Morpheus's therapy

      Уилл стоит у двери в кабинет доктора Лектера. Он не может точно сказать, как давно начал приходить сюда, не потому, что надо, а потому, что хочет увидеть его. Грэм не может признать это, находя оправдания в виде вопросов по работе и нужде ходить к психиатру, как к единственному человеку, который может копаться в его сознании. Дверь открылась ещё до того, как мужчина дотронулся до ручки: – Будьте решительнее, Уилл. – Голос Лектера звучал обыденно, но мужчина чувствовал нечто иное. – Прошу, входите. – Вы ждали меня? – Уилл вошёл в комнату, удивлённо всматриваясь в фигуру психиатра. Как всегда, совершенно спокоен. – Не совсем, – Ганнибал шагнул в глубину кабинета. – Скорее, вы ждали, когда я открою.       Интерьер этого кабинета обычно вызывал у Грэма некоторый дискомфорт своей вычурностью и мнимым спокойствием обстановки. Казалось, что вот-вот потолок разверзнется порталом в Ад и комнату заполнит кровь и чернота. Уилл устало опустился на кушетку недалеко от стола психиатра. За окнами, за спиной Уилла, бушевала гроза. Ветки деревьев глухо бились об оконные стекла, вторя таким же глухим вспышкам молний. Ганнибал подошёл к бару, спрашивая: – У Вас такой уставший вид, может, вина? Погружённый в свои мысли мужчина ответил не сразу. – Да. Где я ещё могу выпить, как не на приёме у психиатра… – Разве агент Кроуфорд не приглашал Вас выпить? – У меня с Джеком не настолько близкие отношения, чтобы ходить вместе в бар, – перед лицом Уилла мелькнул бокал с красной жидкостью, который он нерешительно взял пальцами за ножку. – Спасибо. Может, он боится, что опьянённый я наломаю ещё больше дров, чем обычно. Ганнибал хмыкнул, немного прикрыв глаза и отпив вина. – Агент Кроуфорд боится не вас, а того, что внутри Вас. Он представляет Вас слабым мальчишкой, который не может удержать большую собаку за поводок. Не хозяин владеет собакой, а собака – хозяином.       В голове Уилла неосознанно начали возникать образы того, как он не смог удержать своих демонов. Он отвёл взгляд и глубоко вздохнул. – Возможно, всё так и есть. Лектер сел рядом, заставив мужчину повернуться к нему лицом . – Уилл, Вы хозяин этой собаки, а не Ваша эмпатия. Только Вы решаете, что сделать.       Мужчина всматривался в глаза напротив, ощущая, как по спине неприятно скатывается капелька пота от затылка до копчика. Почему рядом с этим человеком ему сейчас так спокойно и напряжённо одновременно? Он не знал ответа, лишь думал, что в любой момент случится что-то. Не знал, что ему делать: пойти домой, оставив Ганнибала в полном недоумении, или остаться с ним. – Я сегодня не очень разговорчивый, доктор. – Грэм наконец отпил вино. Оно было хорошим, немного терпким. Почувствовав некоторое расслабление, он отпил ещё. – Вы пришли сюда за моим советом? Вас явно что-то волнует.       Уилла как молния пронзила. А зачем он пришёл, действительно? Путь до кабинета, пройденный, будто в тумане; Уилл лишь помнил, как оказался перед дверью. – Я опять лунатил. Даже не уверен, сплю ли я сейчас или бодрствую, – он опять отпил вина и отставил бокал на журнальный столик. Он решил остаться.       Ганнибал поставил свой бокал рядом, заводя руку за спину мужчины и уже даже не удивляясь тому, будто он сидит рядом с костром. Нет, не костром даже, а непрекращающимся лесным пожаром. – Вам не жарко? Снимите куртку. – Конечно, – Уилл наспех расстегнул куртку, сдергивая её с себя, и положил рядом. – Не обещаю, что могу помочь Вам с лунатизмом, но у меня есть небольшое предложение, – Ганнибал немного привстал, Уилл тут же последовал его примеру, но доктор остановил его. – Нет, Вы сидите.       