Твои волосы, словно одуванчик

Гию выходит из крупного помещения и оглядывается, мельком замечая бардовые пряди, шнырнувшего в купальню, демона. Ироническая усмешка на миг пересекает его щеки. Брюнет стирает её с лица и поправляет хаори на плече, начиная ступать в сторону деревянной постройки. Его шаги негромко отдаются скрипом деревянного пола. Притормаживая в раздевалке, столп обнаруживает свежие вещи рядом с испачканной стопкой временного комплекта формы. Томиока останавливается и прислушивается. Долетают лишь еле слышные всплески воды. Мужчина приспускает одежду с тела: золотые пуговицы медленно выныривают из прошитых дырочек, помогая быстрее оголить грудь. Аккуратно поддевая белый ремень пальцем, истребитель вытаскивает его из пряжки и вешает на вбитый в стену крючок, ранее занятый полотенцем, цвета слоновой кости. Перекидывая его через своё плечо, охотник ступает дальше, наконец оказываясь около горячих источников. Он приближается к краю и видит малиновую макушку о'ни, который решил нырнуть и прочистить голову от гнетущих мыслей. Сложив ладони ковшиком, Гию зачёрпывает воды и омывает лицо, тем самым заставляя Камадо показаться из-за колебаний ранее спокойной глади. Он внезапно высовывает голову и активно мотает ей из стороны в сторону, тем самым смахивая с себя лишние капли. Почувствовав на себе внимание, Танджиро открывает глаза и пытается понять, кто же пожаловал в столь тихое место, тем более в обед, когда и так стоит невыносимая жара. Охотники встречаются взглядами, и у демона появляется странное ощущение, что ему надо сказать нечто очень важное. Камадо хмурится и чуть приподнимает губы, чтобы начать, но резкий всплеск воды от бледного тела рядом заставляет прикрыться руками во избежании попадания брызг в не менее мокрое лицо. На несколько мгновений в ставшей, почти прозрачной стене показывается и исчезает довольно массивный силуэт. Новоиспечённый истребитель видит тень, уходящую под воду, а далее приближающуюся всё ближе, словно хищный аллигатор. Наконец он видит бок человека, который, проплыв немного, выныривает. Парень отступает назад, едва не споткнувшись о свою же ногу. Он жмётся спиной к бортику и опрокидывает голову назад, томно выдыхая и прикрывая глаза. В его голове всё повторяется по новой: снова купальня, снова они вместе... Но сейчас упрёков и оскорблений не последует. Крики останутся на дне души, а руки даже не зачешутся в желании вышвырнуть кого-то отсюда. Впрочем, даже подумать об этом уже само по себе было унизительно. Парень чувствует, что у него дрожат губы, и сквозь катящиеся по лицу капельки пота он видит спокойное выражение столпа напротив. От этого лица исходят волны уверенности, мощи и могущества, оказывающие на него необъяснимое воздействие. Это не человек, а нечто большее. Откуда берётся такое впечатление, Камадо не знает. Просто эта мысль приходит в голову каждый раз при виде Гию, и всё. Следующие пару секунд приносят новые ощущения: дыхание юноши становится глубже, сердце колотится чаще, а в груди столпа тоже начинает что-то отзываться, вторя ему. Брюнеты слишком близко друг к другу. Воздух накаляется от их горячих тел и температуры вокруг. Камадо не слишком хорошо знаком с этой стороной жизни, но, как же интересно чувствует себя человек, укушенный ядовитой любовью. Интересно так, как никогда не бывало за всю демоническую жизнь. Он даже испытывает легкое возбуждение от странного комка в груди, что сжимается и разжимается, словно змеиный клубок. Томиока видит как красные глаза напротив воспылали слабой искрой пламени, в которой он видит собственное отражённое лицо. Длинный язык Гию, растянутый в ухмылке, вдруг касается соседних губ, и юноша чувствует во рту слабый привкус чего-то непонятного. Всё дальнейшее происходит само собой. Камадо отвечает на этот поцелуй. Почти сразу, как завороженный, мужчина обхватывает демона за талию и притягивает к себе. Их губы опять сливаются в поцелуе, и, даже не чувствуя собственного тела, юноша ощущает слабый трепет наслаждения. Не до конца осознавая, что сослуживец делает, красноволосый, словно на интуитивном уровне догадавшись о чём он думает, сжимает его руки, и вокруг него разгорается слабое сияние. По телу Камадо пробегает крупная дрожь и он отстраняется. — Прости, всё не так просто... Нам будет очень сложно... — только и успевает сказать демон, прежде чем темноволосый сгибает ноги своего визави и впивается пальцами в его живот. В следующее мгновение парень падает на спину. — Гию, п.. Подожди, дай мне сказать! — упираясь подрагивающей рукой в грудь Томиоки, Танджиро слабо оттесняет его. — Я не могу... — демон смотрит на него, стараясь не останавливаться в речи. Происходящее заставляет Камадо встревожиться. Столп воды чувствует, что красноволосый изо всех сил сжимает его руками, поэтому слегка наклоняется и прикасается губами к запястью того. — Успокойся, всё будет хорошо, просто не напрягайся. — проводя рукой по торсу темнокожего мальчишки, мужчина выдыхает. — Ты меня вообще слышишь?! — не привыкший к чужой силе, охотник отдёргивает руку и только через несколько секунд понимает, что сделал. Пауза