Однажды

Вечером Джагхед сидел с Бетти в Pop’s, обсуждал расследование и работу в школьном кружке. Девушка возбужденно говорила о Полли, часто смотрела на экран своего телефона и почти подпрыгивала от нетерпения — волновалась за будущее сестры. Джагхед постоянно проваливался в свои мысли, вспоминал о ссоре с Шерил и смотрел угрюмо на улицу, словно ждал, что там мелькнет огненно-рыжий отблеск волос. Бетти заметила его состояние, начала собираться и прощаться, но парень решил проводить ее до дома — в городе было неспокойно, убийца Джейсона еще не был пойман. В этом жесте не были ничего необычного, просто забота о друге. Но когда Джагхед повернулся в сторону Бетти, рассказывающую очередную историю, она резко замолчала. Улицу освещал одинокий фонарь, в округе было тихо и пустынно, только сверчки пели — это была та самая сцена в романтической мелодраме, когда главному герою стоило подойти к своей первой любви и поцеловать. Если бы Джагхед вернулся к себе трехмесячной давности, то он бы так и сделал. Преодолел расстояние равное двум шагам и коснулся губ, однако новому Джагхеду стоило только прикрыть глаза и увидеть вместо желанных прежде белых локонов рыжие волосы. Он отступил и неловко улыбнулся — сердце билось спокойно и ровно, не напоминая ничем о первой влюбленности. Бетти скомкано попрощалась и пошла к крыльцу своего дома, даже не обернувшись напоследок. Джагхед смотрел ей вслед и чувствовал ощущение правильности — знал, что Элизабет все еще была исключительно по рыжеволосым соседям. А он, оказывается, по огненноволосым надменным красавицам. *** Джагхед писал Шерил, даже не выдержал и позвонил — она не ответила. Он отстал и дал ей время решить, стоит им продолжать общение. Вместо ожидания Шерил выбрала месть. Ожидаемо, Джагхед успел позабыть ее приемы. Это произошло однажды вечером. Шерил зашла к Арчи в дом, как будто к себе в Торнхилл. Мазнула взглядом по уютной маленькой кухне, равнодушно посмотрела на Джагхеда, напряженно сжавшего бутылку с лимонадом, и преувеличенно сильно улыбнулась, заметив Арчи. — Арчи! — произнесла приторно-сладким голосом, положив чехол с гитарой на стол, — в качестве благодарности за то, что ты согласился прийти на банкет, у меня для тебя подарок. Шерил все говорила, расписывала плюсы гитары, затем шагнула и поцеловала Арчи в щеку, пачкая алой помадой — Джагхед еле сдержался от того, чтобы закатить глаза — и ушла, оставив после себя шлейф сладковатых духов. Пока Фред выговаривал Арчи что-то по поводу Блоссомов и их подарков, Джагхед достал телефон и напечатал: «Отличный спектакль». Ответа он не дождался, но Шерил, как не кстати для нее, при попытке поцелуя в щеку, сделавшая сначала шаг в сторону Джагхеда и только потом незаметно — не для него — сместившаяся в направлении Арчи, сказала о многом.