Сборник историй по ГерРусу.

Дом, где некогда жили студенты, вновь оживился. Помытые окна и повешенные на них пастельно-желтые занавески. Ухоженные газон и рассаженные клумбы. Иван выбивал пыль из ковра на заднем дворе. Матвей спал в маленькой люльке, что стояла под деревом в тенечке. — Фух-фух, как же пыльно! Настоящий пылесборник! — выругался Брагинский, продолжая выбивать из ковра пыль. Генеральная уборка шла полным ходом. Ковер остался висеть на улице, Матвея Иван занёс в дом и оставил в своей комнате. И пока сын спит, мужчина принялся протирать полы в доме. Столько пыли и грязи собрал, что можно сделать пыльную игрушку. И тут под окнами мужчина заметил знакомое лицо. Молодой сосед, что встретил его рано утром. Сердечко ухнуло в груди. — И всё-таки, я где-то его видел... — подумал про себя омега и положил тряпку в ведро. Но чем больше он погружался в воспоминания, тем сильнее убеждался в богатом воображении. Ох уж эта внешность о которой сложно забыть и трудно вспомнить. Из всех этих размышлений его вытащил плач ребенка, доносившийся со второго этажа. Малыш яро протестовал против сна и настойчиво требовал еду. Иван изрядно уставший кое-как понял, что нужно его дидятке. Омега взял сына на руки и пошёл с ним на кухню делать смесь. — Ох, Матюша, доставляешь же ты мне работёнки однако, — бормотал себе под нос мужчина. Младенец спокойно лежал в руках папки, прислушиваясь к бульканью на плите. Окна кухни выходили на общую улицу, где уже под вечер каталась ребетня на велосипедах. В этом уютном районе всегда было оживлённо под вечер. Ведь днём стоит невыносимый зной, не говоря о том, что тут в основном живут люди совы. Ивану это даже нравится, ведь днём он может отоспаться с Матвеем. Бутылочка была готова и вручена малышу. Очаровательный трёхмесячный малыш поглощал с жадностью смесь. Брагинский уж точно своим молоком его кормить не собирался, всё-таки антидепрессанты ему могли испортить всё что можно. Ребенку портить желудок и кишечник раньше времени не хотелось. В доме раздался трель соловья — незванный гость. Иван, держа в руках карапуза, подошёл к двери и посмотрел в глазок. На пороге стоял какой-то молодой парень с загорелой кожей. Ещё один сосед? Вот те на... — Кто там? — спросил мужчина. — Ваш сосед, Альфред Джонс! — ответил парень за дверью звонким голосом. Иван открыл дверь, демонстрируя свой слегка изнуренный вид. Альфред даже как-то не скукожился, а только расплылся в улыбке. Омега не понял прикола, обычно от него шарахались как от прокаженного, а этот стоит и лыбится. Пятак начищенный. Видать его видок тут не первый и не последний. — Чем могу помочь? — спросил Брагинский, придерживая бутылочку. — Здравствуйте, сегодня утром заметил как сюда заселились. И пришёл поздороваться и познакомиться, но вижу я немного не вовремя, — ответил парень и обратил внимание на сына. — Да, заехал в дом моих родителей. Его раньше студенты снимали. А вы не студент часом? — спросил омега и чуть-чуть зашёл в глубь дома. Всё-таки вечернее солнце слепит прилично. — Ага, студент. Я Альфред Джонс! А вы собственно? — Гм, Иван Джонс, — ответил омега. Как-то на автомате он сказал родительскую фамилию. — Ого, так вы со мной однофамилец оказывается! Здорово! — сказал Альфред и протянул пакет, — Небольшой приветственный призент. — А, спасибо, — еле проговорил Иван, как ему вручили пакет. — Альфред, ядрен батон! Давай быстрее у нас пары через пару минут начнутся! — крикнул в далёкие какой-то седовласый парнишка в очках. Загорелый сосед крикнул: "Бегу". И был таков. Брагинский стоял в шоке с пакетом в руках и сыном. — Вот ведь молодежь пошла...

***

Где-то ближе к восьми часам Иван решил прогуляться с Матвеем. Всё-таки целый день дома гениралить и днём в тенечке под деревом, как-то за прогулку и не считается. Заодно надо забежать в круглосуточный, закупиться продуктами и лекарствами. Собрав коляску и положив сына, омега закрыл дом. Прогулка им обоим пошла на пользу. Иван вдыхал полной грудью свежий воздух, пока Матвей сладко спит в люльке. Определенный плюс. Они прошли вдоль улицы, где стояли домики разнообразной планировки и фасадных решений. Брагинский так засмотрелся, что не заметил мимо пробегающего человека. — Добрый вечер, Иван! — сказал появившийся утренний сосед. — Ох, э, добрый, Людвиг! А вы всё бегаете? — Пробежка утром и вечером хорошо помогает собраться с мыслями, — ответил студент и тихонько пристроился к идущему отцу. — Вот как? Хорошо если так, правда я вряд-ли смогу такое повторять... — И не заставляйте себя, по вам видно, что последствия от антидепрессантов сказываются. Вы же проходили курс реабилитации? — Разве есть такой? — спросил удивлённо Брагинский. — Конечно! После антидепрессантов, следует пропивать специальный курс витаминов! Для восстановления организма, — ответил Людвиг перешедший на скандинавскую ходьбу. — Ох ты, вот не знал. А в местной поликлинике я смогу стать на учёт? — Да, сможете. Рекомендую это сразу сделать и не медлить! — сказал будущий медик, продолжая держать темп. Иван как-то оживился в компании Людвига. До круглосуточного они болтали о всем и ни о чем. Так обычная беседа. Почему учишься на медика, останется ли он тут или на родину, про возраст он спрашивать постеснялся. Как-то уж невежливо спрашивать сколько молодому человеку лет. Ещё и обидется. — О, вот мы и дошли! — Чтож, я должен вас покинуть! У меня ещё дела, спасибо, за чудную беседу! — сказал Людвиг и развернувшись был таков. Иван попрощался со студентом и вошёл в магазин. Пока он набирал продукты, омега заметил на стилаже с журналами знакомое лицо. — Подождите, да ну нет! — воскликнул Брагинский и взял журнал. На нем был изображён мужчина лет так за пятьдесят. Надпись сверху гласила — Детский врач Г. Байльшмидт. — Вот кого ты мне напоминал ха-ха! Точно, я же этот журнал читал когда Матвея под сердцем носил! — хохотнул Иван и положил журнал в коляску.

***

Ночь была не спокойная. Матвея мучали колики, отчего он капризничал и не давал Ивану лечь спать. Он его и по спинке хлопал и гладил, пытался положение изменить. Не помогает. И вот он держит сына на руках. — Спи, моя радость, усни... Время на часах четыре утра, начинается рассвет. Брагинский чувствует слабость в теле. Он прислонился к стене и прикрыл глаза. Малыш перестал капризничать и немного успокоился. Омега думал о предоставлении студента медика и решил сходить на прием.