Лектер подошёл ко всем лампам в кабинете, выключая их. В полумраке Уиллу стало ещё некомфортнее, он заметно напрягся. – Ложитесь на кушетку и закрывайте глаза, – послышалось где-то в глубине комнаты. Грэм не до конца понял фразу, но, когда кроме темноты на него стала давить ещё и тишина, он последовал просьбе и лёг на спину. – Что дальше? – Уилл нерешительно отозвался. Внезапно на его плечи опустились руки Ганнибала, и глаза открылись сами собой. Он никого не видел перед собой, а руки лишь сильнее сжали плечи. – Не беспокойтесь, прошу, постарайтесь успокоиться, – бархатистый голос был одновременно тихим и настолько громким, что Уилл слышал его эхом в своей голове. – Легко сказать, доктор Лектер.       Длинные пальцы, казалось, разорвут ткань рубашки и вопьются в кожу. Движения рук были уверенно тяжёлыми. На удивление, это никак не помогало Уиллу расслабиться. Тело, как камень, отказывалось его слушаться, и он даже собственной рукой двинуть не мог. Алкоголь предательски начал действовать, из-за чего перед глазами поплыли отсветы от молнии в окнах. Лектер еле сдерживался, чтобы не начать царапать шею Грэма, дабы тот хоть какой-то признак жизни подал, кроме учащённого дыхания и еле ощутимого подрагивания в руках. – Уилл, – психиатр позвал почти шёпотом. Ладонь Лектера легла на глаза Уилла, от чего тот замер на мгновение. Стало очень тихо. – Доктор Лектер, – Ганнибал не обратил бы даже внимания на этот шёпот, если бы Уилл не положил свою ладонь поверх.       Мужчина опустился на колени перед кушеткой и подбородком уткнулся в волосы Грэма, смотря на то, как в темноте его руку гладят пальцы Уилла. Обычно он не настолько сентиментален, но рядом с Грэмом он чувствовал потребность в заботе о нём. Ему хотелось снова и снова касаться Уилла, ощущать, как тело под его руками буквально рассыпается. Ему хотелось разрушать и собирать этого человека снова и снова. – Вы влюблены сейчас? – вопрос прозвучал слишком внезапно для обоих мужчин. Ганнибал ничего не ответил, убрав руку с глаз Уилла, но и не отпустил его руки. Он невесомо поцеловал каждый его палец, ощущая губами шершавость подушечек пальцев. Грэм затаил дыхание. Лектер вновь стал блуждать руками по телу Грэма, Уилл пытался развязать галстук психиатра. Пуговицы рубашки охотно поддавались ловким пальцам Ганнибала, в то время как Уилл долго не мог разобраться с галстуком. – Никогда этих удавок не любил, – подобное замечание вызвало в Лектере лёгкую усмешку. Уже в четыре руки они справились с галстуком, за ним на пол последовали жилет Ганнибала и рубашка Уилла.       Ганнибал начал обходить кушетку, не отводя взгляд от распалённого Уилла. Тот окончательно понял, что совершенно беспомощен перед Ганнибалом. Он больше не боится, он хочет быть поглощённым этим местом, этим человеком.       Немного привстав на локтях, Уилл потянулся к Ганнибалу. Тот охотно подставился, позволяя Уиллу через рубашку гладить его по груди. Для него было огромным удивлением слышать бешеный стук сердца Лектера. – Думал, я такой бессердечный? – Даже не сомневался, – Уилл потянул Лектера на себя, крепко цепляясь за его плечи. Он редко видел лицо доктора так близко, что первые секунды очень внимательно всматривался в глаза перед собой. – У Вас потрясающие глаза. – Обращайся ко мне на «ты», мы не чужие друг другу.       