Слабо полюбить?

- Клык! Орала я на весь дом, а злость так и переполняла меня. Этот засранец оставил браслет, определяющий расстояние между нами, и смылся куда - то. Услышав приближающиеся шаги, я напустила на себя серьезность, и приготовилась высказать парню все, что думаю. Проснулась я одна, видимо парень ушел ночью, и не сильно расстроилась по этому поводу. Даже было легче, ведь не пришлось бы обсуждать мои ночные откровения. Лишь приготовив завтрак, я сообразила, что в доме слишком тихо, и найдя вместо парня браслет все составляющее головоломки сложились в единое. - Привет, - Клык облокотился о дверь. - Привет?! Это все, что ты можешь мне сказать? Я не ожидала от тебя такой подлянки. Во-первых, сейчас же позвоню Вере, пускай и лишусь при этом работы. А во-вторых, ты проиграл свой треклятый спор. Думаю, мы вдвоем вынесем из этого выгоду. Сейчас соберу вещи, и после разговора с Верой, поеду на вокзал, а после - домой. Ты доволен? Домой совсем не хотелось, не могу туда вернуться. Особенно не после того разговора с отцом. Он ведь будет так самодовольно улыбаться, показывая, что я проиграла в этой борьбе. Нет, только не домой. Поеду к Данчику, он с радостью меня приютит, устроюсь на работу, и после первой зарплаты сниму себе комнату. Работа няней была чудесной возможностью сбежать из дома, подзаработать денег, и навсегда забыть об отце. Но вот только ребеночек оказался старше меня, с идей выставить меня прочь. И у него получилось. Единственно, что меня утешало, так это проигрыш спора. - Арин, не дуйся. - Дуются маленькие дети, а я злюсь, справедливо и обосновано. - Ну что мне сделать, чтоб ты не звонила Вере? - Ничего. В любом случае она узнает об этом. Расскажу я об этом - виноватым будешь ты, но если ты позвонишь ей с повинной, то виноватой окажусь я. Не желаю быть козлом отпущения, поэтому даже не надейся. - Ладно, тогда так, - Клык достал из кармана зажигалку, при этом на его лице проскользнуло недовольство. - А слабо не рассказывать Вере? - Клык, я ведь в любом случае увольняюсь. - Да, но вот мое желание... Парень произнес это так, что сомнений не осталось. Загадает он что-то пошлое и естественно то, что я не захочу исполнять. Вот ведь гаденыш, в любом случае выиграет. Отвечу "Слабо", так желание не заставит ждать, а соглашусь, так его спор в силе. И что прикажите выбирать? - Ладно, я не буду звонить, - увидев самодовольную улыбку на лице парня, я поспешила добавить: - Но ты должен рассказать, где был. - Я уходил по делам. - Этот ответ меня не удовлетворяет. - У меня чудесная идея! Пошли в поход? У меня для этого все есть, да и не холодно еще. Ну давай. А во время похода я расскажу тебе о том, где был. В любом случае, ты ведь всегда успеешь позвонить Вере. Поход? Без карты, знания местности, в середине осени, при этом я уверена, Клык, как и я еще ни разу не был в походах. Разве это не безумие? Но почему я согласно киваю, в ожидании приключений? Вот еще признак того, что я безумна. Парень сразу велел собирать вещи, сообщив, что на сборы у нас всего не больше часа. К чему такая спешка он не объяснил, но начали появляться подозрения, что дело тут не чисто. Понимая, что ответов от парня мне не добиться, по крайне мере пока, я взяла один из походных рюкзаков, принимаясь за сбор вещей. Походные рюкзаки - еще одно доказательство. Разве у многих людей, никогда не бывавших в походах, есть рюкзаки, палатки и спальные мешки? Всякое бывает, я понимаю это, но не может у парня, "внезапно" решившего пойти в поход, оказаться все нужные вещи. Можете сказать, что у меня паранойя, но к походу Клык готовился, и я обязательно