Второй шанс

— Разве мы не можем сами пойти за книгами и вещами?       Это был третий раз, когда Рон задавал матери один и тот же вопрос, и Гарри понял, что она начала раздражатся. Если бы это был Снейп, он бы уже заткнулся и перестал приставать к опекуну. Однако миссис Уизли не была грозным преподавателем Зельеварения. — Я просто не знаю, насколько это безопасно… — замолчала миссис Уизли.       Они стояли перед кафе-мороженым Флориана Фортескью, пытаясь понять, куда идти в первую очередь. Всем, кроме Гарри, нужны были книги: Рону нужна была новая палочка, а Джинни — новая мантия. — Здесь больше людей, чем я когда-либо видел. — сказал Рон. — Мы будем в порядке. Мы практически достигли совершеннолетия.       Миссис Уизли сурово посмотрела на Рона, но затем кивнула, явно уступая. — Вы трое останетесь вместе и постараетесь не попадать в неприятности. — строго предупредила она.       Гарри согласно кивнул. Последнее, чего он хотел на свете, это встретится со Снейпом только для того, чтобы мужчина узнал, что он попал в какую-то неприятность в его отсутствие. — Мы обещаем. — согласился Рон. Он уже уходил от матери, таща за собой друзей. — Встретимся здесь через два часа. — проинструктировала их миссис Уизли. Ее лицо все еще было полно беспокойства, и Гарри не мог не думать, что это имело отношение к нему и Сириусу Блэку.       Трио быстро направилось к книжному магазину, Рон получил все те же книги, что и Гарри, а Гермиона достала список, который был почти вдвое длиннее. — Что это? — спросил Гарри. — В этом году я изучаю больше предметов, чем вы двое. — объяснила она. — Зачем тебе магловедение? — спросил Рон, глядя на ее список. — Тебя вырастили маглы, не так ли? — Потому что будет интересно узнать о них с волшебной точки зрения. — серьезно сказала Гермиона.       Рон скривился, глядя на Гарри, что ясно говорило, что, по его мнению, Гермиона сошла с ума. — Ты планируешь есть или спать в этом году? — спросил ее Гарри, подавляя смех. — Конечно. — ответила Гермиона. — И я планирую многому научиться. — Мы можем сейчас пойти за моей новой палочкой? — спросил Рон, когда Гермиона заплатила за свою большую стопку книг.       Гермиона кивнула в ответ. — А потом я хочу пойти купить сову. — Сову? — спросил Гарри.       Гермиона еще раз кивнула, когда они вышли из магазина. — У тебя есть Хедвиг, а у Рона — Эррол. Я думаю, что мне тоже нужно завести сову. — Эррол не мой. — ответил Рон. — Он принадлежит семье. У меня есть Короста.       Гарри почувствовал укол вины, когда подумал о Хедвиг. Примерно на неделю он полностью забыл о своей сове. Ему было стыдно признаться в этом, но, несмотря на все перемены в его жизни, Хедвиг была последней, о чем он думал. Когда он наконец спросил Снейпа о ней, Снейп отругал его за то, что он потратил на это столько времени, заявив, что сова — это ответственность, к которой нельзя относиться легкомысленно. Наконец он сказал Гарри, что она была в Совятне. Хедвиг, казалось, простила его за то, что он забыл о ней, за исключением нескольких сильных укусов по пальцам, но он все еще чувствовал себя ужасно из-за всего этого испытания. — У тебя есть домашнее животное, а у меня нет. — объяснила Гермиона, когда троица завернула за угол и вошла в магазин.       Внутри было не так много места. Каждый дюйм стены был скрыт клетками. Это было вонючее и очень шумное, так как почти в каждой клетке было какое-то животное, которое шипело, пищало или визжало. Гарри был счастлив, когда увидел старую ведьму, которая стояла за витриной, махнула им вперед. — В любом случае, с тех пор, как мы вернулись из Египта, крыса немного не в себе. — Не в себе? — спросил Гарри.       Гермиона уже говорила с ведьмой за прилавком, оставив мальчиков.       Через пару минут Гермиона шла к ним на встречу с чем-то похожим на тигра. — Кто это? — потрясенно спросил Рон, заставив Гарри повернуться и посмотреть. — Это Живоглот. — ярко улыбнулась она. — Разве он не великолепен? — Я думал, ты хочешь сову. — спросил Рон. — Ну да, но потом я увидела его и просто влюбилась.       Рон закатил глаза и покачал головой, явно пытаясь понять, как именно работает мозг девушки.

***

— Как думаете, мы получим награду, если поймаем его? — сказал Рон.       Было уже поздно, далеко за полночь, Гарри лежал на кровати в комнате Рона, пытаясь заснуть. — Поймаем кого? — Сириуса Блэка. Было бы круто, если бы мы получили огромную награду.       Гарри был почти уверен, что если он намеренно приблизится к Сириусу Блэку, Снейп вознаградит его, но не так как имеет в виду Рон. — Я не знаю. — ответил Гарри. — Но мы не можем преследовать его. Если никто другой не может его поймать, почему ты думаешь, что мы сможем? — У нас довольно приличный послужной список. — зевнул, заметил Рон. — Особенно у тебя. — Он известен убийца, и люди думают, что он хочет убить меня… Я не собираюсь его искать. — ответил Гарри.       Рон несколько мгновений молчал. Гарри слышал, как он перевернулся в постели. На мгновение ему показалось, что его друг спит, но затем Рон прочистил горло. — Эй, прежде чем ты ушел от тети с дядей, ты заставил их подписать разрешение на поездку в Хогсмид? — Нет. — ответил Гарри. — Я должен попросить Снейпа сделать это. — Думаешь, он подпишет? — Ну да, а почему он не должен подписать? — ошеломленно спросил Гарри. — Думаю все дело в Блэке. — зевнул Рон. — Я не знаю. Просто я подумал, что из-за него он откажет.       Слова ошеломили Гарри. Конечно, Рон был прав. Снейп не позволяет ему ходить одному на улицу в Хогвартсе, не говоря уже о Хогсмиде. Гарри почувствовал, как его желудок сжался от мысли остаться в замке одному, в то время как всем остальным нужно уйти и прекрасно провести время без него. Он не мог этого допустить! — Может быть, твои родители подпишут моё.  — пробормотал Гарри.       Если миссис Уизли подпишет его, то Дамблдор его отпустит, а если Снейп разозлится, Гарри может просто сказать, что он боялся, что уже слишком поздно просить Снейпа, поэтому он попросил миссис Уизли, конечно, он не может попасть в неприятности из-за этого. — Это не сработает, приятель. — снова зевнул Рон. — Твой родитель или опекун должен подписать разрешение.       Гарри нахмурился, перевернувшись на бок. Он был расстроен.