Грэм не успел ничего ответить или возразить, когда рука Лектера коснулась его внутренней стороны бедра. Мужчина выгнулся в спине, шире разводя ноги и опуская одну на пол. Он думал, что больше ничего не сможет его удивить, но, как только Ганнибал начал снимать рубашку, последние тормоза в голове со свистом отказали. Его тело было идеальным, Уилл касался его там, куда только мог дотянуться. Выпрямившись, он припал губами к плечам и груди Лектера. Каждый поцелуй для него был сродни глотку воды во время жажды. Ганнибал так же жадно и бесцеремонно гладил спину Уилла, то опускаясь до копчика, то поднимаясь до затылка. Оба прижимались друг к другу настолько сильно, словно пытались срастись рёбрами друг с другом.       Уиллу до дрожи приятны ласки Ганнибала, его глубокий поцелуй. Их языки сплетались, вызывая у Уилла тихое рычание и стоны. Он больше не мог терпеть. Ганнибал это прекрасно понимал, потому снова повалил Грэма на кушетку. – Ты ведь понимаешь, к чему всё идёт? – Ганнибал пристально смотрел на Уилла сверху, расстёгивая ремень на брюках.       В ответ лишь вздох и едва уловимое движение ресниц. Лектер чувствовал, как Уилл нетерпелив к его ласкам, он жаждал его рук, его тела. Оставшаяся одежда обоих мужчин уже оказалась на полу. Уилл внимательно следил за руками Ганнибала, что обжигали его тело. Когда рука коснулась оголённого члена, Грэм дёрнулся и громко выдохнул. Он смотрел в потолок, прислушиваясь к своему телу и удивляясь его отзывчивости к рукам мужчины. Ганнибал не собирался заходить далеко: он не был уверен в реакции Уилла.       Уилл своей дрожащей рукой ухватился за запястье Ганнибала, немного отстраняя его. Он сел на кушетку, выпрямившись. Лектер ждал дальнейших действий, не препятствуя. Им не нужно было говорить, чтобы понять друг друга. Руки почти синхронно коснулись членов друг друга, Уилл положил голову на плечо Ганнибала, начиная движения ладонью по члену. Каждый двигался в своём ритме, но это не мешало обоим получать удовольствие. Сбивчивое дыхание у уха и волосы легко щекотали шею Ганнибала, это опьяняло не хуже вина. Он несильно прикусывал плечо Уилла, отчего тот громко стонал и дрожал. Лектер продолжал покрывать его плечи укусами, свободной рукой поглаживая Уилла по груди. Движения Грэма становились совсем беспорядочными: он то сжимал член Лектера, то едва гладил его пальцами. Ганнибал двигался размеренно и страстно, умело перехватывая член Грэма в ладони и поглаживая влажную головку члена большим пальцем. Он ощущал, что Уилл на пике, потому ускорялся ещё немного, заставив Уилла задрожать буквально всем телом. Его руки цеплялись за Ганнибала, он совершенно без сил, а в голове - звенящая пустота. Лектер доводит себя сам, понимая, что Грэм сейчас совершенно не в том состоянии. – Прости, – Уилл шепчет, тыкаясь носом в шею психиатра. – Тебе не за что извиняться.       Грэм падает обратно на кушетку. На его животе уже высыхают капли спермы, обычно он испытывал отвращение от этого, но сейчас ему всё равно. Ганнибал отошёл к столику, чтобы долить вина в их бокалы. Уилл внимательно следит за тем, как он разливает алкоголь по бокалам, находя даже в таких движениях в такой обстановке некую утончённость. Из-за сонливости глаза Уилла подводят его, всё мутнеет и расплывается. Он поворачивает голову к окну, видя в ветках деревьев очертания оленьих рогов. Тут же тело цепенеет от ужаса, он не может отвернуть голову, не слыша, как Ганнибал