Твои волосы, словно одуванчик

Ветер дует в лицо, поэтому Камадо немного щурится. Он быстро устремляется к голове поезда. Прыгает через расстояние между вагонов, уменьшая дистанцию со своей целью. У охотника получается достичь демона за следующие несколько секунд, после чего он с размаха бьет по сопернику лезвием катаны. Брюнет, самозабвенно посмеиваясь, вмиг оказывается за спиной истребителя, но так и не падает поражённым. — "Ожидаемо..." — думает алоглазый и ловко изворачивается в воздухе во время сорвавшейся атаки. Парень становится в боевую стойку, немного проскальзывая по крыше вагона. — Я подарил тебе очень приятный сон, Танджиро! — протягивая тому руку, улыбается Луна. — Ты не хочешь, чтобы все эти люди умерли в собственной утопии? Без боли от этого порочного мира на сердце! Я ведь мог показать им кошмарные сновидение, как и тебе. Например, в котором вся твоя семья снова убита. — хихикает обладатель мятных глаз. — Несмотря на твои соблазнительные иллюзии, люди не будут счастливы, Энму. Это тоже будет лишь иллюзия — имитация счастья. Человек на то и человек, чтобы переживать боль потери и радость от находки. Как бы душа не обливалась кровью — палки в колёса неотъемлемая часть огромного процесса, называемого жизнью. Существуют свет и тьма. И как бы судьба не изощрялась — это будет светом, бесценным опытом из ряда ошибок. А все твои утопии — тьма, с которой нужно бороться. — руки начинают подрагивать от бурлящих чувств, но хватка крепче сжимает рукоять катаны. — Ты сам знаешь, что ничего из этого не осознаёшь. У тебя нет реального прошлого в голове. Ты перестал быть человеком, когда решил обратиться к тёмным сторонам своих желаний о мести. Твой интерес к светлым сторонам жизни, Камадо, ошибочно принимается за страсть. Но на самом деле это всего лишь самообман. — спокойно отвечает Энму. — Самообман — это мир грёз, что ты даришь несчастным людям, играя на струнах их чувств. И самое время это прекратить. Ещё раз повторю — иллюзии, которыми ты пытаешься управлять, есть зло. И как бы ты ни пытался скрыть это за длинными словами, ты не сможешь этого исправить. — занося оружие, Танджиро идёт в новую атаку. — Вальс. — начнём с начала, с самого первого движения, которому обучился Камадо. Чтобы попасть в противника, он атакует одиночным ударом, что был точно сконцентрирован на цели. После этого уходит в сторону и рубит по траектории, что когда-то тоже была изучена. Это был комбинированный двойной удар, начинающийся с вертикального и заканчивающийся горизонтальным разрезом. Энму отклоняется, и лезвие проносится у него над головой. Тогда охотник повторяет атаку — с поворотом тела, с самым последним в линии движений разворотом клинка. В этот раз его противник чуть медлит, чтобы ввести в блок первое движение. Он отвечает жёстким ударным отрядов плоти с обеих сторон. Танджиро не успевает отскочить в сторону, поэтому парирует атаку левым предплечьем. Таким образом, начинается новая серия его атак. — Голубые небеса. — бормочет охотник, тем самым сопровождая раскручивание своего тела и режущие удары, что распространялись на 360 градусов, ведь ему известно, что в танце оружием являются нужные мысли и предельный самоконтроль движений, а не клинок. И вот он уже в нескольких сантиметрах от Низшей Луны. Его тело движется так быстро, что катана теряет весь видимый вес и словно становится продолжением руки, которая тянется к шее врага. — Непреодолимый гипнотический шёпот! — смеётся демон. Эти слова громом отдаются в голове истребителя, но тот не может ускорить или перенаправить атаку. Энму быстро вытягивает руку, на которой появляется рот и шепчет приказ заснуть. Тело снова слабеет и начинает падать с крыши поезда... Камадо суетится и как можно быстрее хватается за клинок, поднося его к шее. — Успеть, нужно успеть! — думает тот и замахивается твёрдой ладонью, как чувствует что-то позади. Чужая рука останавливает демона и он оборачивается, бледнеет. Перед ним стоит Киэ, тело которой измазано в крови. На руках она держит младшего сына и осуждающе смотрит на старшего. — Не так я тебя воспитывала, Танджиро... Я надеялась, что ты защитишь нас, но ты сбежал, словно какой-то трус и спасся! — Камадо пытается удержать оружие в руках, но не может. Тело снова пробивает дрожь, когда он видит в проходе остальных детей. — Братик, почему ты ушёл? Почему не спас нас..? — появляется девчушка в крови. В её глазах сверкают слёзы беспомощности и бессилия. — Да, братец, почему? Почему ты не был с нами? Ты должен был! Ты должен был защищать нас! — кричит мальчишка, хмуро смотря на демона и сжимая кулаки. — Ты не должен был выжить, должен был умереть вместе с нами! Ты не достоин ходить по этому свету и спокойно радоваться жизни! У тебя нет прав на неё! — восклицает второй старший сын. — Посмотри на меня, на всех нас, брат... Почему..? Почему ты дал убить нас..? За что? За что ты