затягивается и Гию неторопливо протягивает ладонь к своей щеке, на которой осталось три глубоких пореза от когтей демона. Отпустив Танджиро, брюнет отпрянул, потом он утирает кровь и взбирается на камни, непоколебимо оставаясь на ногах. Камадо переводит взгляд на замершего у стены столпа. — Извини, я не хотел! Это вышло случайно.. — глухо добавляет красноволосый. Не дождавшись ещё одного комментария, Томиока вытирает лицо ладонью и молча уходит в раздевалку, сухо кивнув. Обладатель шрама на лбу ошеломлённо смотрит ему вслед и почему-то вспоминает ситуацию на горе Натагумо. Через пару минут решив, что с него хватит, Камадо поднимается с циновки и выходит в общее помещение, быстро накидывая на себя белую рубаху и свободные штаны на поясе. Может быть, из-за того, что в раздевалке никого нет, а может быть, из-за обильных капель крови на полу, но парень ощущает в себе новые силы и решительность. Демон бесцеремонно следует за запахом, шедшим из штаба, пока, наконец, не обнаруживает перед собой дверь в медицинский кабинет. Решая, что лучше будет постоять тут, Танджиро опускает голову и старается услышать, что происходит внутри. — Гию? — удивлённо произносит девушка, оборачиваясь на сослуживца позади. — Ты был на миссии? Что произошло? — беспокойно промакивая ватку в спирте, брюнетка подходит к койке с сидящим столпом воды. — Пустяки.. — отзывается синеглазый и отводит взгляд. — Это Камадо сделал? — выдвигает гипотезу она и по забегавшим очам товарища видит, что попала в яблочко. — Может время остановиться? Лошадка уже... — не успевает закончить Кочо, как её выразительные губы закрывает грубая рука. — Тише... Не нужно так громко болтать. Не беспокойся, всё в порядке. Это всего лишь пара царапин, бывало и хуже. Лучше перестраховаться. — голос Томиоки спокоен и решителен. Он не собирался уступать девушке, которая сочувственно выдохнула и наклеила пластырь поверх обработанного компресса. Она даже ничего не сказала на это, что указывало на полное доверие. К тому же это успокаивало. — Не знаю, что у вас произошло, но постарайся больше не попадать под раздачу. В этот раз серьёзно. Всё, иди. — каменно-вежливо произносит Шинобу и похлопывает в ладошки, мотивирую мужчину ускориться. Тот поочерёдно кивает головой и приподнимается с койки, покидая кабинет, под которым его поджидал виновник посещения этого места. — Всё в порядке? — чуть ли не по слогам спрашивает парнишка, глядя на вылепленную из пластыря форму бинта. Томиока кивает и выпускает из лёгких тяжёлый комок воздуха. — "Танджиро, ты идиот" — говорит взгляд Камадо. — Ам... Танджиро... У меня есть вопрос. — направляясь от медицинского кабинета в сторону улицы, роняет столп воды. Обладатель алых глаз понимает, что разговор пойдёт не о том, что случилось в купальне. Надо будет менять тему, делать вид, что ничего не произошло. — Я слушаю. — словно верный пёс подступает охотник. — Как ты попал к демонам? — не дожидаясь ответа, он продолжает. — По собственному желанию или по принуждению? — имеет смысл выяснить. — Зависит от того, что ты считаешь «по принуждению» и «по собственному желанию» — притихает Танджиро на пару секунд. — В моей ситуации это было скорее по принуждению... Я в жизни подумать не мог, что когда-нибудь случится что-то подобное. После того, как ты ушёл, я потерял сознание. Очнулся уже привязанный к какой-то одинокой койке. — стараясь произвести в голове отрывки воспоминаний, демон хмурится. — Я практически ничего не помню. Но знаю, что этот кошмар продолжался очень долго. Вырывали ногти, ломали кости, изрезали плоть, давили суставы. И даже после обращения это не прекратилось. — на лице красноглазого появляется неприятная гримаса. — Помню, как последний воздух был выбит из лёгких, а после... Темно, холодно и страшно. — по спинам обоих пробегаются мурашки, они понимают, о чём говорят: ощущение смерти за спиной, от которого ты убегаешь на протяжении всей своей жизни. — Кажется, я молился. Потом, через какое-то время — ещё раз. Снова молитва. А потом... — Танджиро затрудняется продолжить. — Ты помнишь? — спрашивает столп воды. Камадо напряжённо сглатывает и отрицательно качает головой. — Извини, но нет. — его не отпускало ощущение, что он забыл что-то очень важное, что к сожалению не мог вспомнить из-за затуманенности разума. Это, как ни странно, помогло сохранить контроль над эмоциями, и демон ничем не выдал своих чувств. Но всё равно про себя он подумал: — "Вот почему я раньше ни с кем не делился? Только с ним. Не пойму, как такое может быть..." — но, решив быть предельно откровенным с собой, он выговаривает: — Нет, я не помню. — оканчивает тот и прячет глаза. — Прошу простить! — в воздухе мгновенно возникает другая атмосфера, когда по нему разливается девичий голосок. — Камадо-сан, мы попросили вас подойти и померить форму... Можете сейчас проследовать за мной? — поднимая глаза на юношу, помощница поместья неловко улыбается. — Да, извините за ожидания. — положительно отзывается охотник и глядит на Томиоку, получив одобрительный кивок, лишь после которого он берёт маленькую ручку и буквально плетётся за этой энергичной девчушкой.