Звезды никогда не погаснут

Следующий день прошел на удивление обычно. Утром, как только ребята проснулись после ночной вылазки, а проспали они немало (особенно Блейз), все собрались в гостиной, чтобы разработать дальнейший план действий. Комната Драко и Блейза намного больше бы подошла для этой роли: они смогли бы безбоязненно говорить, не боясь быть услышанными. Сейчас же, когда занятия были отменены, все оставались на своих факультетах, поэтому гостиная была не самым хорошим вариантом. Однако, большинство слизеринцев предпочли оставаться в своих комнатах, не желая, чтобы их личное пространство и спокойствие были лишний раз нарушены. Более же младшие курсы целый день проводили в гостиной, но как раз их ребята опасались меньше всего. Как только все собрались в заранее обговоренном месте, подальше от веселившихся младшекурсников, Гермиона, Драко и Блейз передали рассказ Рона, избегая ненужных частей, например, про его пробуждение. Недовольный такой несправедливостью парень, считавший, что это его главная заслуга за прошедшую ночь, обиженно отвернулся. Рассказ произвел на Панси большое впечатление, в то время как Гарри откинулся на спинку кресла и принял отстраненный вид, как только его услышал. В сложившейся ситуации у них было не так много вариантов, как поступить дальше. И общее молчание было понятно. Гарри, не поднимая головы, взглянул на Гермиону: слишком странно она себя сегодня вела. «Совсем на нее не похоже», — подумал он, в очередной раз уловив в глазах девушки секундный, какой-то маниакальный блеск. Пообещав себе, что не оставит это без внимания, Гарри уперся подбородком о руку и вздохнул, надеясь, что не случилось ничего серьезного. А надежды эти были пустыми, что, впрочем, он знал и сам. Гермиона, внешне спокойная и холодная, источала волны нетерпения, словно школьник, ждавший окончания последнего урока перед долгожданной поездкой. — Мы не можем вечно сидеть и ждать чуда, — произнесла вслух то, о чем все думали, Панси. — Я согласен, что теперь мы знаем намного больше вещей, причем существенных. Но тем не менее из-за принятых правил мы лишены многих возможностей. Драко сидел, закинув ногу на ногу, и с некоторой усталостью смотрел в глаза Панси и Гермионе, оказавшихся напротив него. — Это точно, — наконец подал голос Блейз и сокрушенно вздохнул. — Мы даже не можем нигде взять информацию об этом существе. Пораженный догадкой, Гарри мельком взглянул на Гермиону. «Так вот в чем дело. Она догадывается о том, чем оно является, но не может подтвердить свои предположения без книг. Доступ в библиотеку замка, разумеется, теперь запрещен для всех, кроме самой мадам Пинс. А личная библиотека Гермионы по сравнению с ней невелика и не содержит необходимой информации. Шанс того, что у девушки есть нужная книга, слишком мал». — Сначала нам надо добраться до библиотеки, — осознавая всю необходимость этого, начал он и поймал одобрительный взгляд Гермионы. — Блейз прав, нам негде искать. — Можно было бы попросить родителей прислать книги с совой, но мы даже не знаем, какие именно нам нужны. — Если ты помнишь, — хмыкнула Панси, — большую часть нашего имущества изъяли, в том числе и книги. Поэтому нужен другой способ. — И не забывайте, что теперь проверяют всю приходящую и исходящую почту. Воцарилось молчание, прерываемое негромким смехом детей. Панси взглянула на Гермиону, будто тоже уловив ее настроение. — Милая, все в порядке? — обеспокоенно спросила она и мягко опустила руку на тыльную сторону ладони девушки. Гермиона, очнувшись от своих размышлений и вернувшись в реальный мир, коротко кивнула головой. — Просто задумалась. — Вот и замечательно, — ответила Панси и, быстро и не заметно для остальных проведя кончиками пальцев по коже девушки, убрала руку. По лицу Блейза было видно, как ему не терпится произнести крутившуюся у него в голове шутку, но стоило парню пересечься взглядом с Панси, как это желание сразу пропало. Девушка смотрела на него с обжигающим холодом. В ее взгляде можно было прочитать: «Я убью тебя, если ты сейчас выкинешь какую-нибудь