бросил нас..? Зачем ты был так жесток с нами? Ты же сам говорил, что любишь нас! Почему ты так с нами поступаешь? — дрожит вышедшая девушка. — Я виноват, — Танджиро говорит тихим голосом, стараясь успокоить детей. — Виноват, — вторит он. — Виноват, виноват, виноват... Виноват... Танджиро! Танджиро, конечно ты виноват! Ты видишь это? — показывает пальцем парнишка с родинкой. — На этом месте должен быть ты! — тычет он в пол, по которому растекается лужа, ещё не засохшей крови. Танджиро устало смотрит на окровавленный пол, потом поднимает взгляд на детей. В их глазах стоят слёзы, а в голосах — недоверие. — Если бы я тогда пришёл раньше, — говорит Камадо, — этого не произошло бы. — выдыхает тот. — Я бы сожалел, но вы не моя семья. Мои братья, сёстры, мать... Они никогда бы не говорили такого, даже зная, что я виноват. Я виноват не перед вами, а перед самим собой. Виноват в том, что бездействую сейчас. — охотник берётся за катану и снова подносит её к шее. — Но больше я не допущу этого. — говорит он, касаясь лезвием клинка собственной плоти, после чего совершает твёрдый и мощный удар, способный обезглавить действующего. Меч рассекает кожу на шее и кровь фонтаном хлещет на пол. В следующую секунду рука сжимает вылетающее оружие и истребитель в последний момент отбрасывает центр тяжести обратно на крышу, избегая падения с вагона. — "Я буду помнить, пока вас нет. Но рано или поздно мы снова встретимся, только уже по-настоящему." — проносится в сознании, когда Танджиро делает ещё один выпад, атакуя соперника. Но это не застало Энму врасплох. Он отпрыгнул назад по вагонам, начиная атаковать с расстояния. Камадо закрывает глаза, теперь опираясь на инстинкты и запах, фокусируясь на тех областях сознания, которые наиболее активны и могут помочь ему в бою. За спиной зашумели новые отряды плоти, пока перед ним ещё минимум два, что тоже несутся в атаку. Они окружают юношу и достаточно тому секундно потеряться в запахах, как все его конечности оказываются схвачены. — Это опасно, но хотя бы на мгновение... — он раскрывает алые глаза, чтобы увидеть своё положение в бою, но тут... — Теперь я покажу тебе сон, где твой отец возвращается с того света! — улыбается Низшая Луна. Это последнее, что помнит демон перед тем, как попасть в очередную иллюзию. — Кого я воспитал..? — сидя спиной к сыну, произносит Танджуро и оборачивается. Пару мгновений его образ был словно без лица, но потом оно обрело эмоции и черты гнева. — На кого оставил семью? — более чётко доносится до демона. Но сделать он ничего не может, лишь шокировано стоять. Тело будто парализовало. Глава семьи встал, сделал несколько шагов по комнате и остановился напротив парнишки. — На такое ничтожество, как ты? — его голос похож на рёв, что разносится по всему дому. — Нет. Этого щенка я презирал уже десяток лет. Я не мог так оступиться. Ты лишь жалкая тень нормального человека. — по лицу приходится мощный удар. Танджиро стоит, наклонив голову и пытается вырваться из оков страха. — Я ненавидел тебя с самого детства. А теперь мне противна сама мысль о том, что приходится на тебя смотреть. — П-отец... — единственное, что удаётся вымолвить. В его мозгу и в сердце чувствуется всё тот же чужой, холодный, злой разум. И человек, что обладал им, мгновенно хватает сына за горло, отрывая его ноги от пола. Камадо хрипит и замирает, ничего не понимая. — И вправду ничтожество... Ничего не могу сделать. Я всего лишь тень нормального человека... Но я не чувствую какую-то жалость к себе. Я ничего не чувствую, ведь нахожусь в грязном, проклятом и безнадёжном мире. — он теряется в мыслях. — Проснись, придурок! — доносится голос из неоткуда. — Хотя мне кажется, что даже такое ничтожество, как я, может помочь избавить его от дерьма. — в глазах Танджиро сверкает зачаток решительности. — Тебя сейчас придушит этот чертила! — кричит уже более знакомый и отчётливый голос. — Я ничтожество, которое ещё может бороться! — звоном отдаётся в голове истребителя. Кто-то входит в комнату, но Камадо не успевает ничего увидеть. Он погружается во тьму, падает на пол и глубоко вздыхает, чтобы прийти в себя. Теперь парень видит на своей шее остатки демонической плоти. Только сейчас он чует надвигающуюся сзади опасность. Разбег, хватка и тяжёлый удар ногой в солнечное сплетение. Энму валится на спину, пока его ловко обезглавливают два зазубренных меча. А Камадо ещё жив. В его сознании происходит мгновенный переворот, он видит перед собой сослуживца в кабаньей маске. — Тц, фальшивка! — цокает языком разъярённый Хашибира и оборачивается к товарищу. — Ну, чего разлёгся?! Погнали искать настоящего! Сопляк и этот странный рыжий дядька не смогут всю жизнь бороться с этой гадостью внутри! — протягивает руку Иноске, а Танджиро с усмешкой принимает помощь и крепко хватается за ладонь сослуживца, поднимаясь на ноги. — Кажется, я знаю, где он. «Погнали».