узнаю причину. Что нужно брать с собой я не знала, смутно лишь догадываясь, поэтому положила в рюкзак как можно больше теплых вещей, напялив на себя самый теплый свитер. Наверное, единственное, что я знала о сборах, так это то, что самое тяжелое должно лежать внизу. Клык пообещал, что сам соберет вещи для сна и готовки, а мне в портфель пойдут продукты, и вещи. Воды решили брать немного, распределив поровну. Оказалось, что продуктов, пригодных для похода, совсем немного. Ну а кто бы сомневался. Парень сообщил, что продуктов купим по дороге, а пока нам нужно выезжать. Мне хотя бы удалось узнать пункт назначения. Мы ехали в Ялту, к какой-то знакомой Клыка, с которой ему нужно было срочно поговорить. Нельзя было сначала поехать к ней, а уже потом, завтра, идти в этот дурацкий поход? Вы убейте меня, но я, кажется, совсем перестала понимать суть происходящего. Всю дорогу мы молчали. Клык был сосредоточен на дороге, с серьезным выражением лица, видимо размышляя о чем-то, а я просто отдалась во власть музыки. Когда машина остановилась, я пулей вылетела из нее, радуясь скорому прибытию, попутно осматривая местность, куда мы приехали. Это был маленький домик, полностью увитый виноградом, возле которого на лавочке сидела пожилая женщина. Она была похожа на цыганку, в длинном цветастом платье, косынкой на голове и кучей брякающих побрякушек, висящих на шее. Седые волосы выбивались из-под платка, а черные глаза внимательно разглядывали меня. - Тетя Арабина, нам нужно поговорить, - сразу перешел Клык к делу. - Это Арина, моя... знакомая. - Очень приятно, - голос у Арабины оказался приятным, с легкой хрипотой. - Заходите в дом, чего встали? Я как раз чайник поставила, чайку с вареньем попьем. А потом уже и поговорим. Внутри дом оказался больше, чем я предполагала. Уютный, и милый. Арабина провела нас в небольшую комнату, служившую залом. Диван под нами немного скрипел, но на это никто не обратил внимания. Я порывалась помочь Арабине накрывать на стол, но та отмахнулась, заверив, что справиться со всем сама. - Ну а теперь, - усевшись напротив нас, пожилая женщина разлила чай по кружкам. - Можешь и рассказать, что тебя в мой дом привело. Лет так пять не видела, а тут заявился. Про "проведать приехал" врать не надо, не такой ты человек. А если проблемы у тебя, так я помогу, коль смогу. - Тетя Арабина, мы вот в поход собрались. Я и подумал, почему б не заехать. Не виделись давно, я соскучился, решил заехать. Вы ведь не против нашему визиту? - Старухе врать не хорошо, с намерениями ты приехал. Вон как глазки бегают, придумываешь, как бы мне рассказать все. - Если хотите, я могу уйти, - я впервые вмешалась в разговор. - Сиди, дитя, сиди. Он ведь потом тебе не расскажет, а ты должна знать все, коль с ним идешь. - Тетя Арабина, - Клык глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. - Мне помощь нужна. Вы ведь знаете кто я и чем занимаюсь. У меня проблемы на работе, серьезные. Я машину вам оставлю, вы уж знаете, что с ней делать. Про то, что мы тут были, никому не говорите. А все остальное - вы знаете. Арабина лишь кивнула, а я думала о том, что лучше бы ушла. Я совсем не понимала, о чем они говорят, но некоторые мысли начали появляться. Извинившись, я вышла из дома, стараясь унять сумасшедшее сердцебиение. В голове сразу появилось множество догадок, одна хуже другой. Вскоре на улицу вышел Клык, который сказал, что поедет за продуктами, а я пока останусь с Арабиной. Когда он попросил никуда не отходить от нее, я в край испугалась, и совсем перестала понимать, что происходит. Когда парень не вернулся через три часа, хоть