зовёт его. Лектер, поняв, что Уилл снова видит сны наяву, подходит к кушетке и достаёт из своих брюк, лежавших на полу, ремень. Он усаживается на бёдра Грэма, который даже этого не замечает. Ладонью он проводит вдоль торса, останавливаясь на груди. Его сердце бьётся до ужаса быстро, он переводит руку на плечо и снова сжимает его. – Уилл, – он зовёт его и одновременно с этим начинает царапать его плечо. Грэм не сводит глаз с окон, ему кажется, будто олень уже в комнате и подходит вплотную к нему. Он растворяется так же внезапно, как и появляется, с криком Ганнибала: – Уилл! - Мужчина моргает, медленно поворачивает голову на голос психиатра. – Ты опять видел сны наяву? – Я совсем не заметил, как уснул, – он морщится от внезапной боли и замечает царапины на плече. – Ты постарался? – Иначе ты бы не пришёл в себя, – Ганнибал разворачивает ремень в руках. – Надеюсь, у тебя нет проблем с задержкой дыхания. Говорят, если на время прекратить подачу кислорода в лёгкие, можно и не такое увидеть. – Мне хватает собственных кошмаров, спасибо. – Уилл попытался встать, но Ганнибал остановил его, снова взявшись за его плечи. – Нет, Уилл, я должен это сделать. Клянусь, ты не задохнёшься.       Грэму очень хотелось верить Лектеру в этот момент. Он молча кивнул. Ганнибал заметил, как Уилл напрягся, и Лектеру снова нужно расслабить его. Ремень на время он кладёт рядом с головой Уилла, сам же начинает покрывать его тело поцелуями. Уилл прикрывает глаза и пытается освободиться от навязчивых мыслей о боли. Ганнибал гладит его внутреннею сторону бедра свободной рукой, касаясь яичек, сжимая их и немного оттягивая. Уилл шипит и срывается на стон, Ганнибал поднялся рукой выше, легко надрачивая его член. На головке выступает смазка, капли стекают вниз, позволяя руке скользить свободнее.       Грэм распаляется сильнее, чувствуя, как по телу разливается приятная нега и тепло. Зубы Лектера смыкаются на его соске, отчего Уилл томно стонет и выгибается всем телом. Ганнибал еле сдерживается, чтобы не зайти дальше, но он знает, Уилл ещё не готов. Он продолжает ласкать его, наблюдая, как Уилл своими пальцами цепляется за кушетку и прикрывает мутные от возбуждения глаза. Он полностью расслаблен.       Лектер тянется к ремню. Он проводит широкой полоской чёрной кожи по телу Грэма, дабы тот привык к жесткой текстуре. Ганнибал не замечает, как начинает гладить Уилла ремнём по щеке, а тот доверчиво льнёт к нему. Медлить нельзя, в таком состоянии он пробудет недолго. Ремень слабо затягивается на шее Уилла. Ганнибал ждёт, чтобы затянуть его крепче, ждёт, когда Грэм привыкнет. Они смотрят друг другу в глаза, психиатр буквально чувствует, как воздух вокруг него нагревается и обжигает его, хотя пожара здесь нет. Лектер затягивает ремень до конца. Со стороны Уилла он различает еле слышные вздохи. Держа одной рукой конец ремня, он опускает другую к лобку Грэма и поглаживает его там. Тело под ним мелко подрагивает, а от каждого касания к гениталиям Уилл издаёт немой стон. Ганнибал старается контролировать свои движения, чтобы не затянуть удавку ещё сильнее или не довести Уилла до оргазма пальцами быстрее нужного.       