глупость». Предупрежденный парень, не желая погибать молодым, вздохнул и начал рассматривать убранство гостиной, словно видел его впервые. Гермиона взглянула на время. — С минуты на минуту должен прийти профессор Слизнорт. Гарри осмотрелся: гостиная начинала заполняться учениками, для которых выход на прием пищи стал величайшим развлечением. Через некоторое время проем действительно открылся, и на пороге появился запыхавшийся декан Слизерина. — Все за мной на обед! Как только он освободил проход, слизеринцы заторопились выйти из гостиной. Послышались облегченные вздохи: все были рады размять ноги. В Зале было на удивление оживленно. Студенты с Рейвенкло и Гриффиндора уже были здесь, а хаффлпаффцы вошли сразу вслед за слизеринцами. Все старались хорошо проводить время несмотря на сложившуюся ситуацию. Сидеть и грустить они могли и в своих комнатах, а сейчас, пока была возможность, стоило ей воспользоваться. Многие студенты просто вставали и подходили к столам других факультетов, чтобы поговорить со своими знакомыми оттуда. Рон, уже вернувшийся из Больничного крыла, тоже поднялся. — Всем привет, — произнес он, садясь рядом с друзьями. Гермиона, Драко и Гарри кивнули головой. — Рон, ты уже здоров? — заботливо спросила Панси, отложив вилку. — Да, мадам Помфри дала мне выпить снадобье еще накануне вечером, так что сейчас я свеж и бодр. — А я говорил, что не надо было его будить. Вдруг эффект от лекарства ослаб? — опять принялся за свое Блейз. Он непонимающе посмотрел на Драко и Гермиону. — Что это значит? — Да так. Парень смиренно вздохнул. — Кстати, хотел уточнить, как мы будем общаться, если наши встречи происходят реже, чем приезд Чарли? — Это его брат, который работает с драконами и потому почти не бывает дома, — ответил на вопросительные взгляды Гарри. Гермиона хмыкнула. — Вопрос уместный. Как раз хотела вам кое-что показать. Она взяла салфетку и сложила из нее маленькую фигурку птицы. Все заинтересованно и даже недоуменно наблюдали за ее действиями. После этого Гермиона незаметно достала палочку и прошептала несколько слов. В мгновение фигурка затрепетала и, приподнявшись, закружила над столом. — Ого. — Словно живая. — Необычно. Девушка, довольная собой, усмехнулась. — Стоит лишь написать послание и назвать адресата, и оно будет доставлено независимо от обстоятельств. Это заклинание работает так, что никто, кроме этого человека, не сможет прочитать написанный текст. Идея была принята с одобрением. — Вот только, как мы поймем, от кого именно записка? — задал вопрос Рон. — Пусть каждый выберет себе животное, тогда по нему можно будет с легкостью определить человека. Оставшуюся часть обеда они потратили на выбор своего тотемного зверя. В итоге было решено следующее: Гермиона оставила филина, Рон выбрал кролика, Блейз, на удивление, остановился на лисе, Драко отдал свое предпочтение оленю, Панси — коту, а Гарри — волку. Гермиона пересказала им слова заклинания. — Но пробовать будете позднее. Со стороны преподавательского стола на них уже поглядывали. Они сделали вид, что не заметили этого. Но перед тем, как уйти, взгляды Гарри и МакГонагалл на мгновение встретились, и она подозвала его. Сопровождаемый шепотками, парень подошел к столу. — Подождите у дверей Зала. Все шестеро. Гарри кивнул и развернулся. — Она попросила нас подождать, — сообщил он, как только подошел к столу. Все переглянулись. — Не думаю, что нас будут наказывать. Не за что, — самодовольно произнес Блейз. — Совсем не за что, — хмыкнул Драко, имея ввиду их ночную прогулку. Отмахнувшись от желавшего их забрать Слизнорта, они продолжили ждать. Директор появилась через пару минут. — Идите за мной. По проходимым им коридорам можно было с уверенностью сказать, что она ведет их к себе в кабинет. Добравшись до горгульи, они остановились. — Honorem super omnia*. Статуя со скрежетом отодвинулась. Они зашли внутрь. Кабинет совсем не изменился: все те же странные серебряные приборы, жужжавшие и непонятно для чего служившие, стены, увешанные портретами прежних директоров, огромный письменный