленого чая и чернил в сочетании с его собственным запахом какао и хвои кружили голову, наполняя тело восторгом. Драко больше не был неполноценным альфой. Ему больше не придется мучиться от унылого одиночества, скребущего душу наждачкой, и страдать от ароматов других девушек. Малфой нашел свою омегу. Свою Истинную омегу, и это было всем, о чем он когда-либо мог мечтать. Драко крепче стиснул Гермиону в объятиях и резко толкнулся внутри нее, заставляя стон наслаждения вырваться из ее груди. Это было идеально. Его Гермиона была идеальной. И так будет всегда.