Ганнибал немного ослабляет хватку ремня и позволяет Грэму вдохнуть. Сейчас Уилл чувствителен как никогда, он сразу ощущает, как воздух жжёт горло и лёгкие. Всего пара секунд на передышку - ремень снова сжимает горло. Лектер внимательно следит за каждым едва уловимым движением Уилла, снова касаясь его члена рукой. С каждым движением член крепнет сильнее, если бы не рваный ритм, он бы давно кончил. О себе Ганнибал позаботится позже, сейчас всё внимание приковано только к Уиллу и его удовольствию. Пальцы оглаживают плоть по всей длине, то сжимая, то разжимая. Смазка снова скатывается от головки к основанию, отчего движения становятся мягче.       Ганнибал снова отпускает удавку, не прекращая надрачивать Грэму, и слышит громкий, полный наслаждения, стон. Уилл кончает и пачкает пальцы Лектера. Он же, не брезгуя, слизывает сперму с каждого пальца. Грэм чудом не возбуждается снова от этого вида. После подобного опыта он чувствует себя совершенно невесомым и слабым, но, всё-таки, желание помочь любовнику сильнее усталости. Он тянется рукой к члену Ганнибала и оглаживает всю длину пальцами. Ганнибал нависает над Уиллом и целует его, позволяя своему члену тереться об их тела. Уилл держится за его член, двигаясь в одном ритме с бёдрами Лектера. Пара таких движений и Лектер кончает. Мужчины не стремятся разорвать поцелуй, они наслаждаются друг другом, будто потом для них не будет такой возможности. ***       Огонь повсюду. Уилл ощущает жар даже внутри себя. Он совершенно не понимает, где он: комната обезображена огнём и от того неузнаваема. Грэм пытается убежать от огня, выломать дверь, которая удивительным образом совершенно цела. Пламя подкрадывается к нему всё ближе и ближе, дверь же поддаётся только в последний момент. Тут же он оказывается в больничном коридоре, абсолютно один. Проходя всё дальше и заглядывая в палаты, он никого не обнаруживает. Зайдя в очередную палату, он видит спящую Эбигейл. «Она уже давно выписалась, почему она до сих пор здесь?»       Уилл осторожно подходит к койке поближе, как из тела Эбигейл стремительно прорезались оленьи рога. Свет во всём больничном крыле замигал, а в один момент стал настолько ярким, что заставил Грэма зажмуриться. Голова кружилась, свет пробивался даже сквозь плотно закрытые глаза. Уилл попытался открыть глаза, но не видел ничего, кроме ярких белых пятен и расплывчатых черно-коричневых очертаний рогов. Не в силах находиться здесь, он слепо бежал по коридору, спотыкаясь о собственные ноги и больничную мебель. Пол под ногами, казалось, вот-вот распадётся, и мужчина провалиться вниз; весь мир затрясся как в эпилептическом припадке и Уилл вместе с ним.       Сон закончился так же внезапно, как и начался. Уилл проснулся в поту, пытаясь осознать, где он находится. Вчерашняя гроза давно закончилась, солнце, как и яркий свет ламп во сне, било прямо по глазам. Он до сих пор в кабинете доктора Лектера, на той же кушетке, где они вчера… «Это точно был не сон? – Уилл опустил взгляд и увидел своё обнаженное тело. – Вот чёрт!» Вскочив с кушетки, Грэм начал в попыхах одеваться. Сейчас он молился всем Богам, чтобы на телефоне не было десятка пропущенных вызовов от агента Кроуфорда. – Можешь не торопиться, сейчас только пять сорок утра. – Ганнибал спускался по лестнице на первый этаж кабинета. Он выглядел так, будто вчера между ними не произошло жаркой ночи. – Вы уже успели привести себя в порядок? – усмехнулся Грэм, застёгивая рубашку. – Здесь есть душ, можешь им тоже воспользоваться. – Пожалуй, сделаю это у себя дома. – собравшись, Уилл двинулся к двери, но, напоследок, спросил, - Случившееся между нами ночью… – …останется только в этом кабинете. – с улыбкой закончил Ганнибал. – До свидания, доктор Лектер. – Берегите себя, мистер Грэм.