Звон Смерти

Впоследствии Луна вспоминала об этом дне лишь какие-то обрывки. Вот они с Гарри по тревоге Кибет поднимаются на ноги рано утром, ещё до рассвета. За долю секунды они оказываются на каком-то поле и понимают, что они в Хогвартсе. Вокруг них в полумраке — кипит битва. Всё ограничительные барьеры вокруг спали, и только это позволило им найти и переместиться в пространство замка. Мелькают тут и там вспышки проклятия и заклятий. Земля под ногами сотрясается — это Тёмный Лорд привёл с собой нескольких великанов, и они успешно крушили и давили все на своем пути. На них плыли полчаща дементоров, и шли тысячи мёртвых тварей, старательно поднятых из могил, плюсом шли все маги Пожиратели смерти из внутреннего круга и оборотни. Тут же они с Гарри очертили круг. Поттер полоснул себя по руке, и влил кровь в канаву идеально круглой формы, замкнув её. Некроманты были готовы к работе. Кибет не стесняясь, лаяла на всех, и своим лаем отгоняла чересчур близко подошедших существ. *** Вот в их сознании всплывают слова Свободной магии. Скорость мертвяков резко замедляется, и они почти что останавливаются. Защитники Хогвартса прогоняют дементоров прочь, делая одолжение некромантам. Послушно звенят колокольчики в руках тёмных некроманта. Саранеты поют удивительно синхронно, зло, отгоняя своим погребальным звоном поднявшуюся из многих могил нечисть. Инферналы начинают падать прахом. Колокольчики продолжают звенеть, прорезая вопли, крики и стоны. Но некроманты уже с трудом держат колокольцы — Свободная магия подобна дикому вепрю — есть контроль и силы, она ведёт себя тихо и покорно. Нет хотя бы одного — и тогда зверь начинает брыкаться. Наконец из одревеневших пальцев выпадает первый Саранет. Гарри падает без сил первым. С его губ льётся струйка крови вместе с пеной. Но скоро и Полумна падает вместе с ним на холодную хогвартскую землю. Вместе с тем упокоение находит последний мертвый. Он кричит, вопит, и почему-то в нотках его предсмертного крика Луны с Гарри чудится вой одновременно тысячи раненых диких зверей… Их работа закончена. Дальше маги справятся сами… *** Они приходят в себя в том же круге чуть погодя. Магия крови Свободной магии отлично защищает их и от остальных магов и колдуний. Гарри и Луна кое-как поднимаются от земли, спешно стряхивая колокольчики, стараясь больше не зазвенеть ими. На них из небольшой толпы смотрят ученики и учителя, возглавляемые МакГонагалл. Кибет давно утомилась и просто ждёт у черты круга — когда некроманты поднимутся на ноги, более — менее очнутся. — Идемте со мной, — просто говорит женщина, на которой все ещё видны последствия битвы — одежда местами порвана, и пришла в негодность, на лице и руках — раны и ожоги. Она едва видно хромает. Волосы всклокочены и висят как спутанная пакля. Гарри и Луна, опираясь друг на друга, неспешно начинают движение. Они устали. Круг спадает, как только оба перешагивают его границы. *** Профессор приводит их в переполненное Больничное крыло которое чудом уцелело при нападении. Когда они шли, то увидели что замку тоже причинен сильный урон — галереи были разрушены, стекла выбиты, лестницы обвалились. Но все подлежало восстановлению. Тут и там в коридоре лежали маги и волшебники. Кто-то тихо плакал, кто-то молился, а кто-то стонал от боли. Многие получили страшные раны и увечья, а кое-где уже мёртвые тела были наспех закрыты кусками пыльных тканей. Юные маги и волшебницы бегали от одной кровати к другой, стараясь помочь всем или облегчить их участь — помочь уйти. МакГонагалл провела их за ширму в дальнем углу и оставила. *** Перед ними лежал Альбус Дамблдор. Он был порван так, что можно было не интересоваться его дальнейшей судьбой. Раны кровоточили, кровь выступала через повязки и бинты, он медленно погибал от потери крови. Он хрипло, с трудом дышал и пот лился градом с его мраморно-белого лба. — Мне жаль, — тихо сказал Гарри тяжело опускаясь на наколодованный Полумной кривой стул. Луна села к нему на колени — больше сил колдовать у неё не было. — Смерть — это… очередное… приключение… — выдавил из себя старик. — Но… все кончено… , и я… рад… этому… — Луна беременна, — сообщил Гарри обыденную весть. С побледневших губ умирающего старика-директора слетела короткая улыбка. — Вы… можете… попросить… защиту… в любой момент. — Мы подумаем, — сказала Полумна. Директор начал хрипеть. Несколько секунд длилась его агония — и кончено. Он ушёл за Девятые ворота. За занавеску прошла Кибет. — Пора, — сказала Невоспитанная Собака. — Некроманты никогда не ждут у моря погоды. Луна бережно соскочила с колен Поттера и взяла поднявшегося на ноги молодого человека за руку. Они исчезли без следа, как и должны были. *** (прошло восемь с половиной месяцев) Она с самого начала понимала, что не выживет. Её задачей было только дать жизнь, а об остальном позаботится госпожа Смерть. Так сказала ей Кибет. В тёмный час перед рассветом послышались два вздоха — первый, очень громкий и звонкий, и второй, тихий и затухающий. Гарри, мрачный и бледный, держа в руках окровавленый свёрток с копошащимся в нем крошечным младенцем — с новорождённым сыном Игнотусом, чьё имянаречение ещё успела застать умирающая от тяжёлых родов Полумна, смотрел на то, как отходит она в мир Смерти и идёт к Девятым воротам без страха. Кибет лично проводила её до Восьмых врат, а дальше хода не было даже ей. Единственная слезинка скатилась по щеке мужчины, и исчезла. Он, чуть погодя, поцеловал сына в окровавленый лоб… *** У Девятых врат его кто-то ждал. Гарри снова стал молодым и красивым, что был прежде, и с удовольствием шагая по миру Смерти в воде Леты узнал в фигуре, тихо ожидающей его, Полумну, по которой грустил всю его жизнь. Девушка прикоснулась к нему, и Гарри с удовольствием вновь, как и тогда, ощутил её манящий запах, тепло тела и уловил блеск жёлтых, словно солнце, волос. Они сжали ладони в крепком замке, и шагнули за Девятые ворота. Их ждала Вечность…