Счастливый конец для утопленника

Громыхнуло вдалеке, ветер стал сильнее, он порывами гнул кроны и проникал сквозь легкую одежду. И Ван прикусил губу, сдерживая приближающуюся истерику. Снова нужно идти куда-то, решать проблемы… А самое главное, от его решений зависит судьба младшего брата. — Не волнуйся, — как можно увереннее сказал И Ван, взяв лицо Янь Тао в ладони, — Вот увидишь, сейчас мы свернем ближе к тракту. Ты чего так расстроился? В глазах мальчика стояли слезы. Его губы дрожали, и было ясно, что сейчас он разревется. — Потому что из этого места мало кто смог выбраться. Староста Хан рассказывал, что он, собирая травы, тоже оказался на краю и сразу направился к тракту, а в итоге плутал шесть дней подряд! Едва не утонул и чуть не умер от голода! Топи никого не отпускают… Последние слова потонули в слезах и, стыдно признать, но И Вану тоже непреодолимо хотелось плакать. Оказаться на проклятом болоте ночью перед грозой было кульминацией то ли его ущербной удачи, то ли «гением» сюжетной мысли. Эй, система, это издевательство такое? Так и признайся, злиться уже сил нет… Но она молчала, даже «поддерживать психическое и моральное благополучие» не собиралась. — Вставай, идем, может, все обойдется! Мы же даже толком болота еще не видели. Сейчас выйдем к тракту, вот увидишь, — преувеличенно оптимистично заявил И Ван, беря Янь Тао за руку и поднимая на ноги, — А это окажется… глубокой лужей! Никто из них не верил, что все так легко закончится, но выбора не было. Они направились в сторону заходящего солнца, которого уже почти не было видно за наплывающими с севера тучами. Воздух стал ощутимо сырее, под ногами хлюпало. Часто им приходилось пробираться через густые кусты, увешанные липкой паутиной. На кочках то тут, то там торчали пучки болотной травы. Переквакивались лягушки в маленьких озерцах, больше похожих на глубокие лужи. Они шли и шли, минуты растягивались в часы. И Ван понимал — нужно выбраться отсюда до темноты, но тракт, который вот-вот уже должен был появиться, не проглядывался сквозь стволы и ветви. Надежда, еще бьющаяся в груди, угасла, когда они наткнулись на камни, а после на странный… памятник. У высокой липы торчал древний, облепленный лишайниками обелиск с полустёршимся барельефом. У основания, в мягком мху, скопилась вода, от чего он, увитый корнями дерева, стоял в глубокой луже, но крепкий и устремленный вверх, словно стрела. Черт возьми, ему следовало догадаться, что это не простые болота! Брат еще больше побледнел, раскрыв рот. И Ван, тихо паникуя, сбросил с плеча сумки на ближайшую кочку. Из мешка был вынут запасной ханьфу, в который он безропотно одел Янь Тао. Мальчик смотрел безучастными глазами и мелко дрожал на пронизывающем ветру. Черт… То, что он не плачет, заслуга способности, но, смотря на него, сердце кровью обливается. — Думаю, пора искать место для ночлега, — тепло улыбнулся И Ван, ему нужно быть сильным, кроме него некому вывести брата отсюда. Над головами клубились темные тучи, небо расчертила молния, удача, что до сих не пошел ливень. Когда они, наконец, нашли пятачок сухой земли вокруг старого раскидистого дуба, по макушкам уже стучали капли. И Ван отдышался, прижавшись к стволу спиной, и вытер мокрое лицо рукавом. Нет, они так точно заболеют и умрут! Он сбросил украденный мешок на землю. Под золотым шнурком скрывалась целая вселенная. Конечно, И Ван читал про эти мешки, но никогда не думал, как они работают и выглядят. И как, спрашивается, достать оттуда нужное? [Суньте руку в мешок и представьте необходимую вещь.] И Ван, не долго думая, сунул. «Теплая одежда, не промокающая…» — он представлял те же халаты, как все носили, но шерстяные, с подбоем. Неожиданно рука нащупала что-то мягкое. Роскошный толстый плащ, который для И Вана был явно велик и больше походил на одеяло с мехом. Вода от него будто отскакивала, и черный шелк нисколько не тускнел от встречи с грязью топей Ду Ю. И Ван поскорее приобнял Янь Тао и завернулся в мех по подбородок. Плащ пах специями и костром, давил на плечи приятной тяжестью и надежно укрывал от холода и сырости. Было настолько уютно, что даже невзгоды прошедших дней ушли на второй план. За широким стволом их не доставали порывы ветра и дождь не капал сквозь густую крону. Они молча сидели на маленьком сухом пятачке, надеясь, что гроза поскорее кончится. Янь Тао робко прижимался к боку старшего, его до сих потряхивало. — Скажи мне, откуда здесь эти болота? — И Ван обнял брата покрепче, — Они точно не сами здесь появились? — О-они появились во время войны с демонами. Точнее, их создали, — он немного помялся. — Староста рассказывал, что в этих землях жил сильный, но очень скрытный клан. Никто так и не узнал, что они не поделили с демонами, эти места не так далеко от линии сражения, но им здесь нечего было делать… Они прилетели, как ураган, и всех уничтожили. Ветер тревожно завыл в кроне, И Вану на секунду показалось, что он слышит далекие, приглушенные крики. Его передернуло, он невольно пробежался взглядам по густым кустам, прижимая покрепче брата. Никого… — Они использовали водную технику, чтобы смыть их замки и храм. Рассказывали потом, что у защитников не было шансов, здесь низина… — тем временем продолжал Янь Тао, — Никто не знает, спасся ли кто-то из них, или нет. То есть, сейчас под ними… — Под нами город! — прошептал И Ван, — Затонувший город! Это были не камни, а обломки крыш! Не обелиск — шпиль! Где-то там, под этой травой и деревьями, навек законсервированы люди и их дома!.. Осознание этой мысли бежало дрожью по позвоночнику. Он прижался затылком к шершавой коре, прислушиваясь к шуму капель затихающего дождя и вдыхая прохладный воздух полной грудью, пытаясь успокоиться. Они не просто влипли, они попали по полной! Во всех новеллах подобные места кишели всякой гадостью. Пусть брат ничего не говорил о зомби или злых духах, но по закону жанра что-то подобное обязано здесь быть! И Ван не главный герой, сюжетного бессмертия у него нет. А по словам системы свою жизнь он может устраивать, только пройдя сюжет. А ведь он может его и не пройти… Над головой снова громыхнуло, но не так сильно. С листьев громко падали капли в наполнившиеся от дождя лужи. От дерева им не отойти до утра. Вокруг стояла вода, в которой возвышались, как острова, холмы, и стояли колоннами деревья. Красивая, но тревожная картина. Янь Тао уже давно сморил сон. Его громкое сопение у уха успокаивало. Вот он, брат. Живой. От этой мысли И Ван невольно улыбнулся и закрыл глаза. Всю ночь ему снилось, как он греется в чьих-то крепких теплых объятиях.