этого времени с избытком хватило б на магазин, я начала волноваться. - Да не переживай ты так, милая, - Арабина усадила меня в кресло, и всунула ромашковый чай. - Приедет он, просто мужчин нельзя отправлять в магазины. Теряются, накупят всего ненужного. Скоро вернется. Ты лучше расскажи, от куда этого оболтуса знаешь? - Я, только не смейтесь, его няня. Он какой-то спор затеял, а я работу искала. Если честно, он меня так достал. - Да, парень умеет. Но вижу, ты не из слабых девушка. - Арабина, а как его зовут? По-настоящему? - Этого я тебе не скажу. Коль время придет, он сам расскажет. Ты главное не обращай на его проделки внимания, он так людей проверяет. А на самом деле парень хороший, внимательный. Он и поймет, и утешит, слушать умеет. - Вы так говорите, словно сватаете меня с ним. - Да кто за него пойдет? Арабина хрипло рассмеялась, и указала мне рукой на окно. Клык уже вернулся, паркуя машину. Парень был еще более серьезен, чем ранее, и двигался словно рывками. Я не придала этому особого внимания, а надо было бы. Сложив все продукты в рюкзак, наделав перед этим бутербродов на первое время, мы были готовы отправляться в поход. Арабина договорилась с каким-то там Стасом, который должен был нас подвезти до начала маршрута. Где это самое "начало маршрута" я не имела ни малейшего понятия. Стасом оказался добродушный старичок, подъехавший к дому через пару минут. Прощаясь с Арабиной, я ощущала легкую грусть от расставания, хотя знала эту женщину всего ничего. Что-то слишком часто я начала сближаться с людьми. До Байдарской долины, как оказалось именно туда Клык направлялся, мы добрались спустя час. Небо начало темнеть, и промелькнула мысль, что вечер - не самое удачное время для начала путешествия. Поблагодарив Стаса, который рассказал нам много интересного о местности, мы отправились в путь. От непривычной тяжести немного болели плечи, но вскоре я привыкла к ощущениям, и уже перестала все время отставать от Клыка. Мы двигались по дорожке среди леса и гор. Первая часть пути проходила в тенистом сумраке, характерном для буковых лесов. Крона этих высоких стройных деревьев была расположена особым образом, образуя шатёр. Мы шли молча, вдыхая аромат леса и наслаждаясь тишиной, нарушаемой трелью птиц и журчанием ручейков. Парень шел довольно быстро, и мне приходилось переходить на бег, дабы догнать его. Похоже, его не волновала ночь, которая постепенно забирала в свои владения лес. Ноги ныли от долгой ходьбы, и казалось, стали дубовыми. - Думаю уже можем остановиться, - пропыхтела я в один момент. - Да, короткий привал, а затем снова в путь. До ночи еще есть время, и мы успеем пройти достаточно. Достаточно для чего? Этого парень не объяснил, и меня начало выбешивать все это. Столько недосказанности, увиливаний от ответов, секретов. Да, я сама не лучше, но ведь что-то я рассказала. Тем более я не наражала Клыка на опасность застрять в темноте, в лесу, без людей поблизости. Всего пару минут спустя, когда мое дыхание только пришло в норму, Клык заявил, что для отдыха хватит, и пора продолжать. Я была готова высказать ему все, что думаю, как парень выругался, поднимая рюкзак, и осел на землю. Лишь теперь я разглядела, насколько он был бледен. Мигом оказавшись рядом, я попыталась привести его в чувство, не имея представления, что с ним. Не придумав ничего лучше, я начала расстегивать рубашку парня, осматривая нет ли где повреждений. Как оказалось - есть. На парне была тугая повязка, на которой поступала кровь. Отодвинув ее, я увидела рану на правом боку. Без сомнений - это была огнестрельная рана. Меня охватила паника.