стол в центре, заваленный грудой бумаг, а за ним, на полке, старая Волшебная шляпа. Как только в кабинете появились люди, портреты тут же обратили на них свое внимание. — Годы идут, но ничего не меняется, — грузно выдохнул один старый волшебник в потертой мантии. Похоже, он узнал вошедших. Остальные портреты согласно закивали головами. К счастью или нет, ни Дамблдора, ни Снейпа не было, их картины пустовали, сверкая рамами. Гарри не хотелось видеть ни одного из них. Ему в принципе не хотелось здесь находиться. Но тем не менее, он не противился приходу сюда, чтобы послушать, что же им хотят сказать. МакГонагалл села за стол, жестом пригласив сделать тоже самое. — Итак, — начала она, — вы догадываетесь, почему я вас позвала? Вопрос остался висеть в воздухе. — Будем считать, что да. Мне прекрасно известно о ваших занятиях. И я… не против них. Все удивленно, но в тоже время недоверчиво посмотрели на директора. — Прекрасно понимаю ваше недоверие. Все вы совершеннолетние волшебники и волшебницы, и не в моей власти удерживать вас. Но, тем не менее, я директор этой школы и несу ответственность за каждого ученика. Поэтому предлагаю договориться так, — заключила она после небольшой паузы, — я разрешаю вам продолжать личное расследование, но взамен вы делитесь располагающей информацией и не самовольничаете, влезая в самый эпицентр проблемы. «Последний пункт выполнить точно не получится». МакГонагалл смотрела на студентов в ожидании ответа. У всех здесь присутствующих мысли были похожи, если не идентичны, поэтому выразить их вслух решила Гермиона, перед этим задав уже давно волновавший ее вопрос. — Директор МакГонагалл, можно ли добавить еще одно условие? — Какое? — Предоставьте нам доступ в библиотеку, — произнесла девушка, приподняв голову, — хотя бы одному человеку. МакГонагалл серьезно задумалась. — Хорошо, — произнесла она после продолжительного молчания. — Это в общих же интересах. Завтра вам, мисс Грейнджер, будет выдано разрешение. Только вам. Большее, что я могу сделать. И попрошу не распространяться о сделанном исключении. — Этого будет вполне достаточно, спасибо. В таком случае, мы согласны принять ваше предложение. Все внутренне ликовали, осознавая предстоявший прогресс в разгадке исчезновений. — Это все, о чем я хотела поговорить. Можете быть свободны. В присутствии провожавшего их Филча, который так удачно заглянул в кабинет к директору, они не сказали ни слова. — Гермиона, ты молодец! — произнес Блейз, как только проем закрылся, скрыв недовольного завхоза, которому еще предстояло отвести Рона в гостиную Гриффиндора. — Это точно, — подхватил Гарри, одарив подругу одобрительным взглядом. Панси с нескрываемым обожанием взглянула на девушку, и даже Драко сказал нечто вроде: «Хорошо сработано». Остаток вечера провели в приподнятом настроении. Перед тем, как отправиться спать, Гарри попросил Гермиону подойти. Все-таки одна мысль не давала ему покоя. Вопрос с библиотекой был успешно решен, так почему странные вспышки в глазах подруги не исчезли, а только участились с наступлением вечера? — Гермиона, — осторожно начал он, — с тобой все в порядке? — Конечно. Завтра я наконец смогу найти ответ. — Я говорю немного о другом. Ты же знаешь. Девушка склонила голову набок и долго всматривалась в лицо друга. Он терпеливо ждал. — Как-то забыла, что это действует в обе стороны. Гарри весело усмехнулся. — Не всегда же тебе меня раскрывать. — Я, конечно, не собиралась об этом рассказывать, по крайней мере сейчас, но хорошо. Она глубоко вздохнула и наклонилась к его уху, словно собиралась поведать величайшую тайну мироздания. — У меня сегодня свидание, — с расстановкой произнесла она. Парень на мгновение замер, но тут же хмыкнул и скрестил руки, делая вид, что совсем не удивлен. — А я надеялась на более бурную реакцию, — наигранно разочарованно вздохнула Гермиона. — Я знаю, что ты удивлен, даже не пытайся меня обмануть. Не получится, — добавила она шепотом и подмигнула на прощание, направившись к спальням. — Знаю. Поэтому и притворяюсь. Гарри улыбнулся.